Новолуние

      — В моё время всё было отнюдь… не так, как сейчас. — Подняв глаза на Бенсон, уперевшуюся руками в стол и по-прежнему стоявшую напротив, Алистер указал взглядом на диван, — Лучше присядь, предстоит долгий рассказ. — Он слегка усмехнулся на недоверчивое выражение лица девушки и чуть склонил голову, когда она уселась на диван, недовольно сложив руки на груди. — Я родился и вырос в Англии четырнадцатого века, во времена правления Эдуарда II. Мой отец был бароном и участвовал в каждом заговоре против короля и его власти. Он обосновывал всё тем, что хочет защитить права аристократии и добиться превосходства над другими. Отец втянул в это и моего старшего брата, которого позже казнили вместе с несколькими баронами из-за ложных обвинений более влиятельных аристократов. Меня не интересовали политические игры тех времён, я жил в загородном поместье нашей семьи с матерью и сёстрами, предпочитал охотиться, а не строить козни и планы по свержению монархии. Я являлся самым лучшим охотником на всю округу, да и сокольничий из меня был отнюдь неплохой. — На лице вампира возникла слабая ироничная усмешка, он опустил глаза на стол Каллена и, взяв в руки карандаш, стал медленно вертеть его между пальцами. Кэтрин сидела молча, стараясь визуализировать рассказ ищейки. — Моим любимым занятием, помимо охоты, были соколы. Я обожал этих птиц, тренировал их, души в них не чаял. Но ничто не длится вечно, верно? Какая ирония… — мужчина издал тихий смешок, обнажая белоснежные зубы. — После смерти моего брата отец начал крайне недоверчиво относиться к другим баронам, в конце концов стал одержим идеей мести. Наша семья ушла из общества аристократов, отец считал это наилучшим и самым безопасным выходом для меня и сестёр. Сам же он углубился в легенды, россказни и прочую дрянь, начал искать помощи у сил оккультизма и тёмной магии.       — Охота на ведьм… — невольно пробормотала девушка и чуть нахмурилась. Она слушала рассказ Алистера внимательно, не упуская ни единого слова, стараясь игнорировать свои размышления; в особенности те, которые касались произошедшего в горах. Один лишь миг потери контроля русла мыслей, и у Бенсон могла начаться истерика, ведь углубись она в анализ и осознание того, что она убила человека, пусть и вампира, добром бы это не кончилось. Отгоняя мысли, Кэтрин вновь сосредоточилась на ищейке. Несмотря на всё пережитое, вампиров и оборотней, в голове всё ещё с трудом укладывалось, что кто-то может быть действительно настолько… старым? Девушка не могла правильно подобрать определение для Алистера, ведь этот вампир даже старше Карлайла, возраст которого она и сейчас с трудом воспринимала. Кэт глядела на мужчину с неким восторгом и изумлением, стараясь принять факт, что вампиру больше семисот лет и его рассказ — самая что ни на есть правда.       — Да, с каждым столетием она всё больше и больше набирала обороты. Охота на ведьм, вампиров, оборотней… В то время столько невинных людей было сожжено заживо, костры инквизиции не гасли ни на миг. Облавы становились чаще, количество жертв росло, однако пасторы и их прихвостни, участвующие в охоте, натыкались на настоящих «чудищ» весьма редко, — мужчина затих и взглянул на девушку, а после продолжил, — а если и встречали, то не возвращались домой. В конечном счёте, мой отец нашёл то, что искал. Однажды ночью он привёл меня в секретные туннели Лондона, где обычно собиралось множество мелких аристократов для тайных советов. Тогда он сказал, что его план — посадить меня на трон Англии. Отец поклялся, что я стану следующим Карлом Великим… — на лице Алистера возникла кривая улыбка, он отвёл глаза от Кэтрин и вздохнул, слегка нахмурившись, — после объяснения этого плана прибыл человек по имени Астарот. На самом деле его звали Джордж, однако он весьма сильно любил насмехаться над людьми используя псевдоним, заставляя их верить, что он был принцем из Ада. Он вёл людей, влюбленных в оккультизм, прося их пожертвовать всем, что им дорого, в обмен на его сверхъестественную помощь, потому что ему нравилось наблюдать за тем, как далеко заходит человек в достижении своих целей. Люди — настоящие безумцы, во всех смыслах. Тогда я, конечно, не знал, что он является вампиром, согласившимся обратить меня по желанию моего отца. Джордж рассказал мне о правилах, дал несколько советов, а после впился в шею и сбежал, — голос ищейки стал чуть тише, однако, еле слышно чертыхнувшись и неодобрительно качнув головой, он продолжил: — Боль была адская, просто невыносимая. Я убил крестьян, которых привёл для меня Джордж, а когда вернулся отец… гнев и безумие, проснувшиеся во мне, жажда человеческой крови были слишком сильны. Я возненавидел отца, за то что он со мной сделал, хоть и чужими руками.        Мужчина поморщился, откинувшись на спинку кресла, и замолчал на несколько секунд, хотя Бенсон казалось, что Алистер затих на целую вечность. Лицо вампира исказила злоба, обида и печаль, что навело девушку на мысль о неумышленном убийстве, содеянном ищейкой.       — Когда я вернулся домой, то понял, что отец отдал матушку и сестёр ради моего бессмертия. Чудный обмен, не правда ли? — Алистер слабо усмехнулся, пытаясь скрыться за маской иронии и сарказма. — Отдать всю свою семью, чтобы твой единственный сын, которого удалось уберечь от разъярённых баронов, ставших твоими врагами из-за твоей же оплошности, превратился в бездушного кровопийцу.       — Я уверена, что твой отец хотел защитить тебя, — начала было Кэт, но смешок, полный издёвки, прервал её.       — Да, конечно. Он просто святоша! — прошипел мужчина, сложив руки на груди.       — Не мне и не тебе судить его, Алистер. Все мы совершаем ошибки. Он был готов пожертвовать всем, лишь бы дать тебе больше, чем имел сам, — Бенсон не сводила глаз с поморщившегося вампира и вздохнула, упершись локтями в колени, — возможно, он не подозревал, не знал последствий. Но я уверена, делал всё это он не со зла, а только из лучших побуждений.       — Непременно… — процедил он и провёл по волосам, на какие-то доли секунды задумавшись, погрузившись в свои мысли.       — Расскажешь, что произошло дальше? — мягко обратилась к нему девушка, всё так же внимательно всматриваясь в лицо вампира, хватаясь за возможность не давать себе думать о своём. Мужчина прикрыл глаза и молча кивнул на слова Кэтрин.       — После осознания произошедшего я пытался утешить себя соколами. Однако кто же знал, что они, как и все звери, испугаются вампира! Спустя некоторое время я стал скитаться в одиночку, избегая контактов с вампирами и людьми. Лишь когда был голоден или хотел узнать, что происходит в мире, выбирался куда-то. Время шло, Англия преображалась, сменялись короли, появлялись новые правила, устои и обычаи. С каждым столетием облавы на нечисть становились всё более жестокими, временами скрываться было весьма проблематично. В конце шестнадцатого века начались очередные массовые гонения и охота на вампиров. Тогда я как раз решил сменить привычное мне место и перебрался на запад Лондона, в Актон, что в скором времени стало одной из моих ошибок… — вампир вернул карандаш на место и закинул ногу на ногу, снова окидывая девушку взглядом своих алых глаз и продолжая: — Я был чертовски голоден и вышел на охоту поздней ночью, нашёл какого-то бродяжку, блуждающего в безлюдном переулке, почти на самой окраине городка, однако умудрился угодить в ловушку. Крестьяне, во главе с пастором одной из своих церквей, искали вампиров, вооружившись вилами и факелами. Как ты сама знаешь, огонь смертелен для нас, поэтому я бросился наутёк, но они оказались весьма подготовлены. Лучше, чем я предполагал. Выход из переулка был заблокирован старыми повозками, которые они подожгли, преградив мне путь к отступлению. Я забрался на какой-то балкончик и попытался затаиться там, однако свет от факелов становилось всё ярче, а людей, вышедших на поиски вампиров, приближалось всё больше. Тогда я впервые ощутил леденящий страх и холодок, пробежавшийся по спине. И причиной этому были вовсе не крестьяне и облава… — губы ищейки расплылись в улыбке, когда от услышанных слов девушка ахнула, а в её глазах разгорелся ещё больший огонёк изумления и интереса, — меня затащили в комнату, заставив убраться с того балкона. Вначале я подумал, что он был человеком, так как не заметил явных визуальных признаков вампира, но когда от вида крови, испачкавшей мою одежду, его глаза вспыхнули алым, а меня вжали в стену и жестом приказали молчать, мне пришлось изменить своё мнение.       — Энтони? — произнесла Кэт, на что Алистер одобрительно кивнул.       — Это был Хогарт. Сказал мне ждать его в той комнате, пока он уведёт людей по ложному следу. Кто бы мог подумать, что он притворялся пастором! — ищейка издал тихий смешок. — Я был слишком напуган, что-то внутри подсказывало смыться в тот же миг, как он скрылся из виду, однако этот чёртов интерес, адреналин от возникших ощущений вынудил меня дождаться его. Так я и познакомился с Энтони, он спас мою шкуру, хотя спустя столько столетий я всё ещё задаюсь вопросом… если Хогарт играл роль пастора, вёл эту облаву, почему он не дал крестьянам сжечь меня? Я был слаб, едва ли пинту крови успел выпить… Впрочем, это не столь важно. А ты, — Алистер склонил голову на бок, пристально глядя на Бенсон, — видимо, ожидала более будоражащий душу рассказ о нашем знакомстве с Энтони, я прав? Ладно, ладно, — мужчина поднял руки в поверженном жесте и усмехнулся, даже не дав девушке и слова вставить, — тебя больше интересует сам Хогарт, понимаю. Но поверь, узнал о нём я весьма мало. Он спас меня, мы перекинулись парой слов, так как я не мог не спросить его об ощущениях, которые почувствовал. Позже он помог переждать облаву, затем выбраться из Актона и дал понять, что я в любой момент могу обратиться к нему за помощью и он никогда не откажет. Однако, взамен Хогарт попросил сохранить нашу встречу в тайне, заверяя меня, что для нас обоих безопаснее, если о нём будут знать как можно меньше. Чёрт, увидеть его в облике волка было незабываемым ощущением! Он увёл людей по ложному следу, мол, «идите за оборотнем!» Тогда я впервые встретил громадного волка-перевёртыша. Живого оборотня. Я слышал о них, но в основном лишь в россказнях, легендах и сказках. До меня доходили слухи о племенах индейцев из Нового Света, имеющих способность превращаться в громадных псов, но видеть это своими глазами… Хогарт заставил удивиться даже меня, хотя признаюсь — ты, Кэтрин Бенсон… произвела на меня ещё большее впечатление, — съязвил вампир, расплывшись в улыбке. Кэт нахмурилась и невольно впилась ногтями в подлокотник кожаного дивана. Девушка недовольно сложила руки на груди и вздохнула, требовательно вскинув бровь, намекая на продолжение рассказа. — Хорошо, перейду к тому, что интересует тебя гораздо больше. Карлайл.       По спине Кэтрин пробежали мурашки, а в груди всё сжалось, когда она услышала имя главы Олимпийского клана. Девушка старалась отогнать возникший в памяти образ Каллена, чтобы сконцентрироваться на рассказе ищейки, несмотря на то, что это давалось ей с огромным трудом. Бесспорно, история Алистера была для Бенсон весьма увлекательной, её интересовала и информация о Хогарте, однако она всё же безмерно жаждала узнать о Карлайле как можно больше.       — Что ты о нём знаешь? — её голос предательски дрогнул, хотя девушка мгновенно попыталась сделать максимально серьёзное и невозмутимое выражение лица. Губы вампира растянулись в удовлетворённой и коварной улыбке, алые глаза окинули Бенсон нескрываемым оценивающим взглядом. Дёрнув бровями и довольно поморщив нос, вампир издал тихий смешок и склонил голову.       — Поверь, — мужчина обнажил свои белоснежные зубы, — знаю я достаточно. Ты же в курсе, что он родился в семье англиканского пастора и выслеживал вампиров? — Кэтрин чуть насупила брови, на что Алистер изумлённо ахнул. — Так он о себе ничего не рассказывал?       — Я… — девушка на миг запнулась, пытаясь вспомнить хоть что-то о Карлайле, — почти ничего о нём не знаю. Он родился в Лондоне, после перебрался в США…       — Каллен, Каллен… — протянул ищейка, покачивая головой, — и это я ещё молчаливый и замкнутый, — вампир тихо засмеялся и продолжил: — Карлайл родился примерно в тысяча шестьсот сороковых годах, мать умерла при родах, а его отец был пастором. Отец, как и многие другие священники, вел охоту на вампиров утверждая, что очищает мир от зла, убивал людей, которых ошибочно принимал за одних из нас. Спустя годы Карлайлу пришлось взяться за его работу, хотя он ненавидел это. Однако, всё же принявшись за дело, он оказался весьма умен, нашёл действительно настоящий клан вампиров, населявший канализацию Лондона, — Алистер говорил чуть медленнее, произносил каждое слово чётко, неспешно и с некой издёвкой, пристально наблюдая за Бенсон. Девушка шумно сглотнула, осознавая, что ищейка делает это специально, явно оценивая её реакцию, наслаждаясь волнением и заинтересованностью, скрыть которые ей так и не удалось. — Карлайл возглавил охоту и, когда он и его люди выступили против клана, подвергся нападению вампира. После, он оставил Каллена истекать кровью на улице, а тот, осознавая, что будет делать отец-пастор, спрятался в картофельном погребе до окончания обращения.       Кэтрин замерла, перестала дышать и даже моргать. Сердце бешено заколотилось, хотя рассудок монотонно твердил, что всё в порядке и это было очень давно. Однако от возникающих картинок перед глазами, которые представляла себе Бенсон, она ощущала морозный холодок по телу. Чёртово воображение. Представить Карлайла и его отца, да ещё и в семнадцатом веке, было немного проблематично, а охоту на вампиров, закончившуюся превращением, и подавно. Кэт не осознавала, насколько болезненным может быть обращение в вампира, хотя все кругом постоянно твердили ей об этом, описывали тот момент как самый ужасный в их жизни. Она видела, как вела себя Белла, когда яд Джеймса попал в её кровь, однако, пережив нападение Виктории, она сама ничего подобного не испытала. Из размышлений вынудил вырваться голос Алистера, снова привлёкший к себе внимание.       — Карлайл был в ужасе от того, кем стал. Он пытался убить себя самыми различными способами: голодал, пробовал утопиться, прыгал со скал. Но ничто не могло навредить ему. В конце концов, он так отчаянно нуждался в крови, что, прячась от людей в пещере в лесу, решил напасть на стадо проходящих оленей, — вампир усмехнулся, всё так же глядя на девушку, — тогда Каллен и понял, что можно сидеть на этой «диете», а не убивать людей.       — Как вы познакомились? — немного напрягшись и обхватив себя руками, поинтересовалась Кэтрин.       — Я впервые встретил Карлайла в восьмидесятых годах семнадцатого века. Неохотно пришлось перекинуться с ним парой слов, слишком уж он был доброжелательным, — Алистер фыркнул, по-прежнему улыбаясь, — Через пару лет я вновь повстречал его, однако тогда из-за его диеты поползло ещё больше слухов о вампирах и оборотнях. Крестьяне решили сжечь часть леса, чтобы уберечь себя. Каллен оказался в ловушке, — ищейка невольно поморщился, видимо, вспомнив жгучие языки пламени, — а я предупреждал его, что оставаться в лесу — не лучшая идея… — Бенсон прислонила сложенные ладони к лицу, опустив взгляд на пол, — ему повезло, что я был неподалёку и узнал о поджоге, правда… об этом мне сообщил Энтони.       Девушка резко нахмурилась и устремила свой взор на ищейку, не отрывая взгляда ни на секунду. Алистер вновь сложил руки на груди и кивнул, подтверждая свои слова.       — Да, Хогарт к тому моменту перебрался в другой конец Лондона и периодически поддерживал со мной связь. От него я и узнал о плане сжечь часть леса, поэтому отправился на поиски Карлайла.       — Он выбрался сам?       — Если бы, — фыркнул ищейка и тихо чертыхнулся, — когда я добрался, всё уже было в огне.       — Но вампиры же быстрые и могут… — начала было Бенсон, однако Алистер резко оборвал её.       — Можем. Но не когда всё вокруг полыхает непреодолимой стеной, — ответил мужчина, — я нашёл его, мы почти выбрались, но на нас напал один из крестьян с факелом в руках. Не знаю, чем этот кретин думал, но мне ничего не оставалось как выиграть Карлайлу время, разобравшись с человечишкой. Среди лондонских вампиров к тому моменту стал ходить слушок о каком-то человеке, который может помочь скрыться от людей, переждать облаву или даже выбраться из Англии незамеченным.       — Этим человеком был Хогарт? И ты… направил Карлайла к нему?       — Верно мыслишь, — Алистер не смог сдержать удовлетворённой улыбки. — Я сказал ему отправляться к Лекарю, мол, встретимся там. Прозвище Энтони помогало ему оставаться в тени, скрывая своё настоящее имя. Карлайл нашёл укрытие у Хогарта и его подопечного, вампиришки Айзека. Тот щуплый паренёк бегал за ним, словно пёс, и всюду таскал свою кошку. — Кэт ощутила волну мурашек по спине, ведь она снова погрузилась в свои воспоминания и размышления. Перед глазами предстали обрывки одного из кошмаров, где она видела Айзека, сидящего за старым столом, рядом с которым крутилась чёрная кошка. — Он по-прежнему притворялся пастором, а люди слишком сильно доверяли священникам и церкви, так что… это было идеальным прикрытием. Каллен скрывался в доме Хогарта до тех пор, пока облавы временно не утихли. До сих пор не могу понять, чем Каллен так заинтересовал Энтони, что тот охотился для него, приносил еду, заботясь о том, чтобы Карлайл снова не встрял в передрягу. Хогарт разделял все виды питания вампиров, ему не было важно. Кровь человека или животного — это еда. Спустя некоторое время он помог Карлайлу перебраться во Францию, ведь тот слишком хотел учиться и делать что-то полезное. А после Каллен угодил к Вольтури. Энтони предупреждал его, чтобы тот лучше не совался к ним, но Карлайл был слишком любопытен и жаждал узнать других вампиров. Эти итальяшки ещё и называли себя «ночными покровителями искусства», — ищейка издал смешок, полный иронии и издёвки, — чёртовы Вольтури, сколько проблем от них!       — Да кто такие эти Вольтури, в конце-то концов? — фыркнула Бенсон, нахмурившись, когда вспомнила о каком-то клане вампиров, упоминаемом Энтони и Айзеком в книге. Алистер невозмутимо указал взглядом на большую картину позади девушки, вынудив ту так же обратить на неё внимание.       — Я так надеялся, что Карлайл избавился от этого полотна. Собственно, вот они — Вольтури, — вздохнул мужчина, — вечно присутствуют в кабинете, наблюдают. Солимена, к несчастью, был слишком хорош. Вышло весьма реалистично, — цокнув языком, процедил ищейка, недовольно отведя взгляд от троицы, расположившейся на балкончике.       — Карлайл был одним из них? — вновь разглядывая самую большую и пёструю картину на стене, спросила Кэтрин, остановив свой взгляд на Каллене, стоящем чуть поодаль от неизвестных ей мужчин.       — О да, он был, добрался до вершин… стал одним из главных советников Аро, — протянул вампир, — но не надолго.       — И когда они жили, существовали? Судя по картине, если её и правда писал Франческо Солимена, — это восемнадцатый век? — украдкой взглянув на Алистера, поинтересовалась Бенсон и, встретившись со взглядом алых глаз, поспешила снова вернуться к полотну, написанному итальянским художником.       — Почему же «существовали»? — с уст мужчины сорвался задорный смешок. — Они есть! Живее всех живых, к сожалению.       — Подожди… — Кэтрин непонимающе глядела на вампира, по-прежнему переваривая его слова, — они всё ещё… они прямо сейчас? — девушка взглянула на Алистера, однако тот залился хохотом.       — Да, — он криво усмехнулся, — Вольтури живее всех живых! Сидят в своей Вольтерре, в Италии, и высовываются только для того, чтобы вершить своё мнимое «правосудие», — фыркнул вампир.       — Я… думала, что они следят за порядком среди вампиров.       — Да… конечно. Слышала о законах вампиров?       — Немного… вампирам нельзя убивать открыто, заявлять о своём существовании и что-то в таком духе.       — На протяжении веков Вольтури устанавливали и применяли ряд законов, особых правил, которым все вампиры должны подчиняться под страхом смерти, — на лице мужчины возникла ироничная усмешка, — не задумывалась, почему вампиры так трясутся и поджимают хвост, когда открывается их тайна? Они не боятся людей, не боятся раскрыть свою сущность, ведь человека можно просто убить или запугать до такой степени, что он забудет собственное имя. Вампиры боятся их, — Алистер указал на картину, — ибо если слушок о нарушении закона дойдёт до чёрных плащей, а в особенности до Аро — грядёт наказание.       — Чёрных плащей… — девушка на миг нахмурилась, когда от слов Алистера в памяти возникли отрывки кошмаров. Поморщившись, она чуть тряхнула головой, отгоняя мысли, — Аро? — невольно Бенсон вспомнила и о тёмно-бордовой книге, в которой Энтони как-то упоминал вампира с подобным именем. — Это же тот, в центре? — внимательно разглядывая картину, в особенности изображенных на ней мужчин, спросила Кэтрин.       — Аро — главный лидер ковена. Тот ещё тип. Он держит власть над всем и готов пойти на всё, чтобы сохранить свой статус, даже если это означает убийство, — ответил Алистер и продолжил: — Как по мне, так за тысячи лет у него знатно крыша поехала. Однако это не мешает ему наводить всё тот же ужас. Рядом с ним светловолосый парень, — ищейка указал на соседнего вампира, — это Кайус. Самый безжалостный вампир, которого я только видел. Поверь, более ужасного человека ты в жизни не встретишь.       — А третий? — разглядывая высокого темноволосого мужчину, спросила девушка.       — Это Маркус, — вздохнув, протянул ищейка, — самый меланхоличный и, как бы это смешно не звучало, сострадательный из лидеров ковена. Я бы назвал его «голосом здравого смысла» Вольтури.       — Серьёзно? — скептически спросила она.       — Да. Поверь, он действительно ещё весьма сносный глава клана. Дело в том, что Маркус познал великую любовь, но трагично лишился её. Это повлияло на него, изменило… я бы сказал, в лучшую сторону.       — У него была жена?       — Удивлена? — вампир засмеялся и, широко улыбаясь, провёл по волосам. — Да, у него была супруга. Впрочем, как и у всех лидеров Вольтури. Женой Аро является Сульпиция, Кайуса — Афинодора, а вот супругой Маркуса была Дидим — младшая сестра Аро.       — Но она мертва… верно? Ты использовал прошедшее время.       — Маркус пытался найти того, кто причастен к её смерти, однако после десятилетий неудач он стал весьма апатичен, а после и вовсе закрылся в себе.       — Неужели Маркус правда не смог понять, кто убил его жену? А сам Аро? Его сестра была убита, неужели он не хотел найти того, кто это сделал? — удивлённо продолжала Бенсон, но Алистер прервал её.       — Видимо, нет, — вампир хлопнул руками по коленям и откинулся на спинку кресла, — но если Вольтури и действительно нашли причастного, то следовали бы за ним до последнего. Каждый знает, что если за тобой идут Вольтури, то выжить шансов мало. Очень мало… — мужчина покачал головой, — однако, если ты чем-то заинтересуешь главную троицу, тебе может выпасть возможность продолжить своё существование. Как страж клана, — став вертеть ручку в руках, добавил он, — чем интереснее и могущественнее твой дар, тем большая вероятность, что ты очаруешь Аро и он пригласит тебя в свои ряды.       — Никто в здравом уме… — с некими нотками презрения в голосе начала Бенсон.       — Тише, — Алистер прислонил к губам указательный палец и лукаво улыбнулся, — я не дошёл до интересного момента. Конечно, мало кто согласился бы присоединиться к Вольтури добровольно. Зная их репутацию… Однако, Аро весьма расчётлив. За столетия он разыскал самых одарённых вампиров, и поверь, есть у него определённая особа, которая может манипулировать эмоциями. Эта дамочка заставит тебя охотно служить лидерам, хочешь ты того или нет.       — Это она заставила Карлайла остаться с Вольтури?       — Нет, — отрицательно махнул головой Алистер и расплылся в широкой улыбке, — пришёл к Вольтури он сам, а Чармион свой талант не применяла.       — Чармион… это одарённая вампирша?       — Сейчас, насколько я знаю, она зовёт себя Челси, но это не меняет сути. Она одна из самых больших любимчиков у Аро, добилась весьма высокого статуса благодаря своему дару.       — Ладно, хорошо. Но… ты хочешь сказать, что Карлайл сам изъявил желание присоединиться к Аро и Вольтури? — Кэтрин непонимающе глядела на вампира, стараясь понять решение Каллена. — Если клан вампиров в Италии столь опасен и ищет только одарённых вампиров, зачем он оставался с ними и почему они не прогнали его самостоятельно? Почему? Зачем ему это было нужно? Вольтури и Карлайл… звучит весьма сомнительно.       — Картина — тому доказательство. Карлайл прожил с ними почти двадцать лет, — поспешил ответить ищейка, — когда Каллен прибыл в Вольтерру в начале тысяча семисотых, Аро был впечатлён и заинтригован тем, что можно питаться кровью не людей, а животных. Понимаешь, Кэт, Аро видит себя и всех вампиров как бездушных монстров, это одна из причин, по которой он был так заинтригован и тронут Карлайлом. Ведь он был первым вампиром, которого повстречали Вольтури, ценившим человеческую жизнь больше, чем свою собственную. Аро было интересно, как вампир может питаться кровью животных и обходиться без убийств людей. Он попытался убедить Карлайла, что пить человеческую кровь естественно и необходимо. Аро не раз говорил с ним об этом, проверял, подкидывая тела, истекающие кровью, в библиотеку или покои Каллена, — вздохнув, Алистер пожал плечами и добавил, — однако Карлайл был непоколебим. А спустя время он всё-таки ушёл от них и перебрался в Новый Свет.       — Но как ему удалось уйти из клана? Не думаю, что Вольтури могут так просто взять и отпустить… даже если вампир не имеет особо ценного дара, который был бы им полезен.       — И ты абсолютно права. Вольтури никогда никого не отпускают просто так. Только если у них нет определённых планов на будущее.       — Карлайл же не одарённый вампир, который мог бы заинтересовать Аро, так почему…       — Доброта, которую Карлайл проявил к Аро, и способность говорить с ним, как равный, вынудили главу клана считать его другом. В какой-то степени… — протянул ищейка, поднимаясь с кресла.       — Но я всё ещё не понимаю… — пробормотала Бенсон, на что Алистер издал тихий смешок и, открыв двери, вышел на террасу. Сложив руки за спиной, вампир прикрыл глаза. Недолго думая, Кэт вскочила с дивана и встала рядом с ищейкой, оперевшись на поручни.       — Аро дал своё разрешение и позволил Карлайлу уйти, — сказал вампир, открыв глаза.       — Вот так вот просто? Ты же сам сказал, что Вольтури никого не отпускают! — не унималась девушка, отчего мужчина закатил глаза, но по-прежнему улыбался.       — Скажем так, однажды случился один инцидент, благодаря которому его и отпустили, — окинув Кэт слегка странным взглядом, ответил он.       — Алистер, ты сейчас намекаешь, что был с этим как-то связан? — Бенсон удивлённо вскинула бровь, а ищейка расплылся в ещё более широкой улыбке.       — Не буду этого опровергать.       — И что ты сделал?       — Нет, нет, Кэтрин, — Алистер устремил свой взор на ночное небо, — это уже пусть тебе расскажет сам Карлайл, если посчитает нужным, хотя… — украдкой взглянув на девушку, мужчина на миг затих, подбирая слова, — нет. Ты и так сможешь вытрясти из него информацию, я в этом не сомневаюсь. От тебя сложно отделаться, настойчивости тебе не занимать.       — Ну хотя бы намекни, из-за чего Вольтури отпустили его! — умоляющим тоном говорила Кэт, постаравшись не обращать внимания на едкое замечание ищейки. Она действительно слишком настойчива, в особенности если нуждается в ответах на свои вопросы, — Алистер, мне нужно сейчас с кем-то говорить, отвлечься и думать о всём, чём угодно. Иначе начну осознавать, что было в гор…       — Намекнуть? — оборвал девушку вампир и, по-прежнему улыбался, самодовольно, с неким наслаждением, ведь он понимал, что знает куда больше Бенсон. И не только об Энтони Хогарте или Вольтури, но и о Карлайле. А учитывая, что он прекрасно осознавал, какие эмоции могут сейчас захлестнуть девушку, решил, что лучше всего потянуть время и дать ей отстраниться от произошедшего, чтобы в будущем воспринять убийство не так бурно. — Что ж, ладно. Скажем так… — мужчина опёрся на поручни и сплел пальцы, а после, выдержав паузу в несколько секунд, взглянул на Кэтрин и продолжил: — Во время одной из вылазок Вольтури, чтобы наказать группу вампиров, нарушивших законы, Аро и его жену ждала засада. Собственно, как и других лидеров клана. Они давно не брали с собой жён, однако, мучаясь от скуки уже который век и учитывая, что деревня была не так далеко от Вольтерры, лидеры ковена изъявили желание присутствовать на казни в полном составе. Их загнали в ловушку. Из огня. Впрочем, я всё ещё считаю, что будет лучше, если это расскажет Карлайл. Как никак, именно он вытащил Аро и Сульпицию из огня, — Кэтрин нахмурилась и прикрыла глаза, стараясь представить рассказ ищейки наяву, — Аро был благодарен Карлайлу и позволил ему уйти, вручив в знак почтения это чёртово полотно, висящее на стене кабинета.       Повисшая тишина, казалось, длилась вечность. Бенсон не произнесла ни слова с того момента, как Алистер закончил свой рассказ. Вернее, рассказал то, что посчитал нужным. Девушка погрузилась в свои размышления, бесцельно глядя куда-то вдаль густого Форкского леса, а в её голове творился настоящий бардак из различных мыслей. Опустив голову, Кэт обречённо вздохнула и провела руками по волосам в тщетных попытках помочь себе собрать все мысли воедино. Многовато информации вылилось на неё в этот вечер, и, к несчастью, ответов ей по-прежнему не хватало. Она в очередной раз пыталась ухватиться за тонкую соломинку, которая могла помочь ей разобраться в истории с Хогартом и гибридами, вампирами, оборотнями и тем, что делать дальше. Неизведанность чертовски пугала, вынуждая Бенсон тонуть в истязаниях собственных мыслей.       «Долго ты не сможешь этого отрицать, Кэтрин. Рассказ Алистера отвлёк тебя ненадолго, от случившегося не убежишь. Ты убила человека. Убила. Человека. Пусть он и был вампиром, однако ты его убила. Черт возьми… я убила человека!» — по телу пробежали ледяные мурашки, внутри всё до боли сжалось, желудок скрутило, а сама девушка пыталась преодолеть подступившее чувство тошноты, когда перед глазами возникло разорванное тело неизвестного вампира. Держаться на ногах стало тяжелее, отчего Бенсон повисла на поручнях, пытаясь не упасть. Вырваться из мрачных размышлений и слегка прийти в себя вынудило прикосновение холодной руки к плечу. Невольно вздрогнув, скорее от неожиданности, чем от самого прикосновения, Кэтрин резко оглянулась. Алистер одёрнул руку и выставил раскрытые ладони, чуть отклонившись от девушки.       — Ты в порядке? — встревоженно спросил он.       — Да… — облизнув пересохшие губы, пробормотала она и, поморщившись, попыталась выпрямиться.       — Просто ты так резко замолчала, побледнела, — мягко начал ищейка, аккуратно взяв Бенсон под локоть, — ещё и твои глаза… жутковато, даже для меня, — мужчина постарался изобразить беззаботную и дружелюбную улыбку, однако по его спине всё равно прошёлся лёгкий морозец. — Присядешь? — предложил он.       — Нет, со мной всё хорошо. Не бери в голову. Я в порядке… — качнула головой Кэт, однако так и не смогла переубедить вампира. Втянув в грудь воздух и, снова облокотившись на поручни балкона, Кэт продолжила: — Спасибо, что рассказал.       — Будто у меня был выбор, — вампир вновь усмехнулся.       — Но меня не отпускает одна мысль, — продолжила Бенсон, а Алистер развернулся к лесу спиной, безразлично сложив руки на груди, пытаясь скрыть свою заинтересованность, — вампир в горах, напавший на тебя, — после слов Кэт ищейка заметно напрягся, на его скулах проступили желваки, ясно дающие понять, что мужчина надеялся не затрагивать эту тему.       — Это было твоё первое убийство, ведь так? Ты первый раз отняла чью-то жизнь? — голос звучал более глухо и серьёзно. Бенсон молча кивнула, закусила губу в попытке помочь себе выбросить фрагменты убийства из памяти и села на деревянный пол, уперевшись спиной в ограждение.       — Я… — Кэтрин запнулась, стараясь подобрать слова, — толком не поняла, что произошло и что я сделала, — вампир последовал примеру девушки и также уселся на деревянный пол балкона, — я не понимаю… Алистер, почему он напал на тебя, а не на человека? — Бенсон посмотрела на мужчину взглядом, полным непонимания, так и жаждущим ответов. — Ты знал его?       — Я первый раз повстречал этого вампиришку. Не видел его прежде, ответить тебе не могу, — фыркнул он, однако после вздохнул и сжал переносицу. — Слушай, Кэт, я благодарен, что ты меня спасла, и всё в этом роде, но я бы и сам справился. Тебе не стоило лезть.       — Ты сейчас серьёзно? — Бенсон резко нахмурилась. — Это мне не стоило лезть? Может, сиди кое-кто в особняке, как его и просили, а не пытайся убить человека, всё было бы в порядке?       — Сама попробуй кровью из этих пакетов питаться! Мерзость! — шикнул вампир и поморщился. — И вообще, я был осторожен.       — Но почему-то ты всё равно валялся в снегу, когда тебе вот-вот бы оторвали голову! Ведёшь себя как ребёнок, а вроде взрослый мужчина, к тому же, вампир, который прожил не одно столетие.       — Считаешь, что это умно — так говорить с вампиром, да ещё и отчитывать его?       — Вполне. А теперь, будь добр, объясни, что это за чёртов вампир? Я заметила — что-то в нём тебя насторожило, — девушка не отводила взгляда вновь вспыхнувших фиолетовым глаз от ищейки, всё так же не отступая от желания услышать ответы и успокоить свою совесть.       — Меньше знаешь, крепче спишь, Бенсон. Всезнание до добра не доводит, — ответил мужчина, на что Кэт закатила глаза и раздраженно сказала:       — Это уже будут мои проблемы.       — Чёрт, Кэтрин… я предпочитаю мало говорить, но много слушать. С вами разговорился на столетий двадцать вперёд! Вы с Карлайлом друг друга стоите, — ищейка еле слышно чертыхнулся себе под нос и шумно выдохнул, хмуря брови. — Хорошо. Я видел таких вампиров лишь пару раз за всю свою жизнь. У каждого был шрам на шее, напоминающий две серповидные луны. — Алистер медленно, осторожно протянул руку к Бенсон, отчего девушка начала отклоняться назад. Но вампир кончиками пальцев откинул волосы в сторону. Из-за тёмных локонов показался неприметный шрам, который, несмотря на регенерацию оборотня и способности вампира, так и не затянулся. Девушка невольно вздрогнула и напряглась, сцепив зубы. — Прямо как у тебя, — продолжал он. Бенсон шумно сглотнула, прикрыла шрам дрогнувшей ладонью и вновь скрыла за волосами. — Твой шрам особенный, но не имеет ничего общего с тем, который был у того вампира. Сама видела, он отличается и весьма… весьма заметен. Ты знаешь, что у Энтони был ученик, подопечный, бегающий за ним повсюду — Айзек. Паренёк заслужил доверие Хогарта, он прилип к нему и клялся в безмерной верности, помогая в абсолютно любом, даже абсурдном деле. Когда Айзек слёг от чумы, Энтони решил обратить его, спасти от смерти. По его расчётам и мнению, самым наилучшим и эффективным вариантом было укусить в шею. Однако Хогарт говорил, что гибриду куда сложнее обращать людей. Вначале он дал парнишке выпить немного своей крови, а затем укусил. После попадания яда гибрида в кровь Айзека становление вампиром… произошло немного иначе.       — Что ты имеешь ввиду под этим «иначе»? — вопросительно глядя на ищейку, спросила Кэт.       — Человек, обращённый гибридом, становится невольно подконтрольным ему в независимости от того, какие взаимоотношения были до обращения. Он становится верным слугой, приспешником, готовым потакать своему создателю во всём и выполнять абсолютно любой его приказ. С зависимостью от гибрида справиться весьма трудно, — ответил Алистер, а после нахмурился, — думаю, с тебя на сегодня довольно, Кэт.       — Спасибо, — коротко сказала девушка, вызвав у вампира недоумевающее выражение лица, ведь он уже был готов выслушивать возмущения в свой адрес, упрёки и просьбы рассказать что-то ещё. Но Кэтрин лишь приподняла уголок губ и перевела взгляд на звёздное небо.       — Да… не за что, — протянул мужчина и уже было поднялся с пола как вновь услышал голос Бенсон.       — Алистер, могу я попросить тебя об одном одолжении?        — Что ещё? — с нотками раздражения ответил ищейка, спрятав руки в карманы.       — Научи меня.       — Что? — непонимающе переспросил он, оглянувшись на Кэтрин. — Научить чему?       — Научи меня быть вампиром, — невозмутимо и спокойно сказала девушка, впившись взглядом в вампира, — помоги понять, кто я. Мне нужна твоя помощь, Алистер.

