Второй шанс

Всё происходило словно в тумане. Локи на силу оторвали от холодного тела сестры. Тор буквально вытолкал его из покоев матери, а как только двери захлопнулись, ноги мага подкосились. Они стали словно ватные. Локи не мог нормально на них устоять, поэтому добираться до покоев пришлось с помощью Тора. Громовержец волочил на себе брата, который повис на нем мертвым грузом. У него не было сил идти. Тор понимал, что Локи сейчас в таком состоянии, что даже думать адекватно не может, не то что ногами перебирать. Добравшись до покоев и усадив брата на кровать, Тор что-то сказал брату, после чего покинул его, но Локи его не слышал. Он безжизненным взглядом смотрел на свои окровавленные руки. Это была её кровь. Перед глазами стояла картина, как она жмется к его груди, тяжело вздыхает и что-то шепчет еле шевелящимися окровавленными губами. Её глаза закрываются, а дальше всё. Пустота. Свет померк. Она умерла. Казалось, что в тот момент время застыло. Мага сдавила боль в груди. Не было больше сил дышать. “Не спас… Умерла… Не успел… Умерла… Это всё моя вина…” Слова вертелись в голове по кругу, словно пластинка, которую заело. Локи начал еле заметно покачиваться то вперёд, то назад, повторяя одни и те же слова. Он начал осознавать, что больше не увидит её улыбки, не услышит её смех, не почувствует искренних объятий. Ещё много чего больше не будет. Её больше нет. Это случилось. Она умерла. Она столько раз говорила о смерти за последние два дня, что всё и не упомнить. Она словно затылком чувствовала её дыхание. Как будто слышала тихие таки часов, которые ведут обратный отсчет. И если ей удалось обмануть смерть во время падения с башни, то она настигла её здесь. Приняла её с распростертыми объятиями. Если бы не Малекит и его собачонка. Если бы не они, то она была бы жива. Теперь шок вперемешку со скорбью и болью начали медленно переходить в гнев и ярость. Первой жертвой, которая попалась под горячую руку разъяренного мага был дубовый письменный стол, который он разломал пополам одним ударом. Затем на части разлетелся стул. Дальше пострадало кресло. Тумбочки, стены, рукописи, книги, свитки постигла та же участь. Локи рвал и метал, при этом крича не своим голосом. Эмоции требовали вырваться наружу. Он запутался сам в себе. Его разрывает на части от боли. Ему хотелось выцарапать эту боль из груди собственными руками. Единственный лучик света, который поддерживал его во всём, принял его таким, какой он есть – погас навсегда. Локи чувствовал себя отвратительно. Ему одновременно хотелось убивать и рыдать, разрушать и свалиться без сил. Спустя некоторое время, когда Локи наконец-то смог выпустить пар, тяжело дыша, он без сил сполз по стенке возле камина. Теперь к нему подошла новая стадия страданий – опустошение и безразличие. По его бледным щекам потекли новые слёзы, но лицо не выдавало никаких эмоций. Он просто сидел и тупым невидящим взглядом смотрел в никуда. Он остался один. Снова. Он снова сам за себя. Его снова никто не поддерживает в такую минуту. Ну и не нужно. Не впервой справляться со всем в одиночку. Но на душе всё равно так пусто и паршиво. Глубоко внутри он просто кричал, чтобы его обняли и поддержали. Разделили с ним его боль и утрату. Выслушали. Сказали хотя бы слово. Не оставляли одного.

