Это бизнес, детка

Утро выдалось холодным и чересчур влажным, словно ещё не оправилось от вчерашнего дождя. Первые автомобили лениво плелись по тёмным улицам, наслаждаясь незаполненной дорогой: светофоры продолжали работать в ночном режиме, изредка окрашиваясь в красный цвет. Несколько человек, медленно бредущих по тротуару, досыпали по пути на работу. Как правило, почти каждый нёс в руке большой стакан кофе, только что приготовленный в круглосуточных кофейнях, и бумажный пакет со вчерашним пончиком или кексом. Пейн не спал уже не меньше часа, нервно стуча ручкой по лакированной столешнице в конференц-зале. Офис был пуст, о чём свидетельствовал включённый только в этой комнате свет. И во всей тишине был слышен лишь кофейный автомат, который трудился за две бумажные купюры, съеденные им ранее. Конан сонно хлопала глазами, ожидая небольшой стаканчик с капучино для себя и американо для своего парня. С минуты на минуту в офис должны были приехать Саске и Хидан, наглым образом разбуженные Пейном в четыре часа утра. Такая спешка немного нервировала Конан. Они придумали план действий ещё две недели назад и рассчитывали воплотить его не раньше, чем в следующую среду, но резко проснувшийся сегодня ночью Узумаки решил иначе. Забрав напитки с собой, девушка сонно прошлёпала в кабинет, где сидел Пейн. Он же чуть повернулся на стуле в её сторону, протягивая руку к чашке с кофе. — Моя пре-е-е-лесть… — передразнив знаменитый фрагмент из фильма, мужчина сделал глоток. Конан улыбнулась: если Пейн в такой ситуации шутит, значит у него всё под контролем. Она широко зевнула, потягиваясь на одном из кресел, а затем положила голову на сложенные на столе руки. Пока эти двое не приехали, Хаюми могла урвать несколько минут дрёмы, убаюканная ароматом молотых кофейных зёрен. Пейн не стал будить свою невесту, хотя и хотел скрасить ожидание глупой болтовнёй о бытовых делах. Через двадцать минут на этаже пискнул лифт, открывая свои металлические двери для Хидана. Тот выглядел рассерженным и не до конца собранным: криво застёгнутая рубашка, помятый воротник пиджака и распущенный галстук. — Ну, и какого члена тебе нужна такая спешка? — громко спросил Матсураси прямо с порога, кидая свои ключи от машины на стол. — Ты не мог подождать хотя бы до семи утра, ебаный ты кретин?! Пейн лишь сощурился от резкой смены тишины на крик и махнул рукой на кресло. — Устраивайся поудобнее, нас ждёт серьёзный разговор. И пожалуйста, не надо так кричать. Хидан простонал и плюхнулся на сиденье, а затем, увидев остывающий кофе около Конан, схватил его и выпил почти залпом. Обжигающее тепло напитка заставило парня содрогнуться и потрясти головой, после чего он обратил внимание на свой внешний вид. Заново застегнув пуговицы на рубашке, уже в нормальном порядке, Хидан переключился на галстук. То ли из-за злости, то ли из-за сонливости руки не слушались так, как надо. После двух проваленных попыток завязать нормальный узел, Матсураси швырнул галстук в дальний угол кабинета. — Вот нахуя нам дресс-код, а? — Я не заставляю носить тебя галстуки. Лишь костюм, — лениво ответил Пейн, похрустев шеей. — Я помню, что было в тот раз, когда я устроил один день без дресс-кода. Нет, ты, конечно, молодец, что занимаешься в тренажёрном зале и следишь за своей фигурой. Я даже уверен, что вся женская половина нашей компании в тот день испытала уйму положительных эмоций, но вот мужчинам было за тебя стыдно. — Да ладно тебе, признай, в тот день даже ты меня захотел! — загоготал Хидан, закидывая ноги на стол. — Где ты только купил те короткие джинсовые шортики? Они были хотя бы мужские? — Мой зад был охуительно ослепителен в тот день! — самодовольно улыбка прошлась по лицу пепельноволосого, погрузившегося в воспоминания. — Дай угадаю, а твои икры в тот раз были просто очешуительные в тех белых гольфах? — с прищуром произнёс Пейн, даже не пытаясь скрыть усмешку. — Ага. Я потом весь день только и делала, что бегала в женский туалет, чтобы в очередной раз привести в сознание Хинату. Бедняжка, сколько же стресса она испытала в тот день! — не отрывая голову от рук, сказала Конан и широко