Измени меня

Ты произносишь её имя каждый раз, когда засыпаешь. Но когда ты просыпаешься, пытаешься убедить неизвестно кого, что тебе не интересно что с ней и где она. Пора признать, что не получается. ㅤㅤㅤㅤ"Ибо каждое гребаное утро начинается с неё" Машинально проверяешь телефон, но там ни одного сообщения. За утренним кофе ты прожигаешь стену взглядом, смотришь совершенно не туда, а куда-то внутрь себя, туда, где воспоминания о ней еще живы. Живо каждое прикосновение подаренное просто так. И пойди разберись в причинах и следствии. Всё слишком запуталось, не вспомнишь кто первый сломался, и кто ушел, оставил тебя. Хотя нет, с последним немного легче. Только не сердцу В квартирке Мина стало слишком пусто. Треск и шорохи послышались у двери. Тэхен пришел. Юнги еле улыбнулся и в миг это подобие радости улетучилось с его лица. Тэ вошел в гостиную: — Опять в прострации, — с легкой приятной улыбкой проговорил друг, пытаясь создать легкую атмосферу, но темное облако над Юнги никак не хотело развеиваться. — Не опять, а снова, — с привычной хрипотцой проговорил Мин. — Юнги, — Тэхен посомтрел другу в глаза, но в ответ получил молчание. — Хён, может хватит? Умойся, приведи себя в порядок и сходи наконец-то в университет, твой отец не сможет вечно прикрывать тебя, — Ким беспокоился о друге. — Нахрена, я уже все равно работаю на отца, мне похуй. — Да? Я что-то нихуя не заметил, что ты ездишь в компанию, или приезжаешь на встречи для переговоров, ты нихуя не делаешь, Юнги, ты сдался...— Тэхен обреченно смотрел на друга, пытаясь понять, как ему можно помочь, но в глазах читалась отрешенность и безысходность. Юнги не знал, как взять себя в руки. — Слушай, почему тебя это вообще ебет? Приехал, чтобы в очередной раз сказать какой я хуевый? Cпасибо, свободен, — нагрубил Мин и хотел было пойти в противоположную от друга сторону, но Тэхен схватил его руку: — Слушай, я вообще-то за тебя беспокоюсь, ты для меня не последний человек, — выкрикнул Ким. — Я эту заботу не просил, со мной все хорошо, можешь идти, — и он вырвал свою руку из Тэхёновой. — Хен, если ты боишься показаться слабым перед близкими людьми , то может они не такие и близкие? — с обидой проговорил Тэхен. Юнги казалось понял, что был слишком грубым, понял, что отвергает помощь лучшего друга, понял, что был не прав. Но понял поздно, Тэхён последний раз взглянул на него и ушел из квартиры, сказав напоследок: — Приведешь мысли в порядок, позвони мне. В этот момент Юнги почувствовал раскаяние. — Блять, — выругался он сам на себя и, поняв что нужно что-то менять, решил собраться и поехать на работу. Прошла пара-тройка недель, и Джоанна наконец-то привыкла в Сеулу. Снова. Только, теперь ей каждый день приходилось рано вставать по турам и ехать в уже ненавистное здание. Все те редкие разы, когда Мин Юнги все-таки появлялся в её компании по сделкам и вопросам сотрудничества, все те редкие минуты, девушка пыталась поговорить с ним. Знала, что бесполезно, знала, что не станет слушать, но продолжала говорить единственное: — Прости меня Но в ответ получала лишь сухое: — Прекрати извиняться Джоанна была эгоисткой. Ей хотелось возвращаться в дом, где бы её ждали теплые объятия любимого человека. Поэтому она не могла принять, поверить, что больше ничего не значит для Юнги. Бесконечно повторяющиеся встречи и расставания осточертели. Она только сильнее привыкает к нему, поэтому не хочет видеть и не может выносить его отношение к себе. Нет, этот когда-то сильно обиженный ребенок не мог так очерстветь, испепелить все теплое, что когда-то таилось в нем. Или мог. Во всяком случае, у девушки все было прекрасно хотя бы с подругами. Но сегодня Джо предстояла встреча с другим человеком. Ким Намджун, по совместительству - нынешний владелец Royal Group. Так сложилась, что компания семьи Ким уже очень давно пользуется услугами компании Ванг для транспортировки товаров по Европе. Ну и сам Намджун предложил инвестировать компанию в Корее. Случайности не случайны... Да и дело в другом. Джоанна была интересна Намджуну. Как девушка. Он запомнил её как робкую и милую подружку своего, когда-то, друга. И когда разлетелась новость о том, что они расстались, Ким почувствовал облегчение. Он понял, что проход для него теперь открыт и можно попробовать. Не лучшая ситуация, но в любви как на войне. И Ким Намджун готов начать эту игру.