***

Один рассматривал руины, которые остались от некогда величественного зала. Много воинов сегодня пало. Но даже ценой стольких жизней им удалось защитить эфир, а это значит, что в этой битве победа за ними. Малекит вместе с горсткой выживших эльфов трусливо бежали в тёмный мир. А как же ещё? Тору ведь удалось ранить их предводителя. Вряд ли они снова решат ступить на земли Асгарда в надежде одержать победу. Осталось только пережить схождение миров, и тогда девятимирье будет спасено, но смертная Джейн Фостер погибнет. От собственных раздумий Всеотца отвлекли приближающиеся шаги Фригги. - Один, - обратилась она к нему. - Победа далась нам с большим трудом. Вот к чему нас привела наша беспечность. Полегло немало отважных воинов. Но врата Вальхаллы для всех них открыты, ведь они сражались до последнего и погибли с оружием в руках. - И для Амелии? - При чём здесь эта смертная? - Ей путь открыт к Вальхалле? - Смертным не место в Асгарде, а тем более в небесном чертоге Вальхаллы – последнем пристанище падших асгардцев. - Но она погибла как воин. – Настаивала Фригг. Ей хотелось отстоять для этой девочки право на вход в рай. - Она смертная. Смертным свойственно умирать. - Как и нам. Она не простая смертная. Она заслужила это право своим поступком. Вместо неё на том холодном полу должна лежать я в луже собственной крови. - Это был её выбор. - Она сестра Локи. - Бред всё это. Не бывать этому. - Один, она вернула мне… нам сына. Она помогала ему. Она защищала его, а теперь и меня. Она изменила его. Она заслужила как звания сестры, так и места в Вальхалле. - Фригг… - Не перебивай меня! Хоть сейчас, сделай правильный выбор. Она знала, на что идёт. Знала, что её жизнь скоротечна, и она ещё могла бы немного прожить, но нет. Она сделала то, что сделала, хоть и не должна была. Я обещала Локи защитить её, а всё вышло наоборот. У нас появился шанс вернуть сына, так почему мы должны снова потерять этот шанс? - Это перечит всем законам и порядкам. - Это значит, что даже среди смертных есть достойнейшие, в которых ещё не угасли храбрость, доблесть, отвага и самопожертвование.

***

Тор неуверенно постучал в покои брата. Прошло два часа с тех пор, как он оставил его один на один со своим горем. Это неправильно, но у него не было другого выбора. Он всем сердцем не хотел оставлять его одного, но из-за всех этих смертей и разрушений нужно было уладить все дела. Отец запер Джейн и поставил возле неё кучу охраны, дабы избежать подобных инцидентов. Так же нужно было распорядиться, чтобы тело Амелии приготовили к похоронной церемонии. Целая минута прошла после стука в дверь, но, ни разрешения, ни запрета, ни криков, ни проклятий, ничего не было. Стояла гробовая тишина, которая не на шутку насторожила Тора. - Локи, я вхожу. – Предупредил Тор. Дверь оказалась не заперта, поэтому она легко поддалась для открытия. В покоях царит, как всегда, безупречный порядок, а Локи вышел на террасу и глядел куда-то вдаль. Его руки элегантно были сложены за спиной и не дрожали, и это показалось Тору странным. Локи медленно разворачивается к Громовержцу. На его лице нет ни одной эмоции. Лишь холодное безразличие и ледяной колкий взгляд. - О великий Тор, чем обязан вашему визиту? К чему такой острый интерес к моей скромной персоне? – Локи начал медленно приближаться. – Ты явился сюда… Чего ради? – прошипел он. Тор уже догадался, в чем подвох. Сейчас его брат не может быть таким спокойным и безразличным. Он выглядит слишком хорошо, в сравнении с тем, каким его притащил сюда Тор. Он снова надел эту маску и скрывает свои истинные чувства. Если раньше Тора можно было провести таким трюком, то сейчас это не сработает. Уж слишком хорошо его отчитала Амелия, и он сделал для себя свои выводы. - Локи, хватит иллюзий. – Услышав это, Локи остановился. На его лице начали отражаться нотки боли и отчаяния. Он медленно и обреченно склонил голову, после чего иллюзия начала развеиваться. То, что увидел Тор, мягко говоря, повергло его в ужас. Комната, или то, что от неё осталось, была разрушена. Книги, свитки и что-то ещё были порваны в клочья. Мебель разгромлена. Такое чувство, что здесь пронеслось торнадо. Но самое страшное, что он увидел, это