зевнула. — Между прочим, в тот день я лишил глаза Хинаты девственности. Я, блядь, уверен, что до меня она и тела-то мужского не видела, — Хидан резко вскинул руку вверх, и тут же, не давая Пейну и Конан вставить слово, произнёс по буквам: — Н-е б-л-а-г-о-д-а-р-и-т-е! Конан засмеялась, а через пару секунд Пейн к ней присоединился, смахивая подступающую слезу рукой. Саске явился в офис спустя минут пятнадцать и тут же был обсыпан ругательствами от Хидана за опоздание и за внешний вид. Учиха выглядел так, словно собирался на эту встречу ещё со вчерашнего вечера: выглаженный костюм, белоснежная рубашка и начищенные туфли. Волосы же были привычно уложены в дизайнерский беспорядок. — Чего ты хотел? — холодно спросил Саске, сразу переходя к сути дела. Конан тут же выпрямилась в кресле, стерев остатки сна ладонями с лица. Пейн пододвинулся ближе к столу, а Хидан… всё так же сидел ногами кверху, но уже с более внимательным выражением лица. — Шикамару ещё вчера сообщил мне, что Тсунаде потребовала провести встречу с Орочимару на этой неделе. Как говорят источники, она пометила это как весьма срочное дело. Саске шикнул, вспоминая наглую руководительницу компании-партнёра. Тсунаде Сенджу. Женщина в возрасте, которая только и занимается, что тратит свои миллионы на пластические операции и открытие новых филиалов своей компании. И второе у неё получается куда лучше. А что в итоге она имеет? Одну из самых прибыльных компаний в Японии, подтянутое лицо и обвисший от возраста зад, да тележку нажитых за годы работы врагов, желающих отобрать её бизнес. — Что она хочет от Орочимару? Я бы даже по доброй воле с ним не связывалась, — задумчиво промямлила Конан, переводя взгляд от Пейна к Саске, а от Саске к Хидану. — К сожалению, этого мы не знаем, — Узумаки громко стукнул ручкой по столу. — Но обязаны узнать. Я доверяю Шикамару, а он предположил, что Тсунаде планирует заключить с Орочимару негласный договор. В этом случае их компании вырвутся вперёд по всем показателям, а там не за горами и возможное слияние. И если они станут монополистами, то наша компания обанкротится уже через полгода. — Но мы же заключали с ней договор о партнёрстве… — взволнованно сказала Конан, окончательно проснувшись от такой новости. — Ты знаешь Орочимару, знаешь о его подпольном бизнесе и о тех нечестных методах, которые он использует. Думаешь, что наш договор станет для него препятствием? — почесав ухо, спросил Саске. Конан лишь понимающе вздохнула, уставившись в стол. В голове крутилось много мыслей, но главной из них была мысль о банкротстве. Они не могли этого допустить: их детище, которое они уже семь лет взращивают на поле дикой конкуренции, наконец-то добилось хороших результатов. Будь то экономические показатели или репутация. Хидан, молчавший все это время, резко встал и упёрся двумя руками в столешницу: — Дайте мне эту охуевшую старуху! Я ей сейчас быстро покажу, что, блядь, значит играть с нашей компанией! Ох, Дзясин будет рад такому жертвоприношению! — Хидан, — устало сказал Пейн, зная, какая волна гнева сейчас вырвется наружу. — Сядь, пожалуйста. Мы не будем избивать Тсунаде, так что только попробуй хоть что-то сделать не по моему приказу. У нас есть план. Готовый план, прошу заметить. И мы начнём его реализовывать уже сегодня. Саске позаботится о ключевой фигуре. Пейн встал с кресла и указал рукой на дверь, без слов говоря о том, что их небольшое собрание окончено. Все быстро засобирались: гневный Хидан сжал стаканчик от кофе и швырнул его прямиком в мусорную корзину; Конан поспешила подобрать с пола выкинутый галстук и отдать его Матсураси, пока тот не ушёл. А Учиха лишь кивнул Пейну, накинул куртку поверх пиджака и быстро вышел из конференц-зала, попутно доставая из кармана брюк свой мобильник. Ожидая, пока приедет лифт, Саске моментально нашёл в списке контактов Хинату и, прокручивая в голове их совместный план, отправил ей короткое смс. Лифт пискнул на этаже, открывая свои железные объятья для темноволосого парня. — Могла ли ты подумать, Хьюга, что тебя ждёт? — шёпотом произнёс Саске перед тем, как двери лифта закрылись, унося его на первый этаж.

