Это бизнес, детка

− Что это такое?! Громко крикнув, Пейн встал со своего кожаного кресла и, как заточенный в клетку тигр, начал ходить из угла в угол. Не хватало только длинного хвоста, который бы от злости ударял по стенам. − Я видел многие ваши выходки, но ЭТО было чересчур. Вам так не кажется? – директор компании склонился над двумя девушками, сидящими за столом с ровными спинами и сложенными на коленях руками. Темари и Конан, не найдя остальных зачинщиков беспорядка, вдвоем отдувались перед боссом, боясь даже вздохнуть, когда он находился рядом. Его внешний вид, обычно не выражающий ни капли эмоций, сейчас пылал гневом. И это очень пугало. Пейн, оторвавшись от стульев, на которых сидели его подчиненные, продолжал нарезать круги по комнате, сложив руки в замок за спиной. Периодически от него можно было слышать громкие вздохи, словно мужчина решал сложную математическую задачу в уме. Темари, проклиная себя за то, что согласилась на эту глупую затею, которая теперь может обернуться ей увольнением, с мольбой в глазах посмотрела на Конан. Ни для кого не было секретом, что голубоволосая являлась девушкой Пейна. Многие до сих пор считают, что пост заместителя главы компании ей достался именно через постель и любовные отношения, но мало кто догадывается, что это место было заработано Конан потом и кровью, множеством бессонных ночей, проведенных за документами и цифрами. − Понь… Темари, услышав эту милую кличку ее босса, начала давиться смехом, но вовремя прикрыла рот рукой, когда словила на себе два нахмуренных взгляда. Пейн же немного смутился, а затем вопросительно посмотрел на Конан: он не сомневался, что теперь, благодаря Темари но Собаку, половина его фирмы будет знать его секретное ласковое имя, доступное, по идее, только для его пассии. У него перед глазами уже начали вставать картины совещаний, деловых встреч, на которых все подчиненные будут хихикать и перешептываться. Блондинка же продолжала сдерживать в себе порывы истерики: ее суровый босс и по росту, и по ширине больше походил на шкаф-купе, нежели на маленькую лошадку. А тут такая кличка. Нет, она никогда не поймет всех розовых соплей влюбленных пар. По представлениям Темари, любовь была лишь смесью чувств и секса, в которой нет места для сюсипусичек. Синеволосая встала со стула и подошла к Пейну, положив свои руки ему на широкие плечи. Заглянув рыжему в глаза, она тихим голосом сказала: − Ну, понь, подумаешь… Из-за всей этой суматохи мы совсем потеряли голову. За последнюю неделю все заработались до умопомрачения. Узумаки* недовольно отвернул голову к окну, рассматривая толпы людей, снующие по улице Токио в час пик. Было около пяти часов вечера, и многие фирмы потихоньку отпускали своих работников домой. Пейн ненавидел, когда Конан так делала: приходилось разрываться между двумя существующими в нем личностями – начальником и любящим парнем. Он не мог отказать ей, потому что знал, что эта девушка останется с ним до конца жизни. Но и не мог вечно прощать их сумасбродные выходки, ибо его репутация серьезного директора заметно портилась. К главе компании уже не раз подходили с вопросом, почему эта кучка недисциплинированных обезьян все еще работает в такой солидной корпорации. − Не дуйся, − еще раз попыталась синеволосая, подняв руки немного выше и обвив ими шею Пейна. Темари, все это время смирно сидевшая за столом, получила знак от подруги и ретировалась из кабинета, оставляя этих двоих наедине и надеясь, что уловка с девушкой босса сработает, и они все вновь уйдут безнаказанными. Пусть и немного по-свински, но нужно же было выпутываться из этой ситуации. Оставшись без лишних глаз, рыжеволосый заметно расслабился и повернул голову к своей девушке. − Теперь все отделы будут дразнить меня копытным, − буркнул мужчина и приобнял предательницу, разболтавшую их совместный секрет. − Не думай о Темари так плохо. Она хоть и блондинка, но не глупая. Не зря тебе ее рекомендовали: с появлением но Собаку во всем финансовом