Угол падения

Хлопок входной двери. Суматошно разуваюсь, снимаю куртку, заглядываю в зеркало, чертыхаясь своего отражения, отворачиваюсь. Не могу. Не могу думать ни о чем другом. Не могу унять это странное чувство в груди. Как же это трудно, как тяжело, когда думаешь об этом. Мысли путаются, голова раскалывается будто кто то сидит на моих плечах и давит на виски. Сажусь на небольшой диванчик у входа пытаясь визуально рукой отмахнуться от этого наваждения в виде черноволосой девицы, которая словно въелась всей плотью. Да что ж это, что за чувства такие неправильные? Ревность. Это бушует чёртова ревность к этой чертовой девке. Ненавижу.Просто ненавижу это состояние. Прежде я редко испытывал подобного. Да и к кому? К той случайной незнакомке в клубе? Или к соседской девчонке Стэйси? Нет. Для меня они никогда не имели большого значения. Это просто девушки, с которыми мне однажды понравилось провести время. И если первая была моим желанием, то вторая желанием моей недавно почившей матери. Скучно. Опять прежние эмоции нахлынули, я не могу об этом не думать. Они так прочно сидят в моей голове. Они занимают все пространство последние пару недель. Она занимает. Она Холод немного пробрался по телу и я увидел её, упершуюся об дверной косяк девочку, которая вызывает эти проклятые эмоции. Черт. В легком домашнем платье, такая домашняя, такая легкая, будто фарфор, хрупкая моя малышка. Ты улыбаешься мне, а я не могу не думать как прекрасная ты сейчас. Такая маленькая, с босыми ногами сонно потираешь глазки. Глаза ее все так же полны надежды, мельтешат то в одну то в другу сторону, с наивностью смотрят на меня. Она надеется что я её отпущу, надеется, что больше не увидит меня, начнёт жизнь заново, начнёт любить и ценить заново. Вряд ли. Ты думаешь я позволю тебе эти чувства по отношению к другому? Думаешь я выпущу тебя сегодня? Или хотя бы через неделю? Думаешь мне вообще легко? Я не смогу. Я не выдержу. Как я буду жить дальше? Это безумие. Она слишком сильно застряла в моей голове. Я знаю она не простит меня. Никогда не простит. Будет бояться и остерегаться. Она никогда не забудет этих событий. Возненавидит до конца жизни, столь длинной и счастливой, какой она себе представляет даже будучи уязвимой здесь. Сейчас. Со мной. Или простит? Я готов подарить ей все. Весь мир к ее ногам. Только пускай скажет. Покажет своим изящным пальчиком на любого, кто посмел ее обидеть, кто допустил маленькой слезинки в ее глазах. Таких прекрасных. Карих. Темных. Манящих. Но я выдержу. Я все вытерплю, все переживу, а сейчас... Сейчас мне это необходимо как кислород для тела, как доза для наркомана. Резко вскочил, сократил расстояние между нами и схватив её выше локтя поволок в спальню. Что будет когда все закончиться - не знаю, да и не хочу знать. Сейчас важна только она. Только я и она. Только мы. Небрежно бросил хрупкое тело на кровать. Взял в тумбочке веревку. Связал руки и молча уставился в полные мольбы глаза моей прекрасной нимфы. Смятение, страх, мольба. Она дрожит, отбивается, кричит мне что бы отпустил, что бы не трогал её, умоляет остановится.. Но меня уже не остановить. Я предвкушаю тебя, моя родная. Ничто не может меня остановить. Связываю её ноги так, что бы они были согнуты в коленях и мне открывался прекрасный вид. Пальцами беру её футболку за воротник и разрываю на две части. Руки грубо опускаются на грудь и жадно, с упоениям, мнут и дергают за соски. Пальцы будто отдельно от меня. Позволяют себя вести так грубо. Но я не могу их остановить. Не смею этого делать. Она смотрит таким невинным и жалким взглядом, что на секунду мне хочется прекратить это все, перестать её мучать. Просто взять и обнять, прижать к груди и сказать: "Все хорошо. Ты в безопасности" В безопасности ли она? В безопасности ли она со мной? Припадаю ртом к её твёрдым соскам. Моя маленькая снова выкрикивает, тянет свои