бледного, как смерть, брата сидящего рядом с камином. Если сказать, что вид у него был потрепанный – это ничего не сказать. Локи выглядел смертельно уставшим и измученным. - Лицезрей меня, брат. Ты доволен? - Локи… - Тору было не по себе. Впервые за всё это время Локи назвал его братом. Казалось, что нужно радоваться этому, но здесь этой радостью и не пахнет. Его голос был безжизненным. Казалось, что он умер ещё там, вместе с Амелией. Тор начал медленно пробираться к брату через оставленные ним развалины. - Пришёл глумиться надо мной? Ну что же, милости прошу. – От каждого слова брата, Тору становилось всё паршивей и паршивей. Он до костей смог почувствовать его боль, одиночество и пустоту. - Брат, не ради этого я пришёл, я…. – Тор пытался успокоить Локи, но у него это слабо получалось. - А ради чего, о великий Тор? С чего вдруг решил явить свою величественную персону? А!? Ради чего!? – Локи перешёл на крик. Он уже не мог себя сдерживать. Тор находился в двух шагах от брата. Его тень полностью пала на фигуру Локи, который вглядывался ему в глаза своими потухшими изумрудами. “И твои слава с величием всё ярче сияли, а тень была чернее ночи, в которой Локи всегда терялся”. Слова Амелии молниеносно всплыли в памяти. Сейчас он наглядно смог увидеть, о чём твердила тогда девушка. Для Локи в этом мире было слишком мало солнца. И даже сейчас, его единственный лучик, самая яркая звезда в ночном бескрайнем небе, которая давала свет во тьме – погасла. - Ради этого. – Тор, неожиданно для Локи, свалился на колени и крепко его обнял. Тот даже не сразу понял, что произошло. – Прости меня, брат. Я был глупцом. Я давно должен был это сделать. Локи замер. Он не знал что делать. Тор просит прощения? У него? Это похоже на злую шутку. Но его крепкие искреннее объятия сделали своё дело. В носу неприятно защипало, а на глазах снова выступили предательские и такие не желанные слёзы. Сколько лет ему удавалось прятать свои чувства за маской ото всех, особенно от Тора? А сейчас он рыдает, уткнувшись ему в плечо, давая волю выплеснуться наружу всему, что накопилось за все эти годы и время.

***

Они просидели вместе до самого захода солнца. За столько времени они наконец-то смогли поговорить по душам. Локи рассказал Тору о том, что с ним происходило после падения в бездну. Так же он поведал о своей забавной жизни в Мидгарде. Тор в свою очередь рассказывал всё, что с ним происходило во время отсутствия брата. Удивительно, но даже после смерти Амелия смогла примирить двух неугомонных братьев. Когда последние лучи заходившего солнца касались горизонта, братья поняли, что им пора идти. Сейчас им нужно пройти ещё одно испытание судьбой, но на этот раз Тор твёрдо решил, что он будет с братом до конца и поддержит его во всём. Смерть Амелии дала Тору повод задуматься. Для него эта девушка была никем, но для брата она стала сестрой. А если бы Тор потерял Локи? Навсегда. Что бы с ним тогда стало? Неизвестно. Понятно лишь одно – все их ссоры, разногласия, драки и прочее – это такие мелочи. Они не ценили друг друга. После смерти этой девушки для Тора как будто поднялся занавес, и он начал видеть так ясно, как никогда. На погребальную церемонию собрался весь асгардский народ. Многие потеряли своих братьев, мужей, сыновей, отцов, товарищей. У каждого было горе. Поэтому каждый желал отправить близких в последний путь. На возвышении стояли Один и Фригг в окружении эйнхериев. К ним уже подоспели Тор, Джейн и Локи. От матери не укрылись усталость и опустошение младшего сына, но он старался не демонстрировать этого на публику. Один с неким сочувствием обвел взглядом сыновей, затем перевел взгляд на Фригг. Царица легко кивнула, давая понять, что час настал. Прозвучал первый удар Гунгнира, и по воде заскользила первая лодка. Она плыла плавно и непоколебимо вперед за течением. Но самое главное – она плыла одна, и она отличалась от обычных погребальных лодок. Она была богато украшена дорогими тканями, золотом и сложной резьбой по дереву. В этой лодке покоилось тело Амелии. Она была усыпана цветами, а в руках покоился тот самый белый клинок. Её волосы, словно водопад, раскинулись по всей подушке, а на лице застыла лёгкая улыбка. Казалось, что