***

      «2 декабря.       Алистер молчал несколько дней, всё раздумывая над моей просьбой. Странно, однако я думала, что он не согласится. После случая в горах он больше не выходил из особняка, за исключением того же самого вечера. Он провёл меня к границам территорий Калленов и Квилетов, а после вернулся назад. Завтра начнутся мои первые… «вампирские тренировки»? Или стоит это называть «тренировки вампира»? «Тренировки быть вампиром»… «тренировки вампиризма»? Нет, это уже немного не то…       Что до вампира, напавшего на него, узнать что-то новое мне не удалось. Есть несколько теорий, однако, как по мне, они весьма абсурдны. Надеюсь, со временем Алистер расскажет мне больше, или… может, это сделает Карлайл? Хотя, по правде, я не хочу впутывать его во всё это. Последние наши встречи были весьма натянутыми и… не знаю, всё это слишком сложно! Но я заметила, что он немного изменился. В последний раз Карлайл вёл себя немного иначе, не был таким отстранённым, как обычно. Сказалось ли на этом отсутствие Эсми в Форксе или ему просто нужно было убедить меня уйти из резервации, потому что возникли конфликты с оборотнями? Однако, насколько мне стало известно, Карлайл сам уговорил индейцев принять меня и помочь, если в этом будет нужда. Не понимаю, что могло пойти не так.       Но… честно говоря, у меня вновь зародилась небольшая надежда».

***

      «3 декабря.       ТАК ОБЛАЖАТЬСЯ МОГУ ТОЛЬКО Я.       Да, это просто крик полного разочарования и негодования. Кто же знал, что на адреналине драться, даже если ты знаешь только самые элементарные приёмы самообороны, куда проще, чем делать это осознанно! Алистер тоже молодец, нет чтобы начать с чего-то попроще. Я что ему, Джеки Чан или Лара Крофт?       Хотя, именно так я смогла выяснить, что почти что ничего не чувствую, когда пропускаю удар… Этим, конечно, заставила Алистера знатно понервничать, но всё обошлось. Ни одной ссадины или царапины!       Конечно, на таких эмоциях, как и любой оборотень, я обращалась несколько раз. Лицо Алистера в эти моменты нужно было видеть!       Но всё равно, выскажу сейчас свои возмущения и продолжу зашивать футболку…»

***

      «11 декабря.       Выпал первый снег. Я никогда не думала, что Форкс может быть настолько красивым. Всё такое белое, лес и вовсе как будто из какой-то сказки. Можно было бы такие пейзажи рисовать! Честно говоря, я уже затосковала по холстам и краскам… Ладно. И так, несмотря на это, всё равно есть места, куда снег ещё не успел добраться. Билли сказал, что в Форксе довольно холодные зимы, много мокрого снега и прочих осадков, но я привыкла к морозу. В Джерси-Сити бывали весьма холодные зимы, так что это мне не в новинку.       В резервации ко мне стали относиться более настороженно, мало кто перекидывается со мной больше, чем парой слов. Мой круг общения сузился ещё сильнее, теперь в нём лишь Джейкоб и Сэт, ну и Билли. Сэм и ребята почти со мной не разговаривают, всё ходят на свои патрули. Даже перестали меня с собой брать или интересоваться, куда я, бывает, исчезаю. Видимо, последний наш с ним разговор имеет последствия…       Тренировки с Алистером продолжаются, и, кажется, я не настолько бестолковый ученик. Это не может не радовать. Я даже уже могу спокойно повалить Алистера на землю, увернувшись от всех его ударов! Он показал поведение разных вампиров, в особенности тех, кто больше рассчитывает на силу, как, к примеру, новорождённые, или тех, кто предпочитает внезапно нападать из укрытия. Сам приятель Карлайла по-прежнему более или менее разговорчив. Я даже удивлена. Он отвечает почти на все мои вопросы, чуть больше рассказал мне о Вольтури и о прошлых веках. И да, не могу не похвастаться: моя реакция куда лучше, чем я могла себе предположить. Координация тоже на высшем уровне. Мне начинает не хватать моей вечной неловкости и умения упасть на ровном месте. К тому же, мне всё ещё удаётся удивлять Алистера. Контролирую свою силу я гораздо лучше, чем он думал. Собственно, благодаря этому я ещё и не раздавила Джейкоба или кого-либо, когда пытаюсь обнять. То же касается и жажды. Видимо, в нужные моменты человеческая часть меня (как это странно звучит) просыпается и помогает вести себя правильно. Так сказать, «приглушает» вампира и оборотня, чтобы больше сливаться с людьми.       И да, подобную формулировку использовал Алистер.       В целом, Бродяге тоже не очень нравится сложившаяся ситуация и слегка нагнетающая атмосфера в резервации. В моё отсутствие он только и делает, что спит на кровати и не выходит из комнаты. А как только я возвращаюсь, то выплёскивает всю активность на меня. Видно, что ему в здесь не нравится и он хочет домой. Если честно, то и я тоже…»

***

      «22 декабря.       Совсем скоро Рождество, а я всё ещё никак не могу смириться с мыслью, что буду праздновать его без папы. Мы отмечали каждый год, украшали квартиру и ставили ёлку. А теперь этого всего нет. Пару лет назад мы праздновали Рождество у Джона, но даже тогда отец был со мной. Мы помогли дяде украсить дом, а уж там работы было гораздо больше, чем в нашей квартирке! Мне очень не хватает всего этого. Не хватает чувства, что у меня есть семья. Дядя привык быть сам, он совсем не думал, что ему придётся присматривать за мной. Джон, конечно, пытается изо всех сил, хоть и понимает, что никогда не сможет заменить папу.       Отношения с ребятами становятся всё хуже, даже Джейк с Сэтом и Эмили, которая приглашает к себе, когда готовит какую-то выпечку, не могут сгладить положение. Почему я постоянно что-то делаю не так, отталкиваю всех и только мешаю?       Тренировки с Алистером проходят хорошо, я бы сказала, даже слишком. Я явно перестаралась с пессимистическим настроем и слишком утрировала свои представления о занятиях с Алистером. Странно, но за такой короткий срок мы сблизились… Нет, нет, я вовсе не в этом смысле! Вначале Алистер казался мне весьма заносчивым, отчужденным, замкнутым и излишне высокомерным. Однако, узнав его чуть получше, несмотря на то, что он по-прежнему не говорит слишком много и держится особняком, я изменила своё мнение. Теперь даже не удивляюсь тому, почему Карлайл попросил именно его… присмотреть за мной. Честно говоря, всё ещё считаю сложившуюся ситуацию весьма странной и слабо поддающейся хотя бы какому-то адекватному толкованию. Как бы я хотела сейчас увидеть хоть кого-то из Калленов… поговорить с Элис, послушать глупые шуточки Эмметта; просто побыть в компании молчаливого Джаспера или Эдварда. Я даже согласна выслушивать надменные комментарии Розали! Хотя, нет, тут я уже погорячилась. С ней у меня натянутые отношения и я не могу понять, чем же ей не угодила с самой первой встречи.       Нет, я не забыла. Просто мне нужно было собрать мысли в кучу, чтобы хоть как-то правильнее изложить то, что думаю. И так… Эсми. Каждый раз, когда я думаю о ней, то чувствую мурашки по спине. Из головы всё никак не уходят её слова на бейсболе. Дело даже не только в этом, просто… я чувствую себя ужасным человеком. Невероятно мерзким. В этой ситуации я бы могла сослаться на все эти дурацкие фразочки, по типу: «Сердцу не прикажешь», «влюбилась с первого взгляда», «родные души притягиваются» и всё в этом роде, однако считаю это полным бредом. Не хочу быть для Эсми врагом или соперницей (если можно так выразиться?), вовсе нет. Наши с ней отношения не сложились с самой первой встречи, ведь уже тогда она вела себя как-то напряженно, выдавливала из себя улыбку и вежливость. Да и смотрела на меня как-то настороженно, оценивающе. Я ловила себя на мысли, каким было первое видение Элис обо мне и могло ли оно как-то отразиться на Эсми. Может, причина была в простой неприязни с первого взгляда? И ревности…       Думаю, пора перейти к тому самому вопросу, который вытекает из натянутых отношений с Эсми — Карлайл Каллен. С каждым разом его имя становится писать всё труднее… Приехав в Форкс, я была разбита, подавлена морально и, хоть мне удалось заставить себя общаться с ребятами в школе, даже подружиться с Беллой, мой мир просто перевернулся с ног на голову, когда я попала в больницу. Тогда отворилась дверь палаты и вошёл он. Всё это звучит просто абсурдно, но это так. Я всегда ненавидела подобное шаблонное поведение героинь книг, сериалов и фильмов, когда они влюбляются с первого взгляда и просто в обморок падают, видя объект своего воздыхания. Будто в мире нет никого и ничего, кроме того, в кого они влюбились. Но после того, как я первый раз увидела Карлайла, меня словно ударило током, изменив восприятие всего на свете. Здравый рассудок кричал во всё горло, что я совершаю ошибку и мне стоит отбросить даже малейшие мысли о нём, но я была не в силах этого сделать. Да и сейчас, я не могу. Понимаю, что это неправильно, во всех смыслах этого слова, однако это мне не подвластно. Знаю, что поступаю мерзко, он ведь имеет свою семью, супругу и живёт вполне счастливо. А тут я такая, «деловая», шлёпнулась на голову откуда ни возьмись и чего-то хочу. Меня же даже не испугала и не оттолкнула тайна Калленов — что они вампиры. Любого другого адекватного человека это бы мигом выбило из колеи, заставило оборвать с ними малейшие контакты, вынудило обратиться к психиатру или что-то на подобии. Вместо этого я, как полная дура, полезла перерывать интернет, читать легенды, даже пару фильмов посмотрела… самое взвешенное и рациональное решение, конечно! Нет, я испугалась, особенно того момента, как Карлайл снял меня и Бродягу с дерева, однако свой ступор я списала на шок и испуг. Но дальше… я же спокойно говорила с Эдвардом в столовой! Наедине. Хах, как же хорошо, что никто не знает, как мне тяжело это далось. Потом весь вечер прийти в себя не могла, даже успокоительные выпила, за что чуть не нарвалась на очередную лекцию от Джона. Я настороженно относилась к каждому из Калленов, хотя лишь в компании Элис и Карлайла мне было комфортнее всего. Почему-то именно рядом с ними мне не было так страшно и я не чувствовала такого сильного напряжения.       И вот, я здесь, сижу в комнате вместе с котом и пишу монологи в блокноте, именуемом личным дневником. Учитывая всё происходящее и мои попытки осознать все события, анализировав их, мне приходит в голову только одна из моих дурацких догадок. Почему-то мне было суждено потерять отца прямо сейчас, верно? Суждено переехать к дяде, который родом из Форкса и проживает именно в этом городке — там же, где обосновались Каллены. Почему-то мне нужно было начать общаться с Беллой, а Тайлеру чуть не раздавить нас на машине. Свободные места на биологии были только рядом с Эдвардом; да и сама Элис сказала, что видела видение со мной и в день моего приезда, она была у дома. Всё это вело к встрече с Карлайлом. Всё вело к нему. Как и к книге в его библиотеке, особняку, Элис и остальным. Вся эта цепочка событий была запланирована ещё очень давно, ведь… всё же началось с Энтони Руфуса Хогарта? Видимо, у нас это семейное — влипать в неприятности и создавать проблемы, а после, пытаться их «героически» решить.       Я всё увиливаю, да? Хорошо, ладно. Да, меня волнует вопрос о чувствах Карлайла. Чувствует ли он хоть что-то ко мне? И что именно чувствую к нему я? Потому что некоторые его действия, слова, тон голоса, поведение и то, как он порой смотрит на меня, вынуждают на что-то надеяться. Однако, нужна ли я ему так же, как он мне? У него есть всё, абсолютно всё, о чём можно только мечтать. Он — мужчина, рождённый в семнадцатом веке, сын англиканского пастора; вампир, проживший несколько веков и повидавший многое; в наше время успешный врач, знаток множества наук, искусства, любитель книг и порядка, семьянин, образцовый мужчина во всех смыслах. У него есть чудесная семья, которая для него всегда стоит на первом месте. А ещё, у Карлайла великолепная и безумно красивая жена…       А что есть у меня? Что могу ему дать я? Абсурд же — восемнадцатилетняя девчонка, толком то и не пожив, засмотрелась на взрослого женатого мужчину и теперь воздыхает по нему. Великолепно, Бенсон! Ты прямо очередная девчушка из подросткового романа или сериала, где все страдают и выясняют отношения. Но всё же, если ставить все точки над «i» — я ведь правда… люблю его. Это не просто какое-то мимолётное чувство, не простая влюблённость, которая через время пройдёт. Я не могу без него, не могу больше представить свою жизнь без Карлайла. Дело вовсе не в его внешности, статусе и всей этой ерунде. Он чуткий, галантный, воспитанный, заботливый, сострадательный, такой… искренний и настоящий. Меня тянет к нему, словно магнит и я ничего не могу с этим поделать. Даже обижаться на него долго не в силах.       Джон говорил мне, что все женщины в клинике, да и во всём Форксе, засматриваются на Карлайла, а некоторые не упускают возможности лишний раз попасться ему на глаза, лишь бы он их заметил. Оно и неудивительно! Однако, неужели это значит, что я одна из них? Хотя, я не сделала ровным счётом ничего, чтобы хоть как-то понравиться или заинтересовать его. Просто несколько раз чуть не умерла и путалась в собственных ногах… У меня совершенно не такое воспитание, я не способна разрушать браки или семьи. Но, разве то, что Эсми ревнует его, в особенности ко мне, не является звоночком не слишком то крепких отношений? Сильная ревность, словно пламя, сжигает и разрушает всё. И, кажется, Эсми идёт по этому пути, так как за время общения с Калленами я заметила, как постепенно Карлайл и его жена стали отдаляться друг от друга. Это вызывало, и всё ещё вызывает, во мне противоречивые чувства, мол, «а не я ли виновата в этом?» На моём дне рождения она и вовсе тему кабинета подняла, хотя прекрасно знает, что это строго личное пространство Карлайла, которым он распоряжается так, как считает нужным. А значит то, что он позволяет мне входить туда и брать книги — его решение. У отца была небольшая комната, что-то вроде кладовки, которую он переделал под кабинет, и я уж точно знаю, какую важность имеет подобное помещение и что значит.       Карлайл сам решил вести себя так со мной. Я ни разу не сказала ему ничего двузначного, совершенно не затрагивала тему чувств, симпатии или всего, что только может касаться этой темы. Он тоже ни о чём подобном не говорил, однако… Его слова, что он хочет защитить меня — значат очень много. А его действия и вовсе, весьма многословны.       Или я просто пытаюсь обмануть саму себя, дать пустые надежды, всё больше во всём запутываясь.       Но, ведь Эрленд Лу в своём романе „Во власти женщины“ писал: „Самый верный признак, что человек любит, это когда он не знает точно, любит он или нет“. Так может, это как раз про меня?»

