Летний рассвет

День пятый. Завтрак они проспали. Серега специально отключил будильник, когда парни укладывались, чтобы утром не шарить по тумбочке рукой в попытках заглушить надоедливый звон. Странно — стоило ночью друзьям занять свои кровати, как почти у всех пропало желание спать. Лишь Бублик тотчас засопел, отвернувшись к стенке. Остальные еще с полчаса болтали о планах на следующий день, пока за окном не начало светать. — Баста! — сказал тогда Серега. Он еще раз пощелкал рычажком на будильнике, лег, вытянул руки по швам и замер. Семен последовал его примеру. А Саня вероломно уснул за пару минут до этого. Просыпаться поздним утром оказалось здорово. Пятно света, обрезанное окном в неправильный четырехугольник, уползло выше и правее от места, где Семен обычно видел его, едва раскрыв глаза, и гуще напиталась солнцем. Неподалеку весело пищали самые юные пионеры. Играла тихая знакомая музыка. Было хорошо. Сладко потягиваясь, Бублик бросил взгляд на часы и ойкнул. Серега тоже посмотрел время, присвистнул и засмеялся. — Ну мы даем! — Да уж, — сказал Семен, заправляя кровать. — И что, когда теперь поплывем на остров? — спросил Бублик. — После обеда? Серега фыркнул: — А чего ждать? Времени до обеда полно! Через полчаса будем на месте, прошестрим там все и вернемся! Как раз успеваем! Парни ускорили сборы и вскоре трусцой подбежали к жилищу лодочника. На самом деле эта каморка была, скорее, рабочим кабинетом, а сам лодочник должен был ночевать в отдельном домике вместе с вожатыми, но он почти всегда спал тут. — Чего там? — высунул он бородатую голову из окна, услышав настойчивый стук по дверному косяку. — Нам бы того, на остров сплавать! — ответил Серега. Бублик стоял немного позади и прятал лопатку за спиной, пытаясь сделать беспечный вид. Получалось плохо — нахмурив в притворной задумчивости брови, он изучал маковки сосен и выглядел максимально подозрительно. Семен, не скрывая улыбки, шепнул ему, пока Серега вел переговоры: — Ты еще насвистывай для конспирации, Рома! — Что-что? — То! Словно не лопату прячешь, а килограмм кокаина. — Что? — Да ну тебя, — рассмеялся Семен и стал прислушиваться, что говорит лодочник. — Кто у вас старший? — Тем временем спросил тот. — Никто, мы сами себе старшие! — влез Саня. — Понятно. Отряд какой? Дождавшись ответа, сторож скрылся в каморке. Оттуда послышалось тихое жужжание телефонного диска, а потом раздался голос: — Лена, позови Игната? Только вышел? Ну догони давай! Соседи переглянулись. — Как фамилии? — послышалось из окошка. Серега сообразил, что обращаются к ним, и, подойдя поближе, назвал себя и друзей. — Игнат Иваныч! Здарова, это Кузьмич! Значит так, четверо твоих молодцов отпрашиваются на остров, отпускаешь? Ага. Ну нет, ты что. Кто такие? Ща скажу… Парни тревожно переглядывались, но вскоре открылась дверь, и показался лодочник с четырьмя спасательными жилетами в руках. — Держите! — коротко сказал он. Соседи поблагодарили и принялись было надевать их, но Кузьмич выставил сухую ладонь и снисходительно добавил: — Не торопитесь. — А почему? — спросил Серега. — А потому что я должен убедиться, что вы умеете плавать, знаете, как спасать утопающего, бороться с судорогой и, случись что, не поддадитесь панике. Чего застыли? Раздевайтесь и в воду, вам задача проплыть до буйков и обратно! — Да день вроде не жаркий, чтоб лезть купаться, — пробормотал себе под нос Семен, но делать было нечего. …Лодочник гонял их больше часа, пока теория не отскакивала от зубов. Когда ребята без запинки рассказывали, что делать в той или иной ситуации, приходилось тут же тренироваться на