она просто спит. Не веря своим глазам, Локи взглянул на приёмного отца. Он и подумать не мог, что Один позволит смертной вознестись к вратам Вальхаллы. - Вальхалла – это место упокоения душ, которые пали в бою. Которые сражались храбро и отважно до самого конца. Которые знали, на что идут и не побоялись последствий. Этого упокоения заслуживают все достойные воины, и не важно – асгардец ты или мидгардец. Храбрость, отвага и самопожертвование повсюду одинаковы по своему смыслу, и по своей цене. Если ты не побоялся заглянуть в глаза самой Хель, значит, твоя храбрость будет высоко вознаграждена. Даже после смерти. Сегодня эта мидгардская дева доказала, что храбрость бывает любых форм и размеров. Она не пожалела собственной жизни ради народа и мира о котором почти ничего не ведала. Она шла на это не из собственной выгоды, а от чистого и непорочного сердца. Она – это пример, на который должен ровняться каждый. Локи слушал каждое слово отца и не верил собственным ушам. Он признал её. Он дал ей ход к Вальхалле. Но он так же понимал, что отец это делает и ради него. Когда Один закончил свою речь, а лодка проплыла половину пути, в неё полетела одинокая огненная стрела, которая своим маленьким огоньком рассекла небо. За этой стрелой полетел целый поток других стрел в лодки, которые плыли следом за лодкой Амелии. Пламя быстро перекинулось на легковоспламеняющуюся древесину и ткани, окутывая собой прекрасное нетронутое холодное тело девушки, сжигая его дотла. Когда лодка доплыла до края водопада, прозвучал второй удар Гунгнира. Вместо того, чтобы по всем законам сил тяготения – упасть вниз, охваченную пламенем лодку подхватил невидимый поток, благодаря которому та плыла по воздуху. Из языков пламени начали вырываться ярко-голубые искры. Как только последняя искорка вырвались из объятий огня, лодка рухнула в нескончаемую пропасть. Искры медленно кружились и поднимались ввысь. И вот тут для всех произошло настоящее чудо, которого никогда не видели. Искры начали принимать образ и очертания девушки. В этом образе Локи узнал Амелию. Она с улыбкой на губах кружилась в своём воздушном платье, которое развевалось, словно на ветру. Она уходила без сожалений. Несколько раз покружившись, искры начали исчезать высоко в небе на фоне яркого пояса созвездий. Стоило ей исчезнуть, как на землю начали тихо опускаться одинокие холодные снежинки, когда на небе не было ни облачка. Весь народ Асгарда в знак скорби запустили в небо тысячи светящихся ярко-голубых сфер, которые стремительно поднимались всё выше и выше. Каждый асгардец смотрел вверх, наблюдая за красотой происходящего, и каждому на лицо приземлялись хрупкие снежинки, которые тут же таяли и превращались в слезинки. Казалось, что все плачут. Те, кто замечали это и сами начинали плакать. Такого Асгард ещё не видел. Казалось, что само небо плачет за павшими в бою. Один, Фригг, Тор и Джейн наблюдали за всем происходящим и не могли отвести взгляд. Как такая ужасная церемония могла быть такой красивой и одновременно грустной? Фригг взглянула на Локи и сразу поняла, что к чему. Он смотрел высоко в небо, в то место, где были последние частицы души Амелии. По его щеке стекала одинокая слеза. А снег… Это его рук дело, хоть и не осознанное. Его эмоции, которые он так старался сдержать, решили выйти наружу именно таким способом.

***

После церемонии Один снова запер Джейн подальше ото всех, обезопасив её надёжной охраной. Тора такое решение отца не на шутку злило, ведь, по сути, из гостьи она превратилась в пленницу. Ей нужна помощь, иначе эфир испепелит её изнутри, но Одину, похоже, плевать на одну жалкую человеческую жизнь, ведь она не стоит того бесчисленного количества жизней из всех девяти миров. Но Громовержец возражал такому решению отца, ведь эльфы не глупы и далеко не трусы. Они не станут просто так сидеть и ждать следующего схождения миров. Они попытаются снова прорваться с штурмам и заполучить желаемое, и на этот раз они могут быть более подготовленными к захвату, а это значит, что погибнет ещё больше асгардцев. Лучше всего вести боевые действия на территории Тёмного мира. Но Один был непреклонен. Он ещё пригрозил неугомонному старшему наследнику, если