***

      «23 декабря.       Может… уже стоит вернуться домой?»

***

      Затянутое серыми тучами небо всё темнело и темнело, оповещая о скором приближении ночи. В лесу не было ни души, стояла гробовая тишина, ведь не раздавалось даже привычных звуков природы: ни шороха лесных жителей, ни шелеста или скрипа от ветвей елей, укрытых белоснежным зимним одеялом. Несмотря на ужасный мороз, который пробрал бы до костей любого человека, девушка спокойно шла сквозь лесную чащу, оставляя за собой еле заметные следы. Стянув с волос резинку, густые каштановые волосы рассыпались по плечам, высвобождаясь из хвоста, туго затянутого на время очередной тренировки. По старой привычке, Кэтрин натянула рукава гольфа до самых кончиков пальцев и спрятала руки в карманы стеганой жилетки, от чего на лице возникла ироничная улыбка. Когда-то это действительно помогало немного согреться или просто попытаться убедить себя, что так будет теплее. Однако сейчас, Бенсон не чувствовала совершенно ничего кроме ткани одежды, касающейся её кожи. Снег еле слышно похрустывал под ботинками Кэт, напоминая ей, что он единственный спутник по пути к резервации Квилетов, которая уже вот-вот должна была показаться из-за деревьев. Каждое возвращение с тренировки становилось для девушки труднее и труднее, ведь напряженность, витающая в воздухе, так и давила на неё. Она не хотела больше пользоваться гостеприимством Билли и Джейка, осознавая, что и так уже задержалась здесь. Да, несомненно, Квилеты помогли ей отыскать некоторые ответы на вопросы, принять проснувшуюся сущность оборотня и посмотреть на вампиров со стороны их врагов. Последнее её вовсе не радовало. Хотя, помимо всего прочего, именно здесь Кэт снова ощутила тот домашний уют, который был у неё в Джерси-Сити и, которого ей так давно не хватало.       Мысли о том, что в холодильной камере особняка осталось всего двадцать пакетиков с кровью, не могли оставлять Бенсон равнодушной. Она знала, что нужно что-то предпринять, ведь Алистер явно дал понять, что никогда и ни за что не перейдёт на животную диету, которой придерживается семья Калленов и даже сама Кэтрин, хоть и частично. Перебирая в голове варианты решения проблемы с кровью, девушка измученно вздохнула, чуть замедлив шаг. От горячего дыхания валил пар, возникая не легким облачком, а густым выхлопом. Бенсон нахмурилась в попытке осознать, на сколько же холодно сейчас может быть. Отсутствие ощущения мороза или жара выводило её из себя и ставило в тупик, от чего огонёк ненависти к себе начинал разгораться с большей силой, заливаясь в пляшущем танце каждый раз, как только Кэт начинала погружаться в себя, анализировать и осознавать более глубоко, что она такое.       Тряхнув головой, девушка слегка поморщилась и вернула прежний темп. Осознание того, что как только закончатся пакеты с кровью, Алистер уедет, заставляло её нервничать не на шутку. Бенсон почти буквально ощущала, как с каждым днём какая-то неизведанная тьма подбирается всё ближе и ближе, с наслаждением ожидая того самого момента, когда вокруг не будет совершенно никого, кто мог бы помочь. Вот-вот от Кэт отвернуться оборотни, перестанут её контролировать и помогать. А если уедет ещё и бывалый вампир, знающий столько «подводных камней», то это можно считать полным провалом. У Бенсон не останется никого, к кому она сможет обратиться, если не будет в силах удерживать баланс между приобретёнными способностями. От идеи написать или позвонить Элис пришлось отказаться сразу, ведь тогда, вероятность приезда Карлайла возрастёт в разы. А это противоречило решению, которое приняла девушка — взять таймаут и всё тщательно обдумать, абстрагироваться от Каллена-старшего и разобраться в себе. Тем самым, она даст ему время вновь понять, что для него значит Эсми. Возможно, это будет только к лучшему.       Тихо чертыхнувшись себе под нос и мысленно выругавшись влиянию Алистера, Кэтрин слабо усмехнулась и покачала головой. Она бы отдала сейчас всё что угодно, лишь бы не ощущать постоянную тревогу и страх, убрать этот беспорядок и лихорадочно возникающее море мыслей, которые, словно стальные тиски, не выпускали из своей хватки. Дёрнув носом, Бенсон уловила вдали уже хорошо знакомый ей запах и непроизвольно выпрямилась, резко втянув воздух. В нескольких милях не спеша брёл крупный лось, видимо вышедший поесть. Глаза девушки почти полностью избавились от золотистого оттенка, принимая родной цвет тёмного шоколада, однако навязчивая мысль о тёплой крови вынудила их потемнеть куда быстрее. Преодолев соблазн, Кэт поморщилась и ускорила шаг, держа путь в резервацию.       Где-то вдали послышался протяжный волчий вой, что не могло не вынудить Бенсон сосредоточиться на звуках в своей голове. Благодаря Сэму она смогла частично понять, как устроена телепатия волков. Не обошлось и без помощи Алистера, который, на примере некоторых одарённых вампиров, помог разобраться, как абстрагироваться от мыслей других волков.       — Ну отлично… сейчас начнётся. — еле слышно шепнула девушка и, чуть нахмурившись, обогнула старое поваленное дерево. До дома Блэков осталось всего ничего.       Жилище Блэков, так напоминающее красный ангар, было укрыто снегом, в целом, как и всё вокруг. Ещё не слишком стемнело, чему Кэт не слишком обрадовалась, ведь отмазаться и уйти спать не получиться. Пол и Джаред, в одних только джинсовых шортах и кроссовках, стояли у крыльца дома, поджидая девушку, словно хищники свою добычу. Голос Сэма Бенсон удалось расслышать в самом помещении. Кажется он беседовал с Билли. Их диалог доносился обрывками, но Кэт и не старалась даже прибегать к попыткам осознать смысл слов. Она догадывалась, что речь явно идёт о ней. Впрочем, девушка и так уже была настроена на разговор с Блэком-старшим, а большую часть вещей успела упаковать в сумки.       — Хэй, Бенсон! — раздался голос Пола Лахотэ, от чего Кэтрин мысленно выругалась. Полу не стоит даже открывать рот, ведь в основном, он не говорит ничего кроме тупых шуток и подколов. Подметив это про себя ещё раз, девушка слегка усмехнулась.       — Пол, не надо. Не начинай. — придержав приятеля за локоть, сказал Джаред, однако Лахотэ решил проигнорировать его слова.       — Не дождешься своих любимых кровососов? Всё бегаешь к их особняку и проверяешь? — продолжил свой монолог парень, расплываясь в широкой язвительной улыбке, когда Кэтрин ступила на крыльцо. Сцепив зубы в попытке унять подступающую злобу, Бенсон нахмурилась, не обращая на Пола никакого внимания. — Каллены бояться нас, вот Карлайл и смылся со страху. В очередной раз! — издав смешок, бросил он в спину Кэт. Её рука замерла в нескольких миллиметрах от дверной ручки, а с уст сорвалось:       — Ты ему даже в подмётки не годишься.       — Что ты сказала? — вскинув бровь, переспросил квилет.       — А ты что, оглох? — оглянувшись через плечо, ответила Бенсон, копируя мимику лица Лахотэ.       — Ладно. Значит, я не гожусь в подметки кровососу? Да неужели? — Пол рассмеялся, — Нашла, кого сравнивать! Меня, оборотня, и какую-то кровососущую тварь. Бенсон, наше племя защищало людей истребляя таких, как Каллены. Да и, где же Карлайл? А я отвечу тебе — он уехал непонятно куда!       — Каллены соблюдают правила договора, заключённого с вашими предками и вами, не нарушают его, не суются на ваши земли. — понимая, что парень хочет как можно сильнее зацепить её, Бенсон сочла хорошей идеей идти по тактике адекватной, так сказать, «спокойной» агрессии в ответ на нападки со стороны. — Ты говоришь, что вас нельзя сравнивать. Хорошо, с этим я согласна, ведь вы — абсолютно разные. Но знаешь, Пол… — девушка развернулась к Лахотэ на пятках, — Вам всем есть чему поучиться у вампиров. Хотя бы элементарной вежливости.       — Не хватало ещё у этих мерзких пиявок чему-то учится! — рыкнул парень в ответ, — Может они и соблюдают правила, но вот тот пиявка, которого ты «взяла под свою защиту» — нет. С ним соглашения не было!       — Пол, ну прекрати уже! — встревоженно воскликнул Джаред, преграждая путь к Бенсон, однако это не спасло ситуацию.       — И что ты сделаешь? — Кэт подошла ближе, не спуская глаз с озлобленного лица индейца ни на доли секунды. — Сунешься на территорию Калленов и убьешь его? Это приведёт к нарушению соглашения, причём с вашей же стороны.       — А почему бы и нет? Видишь вампира — убей. Таковы правила волков! Да и Карлайл сам нарушал договор, сунувшись в резервацию вновь, ещё и в дом Билли!       — Пол, замолчи! — рыкнул появившийся на пороге Сэм, — Тот инцидент исчерпан!       — Но он же всё равно был на наших землях, Сэм! Причём после того, как ему дали понять, чтобы он держался от границ как можно дальше! — рявкнул Лахотэ. По его телу прошла волна мурашек, которую хорошо заметила Кэтрин.       «Кажется, он уже на грани и из-за своей вспыльчивости, может обратиться прямо сейчас. Этого ещё не хватает!» — говорила про себя она.       — Поэтому, кто мне помешает делать то, что требуется или что я посчитаю нужным? Ты что ли? Ты мне не вожак! — парень переметнул свой взгляд с вожака на Бенсон и оттолкнул Джареда в сторону, нависнув над девушкой, пользуясь преимуществом своего роста.       Рука неожиданно сжалась на горле Лахотэ, вынудив его захрипеть. Пол ухватил Бенсон за удерживающую его руку, но она с легкостью вырвала её и, резко подняла парня так, что он еле касался земли кончиками носков своих кроссовок. По телу индейца вновь прошла знакомая волна дрожи и мурашек, так что девушка усмехнулась, предвидя скорое обращение оборотня. Чуть склонив голову на бок, карие глаза стали светлеть, приобретая фиолетовый оттенок. Пол вовь захрипел, а в его глазах возник огонёк тревоги и испуга.       — Не переступай границы дозволенного. Только попробуй хотя бы пальцем тронуть Калленов или Алистера и я, поверь мне, Пол, этого так просто не оставлю. — не теряя времени, сказала она. Голос девушки звучал весьма многогранно: прослеживалась холодность, властность и угроза, но в тоже время и какая-то слащавая ядовитость, от чего сказанное имело весьма жуткий шлейф. Лахотэ оскалился, однако тут же очутился на земле, в нескольких метрах от Бенсон. Сэм и Джаред не могли толком и слова вставить в диалог Пола и Кэтрин, будто что-то их останавливало. А увидев лежащего вдали парня и вовсе замерли как вкопанные, явно не ожидая произошедшего.       — Кэтрин! — раздался голос Билли, на миг показавшийся Кэт громогласным. Взгляд фиолетовых глаз метнулся в сторону Блэка-старшего и радужка тут же начала темнеть. Раздавшийся вопль и вовсе вернул девушку в реальность, вынудив вникнуть в происходящее. Оглянувшись в сторону Лахотэ, к Кэт пришло осознание. Парень лежал на земле, прижимая к себе руку.       — Чёрт! — шикнул Адли и бросился к тому вместе с Джаредом.       — Ты мне руку сломала, ненормальная! — рявкнул Пол, когда парни помогли ему подняться на ноги.       — Да замолчи ты, придурок! — Джаред озлобленно дал подзатыльник, а Сэм нахмурился ещё больше, осматривая повреждения.       — Угомонись, за полчаса восстановишься. — добавил Адли.       Билли кивком указал девушке пройти в дом, на что она даже не пыталась найти аргументов. Обняв себя за плечи, она молча вошла в помещение и сразу же двинулась в свою комнату, прислушиваясь к звуку едущей позади коляски.       — Кэт… — прикрывая дверь, заговорил индеец. Девушка уселась на кровать рядом с сонным котом, который зевнул, вытянул передние лапки и, не долго думая, вновь свернулся калачиком, засыпая.       — Прости, Билли, но Пол… Я еле сдерживалась! Я не хотела, чтобы всё вышло вот так. — упершись локтями в колени и прикрыв лицо ладонями, сказала она.       — Я понимаю, но ты должна была сдерживать себя, Кэтрин. Он всегда ведёт себя так, ты это прекрасно знаешь и понимаешь.       — С ним всё будет хорошо? — убрав руки, спросила Бенсон, не решаясь поднять на Билли глаза.       — Регенерация оборотня поможет ему быстро восстановиться. — ответил мужчина, подъехав ближе. — Кэт, в тебе просыпается твоя вторая сущность и я всё пониманию. Тебе сложно и страшно, ведь мы не можем помочь обуздать вампира, а тебе нужны ответы. Возможно, теперь требуется время, чтобы освоить и найти некий баланс. — голос Блэка-старшего звучал спокойно, однако во взгляде читалась некая настороженность. Сделав паузу, чтобы подобрать слова, он вздохнул и продолжил, — Всему, чему могли, мы обучили, ты знаешь о волках и справляешься с обращением. Однако теперь тебе нужна не только наша помощь. Поддержка с нашей стороны будет всегда, Кэт, просто…       — Спасибо за гостеприимство, Билли. Мне кажется, что уже пора вернуться домой, к Джону. — оборвала мужчину девушка, пытаясь говорить как можно уверенней. Бенсон прекрасно понимала, к чему начал клонить квилет и о чём шла речь, поэтому решила не медлить, ведь решение об отъезде из резервации она уже приняла. Несмотря на то, что поступала она правильно, на душе возникла некая тоска. Кэтрин успела привязаться к этому месту, привыкла к постоянному присутствию Джейкоба и остальных ребят.       — Ты можешь приезжать сюда когда хочешь! Мы тебе всегда рады. Но сейчас…       — Я понимаю.       — Ребята к тому времени успокоятся. В особенности Пол. Всё что ты хотела узнать от нас на данный момент, ты получила. — вновь заговорил Билли, положив широкую тяжелую ладонь на колено девушки, — Придёт время и мы вновь тебе поможем, однако сейчас мы бессильны. Теперь очередь Калленов, Кэт. — мужчина слегка улыбнулся, пытаясь немного приободрить Бенсон, а после похлопал её по коленке.       — Билли… — Кэтрин на миг запнулась, чуть нахмурившись, — я могу в последний раз обратиться к тебе с просьбой?       — Конечно.       — Договор между вами и Калленами должен оставаться в силе. — подняв взгляд тёмно-карих глаз на индейца, сказала она без какой было дрожи и неуверенности в голосе. Если время отъезда уже подошло, значит нужно прибегнуть к перестраховке ради защиты вампиров-вегетарианцев, пока ничто не испортило её отношения с оборотнями.       — Кэт, ты же знаешь, что он в силе, пока Карлайл и его семья придерживаются правил. — брови Блэка-старшего непроизвольно нахмурились, когда Бенсон упомянула семью врагов племени, но отнёсся он к просьбе снисходительно, прекрасно понимая волнение девушки. Учитывая то, что она находится между двух огней, не удивительно, что она так печётся о благополучии как вампиров, так и оборотней, постоянно пытаясь защитить ту или иную сторону в конфликте. Если Пол говорит колкости в сторону Калленов или вампиров в целом — Кэтрин готова ответить ровно так же, как и Алистеру, который не упускает возможности подстегнуть громадных волков.       — Пожалуйста, Билли. Я прошу тебя приложить все усилия, чтобы и стая не нарушила соглашение. — нервно заламывая пальцы, пытаясь подавить плохое предчувствие и пессимистические мысли, добавила Бенсон.       — Я пригляжу за Полом. А Сэм не принимает таких серьёзных решений без совета старейшин. — кивнул мужчина, подъезжая к двери спальни.       — Спасибо. Я соберу вещи и уеду завтра днём, если ты не против. — смотря в след Блэку, сказала она, на что индеец остановился в дверном проеме.       — Конечно. Я попрошу Сэма или Джареда тебя отвезти.       — Я могу отвезти Кэт, — раздался голос младшего Блэка, голова которого резко появилась из-за угла, — Если ты, конечно, одолжишь машину, пап. — добавил парнишка, расплывшись в широкой белоснежной улыбке. Бенсон не смогла сдержать улыбки, ведь перспектива ехать вместе с кем-то из оборотней, в особенности с Адли, не радовала. Билли замялся, переводя взгляд с сына на девушку, но, решив долго не препираться, вздохнул.       — Хорошо, возьмёшь наш пикап. Доброй ночи, Кэтрин. — выехав в коридор, сказал он.       — Спасибо, Джейк. — тихо поблагодарила Бенсон, на что парень заулыбался шире и вошёл в комнату, присаживаясь рядом на кровать.       — Уверена, что хочешь уехать? — в голосе юноши послышались нотки печали, хотя было ясно, что он пытается не подавать виду.       — Да, мне уже пора обратно. Я благодарна вам с Билли, что разрешили пожить в резервации и… — начала она, однако Блэк-младший прервал её.       — Но ты же будешь приезжать, верно?       — Д-да… буду. Конечно буду, Джейкоб.

***

      — Обещают метель, уверен, что доедешь обратно? — взволнованно обратился к сыну Билли, на что парень усмехнулся, подхватывая одну из сумок Бэнсон, чтобы занести в машину.       — Конечно, без проблем! Что что, а водить я умею отлично. К тому же, тут не так уж и далеко. — отозвался он, отворив входную дверь. В теплое помещение с мигом ворвался морозный ветер и мелкий снег, от чего Билли поёжился.       — Знаю, Джейкоб. — вздохнул мужчина и неодобрительно покачал головой, а после быстро подъехал к двери, захлопывая её. Потерев руки, чтобы согреть их, Блэк-старший оглянулся на, поставившую чемодан, Кэтрин и слабо улыбнулся. Девушка застегнула молнию куртки и аккуратно закинула на плечо рюкзак с самым ценным для неё содержимым: книгой Хогарта и своими блокнотами. Вокруг шеи Бенсон был накинут полосатый шарф серых оттенков, который она всё это время прятала у себя под подушкой, не решаясь надеть. Однако сейчас, кажется, ей нужна была некая энергия поддержки, которую она ощущала от шарфа, принадлежащего Карлайлу. На руках же, удобно умостился большой пушистый кот, лениво дёрнувший ушками с кисточками, когда в дом вновь вошёл Джейкоб.       — Кстати, Кэт, от Сэта и Эм привет. Они хотели прийти и попрощаться, но дорогу замело, подъехать проблематично. — поправляя теплую шапку, сказал юноша, — А Сэт ещё и приболел.       — Знаю, Гарри говорил, что он уже несколько дней выглядел простуженным. — ответила Бенсон. — Спасибо.       — Я могу забирать чемодан? — вопросительно вскинув бровь, обратился к ней Блэк-младший, на что та кивнула. Парень коротко вздохнул и, зарываясь в высокий воротник теплой куртки, вновь вышел на улицу, хлопнув дверью.       — Жаль, что обстоятельства сложились именно так. — заговорил Билли, привлекая к себе внимание девушки.       — Всё хорошо. Мне давно было пора уехать. — ответила она. Мужчина слегка нахмурился, от чего на его лбу проступила глубокая морщина, видимо обдумывая, что сказать. — Билли, всё в порядке. — Кэтрин усмехнулась, осторожно коснувшись плеча индейца, на что тот похлопал её по тыльной стороне ладони.       — Береги себя. Если что, ты всегда можешь позвонить и мне, и ребятам. Можешь приехать в любое время, Кэт.       — Я очень благодарна тебе, за всё. — раздался автомобильный гудок, сообщающий о полной готовности Джейкоба отправляться в путь. Из-за снегопада и ухудшившейся погоды дорога к дому Джона будет дольше, однако, это означает, что у девушки будет больше времени на размышления. К тому же, она всё ещё будет не одна. Рядом с ней будет хоть кто-то, кому она доверяет. Джейкоб Блэк. Заправив выбившийся локон за ухо, Бенсон взяла Бродягу поудобнее и отворила входную дверь.       — Кэтрин, держись от них подальше. Не во всём вампирам можно доверять. — бросил Билли напоследок, вынудив девушку замереть на доли секунды. Заставив себя слегка улыбнуться, она кивнула и, попрощавшись, направилась к пикапу. Кот недовольно мяукнул, когда снежинки падали ему на нос и таяли, а после чихнул. Испугавшись, Бродяга мигом попытался спрятаться в руках хозяйки, однако, к его счастью, они весьма быстро оказались в теплом салоне автомобиля.       — Ну что, поехали? — потирая руки в предвкушении, спросил Джейк.       — Уверен, что не хочешь, чтобы я повела? — спросила Бенсон, на что Блэк-младший задорно рассмеялся и шустро отъехал от дома.

