Замок

      Жалобные крики, стоны от боли, визги, и мольбы о пощади не смолкали до наступления следующего рассвета. Король был полон жестокости и гнева пуще прежнего. Слуги боялись даже шептаться. Они молча выполняли свою работу, порой вздрагивая от через чур громких визгов.       Керолайн к тому времени уже обустроилась и взялась за работу. Конечно, она бы в жизни не стала прислуживать Королю, но из-за давящей тишины и неизвестности она не могла найти себе места, а работа заняла руки и помогла скоротать время до приговора. Когда Король покинул её темницу, блондинка облегчённо вздохнула и даже провалилась в сон. Она собиралась набраться сил к его следующему визиту, ну и придумать ещё более изощренные ответы, чтобы вывести его из себя настолько, что он потерял бы контроль и прикончил её. Но долго её ждать не пришлось. Темница открылась. — Уже? — неудержалась она от вопроса и приготовилась к новым пыткам. Только вместо Короля вошли две девушки в серых платьях, а за ними стражник, что охранял её. — Что-то новенькое. Зачем пожаловали?       Ответа на её вопрос не последовало. Стражник освободил Керолайн от оков. Та со стонов упала на каменный пол не в силах пошевелить и пальцем. Всё тело ныло от побоев и ссадин. — Поднимайся, отныне ты слуга его Величества в его покоях, — сказал стражник. Керолайн удивлённо вскинула брови вверх. Неужели у Короля закончились идеи, как ещё можно истязать её тело? Слабо верится. — Никуда я не пойду, меня и здесь всё устраивает, — Керолайн бросила взгляд на девушек, что даже ни разу не взглянули на неё. Мужчина схватил блондинку за локоть, да не удержала шипение. Любое прикосновение вызывало нескончаемую боль. — Ты совсем дура? Тебя Король решил пощадить, даровать тебе спокойное существование. Ты благодарна должна быть! — и больше ничего не говоря, страж передал безвольное тело Керолайн служанкам. — Забирайте.       Девушки быстро схватили Керолайн под плечи по обе стороны и поволокли её прочь из подземелий. Пока блондинку вели по тёмным коридорам, девушка пару раз теряла сознание, а потом и вовсе отключилась. Пришла она в себя от брызнувшей в лицо воды. — Очнулась? — грубоватый басистый женский голос заставил Керолайн резко распахнуть глаза. Где она? Явно больше не в подземелье. Стены каменные, но обвешанные каким-то тряпьём, повсюду на верёвках весели всякие тряпки, вещи. А сама Керолайн сидела в деревянном корыте наполненным водой. Кожа горела огнём. — Что вы делаете? — Керолайн попыталась встать, но сильные женские руки удержали её в воде. — Спокойно, я не для того тебя отхаживала, чтобы ты снова брякнулась в беспамятство, — проворчала она и начала поливать горячей водой плечи блондинки, та не сдержала вопля. — Терпи. Все твои раны покрыты слоем грязи и засохшей крови. Нужно отдраить тебя, пока всё не загноилось. Сверху дали приказ не исцелять тебя. Да и к работе тебя велели привлечь уже сегодня.       Её отмыли, одели, накормили. От тяжёлой работы пока избавили. Ей нужно было только протирать пыль в покоях короля, менять свечи и каждый день менять постель. — Кто же так стелет?! Нас с тобой обеих на корм пустят за такую работу! — гневно высказывалась ещё одна служанка в покоях короля. Звали её Мерин. Она уже была не молода, но выглядела весьма не плохо. На её фоне Форбс чувствовала себя замарашкой. Хотя, с её-то внешностью после заточения в темнице она на фоне любой даже самой низшей по должности в замке женщины будет выглядеть убого.       Каждый раз, когда девушка проходила мимо зеркал, то вздрагивала. Она всегда гордилась своей внешностью, своими белокурыми локонами, которые сверкали на солнце, своей белоснежной кожей, своей точёной фигурой. А что она видит теперь? Платье ей подобрали самое маленькое по размеру, что нашлось на её рост, но она весело на ней, как мешок. Кожа было словно прозрачной, вены на руках выпячивали, щёки впали, как и круги под глазами. Волосы походили на солому, их даже было сложно расчёсывать. С такой проблемой Керолайн раньше никогда не сталкивалась. Губы все потресканные, а о шрамах, что оставил ей король, можно было не говорить. Настолько ужасно себя девушка ещё не чувствовала. Раньше она ловила взгляды восхищения и зависти, сейчас от неё отводят взгляд, а если не успевают, то она замечает в них либо жалость, либо отвращение.       