тот вздумает нападать на Малекита в одиночку или с той горсткой асгардцев, что пойдут за ним, тогда их всех ждёт суровое наказание. Но Тор не был бы самим собой, если бы не пошёл против воли отца. И теперь сидя в самой неприметной таверне Тор обсуждал план побега из Асгарда. Даже Хеймдаль согласился помочь. Дело оставалось за малым – разработать план до мельчайших деталей. - Отец уверен в том, что Малекит сам сюда явиться за эфиром, и поэтому он будет готов к его нападению. Он уверен в победе. Но наш враг владеет преимуществами, а мы открыты как на ладони. Падет не одна сотня воинов. Асгард может пасть. Я предлагаю сбежать вместе с Джейн в Темный мир. Лучше всего вести бой на их территории. Когда Малекит извлечёт эфир, тот будет в бесформенном состоянии, и это самый лучший момент для атаки. - Всё логично, мой друг, но вот не задачка – мост закрыт, а тессаракт под надёжной защитой. – Фандрал был готов поддержать друга в этой авантюре, но против фактов не попрешь. - Есть и другие пути, и я знаю один из них. - С чего мы должны тебе верить? – Сиф всё ещё не доверяла Локи. Она вкратце слышала, что произошло сегодня, но это не аргумент. Какая вероятность того, что он изменился? - В Тёмном мире есть кое-кто, кто нажил себе врага в моем лице. Пока он не подохнет от моей руки – я не успокоюсь. – Нынешнее состояние Локи оставляло желать лучшего – на вид он явно уставший, а под глазами залегли темные тени. Хоть младший принц об этом не догадывался, но каждый, кто сейчас сидит с ним вместе за одним столом соболезнует его утрате. Никто не говорит об этом вслух, потому что сейчас ему это ни к чему, только хуже будет. Оно и так видно – держит лицо из последних сил. – Я решил вам помочь по собственному желанию, которое поспособствует мне в осуществлении моей цели. - Сначала нужно отвлечь отца. – начал Тор – Эту диверсию оставляем на тебя, Хеймдаль. Ты откроешь и сразу же закроешь мост. Один тотчас узнает об этом, и решит, что мы сбежали. Пока он будет на одном конце Асгарда, мы сбежим через другой. – Страж лишь одобрительно кивнул головой. – Дальше нам нужно вытащить Джейн. Она под надёжной охраной. - Это я возьму на себя. В маскировке я лучше всех вас вместе взятых. - Вот здесь с тобой не поспоришь. – Согласилась Сиф. - Ты пойдёшь со мной. Когда охрана спохватиться, их нужно задержать. - Теперь нам нужен корабль. – Тор радовался тому, что сейчас все они работают как команда. - Тот, что приземлился в главном зале - не пострадал. Можно использовать его. Корабли эльфов быстры и манёвренны. - Тогда на тебе, Вольштаг, охрана корабля. - План замечательный, братец, но на том корабле мы будем лёгкой мишенью. Мы будем слишком заметны, и нас собьют как вражеский корабль. Нам нужен ещё один, а ещё лучше - два, а этот послужит для отвлекающего манёвра. - Это я возьму на себя. – Фандрал тоже хотел участвовать в этой затее, ведь он искренне верил в победу Тора, поэтому и вызвался достать асгардский корабль. - Тогда всё решили. Утром, как только взойдёт солнце – выступаем. В условленное время все были наготове. Каждый знал отведённую ему роль. Каждый занял свою позицию и ждал момента. То, что всё прошло без сучка и задоринки просто поражало. С шумом и треском, но всё же Локи, Тор и Джейн смогли прорваться в Свартальвхейм.

***

Первое, что почувствовалось – это тепло. Солнце слепило глаза, от чего пришлось прикрыть их рукой. Здесь не было слышно криков, шумов, взрывов. Здесь было слышно тихий шелест колосьев и высокой травы от легкого дуновения ветра. Здесь не чувствовалась гарь, пыль или противные выхлопы. Здесь воздух настолько чист, что и сравнить не с чем, также здесь витает лёгкий аромат цветов и запах воды. Под телом чувствовалась мягкая, словно перина, трава. На душе было спокойно и приятно. Вот оно – чувство настоящего умиротворения. Встать и осмотреть это чудное место никак не хотелось. Она впервые чувствует настоящую гармонию и равновесие. Повернувшись набок, она почувствовала дискомфорт. Что-то длинное и твердое вдавливалось ей в бедро. Нехотя она всё же распахнула глаза, чтобы взглянуть на предмет своего неудобства. Приподнявшись сначала на локти, а затем на руки, девушка заметила у себя на талии