Соседи по комнате

В тот день Тэхён проснулся от непрекращающейся вибрации на телефоне. С трудом разлепляя сонные глаза, он думал, что пишет ему Чонгук, который на тот момент оставил его одного и уехал на гастроли со своей танцевальной группой в Японию на целый, мать его, месяц. Но нет, это были сообщения от Хосока. Тогда Тэхён сначала не понял и даже немного испугался, когда увидел его имя на экране, но потом, прочитав сообщение, был в таком восторге, что отошёл от 10-ти часового сна за секунду. Сообщение гласило: у Сокджина скоро свадьба! Оказывается Хосоку одному из самых первых пришло приглашение по почте. Такой небольшой сюрприз. Тэхён даже сначала не поверил, потому что ему никаких приглашений не приходило, даже на электронную почту или в сообщении. Но приглашение пришло буквально через пару дней. Классический голубой конверт из плотной матовой бумаги, закрепленный сургучной печатью сиреневого цвета, на которой изображена веточка лаванды, он нашел в почтовом ящике. В самом конверте лежала маленькая искусственная лаванда и пригласительное приятного лавандового оттенка, на котором было написано: «Дорогие Ким Тэхён и Чон Чонгук, я, Ким Сокджин и мой будущий муж Ким Намджун приглашаем вас на нашу свадьбу, которая будет проходить в невероятном городе Портленд, штат Мэн. Вас ждет незабываемый день и неизгладимые впечатления от красот Соединенных Штатов и атмосферы Мэна!» и далее дата, время и место, где будет проходить событие. Дата выпала на середину августа, а это значило, что Чонгук успеет вернуться в Корею и полететь вместе с ним. В тот день Тэхён вскочил с кровати и, схватив миленького и игривого Ёнтана, стал кружить его по всей комнате от счастья, а потом принялся быстро печатать Чонгуку о том, что они летят в Штаты! Чонгук ответил моментально, видимо тоже проснувшись от нескончаемых сообщений. Кстати, Ёнтан стал подарком Чонгука, когда тот собирался уезжать на гастроли, чтобы Тэхён не скучал в одиночестве. Милый комочек Чонгук принес в подарочной коробке с ярким красным бантиком прямо перед вылетом. Расстроенный Тэхён мгновенно ожил и даже всплакнул от счастья, вспомнив о своей любимой собаке Греттель. Чонгук чуть не опоздал на самолет из-за того, что Тэхён долго не отпускал его, целуя, целуя и целуя, дабы насладиться этими поцелуями на весь последующий месяц. Тогда расставание на месяц казалось нереальным, ведь они были как одно целое, проводя вместе и дни и ночи. Однако, Тэхён слишком сильно увлекся новым членом семьи, квартира уже не казалась такой пустой, когда короткие коготки все время скребли по идеально ровному паркету, и не было так одиноко, когда каждое утро его кто-то кусал за ухо от скуки или от мести за то, что тот постоянно оставлял его одного, когда уезжал в офис по работе. Тэхён помнит, будто это было вчера, как они вместе с Чонгуком по видеосвязи выбирали ему имя. Сначала он хотел назвать его Гретт, в память о своей любимой Греттель, но Чонгук обрубил эту идею на корню, сказав, что это имя ему совсем не подходит. И правда, Греттель была большим персиковым лабрадором, а он — милый пушистый померанский шпиц. Тогда Чонгук пил какую-то японскую газировку, Тэхён не уверен на сто процентов правильно ли он прочитал её называние из-за своего не самого идеального японского, но Ёнитан показалось ему довольно милым словом. Так и зародилось имя «Ёнтан». Это было тогда. Сейчас Чонгук мирно сопит у него под боком и щекочет открытую грудь своим дыханием, обняв одной рукой его за живот, Ёнтан спит где-то в ногах, закутавшись в одеяло. Проснувшись, Тэхён легонько, почти невесомо, касается пушистой шевелюры Чонгука, а потом утыкается в неё носом и глубоко вдыхает, почувствовав уже почти исчезнувший запах шампуня. Его шампуня. Прошло уже четыре дня с его возвращения, а Тэхён все никак не может им насытиться. Скучал. Так скучал, что, кажется, и года не хватит, чтобы восстановить этот потерянный