отделе воцарился порядок, да и организованность заметно выросла. Пейн тяжело вздохнул и перевел взгляд на пуговицы рубашки своей девушки. − Ладно, убедила. Но сейчас мне меньше всего хочется обсуждать Темари. И сразу после своих слов рыжеволосый прикоснулся губами к шее Конан, которая довольно улыбнулась и зарылась пальцами в ежиковатую шевелюру Пейна. Не прерывая цепочку из поцелуев, мужчина прошелся губами чуть выше, пока не наткнулся на губы синеволосой. Не заканчивая поцелуй, двое начали медленно двигаться в сторону кожаного кресла, попутно пытаясь справиться с пуговицами на их одежде. Как только Пейн коснулся подлокотника, тут же подхватил Конан и приземлился на стул, усаживая себе на колени девушку. − Слушай, Пейн… − за секунду кабинет наполнился грубым мужским голосом, ворвавшимся внутрь без стука или предупредительного зова. – Ого, ребята. Вы бы это, на стол хоть перебрались. На коленях, конечно, есть своя экзотика, но после пары минут ты устанешь ее держать. − Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты стучал перед тем, как войти? – рассерженный Пейн крутанулся на черном кожаном кресле, чтобы его спинка закрыла полураздетое тело Конан. − И пропустить такое? Ты смеешься надо мной, − Хидан, даже не думая о том, чтобы покинуть кабинет, присел на одно из ближайших кресел и положил правую ногу на колено, после чего подпер рукой голову. Конан, застегнув все пуговицы на рубашке, встала на ноги и, гордо вздернув подбородок, удалилась в сторону своего отдела, напоследок гневно посмотрев на пепельноволосого идиота. Почему-то смущения не было ни капли, а вот злость грозилась вылиться из берегов терпения синеволосой. Пусть Хидан и был хорошим работником, ответственным начальником и прекрасным «чистильщиком» ненужных личностей, он всегда бесил своей наглостью и эгоцентризмом. О банальных правилах приличия, например, постучать перед входом, пропустить перед собой девушку в лифт или принести другу чашечку кофе, даже не шла речь. Ему это было чуждо. А когда дзясинист видел такое проявление вежливости у кого-либо из мужской половины работников компании, сразу кричал о том, что он заядлый подкаблучник или не уважающая себя тряпка. Пейн устало откинул голову назад и громко вздохнул: − О Ками, скажи мне, что все прошло гладко и ты выпытал у него всю информацию. Хидан, повиснув на пару секунд в своих мыслях и уставившись в одну точку, облизнул губы, а затем широко улыбнулся. − Не упоминай при мне это ничтожное создание, которые вы считаете богом. Оно не достойно этого звания, − на мгновение став серьезным, загробным голосом выдал дзясинист, а затем, чуть помедленнее, продолжил: − Ну, как сказать. Я узнал, что он не налоговик. − И все? − Да. Рыжеволосый мужчина тихо ругнулся про себя и закрыл ладонью глаза. − Хидан. Тот удивленно глянул на физически и морально убитого друга, а затем быстро протараторил: − Он меня выбесил! Ты бы слышал его тон, его слова! Да этот еблан не заслуживает права существовать на этой планете! − Хидан, − Пейн попытался прервать длинный и не законченный диалог дзясиниста, но тот лишь вскочил с кресла и начал активно размахивать руками, чтобы доказать свою невиновность. − Нет, ты послушай. Они даже не удосужились забить в базу данных левого работника! Они нас совсем за идиотов держат. И ты хотел, чтобы я просто так смотрел этому мудиле в глаза и пытался выпытать информацию? − Именно, − сделав каменное лицо, директор попытался еще раз утихомирить разбуянившегося друга. − Да тебе Конан, походу, все мозги отсосала! – с каждой секундой Хидан приходил все в большую и большую ярость, совсем не думая о том, что говорит. − Что? – лицо Пейна на минуту исказилось в гримасе удивления, а потом начало медленно краснеть от злости. Хидан, полностью уверенный в своей правоте, встал, как победитель, и сверлил своими малиновыми глазами темные глаза своего босса. Рыжеволосый медленно поднялся с кресла и подошел к окну. Внутри все кипело, и он не мог справиться с