кожаный пояс с великолепными заклепками и незамысловатыми декорациями из золота маленьких ремешков. Эти ремешки надёжно держали ножны, в которых покоился белый кинжал. “Белый кинжал…” Девушка несколько секунд всматривалась, как ей поначалу казалось, в незнакомый предмет. Но затем что-то произошло. Память - как вспышка – стремительным потоком восстанавливала всю информацию за последние несколько дней. Девушка в ужасе прикрыла рот. Равновесию пришёл конец. Она вспомнила, что произошло. Она вспомнила, как защитила Фриггу, а затем… Острая невыносимая режущая боль, которая сводит с ума. Она вспомнила момент собственной смерти на руках у брата. От осознания происходящего ужаса хотелось кричать до потери сознания. А ведь каково это – умереть, затем проснуться и осознать, что ты жива! И вот тут девушка начала осматриваться и начинать критически мыслить. Не сложно было догадаться, что она не в Асгарде. Тогда где? На Земле? Но самое важное – жива она или мертва? Сложно сказать Она больше не чувствует той кошмарной боли в животе. Она думает. Она дышит. Она теплая на ощупь. Она чувствует жажду. - Господи Иисусе! Где я? Почему я жива? – Амелия с криками вскочила на ноги, но зацепившись о подол платья тут же с криком упала обратно на землю. Чертыхнувшись, она начала осматриваться вокруг. Она находилась посреди цветущего поля, рядом с которым текла река. Вдалеке было видно высокие здания на фоне живописных гор и густых лесов. Но они не похожи на земные, скорее на асгардские. Но она точно не в Асгарде. Тогда где? Не забыв своего чувства жажды, девушка двинулась к реке, к которой без проблем добралась за несколько минут. Взглянув на водную гладь, девушка поразилась тому, насколько кристально чиста вода. Забыв обо всех предосторожностях, она не смогла удержаться от соблазна напиться воды, после чего немного подумать и собраться с мыслями. Как только девушка опустила руки в воду, она заметила, как в нескольких сантиметрах от них что-то очень быстро проплыло. От неожиданности она резко вытащила руки, но убегать не собиралась, ведь любопытство брало верх. Да и что с ней может страшного произойти? Она уже умерла, хуже точно не будет. Амелия притихла и начала ждать нового появления этого маленького существа. Прошла минута, две, а оно так и не появилось. Разочаровано вздохнув, она повторила попытку набрать воды в ладони. Стоило ей опустить руки в воду, как возле них снова что-то промелькнуло, едва ли касаясь кожи девушки. Как и в первый раз, Амелия снова вытащила руки. Казалось, что с ней просто играют. Ей не удалось внимательно рассмотреть это создание, но зато теперь она его прекрасно слышит. И даже не его, а их. Из соседних камышей раздавалось тихое тонкое хихиканье. - Хватит прятаться. Я вас слышу. Выплывайте и покажитесь. Чтобы произнести это вслух, девушке пришлось набраться немало храбрости. Амелия не ждала, что на её требование кто-то отзовется. Но каково же было её удивление, когда на зов отозвались пять маленьких существ, которые плавно и медленно, не спеша, подплывали к берегу. Размером они были чуть больше ладони взрослого человека. Они обладали светло-голубой кожей, большими черными глазками и белыми с голубым оттенком волосами. В соответствии с небольшими размерами у них были маленькие ручки, с перепонками между пальчиков. Но самое главное – ноги, вернее то, что было вместо них. У них были самые настоящие хвосты. Амелия подумала, что перед ней никто иные как русалки, вернее их миниатюрные копии. От умиления и приятного удивления, девушка расплылась в улыбке. - А вы ещё кто такие? – Амелия всё ещё не могла поверить своим глазам, поэтому решила убедиться в догадке. - Как? Ты не знаешь кто мы? Мы нимфы. Каждый в Вальхалле знает о нас. - Нимфы? Стоп. Вальхалла!? – До Амелии начало медленно доходить, о чём говорят эти существа. Локи рассказывал об этом месте. Своеобразный рай для павших в бою воинов Асгарда. Очень тяжело осознать и принять подобное. Но теперь, найдя один ответ, появилось ещё с десяток новых вопросов. – Но я не понимаю… Как я здесь… О Боги… Значит я точно умерла... - Девушка не успевала за ходом своих мыслей. Ей нужно столько всего узнать, но на пути к этому знанию стало одно, но