практике. В общем, планы Сереги быстро доплыть до острова пошли крахом. Кроме того, выяснилось, что грести не так-то просто. Да что там говорить, едва одолев четверть пути, друзья выбились из сил и тяжело дышали, обливаясь потом. Семен ожидал приятную водную прогулку, но она больше походила на пытку. Приходилось меняться каждые пять минут. Парни гребли по двое, и когда, наконец, нос лодки уткнулся в мягкую почву островного берега, еще некоторое время сидели и отдыхали. Лягушки, со всех сторон зашлепавшие в воду при их приближении, постепенно осмелели и опять заняли облюбованные листы кувшинок и мокрую корягу. — Хватит прохлаждаться! — сказал, наконец, Саня. Остальные тяжело вздохнули, но вылезли на сушу вслед за ним, привязали лодку, как научил Кузьмич и побрели вглубь острова. — Как бы нам еще обед не пропустить, — вздохнул Бублик. В этот момент живот Сереги издал жалостливое бурчание, развеселив остальных. То и дело подшучивая над изголодавшимся бедолагой, как они его мгновенно окрестили, друзья стали зигзагами обходить густые заросли в поисках чего-нибудь подозрительного. Сперва парни раскапывали каждый выделяющийся пятачок земли, где было меньше травы, чем вокруг, но после четвертой пустой ямки, и без того утомленные плаванием, они как-то плавно переключились с бесполезных раскопок на поедание земляники. А ее здесь росло море. Стоило раздвинуть руками зеленую растительность, нагретую душным теплом летнего утра, как внизу показывались крупные алые ягоды. — В принципе, никакого обеда не надо! — сказал Серега, отправляя в рот целую горсть земляники. — Но-но, на обед все же лучше успеть, — засмеялся Саня. — Короче, парни. Что-то мне подсказывает, мы только зря время тратим. Нам смены не хватит, чтобы найти этот дурацкий клад, если он вообще существует, — вдруг озвучил Семен то, что и так вертелось у всех на языке. Бублик посмотрел на него. — Так что, возвращаемся? — Знаешь что, Сема, — чавкая, проговорил Серега, — мне кажется, закапывают всякое такое под чем-то приметным. Столбом или одиноким деревом. Или, например, если сосна среди берез… — А что, это мысль. Надо бы пройтись быстренько по таким местам здесь… Заметив, с каким отчаянием переглядываются уставшие друзья, Семен рассмеялся и добавил: — Да сидите вы, я сам пробегусь. Он схватил лопатку и, отмахнувшись от Сани, который все-таки для проформы предложил сходить с ним, отправился на поиски. Остров, на самом деле, был весьма небольшим. В его центре шуршала на легком ветру березовая рощица, несколько деревьев стояли отдельно, ближе к берегу, а все остальное пространство занимали самые разные травы. Временами ветер стихал, и Семен каждый раз на секунду удивлялся обрушившейся тишине, которую порой пронзала трель соловья или донесшийся смех друзей. Он, как ледокол льдины, разрезая телом бесчисленное скопище высоких травинок и луговых цветков, быстро обошел все деревья. «Ничего подозрительного», — пробормотал Семен и хотел было возвращаться к ребятам, как заметил давным-давно утоптанный плешивый пятачок земли возле липы. Испачканный пыльцой и невидимой, но липкой паутиной, Семен вдобавок вымазался еще и почвой, пока ковырял яму саперной лопаткой. Когда раздался тихий жестяной лязг, его сердце заколотилось шумно и часто. Только что он хотел уже бросить бесполезные раскопки, но теперь работал с утроенной силой, порой выбрасывая рыхлый чернозем ладонью — так было быстрее. Наконец он выкопал небольшую жестяную коробку и, еще не открывая, стал аккуратно вертеть ее перед глазами. Наверное, в таких продают леденцы или еще какие-нибудь сладости. Семен поборол