подступающим гневом. − Почему сегодня все ведут себя, как хотят? – усиливающийся тон и резкий поворот в сторону Хидана. – Какого хера СЕГОДНЯ все нарушают изданные правила? Почему все думают, что я не могу не простить? Откуда в моей компании, которую я поднимал с самого дна, такой беспорядок?! Громко ударив рукой по столу, Пейн указательным пальцем ткнул на дверь. − Пошел вон. Пепельноволосый, достав из кармана левое удостоверение личности и какой-то свернутый листок, примирительно выставил руки перед собой и исчез за дверью. Похоже, он пропустил что-то интересное, раз его босс настолько разозлился из-за обычной недошутки. Дзясинист никогда не отличался тактичностью и много раз ляпал такие фразы, но впервые увидел агрессивную реакцию. Обычно все обходилось уничтожающим взглядом, скрывающимся за стеной смеха Пейна. *** Темари с улыбкой вошла в комнату отдыха, чтобы сделать себе чашечку бодрящего кофе. Блондинка сегодня появилась на работе очень рано и с самого утра не отвлекалась на перекусы и перерывы, погребенная под кипой свалившихся документов и бумаг. Последняя неделя была адской, и в компании творилось не пойми что: Пейн все время ходил обеспокоенный, витающий в мыслях, с суровым лицом; Хидан слишком часто куда-то исчезал в рабочее время по просьбам босса, да и кроме того хватал с собой Саске; Конан (явно в курсе всего происходящего) молчала и увиливала от ответов, к тому же практически не заходила к Пейну в кабинет, что являлось огромной редкостью. Несмотря на то, что все вокруг уверенно заявляли, что это связано с приездом заморских гостей, Темари своей женской интуицией чувствовала, что в компании творится нечто загадочное. А она еще не достойна доверия, поэтому не посвящена во все подробности их тайн. В конце концов, обижаться на это не было смысла, ведь девушка работала в этой корпорации всего лишь пару месяцев. Но это не мешало ей видеть сгущающиеся тучи над компанией. Как только но Собаку оказалась внутри светлой комнаты, где играло радио и приятно пахло разными вкусностями, то сразу услышала два мужских голоса. Один из них был ей очень хорошо знаком и последнее время порядком раздражал. Темари уже успела сцепиться с главным аналитиком в никому неизвестной схватке умов. Или не умов. Она сама толком не понимала, что происходило между ней и Шикамару Нарой. Он был невыносим в своем пофигистичном отношении к миру и работе. Собаку но же была ответственной с раннего детства, привыкла, чтобы все делалось аккуратно и со всей душой. И эта часть ее характера сохранилась до сих пор, став чем-то вроде тарана для пробивания собственной дороги к идеальной жизни. Именно по этой причине апатичный характер брюнета ее жутко бесил. Собаку но подошла к кофеварке, отвернувшись от двух парней, и начала готовить себе кофе. Витая в своих думах, она не сразу почувствовала на себе взгляды. Изучающие и настойчивые, словно кто-то пытался протереть в ней дырку. − Говорят, я пропустил твой дебют. Темари, вновь вспомнив щекотливую ситуацию в кабинете директора, чуть покраснела, но не растерялась. Решив проигнорировать, девушка повернулась к двум парням позади и с фальшивой улыбкой произнесла: − Саске, ты бы нашел Хинату вместо того, чтобы просиживать время здесь. − А что не так с моей секретаршей? − Бедняжка умирает от чрезвычайного внимания к своей персоне, ну, или некоторой ее части. Она забежала в туалет с таким видом, словно за ней гнались голые мужики – краснеющая, запыхавшаяся. Впрочем, потом она стала не лучше и побледнела до цвета снега, − блондинка присела на краешек стола, на котором стояла кофеварка, и довольно ухмыльнулась, заметив на смазливом личике Учихи беспокойство. Саске встал с диванчика кремового цвета и удалился за дверь в поисках Хьюги. Напоследок, чтобы не остаться в долгу у Собаку, он все же вставил свое слово, с усмешкой сказав добивающую фразу: − В следующий раз, когда захочешь остаться с Нарой наедине, просто моргни три раза. Темари на мгновение остолбенела, переводя