очень важное воспоминание. Она умерла от руки тёмного эльфа. Когда Локи ворвался в покои, эльфы ещё были там. Что стало с её братом, Тором и Фригг? Ведь вторжение не могло закончиться за считанные минуты после её гибели. Неизвестность и тревога пугали и настораживали. Нехорошее предчувствие поселилось в сердце девушки. Возможно она себе просто накручивает и эти волнения беспочвенные? - Тебя что-то беспокоит, сестрица? – маленькие существа обеспокоились растерянным состоянием незнакомки. Одна самая из нимф подплыла поближе к девушке и ухватилась своими маленькими ручонками за её руку, которая была опущена в воду. - Да. – призналась Амелия. – Я понимаю, что умерла, но мой брат… Я не знаю что с ним. Сейчас Асгард на пороге войны и полного уничтожения. Я не знаю, как узнать о его судьбе. У меня нехорошее предчувствие. Я не могу понять, почему так переживаю и не могу успокоиться. Услышав отчаяние девушки, нимфам стало жаль незнакомки. Они решили ей помочь советом, ведь это их задача – помогать душам, что запутались. - Мы знаем, кто тебе может помочь. Три сестры у старого дуба. Они знают всё-всё на свете. Они видят прошлое, настоящее и будущее. Они точно смогут тебе помочь. - Норн… - догадалась Амелия. – Где мне их найти? - Да вот же они. – Нимфа, что была ближе всех указала Амелии куда-то за спину. Девушка обернулась, и от увиденного поневоле раскрыла рот. Она готова была поклясться, что минуту назад там ничего не было, а сейчас там стоит огромный, величественно раскинувший свои ветви во все стороны, старый дуб. Под ним за столом сидят три женщины, которые чем-то заняты. – Поспеши! – нимфа оторвала девушку от своих мыслей. – Они никогда не задерживаются на одном месте надолго. Поблагодарив нимф за помощь, девушка поспешила к старому дубу. Примерно в десяти метрах от цели, Амелия убавила свой темп и решила немного отдышаться. Пока она переводила дух, девушка подумала, что всё, что с ней происходит – это просто что-то очевидное невероятное. Если бы она была дома, в Нью-Йорке, и кому-нибудь рассказала, что с ней произошло за последние три дня, то все дружно и коллективно решили, что ей пора в дурку. Отдохнув и выровняв дыхание, она продолжила свой путь, только уже в спокойном темпе. Подходя всё ближе и ближе, Амелия могла лучше рассмотреть этих сестёр. Одна из них была очень молодая, на вид лет шестнадцати - восемнадцати. Это была Скульд. Вторая – женщина средних лет - Вернанди. А третья совсем старенькая – Урд. Основательно вспомнив рассказы Локи, и зная, как каждую из них зовут, Амелия осмелилась подойти к ним достаточно близко. - Здравствуйте. – обратилась к ним девушка, вежливо склонив голову. - И тебе здравствуй, Амелия. – Ответила Вернанди. - Вы знаете кто я? - Мы знаем всё, и даже то, зачем ты к нам пожаловала. Вот, угощайся.– ответила Урд, протягивая девушке красное сочное яблоко, которое та с благодарностью приняла. - Но как? Я же видела, ещё десять минут назад вас здесь не было. - Мы не являемся по первому зову. Мы не являемся там, где это не нужно. Мы являемся там, где нас не ждут. Там, где ход истории нарушен и будущее под угрозой. – ответила Скульд. - Значит будущее под угрозой? Это связано с моим братом? Что с ним? – Слова, сказанные Скульд, не на шутку перепугали девушку. Она уже и не знала, что себе и подумать. - Да. Он может умереть, тем самым нарушив ход истории. С его смертью не случиться великое предсказание. – слова Скульд заставляли Амелию всё больше и больше бледнеть. Забыв обо всём, что узнала за ближайший час, она решила спросить провидиц в лоб: - Как мне его спасти? - Но ты же ему не родная сестра. – возмутилась Скульд. Она словно проверяла девушку на прочность. - Кровные узы не столь важны, если мы родственные души. - Твои слова мудры, а поступки искренни и идут от чистого сердца. Это многого стоит. Не каждый может этим похвастаться. Но ты в Вальхалле. Ещё ни одна душа не покидала этот чертог. – вмешалась Урд. - Но вы же сами сказали, что вы появляетесь там, где будущее под угрозой. И вы явились сюда, а не к Одину, Тору или ещё к кому-нибудь. Значит, вы знаете, как всё это исправить? – Амелия была в растерянности. Узнать, что твой брат может умереть, весь мир под