***

Темари задумчиво размешивала в чашке давно растворившийся сахар, прокручивая в голове события этой ночи. Она не могла найти себе объяснений — этот животный инстинкт, который захватил её сознание в гостиной, который возник из ниоткуда. Он зашёл в её голову без стука, без предупредительного звоночка, так, как обычно делают лучшие друзья, когда ты сидишь дома один, медленно поддаваясь осенней меланхолии и просматривая очередную серию какого-нибудь детектива. А тут резко залетают они, переворачивая твои сегодняшние планы, насильно впихивая тебе в руки одежду и утаскивая тебя с собой побродить по городу. И ты вроде бы не против, вроде бы рад, но в то же время жалеешь о собственных разрушенных планах. Собаку но долго размышляла о том, что скажет Шикамару сегодня в офисе, в тайне, конечно, надеясь вообще с ним не встретиться, но ничего путного в голову так и не пришло. Извиняться не вариант. Тут, в принципе, не было за что просить прощения: у них не было никаких договорённостей или намёков — лишь спонтанность. Сделать вид, что ничего не было? Они вроде уже взрослые люди, которые давно перестали играть в такие детские «игнорировалки». Просто поговорить? Лишь представив эту картину, Темари зарделась и тут же отбросила такой вариант развития событий. — Ну, не дурочка ли? — спросила блондинка у своего отражения в чашке чая, после чего допила остаток и прошла в прихожую, чтобы накинуть сверху плащ и отправиться на работу. Будет импровизировать. Дорога выдалась, как ни странно, лёгкой. Из-за прохлады наверху, в метро было не так душно, как обычно. Хотя привычная давка в вагоне всё же присутствовала. В который раз ударив по руке незнакомца, пытавшегося под предлогом толкучки дотянуться своими загребущими пальцами до груди, Темари устало вдохнула. Таких недоманьяков сейчас было навалом — наверное, насмотрелись множество порно-роликов с таким сюжетом и пытались провернуть нечто подобное со своим участием. Мысленно пожалев начинающего извращенца, Собаку но вырвалась из вагона и быстро зашагала в сторону выхода из метро. Каблуки предательски скользили по гладким плиткам на полу, и девушка дважды чуть не загремела на землю. Наверху было не лучше: утренняя морось заставила аккуратно уложенные хвостики закучерявиться, и Темари теперь чувствовала себя самым настоящим пуделем. Расслабиться девушка смогла лишь, когда двери лифта распахнулись и открыли ей взор на привычную офисную рутину. Почти все коллеги уже были на своих местах: одни обсуждали ужасную погоду, другие болтали по мобильникам со своими подругами и парнями, желая им удачно провести день, а третьи уже включались в работу, привычно начиная день с разбора беспорядка на своих столах. Темари громко поздоровалась со всем отделом, шефство над которым она получила только пару месяцев назад, и скрылась в своём кабинете. Сбросив плащ на край стола, девушка тут же метнулась к зеркалу, возвращая причёску в нормальный вид. И лишь заново перевязав последний хвостик, блондинка хищно улыбнулась своему отражению — в её голове только что зародился идеальный план действий с Шикамару. Осталось лишь встретиться с ним лично.