взгляд с одного уходящего брюнета на второго, сидящего недалеко от нее. Спасибо кофеварке, которая щелкнула, оповестив о готовности напитка и вернув блондинку в реальный мир. Темари, быстро метнувшись к чашке с кофе, взяла ее в руки и гордо прошествовала в сторону второго дивана, стоящего в углу. Вкладывая в движения как можно больше грации и пикантности, но Собаку сама не понимала, зачем так красуется перед местным гением. Хотя Нара, похоже, был не особо против и довольно хмыкнул, когда блондинка приземлилась на мягкую подушку. Игнорируя взгляд Шикамару, Темари расслабленно прилегла на спинку дивана и прикрыла глаза. Только сейчас она осознала, как же устали ее ноги в этих туфлях. Сделав первый глоток, блондинка содрогнулась от приятного тепла. Не открывая век, она продолжала лежать на диванчике и вкушать плоды заслуженного отдыха. И все было бы просто замечательно, если бы не сверливший взгляд. − Нара. Бесишь. Брюнет, отведя свой взор от Темари, поднял со столика небольшую коробочку и протянул ее Собаку но. Чтобы привлечь к себе внимание, он довольно громко спросил: − Печеньку? Бирюзовые глаза, представ перед миром, впились в карие. Брови нахмурились, а сама блондинка села ровно. − Печеньку? – повторила вопрос Темари, посмотрев, наконец, на протянутую коробочку с мучными сладостями. − Ну, да. Печенька. Для наглядности Шикамару потряс упаковку перед девушкой. − Печенька – это такое кондитерское изделие… − Я знаю, что такое печенька, идиот, − Темари шикнула, прерывая интеллектуальный порыв брюнета. − Тогда почему переспросила? – Шикамару чуть заметно приподнял уголки губ: начальница финансового отдела явно вызывала к себе интерес. И дело было даже не в прекрасной фигуре с не менее прекрасной грудью, а в характере. Темари пожала плечами и все же протянула руку к коробочке, чтобы достать оттуда угощение. Печенье оказалось очень даже вкусным: свежим, с легким ароматом ванили и неплохой начинкой. Облизнув губы, но Собаку произнесла: − Очень вкусное. Где ты его купил? И что это за начинка? И как называется? − Слишком много вопросов, женщина, − Нара недовольно сморщил нос, но все же ответил на все три вопроса: − Сам приготовил. Секрет. Секрет. Хитрая улыбка коснулась губ Шикамару, и он довольно развалился на диване, закинув руки за голову и широко зевнув. Самое время поспать. А Темари в это время напряглась: тот факт, что брюнет сам приготовил печенье, заставил насторожиться. Мало ли что он туда подмешал. И хоть маленький росток доверия начинал появляться в их отношениях, Собаку но не спешила слепо верить Наре. − Ты умеешь готовить? − А кто мне готовит, по-твоему? – сонно пробормотал Шикамару. − Девушка? – через себя выдавила Темари, пытаясь побороть в себе желание назвать эту особь женского пола шлюхой. − Женщины слишком проблематичны, чтобы иметь с ними дело. − Будешь так думать – помрешь холостяком в захламленной квартире. − Останешься такой же мужененавистницей – помрешь старой девой в окружении двадцати кошек. − Если я феминистка, это еще не значит, что у меня не будет парня. − Ага, − саркастично хмыкнул брюнет. – Сама-то поняла, что сказала? Темари запнулась, но потом с удвоенной силой начала тараторить: − И вообще, с чего ты решил, что я феминистка? То, что я не поклоняюсь мужчинам и не охочусь за ними, как остальные, еще ничего не значит… − Женщина, молчи. Я спать хочу. Но Собаку резко встала с дивана и рассерженно топнула ногой. Мало кто осмеливался так общаться с ней, боясь боевого характера блондинки. А этот негодяй будто специально заставлял ее злиться. Кинув на прощанье в Шикамару ложку, Темари вышла из комнаты. Ее еще ждала целая куча дел, и бумаги давно скопились на столе в ожидании просмотра. _________________________________________________________ *Узумаки - эм, я не уверена, но гугл подсказал мне, что Пейн имеет корни с кланом Узумаки и является его частью :о и еще, если кто-то знает фамилию Конан и Хидана, буду благодарна, если поведаете мне эти загадки ^ ^