желание открыть найденный клад без друзей, и, забыв лопату, бросился к ним. Завидев радостного Семена с какой-то ерундовиной в руках, ребята сразу поняли, что его поиски увенчались успехом. Они побежали навстречу, окружили его и засыпали вопросами, что внутри. — Не знаю я, не знаю, — отвечал Семен запыхавшись. Он сел на траву, с улыбкой посмотрел на соседей, рассевшихся перед ним полукругом, и подцепил крышку грязными ногтями. Не сразу, но она поддалась. Саня и Бублик даже стукнулись лбами, нетерпеливо склонившись над шкатулкой. — Ну что там? Читай! — торопил Серега. — «Катя, Марина и Лена сделали этот секрет с посланием будущим поколениям отдыхающих…» — прочел Семен первые строки пожелтевшего письма и засмеялся, а потом выругался. — Так что, это какие-то девчонки закопали? — разочарованно протянул Бублик… …Пока Семен ходил за спасательным жилетом, который оставил на их привале перед поисками, остальные с интересом изучили содержимое клада. Открытки, гербарий, неумелые стишки и кустарно заламинированная в полиэтилен фотография — вот все, что было внутри, не считая письма. — Ну? — без особого интереса спросил Семен, подойдя. — Ничего интересного, обычная девчачья ерунда, — сказал Саня. — Ладно, поплыли, а то и правда будем целый день без еды. Немного понурые, парни отправились к берегу. Бублик, Саня и Серега уселись на веслах и корме, а Семен отвязал канат от ближайшего дерева, смотал его и ступил на борт последним. Взяв у Бублика одно из весел, он уперся им в студенистое дно, развернул лодку носом к лагерю, протащил по спутанным водорослям и, наконец, вывел на воду. Ветер усиливался, но был попутный. Озеро темнело, на волнах вспенились барашки, а небо затянуло серостью. — Как же… Резко… Меняется… Погода… — сетовал Серега, ритмично работая веслом. К счастью, их несло чуть правее пристани. Надо было лишь время от времени корректировать курс, так что парни даже не меняли друг друга, чтобы сэкономить драгоценные минуты и успеть в лагерь, пока нет дождя. А в том, что дождь будет, они не сомневались. На миг в просвете облаков, стремительно наливающихся густой синевой, показалось солнце, и Семен заметил странный блик на берегу. Только через несколько минут, когда парни, наконец, причалили, он сообразил, кидая концы лодочнику, что это сверкали окуляры бинокля, который сейчас висел на шее старика. — Молодцы, что вовремя вернулись, а то я уже хотел заводить моторку, — сказал он и бегом отправил ребят обедать. Те все же решили сперва помыть руки, и едва успели забежать в столовую. Повариха, обеспокоенно глядя на небо, конечно, не стала в этот раз требовать стишок, а наоборот прикрикнула, чтобы ребята скорее заходили внутрь. Даже в первый день Семен не ел такого вкусного обеда. Как следует нагуляв аппетит, он вовсю работал ложкой. Тем временем снаружи темнело. Вожатые, сидя за отдельным столом, перешептывались и постоянно выглядывали в окно. Наконец, сверкнуло. Гул разговоров в столовой приглушился на несколько секунд, затих звон посуды, и вот, наконец, перекатываясь и урча, лагерь накрыл гром. Зашумел ливень, пионеры весело загомонили. Вторая молния ударила совсем рядом, почти сразу гром взорвался где-то у пролеска, и в этот раз вызвал отнюдь не веселье. Многие от неожиданности втянули голову в плечи, одна девочка разбила стакан с компотом, а Ольга Дмитриевна встала и принялась успокаивать некоторых трусишек из младшего отряда. — Во гремит, — довольно сказал Серега. — Не говори! Ольга Дмитриевна закончила с малышами и громко объявила, что пионеры останутся в столовой, пока не кончится гроза. Кое-кто сразу