месяц. Ёнтан мгновенно просыпается, услышав мелкие шевеления. Малыш слишком сильно радуется тому, что хозяин проснулся, и машет хвостиком-завитушкой. Ёнтан прыгает по постели через пышное одеяло, споткнувшись на половине пути, и тут же запрыгивает ему на грудь, вылизывая лицо. Тэхён старается его аккуратно убрать, но всё тщётно, Чонгук просыпается. Ёнтан тут же переключается на второго хозяина, после чего Чонгук уже точно просыпается. — Прости, он немного гиперактивный по утрам, — улыбается Тэхён и берет Ёнтана на руки, чтобы тот никого не доставал. Чонгук лишь мычит в ответ, весь сонный и с потрепанными волосами на голове он перекатывается на другой бок, судя по всему, не собираясь просыпаться. Тэхёну такой расклад не нравится и, скинув Ёнана на пол, он обнимает его за голые плечи и целует за ухом, прекрасно зная, что от этого прикосновения у Чона пойдут мурашки по коже. И они идут. Табун мурашек пробегается по плечам, рукам и даже задевает шею. Чонгук тяжко выдыхает и Тэхён понимает, что сейчас полностью доволен своей небольшой пакостью. — Пожалуйста, — сквозь сон что-то бормочет Чонгук. Тэхёну становится как-то наплевать, и он снова целует то самое место, продолжая спускаться на загорелую шею и плечи. Под пальцами он чувствует мелкую дрожь. Чонгуку явно нравится происходящее, но бороться со сном ему все еще тяжело, ведь спать они легли часа в 4 утра, по объективным причинам. — У нас самолет через 5 часов, нужно просыпаться, — хриплым голосом шепчет ему Тэхён. — Если встанешь немного раньше, мы можем… Договорить ему не дают. Чонгук резко вскакивает, садится на его бедра, грубо хватает за оба запястья и прижимает к изголовью кровати, полностью блокируя любые его движения. На его лице процветает довольная и всё та же, как давние 8 лет назад, нахальная ухмылка. От неё ему уж точно не избавиться. — Бьёшь по больному, Ким Тэхён, — не убирая с лица ухмылки, глаголет Чонгук, тут же впиваясь в губы, как только Тэхён попытался открыть рот. Тэхён улыбается ему в поцелуй и поддается вперед, преграждая свое желание закинуть руки тому на шею. Раздеваться не приходится. Уже раздетые по тем же объективным причинам. Чонгук резко обрывает поцелуй и спускается вниз, к любимым ключицам. Ключицы у Тэхёна особенные, не такие как у всех, острые, ярко выраженные и хрупкие, что дотронься — сломаешь. Он же такими ключицами похвастаться не может, но может похвастаться красивой мускулистой спиной, которую Тэхён мягко оглаживает, иногда чуть сильнее надавливая короткими ногтями оставляя за собой красные полосы. Если надавить еще сильнее, то полосы могут стать багровыми или фиолетовыми. Тэхён иногда так тоже делает. Он спускается еще ниже, к впалому, без намёка на кубики, животу. И вот, Чон переходит уже к самому сладкому — к паховой зоне, которая забавно прячется под кромкой одеяла. Останавливает трель телефона. Чьего — не сразу понять, ведь у каждого стоит классическая мелодия айфона. Тэхён тяжело вздыхает и тянет руку на прикроватный столик, нащупывая телефон. Оказывается зазвонил его. На экране высвечивается фотография Хосока, а звонок так и не прекращается. Тэ уже собирается протянуть кнопку, чтобы принять вызов, но его останавливает грубая рука Чонгука. Он выхватывает телефон, попутно зажав кнопку блокировки, чтобы не было звука, и кладет его обратно на столик. — Это может подождать, — и снова впивается в губы. — Чонгук, но.. «Но ведь мы все вместе должны поехать в аэропорт» — остается несказанным. Чонгук снова затыкает его, сильнее вжимаясь и проскальзывая языком меж губ. Тэхён поддается, расслабляется и думает: «И правда ведь подождет». Как ждал он целый месяц. Чонгук водит руками по животу, не отрываясь от поцелуя. Пробирается под одеяло и хватается за вставший член, сразу же ловя в поцелуй сильный вдох и мелкую вибрацию на губах. Тэхён хватает его за шею и упирается головой в плечо, когда Чонгук неторопливо