***

Работа шла быстро и оперативно — сказывалось желание всего отдела быстрее расправиться с делами и отправиться на обед. Шикамару устало потёр переносицу и откинулся на спинку своего кресла. Пейн попросил его проверить огромное количество бумаг, связанных с Тсунаде, а также по возможности лично найти какие-нибудь новые зацепки, но сделать это было не так-то просто. Хорошая защита данных компании Сенджу уже который день не поддавалась взлому. Нара даже подключил в это дело Чоджи, своего старого друга, который занимался хакерством ещё в подростковом возрасте. Пообещав тому огромную коробку чипсов и один поход в кафе, за который платит сам Шикамару, парень решил не вмешиваться и не трезвонить Чоджи каждый день, но в то же время пребывать в неведении. А это темноволосый гений особенно не любил. Решившись отправиться на перерыв, Шикамару встал из-за стола и двинулся на второй этаж, где располагалось всё необходимое для отдыха: тренажёрный зал, комната релаксации, а также кухня, где обычно и собирались все в обед. Ходили слухи, что на этом этаже ещё была комната с приставкой и кучей видеоигр, но практически никто там никогда не был. Никто, кроме Наруто Узумаки. Этот парень баррикадировался там каждый обеденный перерыв, не пуская никого внутрь, зато все вокруг слышали возгласы и ругательства, доносящиеся из-за двери. Стало быть, приставка и правда существовала. На кухне же было только пара человек: большинство работников уже напились кофе и весело болтали на балконе для курения. В комнате же остался только Хидан и Конан. Матсураси травил очередную байку о некой девушке, покорившей его хрупкое и ранимое сердце пару дней назад, а Хаюми лишь отшучивалась и доедала свой обед. — О, едрить, кто выполз из своей берлоги на самом высоком этаже! — крикнул пепельноволосый, лишь только завидев брюнета у двери. — Все ещё бесишься, что мне достался кабинет над тобой? — с усмешкой бросил ему Шикамару, засовывая в микроволновку собранный утром обед, и облокотился о холодильник. — Да ты ходишь громче, чем двухсоткилограммовая баба на каблуках. У меня от тебя уже голова болит, еблан, — обиженно ответил Хидан, запихивая в рот ложку с бульоном. — А у меня, между прочим, трагедия. Дзясин всему свидетель, эта тёлка сведёт меня с ума! — Чего ты с ней вообще возишься? — встряла Конан, бросив на друга непонимающий взгляд. Хидан зачерпнул ложкой ещё одну порцию супа и поднёс её к лицу Хаюми, чуть ли не впихивая ей в рот: — Вот, видишь. Я мужик! А мужику нужна еда! Чтобы быть в охуенной форме, нужно, блядь, правильно питаться. После этих слов Матсураси быстро ущипнул Конан за бок и добавил: — Если Пейну всё равно, что за последние два месяца ты набрала несколько кило, то похуй. А я не хочу обрастать жиром, как ты. Шикамару хлопнул себя ладонью по лицу и отвернулся, примерно зная, что последует дальше. И не ошибся. Громкая пощёчина, прилетевшая от Конан Хидану, а затем и грозный стук каблуков по паркету. Звучный хлопок двери завершил сцену, после чего Хидан лишь айкнул и обиженно уставился в свой суп. — Вот бабы. Скажешь правду — получишь сковородкой по ебалу и месяц без секса, а если соврёшь — утюгом по башке и два месяца без секса. Темари, чуть не врезавшись в несущуюся Конан, зашла на кухню: Хидан доедал свой суп, а Шикамару всматривался в тёмное стекло микроволновки, нагнувшись над столешницей в ожидании писка. На секунду замерев, девушка резко дёрнулась и расстегнула две верхние пуговички своей блузки, пока Матсураси был слишком занят поеданием обеда, чтобы заметить это. В голове крутился идеальный, по её мнению, план, который Темари