зароптал, но она уперла руки в бока и грозным взглядом подавила бунт на корню. Семен, расправившись с обедом быстрее друзей, пошел за добавкой. На выдаче скопилась небольшая очередь — многие ребята тоже решили взять вторую порцию. Скорее всего даже не из-за разгулявшегося аппетита, а просто чтобы убить время за едой. Многие расселись по подоконникам, прислонялись лбом к оконным стеклам, оставляя жирные пятна, и любовались дождем, стараясь не пропустить очередную зарницу. Семен же болтал с друзьями о том, чем можно заняться в ближайшее время. Он как-то смирился с тем, что поиски таинственного незнакомца зашли в тупик, и даже особо не жалел. Ну его к черту. …— Я вот пойду в музыкальный клуб, когда распогодится, давайте со мной? — сказал Бублик. — Ну можно… — протянул Серега. Саня демонстративно поморщился. — Не хочешь, как хочешь, я же никого силой не тащу. — А что если сегодня ночью мы возьмем наши ключи и… …Парни болтали около получаса. За это время некоторые из самых хулиганистых пионеров успели сбежать из столовой через окошко в углу, которое удачно скрывала от взора вожатых объемная колонна, Игнату пришлось разнимать драку малышей, а кто-то разбил еще один стакан с компотом. Гроза стала затихать, а потом и вовсе ушла прочь, оставив сияющий на робком солнце лагерь. Пока золотым лучам приходилось пробиваться через тонкую, словно вуаль, полупрозрачную серую дымку, но Семен был уверен, что к вечеру распогодится. К столику парней подошли Ульяна и Двачевская. — Блин, все утро зря только золу с площади выметали, — сказала Алиса соседке, а потом перевела взгляд на Серегу, — кстати, а где это вы опять сачковали? Ульяна, оказавшись за ее спиной, многозначительно взглянула на Саню и стала показывать глазами на выход из столовой. Тот схватил поднос, буркнул «Мнепора» и убежал прочь. Серега тем временем по-рыбьи смешно открывал и закрывал рот, силясь на ходу придумать что-нибудь в ответ Алисе. Она, глядя на эту картину, хмыкнула и махнула ладошкой. — Ладно, расслабься. Пойдем, прохвост, дело есть! — А ч-что за дело? — Там и объясню, хорош тупить. Серега поплелся за ней, а Бублик, скинув забытые им тарелки себе на поднос, сказал Семену: — Короче, я к Мику, ты со мной? На секунду тот задумался. С одной стороны, все разбежались, скучно будет искать занятие одному, но с другой… — Не, не пойду. У меня от болтовни твоей японки голова начинает пухнуть, — ответил наконец он. — Я лучше Серегу подожду, придумаем что-нибудь, или книжку почитаю. — Можешь к кибернетикам сходить. — Нет уж, — засмеялся Семен, — опять Шурик будет приставать с вопросами о журнале, ну его. — Лааадно, увидимся! …Перепрыгивая многочисленные лужи по дороге к домику, Семен думал, чем бы заняться. Можно поближе познакомиться с другими ребятами из отряда, или, и правда, наведаться в библиотеку. Черт, как же неудачно все разбежались… А, может, просто-напросто вздремнуть? Не стоило сегодня так хорошо высыпаться. Зайдя в домик, он случайно уронил свернутый в рулон ватман с расшифровкой таинственного текста, который кто-то из друзей оставил рядом со входом. Семен развернул его, положил на стол и придавил верхние углы стаканом с карандашами и Бубликовской книгой, а нижние придерживал ладонями. — Странно, кто так пишет. «Спрятал в острове», безграмотно ведь. И тут его осенило. Конечно любой человек, да даже последний двоечник, все равно написал бы, мол, спрятал то-то и то-то НА острове. Но если предположить, что речь идет, например, о романе «Остров сокровищ»… Вот же, второе слово заканчивается на "Щ"! Семен помчался в библиотеку, едва не забыв запереть дверь.