***

Допитая чашка кофе, немного разлитая по бокам, типичный бумажный хаос на столе, усталая девушка и необычайно красивый вид на вечерний Сеул. Очередной вечер, очередная победа и радость за то, что этот день наконец-то закончился. Джоанна тихо зевает, встает с теплого кресла и слышит стук в её кабинет: — Госпожа Ванг, — начал задорно владелец Royal Group, — простите, что опоздал, — и парень низко поклонился. Джо впервые за этот день выпустила лёгкую улыбку и пригласила Намджуна: — У меня тут офисный беспорядок, прошу простить, — проговорила она застенчиво. — Я тебя понимаю, у нас гора-аздо хуже, из-за того, что сотрудников больше... — Может кофе? — Ванг была действительно рада увидеть старого приятеля, это навивало приятные воспоминания о беззаботном времяпрепровождении. — С таким собеседником как ты - с радостью, — изъявил парень. И вот Ким увидел её. Это уже не та девочка с факультета изобразительного искусства, какой он запомнил её. Незначительные изменения во внешности и это бремя в виде управлении корпорацией, возложенное на неё. Тяжёлый груз, он удивляется, как она еще справляется с этим. — Эх, — издала глухое Джоанна, — а знаешь, я соскучилась по тебе, — проговорила она и заставила впасть парня в легкое недоумение, — вообще, по всем ребятам соскучилась. Иногда вспоминаю тот новый год, нашу веселую компанию. Просто скучаю по временам, когда мы все были друзьями...— грустная улыбка светилась на лице девушки. Намджун понял, что он для неё просто пережиток прошлого, этакое приятное воспоминание. — Понимаю, — согласился он, но поняв, что началось неловкое молчание поспешил продолжить свою мысль, — казалось бы, года не прошло, но этого времени достаточно, чтобы кардинально изменилась жизнь. — Время жестоко, — добавила Ванг. — Я уже не тот, ты уже не та, — оборвал Намджун и приблизился к девушке, — мы взрослые люди со своими заботами, — парень встал перед Джоанной и положил руки по две стороны от неё, тем самым, не давая не сдвинуться с места. — Что ты делаешь? — чувство дискомфорта сковало девушку, почему все зашло в это русло. Они на небезопасно-близком расстоянии. не комфортно — Намджун, — она отвела взгляд, — отойди, пожалуйста... — Ты все еще его любишь? — парень был зол, зол от собственного бессилия, от того, что все готовы пасть к его ногам, но только не она. Зол на себя, за то, что не может совладать со своими глупыми чувствами, за то, что просто тянет к ней. Намджун не в силах отстраниться. — Люблю, — выдавила девушка. — А чем я хуже? Почему ты не можешь понять, что больше не нужна ему? В этот момент в кабинет по счастливой случайности входит сам Мин Юнги: —...Не буду мешать, — сказал он ядовитым тоном, смотря в растерянные глаза Джоанны. Увидеть, как приятель жмётся к ней, а она это допускает. Блять, снова будто все чувства в мусорку воткнули. Юнги немедленно вышел из кабинета, кинув папку с нужными документами на стол. Грубо Джо резко оттолкнула парня и в настоящем шоке и в обиде на саму себя побежала за черноволосым брюнетом, а по совместительству любовью всей жизни, перед которым она снова проебалась. Обидно. — Юнги! — кричала она ему в спину, но он не останавливался. — Юнги! — Постой же наконец, Мин Юнги! — она догнала его и дотронулась до плеча. — Сделай одолжение, отъебись а? — выплюнул он. — Да что с тобой? Почему ты такой? — Джоанна и не заметила, как у неё потекли слёзы обиды. Больно от того, как он с ней разговаривает, от такого отношения. — Ой, прости, что помешал вам поебаться, сорвал большую сделку? — и снова ядовитая фразочка, холодные глаза и желание втоптать в грязь. Это не тот Юнги, к которому приехала Джо, который писал ей поздравление с Днём рождения, который кормил бездомного котёнка. Это другой человек, он слишком хорошо играет. — Ты отвратительный, — почти промычала она от обиды, а он первый раз за долгое время увидел её слёзы. Такие чистые слёзы обиды. У Юнги будто крышу сорвало от этого: " Ты отвратительный" — Причина всех твоих страданий - привязанность, — проговорил он томно. — Тебе всегда было плевать на меня, да? Тебе всегда было плевать на меня, на мои чувства, на мои переживания и слёзы, когда мы с