***

      Пейзаж за окном бежевого пикапа сменялся медленно, дворники работали на всю мощность, очищая лобовое стекло от валящего снега. Джейкоб нервно барабанил пальцами по рулю, двигаясь в самой странной и непривычной для Форкса вещи — пробке. Из-за того, что шёл снегопад, усиливающийся с каждой минутой, машины ползли как черепахи.       Наконец-то добравшись до нужной улицы, Блэк облегчённо выдохнул, не обнаружив на пути ни одного автомобиля. Бенсон не отводила взгляда от домов, мелькающих по сторонам. Все они были украшены, один больше другого, указывая на полную готовность к предстоящему празднику. Пикап подъехал к дому с темно-синей крышей, а после припарковался у патрульной машины, присыпанной снегом. Красного «Мини Купера» не было видно и у Бенсон на миг закралась мысль, что с Миком что-то случилось, однако здравый рассудок закатил глаза и обреченно вздохнул, покрутив пальцем у виска. Конечно же, Джон поставил машину племянницы в гараж. Ведь, учитывая её столь долгий отъезд и ухудшившуюся погоду, автомобилю было место именно там. Смотря на дом, по спине невольно пробежались мурашки, а сама Кэтрин стала нервно заламывать пальцы, кусая губу. Тьма, о которой она писала в дневнике, страх и паника, что она может как-то навредить самым близким людям, вынуждали её бояться даже шелохнуться лишний раз. Пушистый кот, лежащий на коленях хозяйки, довольно заурчал, словно трактор, и повернул свою нахальную морду в сторону двери, будто ожидая швейцара, красную дорожку и прочие помпезности; Бродяга вернулся домой.       — Ты в порядке? — тихий голос Джейкоба выдал его встревоженность, но помог привести застывшую Бенсон в чувства. Девушка молча пожала плечами и опустила глаза на кота, нахмурив брови. Парень склонил голову на бок и коснулся пальцем морщинки, образовавшейся на лбу Кэт из-за её мимики. Она вздрогнула от неожиданности и удивлённо покосилась на заулыбавшегося Блэка-младшего. — Не хмурься, морщины останутся.       — Угу… — иронично усмехнувшись, протянула Кэтрин.       — Хэй, всё будет хорошо! — подбадривающе сказал он, — Хм, кажется Джон опять решил не украшать дом на Рождество. — переведя взгляд на жилище Бенсонов, добавил парень. Кэт последовала примеру Блэка и так же посмотрела на, выделяющийся среди всех других отсутствием каких-либо украшений, дом. Девушка знала, что Джону частенько бывало не до украшений и максимум, что он мог заставить себя сделать — поставить и украсить ёлку. — Хотя, думаю, это не на долго. — вновь сказал юноша, широко заулыбавшись. Горящий в окне свет повлёк за собой слабую улыбку Кэтрин, от чего она слегка покачала головой и опустила взгляд на кота.       — Спасибо, Джейк.       — Так, давай вы с Бродягой быстро в дом, а я принесу твои вещи. — натягивая на руки перчатки, сказал парень, на что девушка закатила глаза, усмехнувшись шире.       — Можно мне хотя бы взять рюкзак и какую-то сумку? — вопросительно вскинув бровь спросила она. Блэк-младший на несколько секунд замер, чуть нахмурившись, создавая видимость бурных размышлений.       — Ладно, давай. — согласился он и выскочил на улицу. Морозный воздух тут же проник в кабину пикапа, от чего Бродяга мигом поёжился, распушил шерсть и шикнул на влетевшие снежинки. Бенсон сдержала смешок, видя недовольное выражение морды питомца, а после взяла его на руки и, поправив рюкзак, вылезла из машины. Подняв голову к небу, она прикрыла глаза, втянула в грудь воздух и выдохнула, усмехаясь образовавшемуся облаку пара. Снежинки липли к волосам, ресницам и быстро таяли, касаясь лица. Вытащив одну из сумок с вещами из-под специально накинутого на грузовую площадку непромокаемого навеса, девушка направилась к дому. Остановившись у входной двери, она на миг застыла, однако довольно скоро взяла себя в руки и постучала. Пару минут казались настоящей вечностью, но вот, наконец-то раздались шаги и дверь распахнулась.       — Привет, Джон. — губы Бенсон растянулись в виноватой улыбке, а дядя тем временем приходил в себя, явно не ожидая увидеть племянницу.       — Кэтти! — наконец воскликнул он, бросившись обнимать девушку, однако крякнувший от объятий кот недовольно шикнул и ловко выпрыгнул из рук хозяйки. Бродяга вздёрнул подбородок и, по-хозяйски оглядев дом, направился в гостиную, подняв свой пушистый хвост трубой. Коп не смог сдержать смех и, покачав головой, вновь обнял Кэтрин. Девушка старалась не дышать, вновь привыкая к запаху, однако всё же смогла отбросить свои страхи и похлопала дядю по спине, а Джейкоб, поднёсший чемодан, махнул рукой в знаке приветствия. — Привет, Джейк! Кэтти, ты насовсем? Или на пару дней?       «Странно, что он не в курсе. Я думала, что Билли ему тут же позвонит…» — пронеслось в голове у Кэт.       — Я уже насовсем, Джон. Пора вернуться домой. — ответила она и мужчина улыбнулся, поцеловав племянницу в лоб.       — Это замечательно! Заходите в дом, погода просто ужасная! — торопливо хватая чемодан и сумку из рук племянницы, сказал Джон. Кэт кивнула и поспешила войти в помещение, снимая рюкзак с плеча. Блэк-младший протянул копу ещё одну сумку и уже было направился обратно к автомобилю, как мужчина взял его под локоть и затащил в дом. — Снимайте куртки. Чай или горячий шоколад будете? — хлопнув в ладоши в предвкушении, спросил Джон.       — Не откажусь от горячего шоколада. — ответил Джейкоб, снимая шапку и перчатки. Мужчина кивнул и направился на кухню, а Кэт усмехнулась, вешая куртку на крючок.       — Проходи в гостиную, я на минутку. — сказала она Блэку и двинулась следом за дядей. Сложив руки на груди, Бенсон упёрлась плечом в холодильник и пробежалась взглядом по кухне, мысленно выдыхая от облегчения, что здесь абсолютно ничего не изменилось. За исключением появление рождественских карамельных тростей в банке на столе.       — Решил не украшать дом к Рождеству?       — Самый любимый праздник Мака… после твоего дня рождения. — усмехнулся Джон.       — Да… — Кэт слабо кивнула.       — Я не мог найти на это время, да и не видел особого смысла. Рождество — семейный праздник, а зачем все эти украшения, если дом большее время пуст?       — Работы так меньше и не стало? Я слышала, убийств на северо-западе значительно поубавилось.       — Может их и поубавилось, но количество бумажной работы никогда не становится меньше. Мы едва успеваем доделывать старые отчёты, — вздохнул мужчина, — Никогда не думал, что буду больше сидеть с бумажками, чем патрулировать улицы или выполнять прочую, действительно полицейскую работу. — с иронией протянул он, усмехнувшись.       — Как там Чарли и Белла? — решила поинтересоваться Бенсон, стараясь не дать своему голосу дрожать.       — Белла всё в том же состоянии, а Чарли… Чарли делает всё, что может. Я советовал ему поговорить с Рене, мол, пусть заберёт Беллу к себе во Флориду, хотя бы на время.       — Но он не хочет?       — В том то и дело, что он считает эту идею весьма неплохой, однако понимает, что Белла, скорее всего, откажется. — протянув племяннице чашку горячего шоколада, ответил мужчина. — Ты сама как? Всё в порядке? Я удивлён, что Билли не предупредил меня о твоём возвращении. К резервации стало добираться очень проблематично, давно столько снега не видел!       — Спасибо. — взяв кружку, сказала Кэт, — Я в порядке, уже гораздо лучше, чем было. — осознавая всю иронию и криво усмехнувшись, ответила Бенсон, — Да, мы с Джейком уже это поняли. Билли говорил, что обещали метель и, кажется, она уже вот-вот начнётся. — переведя взгляд на окно, за которым лишь была видна серо-белая пелена валящего снега, добавила она.       — Значит, — взяв одну из карамельных тростей, начал Джон, — у нас будет ещё один помощник в подготовке дома к Рождеству. — мужчина улыбнулся, легонько стукнув племянницу по носу конфетой, а после протянул её ей и направился к Блэку-младшему вместе с чашкой горячего шоколада. — Хэй, Джейк! Как смотришь на то, чтобы переночевать у нас и переждать метель? Я никак не могу пустить тебя за руль, гляди, что за окном твориться. — раздался голос из гостиной. — Я лишь Билли позвоню.       Девушка не смогла сдержать улыбки, разглядывая красно-белый карамельный крючок и, недолго думая, откусила от него небольшой кусочек.

***

      — Джейк, не шатай! — взвизгнула Кэтрин, вцепившись в деревянную стремянку, словно кошка. Хоть все чувства и инстинкты подсказывали Бенсон, что она не упадёт и не травмируется, внутренний голос наматывал круги с криками полными паники.       — Дай я прицеплю! — сдерживая смех, ответил парень, на что девушка фыркнула и показала язык, поднявшись на ещё одну ступеньку. Аккуратно удерживая стеклянное украшение в виде золотистой звезды, Кэтрин надела его на верхушку ели, которую они уже успели нарядить.       «Повезло, что Джон хотя бы ёлку успел купить. В такую погоду никто бы за ней не пошёл! Ну, кроме меня, наверное. Я за ёлкой и не будучи вампиром или оборотнем могла бы пойти, хоть в другой штат!» — бурчала про себя она, медленно спускаясь со стремянки. Джейкоб, поставив руки на пояс, довольно оглядывал украшенную гостиную и коридор, а после широко улыбнулся. Входная дверь резко распахнулась и в дом вошёл Джон с коробкой в руках, весь усыпанный снегом. Кэт поспешила помочь дяде, уговаривая себя не смеяться с его внешнего вида. Снег был буквально везде: на шапке, куртке, перчатках, ботинках; нос копа был красный, как у самого Рудольфа, а ресницы белоснежные от налипших снежинок.       — Я… — начал он, — И-туда… больше н-не… — мужчина прокашлялся, пытаясь говорить ровнее и не стучать зубами, — Не пойду!       — Но гирлянды-то повесил?       — Ч-что бы я ещё… хоть раз в т-такую метель что-то украшал! З-за месяц буду т-теперь готовиться! — снимая куртку, продолжал причитать он, а Кэтрин всё сдерживала смех.       — Идём, я достала ещё несколько пледов и поставила чайник. — сказала она, отряхивая шапку копа от снега.       — А ты чего в шарфе? В доме не холодно. — потирая руки, чтобы согреться, спросил Джон, заприметив, что племянница так и не снимала полосатый шарфик с самого приезда.       — Я… мне так комфортно. Чай или кофе? — постаралась как можно скорее перевести тему Бенсон.       — Кофе и большую шоколадку. А ещё «Один дома» и «Гринч — похититель Рождества» по телевизору. — пробурчал полицейский и направился в гостиную. Кэтрин заулыбалась, покачала головой и, взяв коробку, в которой раньше были гирлянды для украшения дома, отнесла на второй этаж в кладовую, а после спустилась на кухню за кофе для Джона.