вводит рукой то вверх, то вниз. Кажется, Чон доволен своими действиями, раз тихо усмехается с такого размякшего Тэхёна. В квартире проносится звонок. Кажется, кто-то звонит в дверь, да уж очень настойчиво, раз пищит он аж три раза подряд. Ёнтан мгновенно реагирует и бежит к двери в сопровождении писклявого щенячьего лая. Тэхён замирает, а вот Чонгуку, кажись, побоку, он продолжает своё дело. — Надо открыть, — Тэхён подскакивает и пытается убрать его руку, на что Чонгук совсем не регирует. — Дверью ошиблись, успокойся. Но звонок снова проносится по квартире и не один, и даже не три. Он звонит, звонит, звонит, барабаня прям по ушам. Тут-то Чонгук и останавливается, протяжно и злобно сругавшись матом. Он поднимается с бедер Тэхёна и шарит рукой за кроватью в поисках своих штанов. Тэхён быстро подскакивает с кровати, цепляет на себя белый халат, завязывая его по дороге к прихожей. Тэ открывает дверь и видит на пороге возмущенного Хосока, а за его спиной стоит Сонми с маленькой дочкой на руках. — У вас есть десять минут, чтобы закончить свои дела, собраться и спуститься к нам в такси. Чётко и по делу. Тэхёну долго объяснять не надо, он быстро кивает головой и закрывает дверь, так и не пригласив друзей в дом. В дверном проёме показывается потрепанный Чонгук с раскрасневшимися губами и заметным стояком в штанах. — Ну что там? Чонгук, некогда объяснять. — У нас есть десять минут! — выдает Тэхён и бежит к нему, тут же с глубоким поцелуем нападая на его губы и толкая в спальню.

***

До аэропорта они добираются, чуть ли не с опозданием и идут к стойке регистрации, когда времени остается почти в обрез. Но на рейс не опаздывают. Хосок, Сонми и их маленькая трёхгодовалая дочка Минджи сидят на одном ряду. Дочь они посадили возле иллюминатора, чтобы она наслаждалась видами и не канючила от скуки, всё-таки полет был довольно долгий — целых одиннадцать часов. Чонгук и Тэхён же сидели на заднем ряду, и им колоссально повезло, потому что третье место на ряду было никем не занято и они сидели только вдвоём. К середине полёта Минджи забеспокоилась и начала плакать, видимо от того, что болели уши из-за перепадов давления. Это было вполне ожидаемо, ведь дети чрезмерно чувствительны к полётам и нередко могут начать непрерывно плакать. Сонми и Хосок всячески старались её успокоить, но всё тщетно, девочка никак не переставала лить слёзы. Тогда-то и пришёл на помощь дядюшка Тэ. Тэхён взял её и к себе и просто начал разговаривать, корчить рожицы и всячески развлекать ребенка. Какого было удивление, когда Ким, не имеющий никакого опыта с детьми, за считанные минуты сумел её успокоить. Малышка была просто в восторге и не прекращала играть с дядюшкой Тэ еще несколько часов, сидя у того на коленках. Чонгуку лишь оставалось смотреть на два этих чуда, хоть и дети у него особой нежности никогда не вызывали, они ему откровенно не нравились. Но взаимодействия Тэхёна и малышки Минджи растопили его холодное, как льдина, сердце. Наверное, он просто не может оставаться равнодушным к любым вещам, касающихся Ким Тэхёна. После длительных игр малышка уснула, прямо у Тэхёна на руках, прижавшись головой к груди и закинув руки тому на плечи. Вымотанный играми Тэ тоже заснул. Все дико умилились с этой картины и не стали тревожить спящих красавиц. Чонгук заботливо накрыл обоих выданными пледами и даже сфотографировал, на память. Так и проспали до конца полёта. Прилетели они в Лос-Анджелес, потому что прямых рейсов из Сеула в Портленд не было, и буквально через пару часов для них предстоял еще один перелет Лос-Анджелес — Портленд. Благо, длился полет всего пару часов, и они даже не заметили, как пролетело время. Однако все дико устали из-за долгого перелета и колоссальную смену часового пояса. Еще один час — и они приехали в отель. Только положив голову на подушку, каждый погрузился в глубокий сон. На следующий день их ждал масштабный праздник.