тобой ссорились. Я не знала это, почему-то терпела и продолжаю... Потому что дура, — проглатывая слезы, срывалась Джо, — Отвратительный. Ты, — она срывалась, захотелось высказать все, что накопилось в души, что гложило, что не давало спокойно спать, — А я любила тебя, любила всем сердцем и душой, отдавала всю себя нашим "отношениям", а ты? Прекрати делать больно себе и мне — Тогда, когда я пыталась разобраться в наших "отношениях". Тогда, когда я в очередной раз приходила извиняться. Твоё равнодушие казалось мне пыткой, знаешь? Ничего ты не знаешь... Никогда не знал, — глухие всхлипы бились о стены. А Мин смотрел на девушку будто в оцепенении и каждое слово, брошенное ею было слово пулей, чётко попадающей прямо в сердце. Живого места больше не осталось. — Ты знаешь, какой мой любимый цвет? Какой мой любимый напиток и что я делаю, когда мне грустно? Нет, ты ничего не знаешь обо мне, а я продолжаю страдать. из-за тебя. — Как выкинуть тебя из головы? Как перестать искать в толпе твои глаза? к а к? Эти вопросы я задаю себе уже почти год, но ответа так и нет. — мне жаль, Юнги, — сил у Джоанны больше не осталось, она со всхлипами опустила голову и продолжила тихо плакать. Весьма импульсивно, резко, непродуманно, но она высказала все и пусть пожалеет, но она сделала это. — Серый, — сказал он хрипло и тихо, но девушка услышала и не понимала к чему это. — Карамельный фраппучино со сливками и карамелью, — прохрипел он вновь и сделал шаг вперед. Выражение его лица изменилось, показалась грустная улыбка. Джоанна не видела её с того самого злополучного января. — А когда тебе грустно ты слушаешь музыку, — казалось, в эту секунду слезы перестали катиться бесконечными дорожками по её щекам, а сама девушка поняла, о чем он говорит. Она посмотрела прямо в его глаза, глаза полные грусти, сожаления и безысходности. бедный Юнги сократил расстояние до минимума и в следующую секунду просто обнял девушку. Обнял так крепко, как не обнимал в день расставания. Будто вот - вот, и сейчас её заберут, и он больше не увидит Джоанну. Мину стало страшно от этой мысли. Юнги мог вечно убеждать себя, что испепелил все чувства, но нет, сердце все так же содрагается при каждой мысли о ней. Он устал, устал отвергать все это. Устал смотреть, как она плачет и стоять бревном в бездействии, устал кидать холодные фразы, когда хочется накричать и обнять, как раньше. Такова жизнь — начинать сначала, когда все погибло. — Раньше, ты всегда делал так, чтобы я улыбалась, — шептала она, боясь спугнуть Юнги. Ей было так легко и тепло в его объятиях. Этот момент был похож на сказку для неё. Сложно поверить, что после всего, что произошло, он просто стоит и обнимает её вот так. — Не уезжай больше, — пробурчал Мин, зарывшись в волосы девушки, пахнущие свежими яблоками, а она от этих слов начала плакать с новой силой. — Эй, ты чего, прекрати эти глупые слёзы, — Юнги взял лицо Джо в свои большие ладошки и начал вытирать слезы пальцами. Если бы Джоанна открыла свои глаза в этот момент, она бы смогла заметить влажные глаза парня, который никогда не плачет. — Юнги, — она запнулась, — если бы мы могли повернуть время вспять, куда бы это нас привело? — мешкая, спросила она — Пошли домой, — прошептал он ей на ухо, и они шли обнимаясь. POV Джоанна Бледная кожа выделяет его среди других. Холодность и минимум проявления эмоций. Первое впечатление: надменный, не заинтересованный, грубый. Но первое впечатление обманчиво. С близкими людьми, словно тёплый, яркий янтарный мёд. А на лице часто появляется сладкая улыбка. Он – мягкое сочетание маленьких контрастов. Может показаться, что он проявляет мало чувств, но он просто не любит ими делиться. Вслух ни слова, зато все чувства в бумагу. Он знает, что такое депрессия, слезы, как печали, так и радости. Он любит не говорить, а делать. Он тот, кого я люблю. И вот твои горячие губы касаются моих. Внутри все взрывается фейерверками, когда наши с тобой языки сплетаются вместе. Ты так жадно целуешь мои губы, будто я твой последний шанс вдохнуть свежий воздух, будто я и есть твой воздух. — А чем вы там с Намджуном занимались? — недоверчиво пробубнил он, отрываясь от моих губ.