***

      Джон сладко потянулся, потирая сонные глаза. На удивление, он в кои-то веки смог посмотреть целых два фильма, толком-то и не заснув. Мужчина зевнул, пробежался глазами по титрам к «Один дома» и, укутавшись в свой плед, поднялся с дивана, держа в руках миску с остатками попкорна. Блэк-младший занял часть дивана и дремал, подперев голову рукой. Кэтрин так же успела уснуть, натянув плед по самый подбородок, и весьма удобно устроилась, положив диванную подушку на колени квилета. Коп вздохнул, поставил миску на журнальный столик и скинул с себя плед. Аккуратно взяв племянницу на руки, которая резко поморщилась от прикосновений, он по-отцовски шепнул:       — Чшшш, тихо, Кэтти. Чшш… — Кэтрин дёрнула носом, оценивая запах, однако шестое чувство и так давно дало понять, что вокруг безопасно, посторонних нет, опасность не предвидится. — Давай-ка руку сюда. Подержись немного, сейчас дойдём до кровати. — тихо прошептал Джон, закинул руку сонной девушки себе за шею. Не без труда, но всё же донеся её до комнаты на втором этаже, коп укрыл племянницу одеялом и пледом. Уложив рядом и Бродягу, до этого лежащего на своём любимом столе, мужчина провёл по волосам Кэт. Тихо прикрыв за собой дверь, он вернулся в гостиную, где помог удобнее устроиться и Джейкобу, а после, захватив миску с попкорном, направился на кухню, держа под мышкой старый фотоальбом, который когда-то показывал Кэтрин. Взяв баночку пива и усевшись на стул, Джон достал старый, черно-белый снимок двух мальчиков, одетых в Рождественские свитера и печально улыбнулся.

***

      Слабые солнечные лучи проникли сквозь щелочку между плотных штор и мягко коснулись кожи спящей девушки. Поморщившись, Бенсон недовольно промычала что-то несвязное и отвернулась в сторону, натягивая одеяло и плед до самого носа. Щеки коснулось что-то мягкое и пушистое, от чего Кэт уткнулась носом в подушку. Неохотно открыв глаза, она увидела белоснежное «облачко», требовательно смотрящее своими жёлтыми глазами.       — Ну сейчас встаю… — пробормотала Бенсон, прикрыв глаза на несколько секунд. Вытянув руку в поисках часов на прикроватной тумбе, она вздохнула, глядя на стрелки. — Десять утра. Обжора. — фыркнула Кэтрин и откинула одеяло, поднимаясь с кровати. Потянувшись, девушка резко вздрогнула и мигом оглянулась. Это была её комната в доме Джона. От осознания, что приезд к дяде был вовсе не сном, нахлынувшая тревога мигом испарилась, а на лице возникла улыбка, когда взгляд остановился на разноцветной сияющей гирлянде, обмотанной вокруг всего мольберта. Подойдя к окну, она упёрлась в подоконник и завороженно разглядывала зимний пейзаж: всё было абсолютно белым, крыши домов прятались под толстым одеялом снега, кто-то из соседей очищал дорожки к своему жилищу большой лопатой, то и дело что вдыхая и возмущаясь, насколько сильная вчера была метель и снегопад. Солнце совсем не грело, однако от его света снег блистал, словно множество бриллиантов, от чего Кэт не сдержала ироничного смешка, вспомнив кожу вампиров при ярком солнечном свете. Глядя на прямо-таки зимнюю сказку, на душе стало гораздо теплее.       Быстро переодевшись и приведя себя в порядок, Бенсон спустилась вниз, чувствуя запах имбирного печенья.       — Я же говорил, что в первый раз было слишком много муки! — раздался голос Джейкоба, а следом бурчание Джона.       — Ну хорошо, хорошо. Твоя взяла. Эти выглядят гораздо лучше. — ответил он, закрыв дверцу духового шкафа.       — Вы печенье готовите? В такую рань? — не сдержав улыбки, сказала девушка. — Доброе утро!       — А, вот и наша соня. Лови! — захохотал Джейк, бросая Бенсон яблоко. Ловко словив его, Кэт мысленно выдохнула от облегчения, что дядя в этот момент был слишком занят выкладыванием печенья в форме человечков на большую тарелку. Блэк хмыкнул и отряхнул руки от муки.       — Привет, Кэт. — ответил Джон, подняв глаза на племянницу, — Да, решили с Джейкобом себя немного занять, вчера же не успели ничего испечь.       — Отлично. — сказала Кэтрин и заулыбалась, — Ну, а сейчас у нас время подарков! — настучав какую-то короткую весёлую мелодию по дверной раме, добавила она.       — Идём, Джейк. — сняв фартук с изображением рождественской ели, сказал коп и похлопал Блэка по плечу, направившись в гостиную. Кэт уже сидела у ёлки и, резко нахмурилась, оглянувшись через плечо. Вытащив из-под ели две небольшие яркие коробочки, перевязанные цветными лентами, Бенсон внимательно вчитываясь в карточки с именами, прикреплённые каждому подарку. Квилет и коп уселись напротив девушки, прямо на ковёр и усмехнулись.       — Хм, кажется это для Джона, а это для… Джейкоба Блэка. — губы Кэтрин растянулись в довольной улыбке и, вручив подарки, она с предвкушением потёрла руки.       — Кэтти, вовсе не стоило, я же говорил! — ответил коп, однако всё равно потянул за конец банта и поднял крышку. За яркой бумагой скрывались несколько билетов на самолёт в обе стороны и брошюра, содержащая путеводитель, план различных экскурсий и несколько номеров телефонов. На брошюре аккуратными буквами в стиле ретро говорилось: «Новый Орлеан». Мужчина замер от неожиданности и медленно, неуверенно достал содержимое коробки. Девушка в предвкушение постучала в кулачки и прислонила их к губам, широко улыбаясь. — Это… — начал коп, всё ещё глядя на подарок так, будто он вот-вот исчезнет либо является розыгрышем.       — С Рождеством, Джон. — кивнула Бенсон. — Это недельная поездка в Новый Орлеан. Билеты в обе стороны, в брошюре расписано время и место экскурсий, экстренные номера. Экскурсовод встретит вас по прибытию в аэропорт и заселит в отель в центре Французского квартала, а после будет возить по городу. — объяснила она.       — Кэт… чёрт, Кэт, это же очень дорого! Откуда ты взяла деньги? — на лице Джона проскочила ярость, однако тут же сменилась неловкостью и смущением.       — Ну… — протянула девушка, виновато опуская взгляд на свои руки, — Папа откладывал деньги на колледж и я решила взять немного, так как моих личных сбережений чуток не хватало. Но это горящая путёвка, самолёт уже завтра вечером!       — Что ты… как завтра? Какой самолёт, как уже завтра?! — глаза дяди в панике глядели то на билеты, то на племянницу, — Я не знаю что с собой брать! Господи, да я же даже отпуск не взял! — Кэтрин расплылась в улыбке, а Джейкоб похлопал мужчину по плечу, усмехаясь. Он давно знал о подготовленном подарке для Джона, ведь помогал Кэтрин получить распечатку билетов и брошюру.       — Поздравляю, Джон! — Блэк-младший залился смехом, — Да тебе и не нужно думать, что брать. Хватаешь пустой чемодан, зубную щетку и парочку самых необходимых вещей и едешь! Уверен, по возвращению чемодан будет забит до предела, если он, конечно, будет один, а не в придачу с ещё одним.       — Я ещё летом говорила с Чарли о твоём отпуске и мы с ним смогли выбить для тебя недельку. Так что, ты свободен и можешь поехать в город своей мечты! — ответила Кэтрин, а мужчина резко и крепко обнял её. — Отдохни немного, тебе это давно было нужно. — добавила она, на что коп поцеловал племянницу в макушку и отстранился. Глаза заблестели от подступивших слёз, однако коп смог сдержать их.       — Спасибо. — поднявшись на ноги, он аккуратно закрыл коробочку с билетами и брошюрой, — Я сейчас, схожу за своим подарком. — сказал он, быстро поднимаясь по лестнице. Девушка усмехнулась и перевела взгляд с убегающего дяди на Блэка-младшего и кивнула, указывая на коробочку.       — Вообще, я говорил, что не стоило. Оказался на Рождество я у вас спонтанно, не взял свой подарок, прости. — ответил парень, на что Кэтрин закатила глаза, потирая руки.       — Значит, ты дарить что-то можешь, а мне делать подарки нельзя? — фыркнула она, — Открывай уже! — сказала Бенсон и, Джейкоб, не долго думая снял яркую бумагу, а после открыл коробочку. На черной мягкой подушечке находился прямоугольный серебряный брелок для ключей, с выгравированной мордой воющего волка. — Подарок небольшой, но думаю он отлично подойдёт для ключей к твоему «Рэббиту». — добавила Кэт, на что Джейкоб широкой улыбнулся и притянул девушку к себе, крепко обнимая. В свою очередь она обняла квилета за шею и прикрыла глаза, невольно втянув его запах, уткнувшись носом в плечо.       — Спасибо! — сказал индеец, неохотно выпуская Бенсон из объятий, — Правда, спасибо, Кэт.       — Немного похож на мою подвеску. — девушка усмехнулась, приподняв металлический круг с волчьей головой и полумесяцем, держащимся на шнурке, который парень подарил ей на день рождения.       — Есть такое. — кивнул он, не сводя глаз с Кэтрин. Бенсон оглянулась на звуки шагов и чуть склонила голову на бок, когда в гостиной вновь возник дядя, поправляя слегка неуклюже завязанный белый бантик на каком-то прямоугольном предмете, скрытом за яркой фиолетовой праздничной бумагой. В другой же руке у него находилась совсем маленькая коробочка, ярко-желтая, вся в узоре кошачьих лапок.       — С Рождеством, Кэтти. — сказал коп, протягивая подарки племяннице. — Маленькая коробочка для Бродяги. — поспешил предупредить он и улыбнулся, присаживаясь на диван. Девушка решила начать с подарка для кота и раскрыла ярко-желтую коробочку. В ней находился небольшой серебристый круглый медальон с надписью «Бродяга» и словами, а так же координатами с обратной стороны: «Меня любят и ждут дома по этому адресу». Кэт закусила губу, чувствуя подступившие слёзы и подняла глаза на дядю.       — Спасибо, Джон. Бродяга будет в восторге! — сказала она, на что коп кивнул, всё так же улыбаясь. Взяв прямоугольный предмет, завёрнутый в фиолетовую бумагу, девушка аккуратно развернула его и замерла, увидев небольшую толстую старинную книгу в потрепанной тёмно-фиолетовой кожаной обложке с какими-то узорами. Раскрыв её, Бенсон невольно ахнула, ведь вначале посчитала это антикварной книгой, однако оказалось, что это абсолютно чистый, очень старый дневник. Странички были невероятно приятные на ощупь, хоть и пожелтевшие от времени.       — Когда я ездил в Олимпию, то как-то вечером проходил мимо маленького антикварного магазинчика и, увидев его, сразу же подумал о тебе. Решил купить без раздумий, учитывая, что ты так увлеклась в последнее время всякой стариной и блокнотами. Ещё и повезло, что в нём абсолютно ничего не писали! Если память не подводит, то это восемнадцатый или девятнадцатый век, точно уже не помню.       — Вау! Вот это удачная поездка выдалась. — поддержал Джейкоб, наконец-то оторвав взгляд от Кэтрин.       — Он просто чудесный… великолепный… — медленно, еле касаясь пальцами, говорила Бенсон, проводя по страничкам и обложке. Прижав к себе дневник, она быстро вытерла скатившуюся слезинку и подняла глаза на дядю, улыбнувшись. — Спасибо большое, Джон. Прекрасный подарок.       — Рад, что тебе понравилось. — тепло усмехнулся коп раскрыл руки для объятий, в которые Кэт, ринулась без раздумий и каких-либо колебаний. Джейк тихо поднялся, стараясь не мешать семейной идиллии и направился на кухню, прямиком за остывшим печеньем. Девушка шмыгнула носом и уткнулась в грудь дяди, стараясь не расплакаться. Наконец-то она дома. По-настоящему дома.