***

Тэхён просыпается раньше Чонгука. За окном уже ярко светит солнце, освещая своими лучами невероятно красивую комнату в отеле, с современным светлым дизайном, которую для них сняли Намджун и Сокджин. Он тихонько идет принимать душ и делать все свои утренние процедуры, а потом решает пойти в номер Хосока и Сонми, чтобы всем вместе позавтракать. По итогу завтракают они вдвоем с Сонми, потому что Чонгук так и не просыпается, а Хосок и Минджи составляют ему в этом компанию, тоже не просыпаясь уже ближе к обеду. Видимо на этих троих смена поясов повлияла намного сильнее. — Где ты был? — тут же его встречает хриплый голос, когда Тэхён заходит в их номер. — Ты проспал завтрак, — говорит Тэ и падает к нему на постель. Чонгук немощно стонет, перекатывается на спину и прикрывает глаза. — Чёрт с ним, с завтраком. Тэхён лишь смеется. Ну почему он всегда такой? Если что-то идет не так, Чонгук просто забивает на это, как когда-то пытался забить на него, Тэхёна. Как видите в его случае такой трюк не прошёл. Эта привычка с годами не меняется, видимо Чон прирожденный пофигист. — Я немного нервничаю, — признается Тэхён. Свадьба для него какое-то такое трепетное и волнительное событие. Сначала может даже показаться, что свадьба у него, а не его хороших друзей. Чонгук поворачивает голову и заспанными глазами, прищурившись, смотрит на его лицо. Осматривает, изучает. Тэхёну даже как-то неудобно становится под таким взглядом, хотя он ловит его на себе чуть ли не каждую минуту, когда они вместе. Выражение лица у Чонгука почему-то резко становится недовольным. Он поднимается, принимая сидячее положение, и придвигается еще ближе к тэхёнову лицу, уже явно осматривая черты лица. — Что ты сделал с глазами? — резко выдает Чон с явным недовольством. Тэхён даже немного растерялся. — Это? — он указательным пальцем показывает на глаза и убирает вылезшую прядь волос за ухо. — Я просто попросил у Сонми карандаш и немного подвел глаза, чтобы хорошо выглядеть. Свадьба всё-таки, будет много гостей, нужно быть неотразимым. Чонгук словно его не слушает. Резко кладет руку на его шею, притянув поближе к себе, и, облизнув большой палец, грубо проводит им по правому глазу. Очевидно, что вся подводка размазывается по веку. — Что ты делаешь?! — вскрикивает Тэхён и пытается оттолкнуть его, но Чонгук даже не двигается с места, наоборот, снова смачивает палец и проводит уже по левому глазу. Вся подводка пошла к чертям, размазавшись по векам. Как ни крути, грубости у Чонгука не отнять. Только он может так, если захотел — сделает. И если ему что-то не нравится, он говорит прямо. Иногда из-за этого с ним бывает сложно, но это не критично. Гребанный Чон Чонгук. — Смой это, — лаконично бросает он и опирается на изголовье кровати. Тэхён не выдерживает и пихает его в грудь, смотря недовольным взглядом прямо в глаза, чтобы тому стало хоть немного стыдно. Но у того на лице даже мышца не дрогнула. Чонгук перехватывает его руки и притягивает к себе, от чего Тэхён не выдерживает, теряет равновесие и падает прямо на его открытую грудь. — И зачем ты это сделал?! — Тэ брыкается, пытается вырваться, но Чон кладет свою ладонь ему на голову и щекой прижимает к своей груди, чтобы тот успокоился. — Потому что ты неотразим и без подводки. Не могу смотреть на твои глаза, когда она на них. Я люблю твои глаза без всякой косметики, — тихим, томным голосом говорит Чонгук. Тэ мгновенно успокаивается. Тэхён поднимает голову и смотрит ему в глаза и видит чистую искренность. Не врет. И правда любит его глаза. Чонгук же ничего не говорит, лишь нежно оглаживает большим пальцем щеку, размазывая по ним остатки оставшейся подводки. Тэхён поддается первым и целует его, до этого медленно прошептав: «Я люблю тебя». Оно остается неотвеченным, но Тэхён прекрасно знает, что Чонгук тоже без ума от него, просто он редко выражает свои чувства словами, он больше показывает это своими действиями. Тэхёну и не нужны слова, когда Чонгук кладет вторую ладонь на его щеку, когда он притягивает ближе к себе, усаживая на бедра, когда он целует глубже, проникая языком, и когда мягко стонет от наслаждения. Сколько лет бы не прошло, поцелуи — это то, в чем они нуждаются постоянно.