ручки к моему лицу что бы убрать, отодвинуть... Но я быстро хватаю ее за запястья и сжимаю, придавливая к кровати. Снова беру веревку и пропускаю в ложбинке меж грудей, обматывая оба запястья вместе несколько раз. Теперь она полностью обездвижена. Теперь она вся моя. Она вновь кричит, брыкается, пытается хоть как то меня задеть. - Ты обещал мне! Ты обещал не трогать меня! - выкрикивает Знаю. Я обещал ей никогда не прикасаться, пока она этого не позволит. Обещал быть для неё верным другом и советчиком. Обещал оберегать от всех и все. Обещал ей, но не себе. Я ничего не ответил. Лишь дотянулся до тумбочки и выудил из неё скотч. Оторвал кусок и заклеил ей рот. Не хочу слышать этого, не хочу слышать её охрипший от криков голос. Я хочу насладиться этим моментом. Ей и нашей близостью. Начинаю ласкать через трусики, единственное, что я оставил. Зайка, твое платье красивое, но без него ты еще лучше. Быстро стягиваю их до бёдер и ласкаю уже оголенную плоть. Грубо. Слишком грубо для такой хрупкой как она. Вижу как по её щекам текут слезы. Потерпи,моя хорошая, просто потерпи это. В моих штанах уже давно все стоит. Да и вообще всегда, при виде её. Только на неё. Я оказывается ой как ревнив. Даже собственник, я бы сказал. Ну, а как не ревновать ту, которая безумно нравится уже давно и которая видет в тебе все лишь друга? Обычного друга. Не могу видеть как она с этим Джексоном обнимается и воркует. Не могу. Не хочу. И больше не буду. Опять все заново нахлынуло. Опять ревность бьет ключом. Я ворвался в неё. Резко. Даже резче, чем сам ожидал и шумно выдохнул. Как же приятно быть внутри той, которая заняла вся мысли последние пару лет со дня нашего знакомства. А ведь я давно в нее влюблен. Конечно тайно. Я не мог позволить себе быть рядом с ней. Бьюсь об заклад она никогда не расценивала мою кандидатуру на большее чем просто друг. А я только и радовался что могу быть хотя бы другом. Первое время. Она же полюбит меня потом? Будет хотя бы благодарна, что рядом с ней тот, который готов дать ей все. Тот, чей мир будет крутится только вокруг красивой черновласной нимфы. Она же будет? Видимо она ошиблась. Я сорвался. Я не выдержал. Я не мог по-другому. Даже не давая привыкнуть к моим размерам я начал жестко вколачиваться в неё, попутно выкручивая соски и слегка придушивая. Знаю что такие игры ей нравятся. Нравились. Слышу её всхлипы как то отдаленно. Как то постепенно начинает приходить чувство, что сейчас мне плевать на все. Важно лишь что мы одни, и я в ней. И нам хорошо. Мне хорошо. Я начинаю ускоряться. Быстрее и быстрее. Уже мну её грудь так, что вижу проступают синяки. Вдруг резко все взошло вверх и через пару секунд резко упало, а я с упадком сил свалился на неё, носом уткнувшись в ключицу. Дышалось тяжело, но физически я чувствовал лишь эйфорию. Медленно целую её ключицу, покусываю и всасываю. Отрываюсь и любуюсь. Обворожительный красновато-фиолетовый цвет образовался на том месте. Я посмотрел на неё. Глаза слегка сожмурены, дышит тяжело, слышны только тяжёлые всхлипы. Я резко подымаюсь и хочу просто убежать отсюда. Перевернуть время вспять и забыть о том, что сейчас случилось. Никогда себе не прощу. И она не простит. И никогда не посмотрит на меня как прежде. Для неё я теперь никто, друг-насильник. Я отошёл на балкон закурить сигарету. Сделать эту долгожданную втягу и вновь расслабиться. Докурив вхожу опять в комнату. Она все ещё лежит. Все ещё плачет тихонько. Я развязываю её и вижу как она свернулась клубочком и тихо всхлипывает носом уткнувшись в подушку. Развернувшись, быстро направляюсь к выходу из комнаты. Не хочу видеть её слез опять. Мне будет всегда больно, от того, что я сделал. - Ненавижу тебя. - слышу уже в двери. Я лишь горько усмехнулся и ничего не ответив ушёл на кухню, сделать себе чай. Я так люблю её, но нам никогда не быть вместе. Мне никогда не быть с ней рядом.