угрозой гибели, а ты ничего не можешь сделать. Как же она не любит это противное чувство беспомощности. - Верно, Амелия. Ещё ни одна душа не покидала Вальхаллу, но это не значит, что это невозможно. Ни в одной души, находящейся здесь, не было необходимости спускаться в мир живых. Мёртвые не вмешиваются в дела живых. Но ты – исключение. Один – Всеотец позволил смертной вознестись в чертоги Вальхаллы… Это многое меняет. Раньше, во времена былые, девушки-воины – валькирии, служившие верой и правдой Одину, возносили души павших воинов в это место. Но нынче все валькирии пали, но остались их проводники, с помощью которых они могли путешествовать между мирами. – ответила Вернанди. - Как мне их найти? – Три сестры одновременно указали в сторону от Амелии. Она повернула голову в указанном направлении и ахнула от увиденного. Недалеко от них паслись белоснежные лошади, да не просто лошади, а самые настоящие пегасы. В эту секунду радости, у девушки появились сомнения. - А у меня получиться? – прошептала она. Неожиданно три сестры, как одна, заговорили: Почти, но ещё не поздно.* Почти, но ещё есть шанс. Быть может, ещё успеешь Спасти…. Нужна-то всего лишь малость, Но время неумолимо Спеши, пока есть надежда, Спасти… - Спасибо вам. Я никогда не забуду вашей помощи и доброты. – Слова провидиц придали Амелии немного уверенности. - Только учти, в мире живых духам не место. У тебя есть время до захода солнца. Запомни, ты можешь повлиять на судьбу того, к кому направляешься. Ты не можешь вмешиваться в судьбы других. И явить свою сущность ты можешь лишь тому, кому посчитаешь нужным. Проводник, который изберёт тебя, сможет доставить тебя в любую точку девяти миров. Между вами образуется связь. Он будет понимать всё, что ты ему скажешь. А теперь, поспеши и исполни свое предназначение! – получив указания и благословение от Скульд, Амелия поспешила к пастбищу, все больше отдаляясь от сестёр-провидиц. Вспомнив совет Локи, Амелия остановилась примерно в трёх метрах от стада и протянула руку с яблоком. “Подойдет тот, который заинтересуется”. Постояв так несколько минут, девушка заметила, как жеребец медленно направлялся в её сторону. Сейчас он стоит на расстоянии вытянутой руки от Амелии. Немного обнюхав яблоко, он принял угощение и позволил девушке к нему прикоснуться. - Ты решил мне помочь? – В ответ прозвучало фырканье. – Замечательно. Тогда давай я на тебя заберусь. Помоги мне немного. – Пегас словно понял, что ему сказала Амелия и он опустился на землю, позволяя ей забраться на себя. Амелия поразилась тому, что пегас понял её просьбу. Похоже, что их связь работает на ура. Аккуратно усевшись на спину жеребца, стараясь не зацепить прекрасных мягких крыльев, Амелия покрепче вцепилась в гриву пегаса. – Ты прости меня, что за гриву держу, просто больше не за что ухватиться. – В ответ было снова фырканье. Пегас быстренько поднялся на свои четыре и начал понемногу набирать скорость. Амелии было сложно удержать равновесие без седла, но к этому неудобству можно быстро привыкнуть. - Отнеси меня к моему брату Локи. Пегас перешёл уже на галоп. Он начал бежать всё быстрее и быстрее, при этом расправляя свои белоснежные крылья. Ещё немного так пробежав, пегас сделал первый взмах крыльями, и девушка почувствовала, как они немного оторвались от земли. Ещё один взмах, и ещё один. Жеребец набрал достаточную скорость для полноценного взлёта, и после сильного прыжка они взмыли в воздух. Амелию охватил страх. Одно дело летать на самолете, а другое верхом на лошади с крыльями. Было страшно не удержаться и упасть вниз. Но с другой стороны, она уже умерла, что ей ещё может грозить? Несколько минут они летели прямо, без отклонений, как вдруг девушка заметила впереди какой-то круглый объект посреди неба, к которому они стремительно приближались. Подлетев уже достаточно близко, Амелия догадалась, что это, скорей всего, портал, который соединяет миры. И она не ошиблась. Как только они влетели в слепящую глаза воронку, девушка зажмурила глаза. Она не видела, но телом ощущала, как их скорость значительно увеличилась. Из-за страха к неизвестному, девушка прижалась всем телом к своему проводнику и мысленно молилась, чтобы они успели.