***

Они чуть не опаздывают на саму церемонию из-за того, что Сонми долго накручивает локоны. Хосок сильно нервничает из-за того, что это свадьба его брата и все должно быть идеально, Тэхён волнуется, а Чонгуку плевать на все, он сразу же берет игристое шампанское у официанта, как только они заходят на террасу. Свадьба проходит действительно в невероятном месте. Украшенная смотровая площадка возле знаменитого маяка в Портленде просто восхищает. Конечно, этот город знаменит своими маяками и прекрасными видами, поэтому сразу становится понятно почему именно эта, своего рода, необычная для свадебного торжества локация. И вид действительно прекрасный: терраса находится прямо над морем, а недалеко от неё стоит белый маяк, об который бьются волны. Вокруг ни намека на цивилизацию, лишь горы, леса, да море. К тому же смотровая площадка свадебно украшена, а вместо типичных цветов использована лаванда (и её действительно много), а на различных вещах, по типу салфеток и скатертей, можно увидеть приятный глазу лавандовый цвет. Это как раз и объясняет лежащую в пригласительном веточку лаванды. Кругом ходят незнакомые им люди европеоидной внешности, все они разговаривают на английском, от чего даже становится как-то не по себе. Чонгук и Хосок в английском полные нули, а вот Тэхён и Сонми частично, но понимают, о чем говорят иностранцы. Судя по всему, это новые друзья Намджуна и Сокджина, и, на самом деле, это не должно удивлять их, ведь они находятся далеко не в Корее и даже не в части Азии, а где-то в далеких и непостижимых Штатах, соответственно, и люди здесь совсем другие. Люди другие не только во внешности, но и в менталитете, потому что все присутствующие корейцы (их порядка 6-7 человек, включая их всех) ведут себя очень скромно и тихо, а вот американцы довольно шумные и активные и посиделкам с разговорами за столом больше предпочитают отжигать на танцполе, на котором даже есть специально нанятый диджей. За одним столом они сидят все вместе: Хосок и его семья и небольшая семья из Чонгука и Тэхёна. А этот стол является самым близким к жениху и… жениху жениха, поэтому они нередко взаимодействуют друг с другом, что помогает сгладить углы меж двумя менталитетами. Только вот после первой выпитой Хосоком бутылки текилы границы менталитетов стираются, и вот он уже наравне танцует на террасе с какой-то кучкой американцев, которые иногда посмеиваются с его неуклюжих движений. Сонми густо краснеет из-за мужа, дочка в восторге, а вот Тэхён с Чонгуком не обращают на это никакого внимания, потому что видят это не впервые, наоборот, тихо в душе радуются, что с каждым часом праздник становится всё уютнее и уютнее. И вот наконец-то наступает самый долгожданный момент — свадебная церемония. Запланирована она была специально на поздний вечер, чтобы солнце уже начало опускаться за горизонт и окрашивать небо в теплые оранжевые и желтые оттенки. И вот Намджун встает возле свадебной арки, полностью украшенной зеленой листвой и настоящей лавандой, а возле него уже стоит священник в традиционном черном наряде и темных солнечных очках. Никто так и не понял для чего ему солнечные очки, когда закат уже на подходе, но этот момент все решили проигнорировать. А все гости уже расселись по местам, на ажурных белых стульчиках, совсем как в традиционных американских фильмах. Хосока и Сонми с дочкой посадили на самый первый ряд, как самых близких родственников. Тэхён с Чонгуком уже сидели на втором ряду, тем самым оставаясь ничуть не менее важными гостями. И вот, начинает играть живой оркестр, Намджун собирает руки в кулаки, видно, как на лбу у него появляется мелкая испарина, он слишком заметно нервничает. Сокджин выходит спустя пару секунд. Он идет по лавандовому ковру, осыпанному лепестками белой розы, в переднем карманчике белого костюма у него веточка лаванды, все гости, чуть ли не давятся своей слюной, насколько все красиво и сказочно выглядит. Даже небо в этот день окрасилось не в привычные красные и оранжевые цвета, а в пастельно розовые