не терпелось воплотить в жизнь. — Подвинься, остолоп, — мягким голосом сказала Собаку но, ка бы невзначай дотрагиваясь своей грудью до согнутой спины Шикамару. — Ты закрыл собой холодильник. Нара резко выпрямился и повернулся лицом к девушке, прекрасно поняв, что это, такое мягкое, сейчас до него дотронулось. Темари стояла рядом с ним на неприлично близком расстоянии с невинным выражением лица, но с хитрющими глазами. Шикамару невольно скользнул взглядом вниз, к расстёгнутым пуговицам и груди, заботливо уложенной в пуш-ап бельё, краешек которого, кстати, дразняще виднелся из-под блузки. Брюнет побледнел, а его щёки тронул едва заметный румянец. — А вчера ты так не нервничал, — добавив как можно больше эротической интонации в голос, шепнула Темари, привстав на носочки, чтобы дотянуться до уха Нары и в очередной раз коснуться своей грудью его груди. — Что? — пребывая в шоке, но пытаясь сохранять спокойствие (признаемся, это у него получалось плохо) рядом с женским достоинством третьего размера, переспросил брюнет, чувствуя, что скоро и он сможет дотронуться до Собаку но, только уже своим мужским достоинством. — Холодильник, говорю, собой закрываешь, — уже без сексуального подтекста сказала девушка, силой отодвигая Нару в сторону и открывая алюминиевую дверцу. — Сам поел, дай поесть другим. Шикамару провёл рукой по вспотевшему лбу и достал из пищащей микроволновки свой обед, после чего быстро переместился в спасительную зону, а точнее, к Хидану. Пепельноволосый, не заметив толком, что произошло только что на кухне, допил из тарелки остатки супа и встал. Ослабив на одну дырочку ремень брюк, он громко рыгнул и закинул свою тарелку в раковину. Заметив, наконец, в комнате Темари, которая закидывала в микроволновку свой обед, Матсураси шлёпнул её по попе и удалился из комнаты, сказав напоследок: — Эх, моей бы тёлке да такую задницу. Собаку, но поспешно застегнула блузку и, повернувшись спиной к Шикамару, ждала, пока подогреется еда. Нара же спокойной поедал лапшу с курицей, невозмутимо осматривая Темари и прикидывая её следующие действия. Когда микроволновка писком известила всю комнату о готовности, блондинка взяла свою тарелку и села за другой конец стола. Комната быстро наполнилась тишиной, тяжёлой и мучительной, которую хочется быстрее разбить чем-угодно. Каким-нибудь глупым словом или несвязной фразой. Темари было неловко, в разы неуютней, чем пару минут назад, когда она практически оголила свою грудь. — Ну, и что это было, женщина? — Ты о чём? — с улыбкой спросила Темари, впившись в Шикамару наглым взглядом. — Вроде ничего не случилось. Нара едва заметно улыбнулся, задержав на девушке заинтересованный взгляд ещё на несколько секунд, после чего переключил своё внимание на лапшу. Быстро схомячив оставшийся обед, Нара встал из-за стола. — Надень завтра красное бельё, пожалуйста, — напоследок кинул Шикамару, ещё разок взглянув на Темари и оставив её наедине с мыслями. Оказавшись на балконе, где курили ещё несколько человек, Нара оперся на перила и достал из кармана пачку сигарет. Выудив из неё одну сигарету, он закурил, придумывая план мести. В голову лезло много мыслей, которые хаотично цеплялись друг за друга, превращая все варианты в кашу, но Шикамару отсеивал их все, выискивая ту самую идею, идеальную, коварную, ошеломительную! — Проблематичная женщина. Я не могу ей проиграть… — шепнул Нара сам себе, прежде чем выбросил окурок в мусорную корзину и отправился в свой кабинет. А Темари тем временем сидела на кухне, ковыряя вилкой тушёные овощи и ловя себя на мысли, что не такой уж он и бесящий, этот Шикамару.