и фиолетовые, словно знало, что для лавандовой свадьбы подойдут именно эти оттенки. Сокджин медленно идет и улыбается, смотря в глаза своему жениху, растягивает момент, запечатлевает у себя в памяти, чтобы вспоминать потом до конца жизни. Намджун не скупится на улыбку в ответ и улыбается как можно шире, обнажая ряд ровных и белых зубов. Фотограф старается сфотографировать их со всех ракурсов, смешно извиваясь где-то в стороне; все гости смотрят с восхищением в глазах и удивлением насколько продуманна каждая мелочь, а Хосок.. Хосок тихо плачет, забавно шмыгая носом и вытирая рукой покатившиеся слёзы. Сонми усмехается и обнимает его, прижавшись головой к плечу и что-то шепча на ухо о том, что он даже на их свадьбе так не плакал, как на свадьбе брата. Хосок действительно вспомнил свою свадьбу и просто был искренне рад из-за того, что такой родной человек смог найти свою вторую половинку в этом огромном мире. Сокджин доходит до свадебной арки и встает напротив мужа, всё еще не отрывая глаз. Священник читает какой-то огромный текст, про любовь и её великую силу, но его почти никто не слушает, даже сами молодожены, которые, держась за обе руки, смотрят и наслаждаются друг другом, в идеально белых свадебных костюмах с лавандой в кармашке и лавандовыми галстуками. Когда священник заканчивает, он просит произнести их свои приготовленные клятвы. Каждый по очереди произносит заготовленную речь, читая её как мантру, но каждый заканчивает е одинаково: — Клянусь любить тебя до последнего вздоха. — Можете обменяться кольцами, — говорит им священник и широко улыбается. Со стульчика резко встает Минджи в своем шикарном белом платьице и, шоркая маленькими туфельками с большим бриллиантом на кончике, бежит к молодоженам с лавандовой коробочкой в руках. В этот момент разносится умиляющийся гул гостей и девочка отдает в руки священнику эту коробочку, знатно застеснявшись от такого большого внимания. Сокджин улыбается, обнимает и благодарит племянницу, и она убегает на коленки к маме. Пара с трепетом и широкими улыбками обменивается кольцами, звучат громкие аплодисменты, взрываются хлопушки с белыми конфетти и: — Можете поцеловать жениха! Поцелуй недолгий, но глубокий. Женихи радостно смеются и показывают руки с кольцами в камеру. Минджи игриво прыгает, ловя маленькими ручками летающие конфетти, а все гости встают с места и хлопают еще громче, музыка становится еще энергичнее. Все в полном восторге!

***

Burrlin — fvckyoumate

Состоявшийся ужин медленно перетекает в танцы. На улице темнеет, а на террасе загораются желтые огоньки, атмосфера вдруг становится очень семейной и уютной. Сквозь музыку из будки диджея иногда доносится звук бьющихся волн. Маяк начинает светиться, включается огромный прожектор и кружится вокруг своей оси. Все гости уже пьяны и готовы для безостановочных танцев, к ним снова присоединяется Хосок, а с ним уже и Сонми, они оба воссоединяются в неловком танце, не обращая внимания на остальных. Уставшая Минджи сидит у Сокджина на коленках и что-то увлеченно рассказывает про принцессу из мультика, который ей включил когда-то папа, а Намджун сидит рядом с ними и внимательно слушает забавный детский лепет, иногда смотря на Сокджина и умиляясь от взаимодействия дяди с племянницей, которые так редко видятся друг с другом из-за разных стран. Чонгук тоже присоединяется к гостям для танцев, показывая всем американцам мастер-класс, как самый настоящий тренер по танцам. И да, он выпил совсем немного, ведь завтра у них с Тэхёном намечен тур по Портленду, после которого они поедут в Калифорнию, в небольшой отпуск для них двоих. В какой-то момент Чон понимает, что упустил Тэхёна из поля зрения, так как тот совсем недавно сидел за их столом и махал ему рукой. Сейчас же Тэхёна на месте не было и, оглянувшись, Чонгук так и не нашёл его. Однако, взгляд зацепился за темную фигуру, где-то далеко, в стороне возле небольшого пирса с ограждением. Фигура стояла спиной к нему и лицом к морю, облокотившись обеими руками на изгородь. — Хочешь также? — неожиданно подошёл к нему из-за спины Чонгук, от чего Тэ вздрогнул, но виду не подал. — Да, было бы неплохо устроить такую свадьбу, — улыбается Тэхён и мечтательно смотрит вдаль, на морскую гладь. — Но мы не имеем на это права, да и американского гражданства как у Сокджина с Намджуном у нас нет. Чонгук подходит ближе, опирается локтями на ограждение, отзеркалив позу Тэхёна, и тоже смотрит вдаль, наслаждаясь невероятным видом моря в темноте, в котором плещут и отражаются огоньки света. Это место не освещается, но по бежевому свободному костюму, который идеально подчеркивает то, что нужно, Чонгук сразу узнал своего Тэхёна. До этого он еще пару минут стоял как маньяк за спиной и смотрел, как его русые длинноватые волосы колышет морской прохладный ветер, и как эстетично разветвляются его широкие брюки. — Как только мы вернемся в Корею я первым же делом побегу в ювелирный, чтобы купить нам обручальные кольца. К черту эти формальности с брачным сертификатом, пусть все знают, что ты уже занят! Тэхён мило усмехается и опускает голову. Прекрасно знает, что Чонгук действительно это сделает и даже бровью не поведет, возьмёт его в ювелирный и купит самые лучшие кольца. А где-то дома или в ресторане наденет ему это кольцо на палец, без всякой клятвы и официальных бумаг. Просто для них двоих. Потому что ничто не имеет значение, когда в твоей жизни есть человек, ради которого ты готов жить. — Тогда я буду называть тебя своим мужем, — отвечает Тэхён и поворачивает на него свой взгляд. Чонгук его мгновенно ловит. Смотрит прямо в глаза, уловив каждый отражающийся блик, придвигается ближе и касается холодной руки, лежащей на ограждении. Он нежно гладит её большим пальцем и опускает взгляд, немного смутившись из-за длительного зрительного контакта. Тэхён всё еще смотрит и думает только о том, что безмерно влюблен в этого человека. Говорят, что любовь живёт три года. Тэхён пытался это проверить. После того, как когда-то в парке зародились их отношения, он каждый год думал когда же наступит тот третий год, когда любовь должна закончиться. Годы шли, любовь становилась крепче, привязанность росла, а потом они вместе отметили третью годовщину их отношений и пошёл уже другой счёт. Счёт, когда любовь, по идее, должна была умереть, ведь люди так и говорят: «любовь живет три года». И Тэхён правда ждал, считал каждый год, чтобы создать свою теорию длительности любви. Но она не проходила, ни через четыре, ни через пять и даже, ни через шесть совместных лет. Он лично опроверг эту теорию, для самого себя, потому что Чонгук не стал для него менее дорог, он не воспринимал этого человека, как обыденность, все чувства словно заморозились на самой высшей точке и эта шкала ни разу не падала. Он стал для него новой вселенной, уютным домом, в котором можно спрятаться и забыться. Да, Тэ понял, что любовь живёт три года, если ты не принимаешь человека такой, какой он есть; если ты не поддерживаешь его в каждом начинании; если ты не стремишься осуществить не только свою мечту, но и его тоже; если вы проходите через все возникшие преграды не вместе. Если твоё сердце не принимает человека, любовь не проживёт и полгода. Ночной воздух и морские виды потянули на откровенные разговоры. Чонгук не отпускал его руку, согревал и молча кусал губы. Он не силен в словах, но момент был очень трепетным и он долго не решался. — Получается что у нас в Калифорнии будет медовый месяц? — первым спросил Тэхён и ослепительно улыбнулся ему. Чонгук закусил губу и очаровательно улыбнулся, кивнув головой. Довольный Тэхён снова устремил свой взгляд на море, а Чонгук на его профиль. — Знаешь, Тэ.. — Тэхён тут же обратил на него внимание. — Даже если наша история когда-то закончится, я не пожалею ни об одной секунде, проведенной с тобой. Тэхён немного опешил и тут же схватил его обеими руками за щёки. — Знаешь, что я скажу тебе, Чонгук, — тихим, томным голосом. Глубокий поцелуй, нежные прикосновения, шум моря и тихое: — Наша история никогда не закончится.