Мерин перезастелила королевскую постель и обернулась к девушке. Та стояла напротив зеркала и рассматривала затянувшиеся порезы на ключицах. — От созерцания себя в отражение, красоту не вернёшь. Хватит дурью мается. Лучше учись выполнять работу верно. Я не всегда смогу за тебя переделать. Тогда беды не избежать, по новой в темницу вернёшься! — причитала Мерин складывая грязные вещи в корзину. — Да лучше темницы, чем это, — кивнула на своё отражение девушка и вдохнула. — Думай, что говоришь, полоумная! — ужаснулась Мерин. — Значит, темнице больше нравились, чем покои короля? — девушки вздрогнули и обернулись к выходу. Мерин тут же сделала реверанс и опустила голову вниз, не смея поднять глаза на короля. Керолайн же отвернулась к окну. Значит за любое непослушание тебя вернут обратно. Она решила, что это неплохая цель. Нет, хуже пытки, чем служба врагу. Легче ненавидеть общество, в котором вынуждена находиться не по своей воли, когда оно причиняет тебе муки, а не кормит, заботиться и спасает. — Вы не серчайте на эту девицу, глупа и только, — тут же затараторила Мерин. Она за эти две недели уже и прониклась к новенькой. Та была умна, воспитана и вежлива. Да и вертихвосткой не являлась. До неё все прошлые девицы так и норовили залезть к повелителю в постель, что неминуемо их вело к смерти. Леди Кетрин не терпела любовниц короля, кроме себя. — Оставь нас, — ледяной тон короля, заставил Мерин сжаться и тут же выбежать из комнат.       Керолайн впервые после заточения встретилась с этим королём. До этого они не пересекались. Ведь все уборки покоев всегда проходят в отсутствие хозяина комнат, а личная прислуга подбирается королём и точно не выглядит, как Керолайн. Девушка не чувствовала страха, удивляясь этому. Он столько сделал с ней, показал самого ужасного монстра внутри себя, а в ней ни капли страха. — Вы начнёте свои попытке прямо здесь или проводиться в темницу? — она не оборачивалась, хоть и понимала, что нельзя поворачиваться к зверю спиной. Только страха не было. — Выглядишь ужасно, — Никлаус улыбнулся и прошёл к дивану. Взяв книгу с тумбы, он сел и открыл её на нужной странице. Керолайн ждала своего наказания, но оно не следовало. Тогда она обернулась и увидела, что её палач расселся на диване за чтением книги. — Да вы издеваетесь! — воскликнула она и топнула ногой. Реакции не последовало. Тогда Керолайн продолжила. — Вы не отесанный хам и грубиян! Дикарь! — Смею возразить вам, — улыбнулся он лишь уголками губ, не отрывая взгляда от текста. — На мне чистые одежды, мои волосы чисты и причёсаны, сейчас я занимаюсь чтением книги, которую написал наш местный писатель. Он довольно талантлив. И я разговариваю с вами весьма вежливо. Вы же выглядите, — Он бросил не неё мимолётный взгляд, а потом вновь вернулся к книге. — Я бы сказал, как вы выглядите, но джентльмену не к лицу так выражаться о даме, как бы она не выглядела. Да, ещё вы и сквернословите. — Да как вы… — Керолайн захлебнулась своим возмущением. — Да как… — она пыталась подобрать нужные слова, но ей хотелось лишь что-то швырнуть в это хамское его величество. И он даже не смотрел на неё. — При разговоре с дамой стоило бы встать или предложить есть, а потом уже садиться самому. А эта ваша беседа! Вы разговариваете с дамой, а сами читаете! Это дурной тон, не смотреть на собеседника! — Вы и сами не соблюдаете правила этикета. А уж после всего того, что мы с вами пережили, можно и опустить некоторые нормы поведения, — хмыкнул король. — Ну, это уже открытое хамство! — девушка подошла и вырвала книгу у мужчины. Тот невозмутимо посмотрел на неё, скрестив руки на груди. — Что изменилось? У вас пропало желание заставить меня ползать у ваших ног? Или вы прониклись к моим страданиям и решили поиграть в радушного хозяина? — Второе уж вряд ли, — покачал он головой. — Первое так тем более. Увидеть вас у своих ног моя главная фантазия последнее время. Вы мне стали весьма интересны. Любой сдавался после второго дня пыток, но не вы. Ваше упрямство затуманило мой разум, пробудив во мне кровожадное чудовище, желающее расправится с вами. После, стоило мне отвлечься от пыток, то мой разум вернулся. И я задумался, человек с такой сильной волей, большая редкость. Я таких не встречал, — Керолайн стояла не жива не мертва. Такое слышать от своего мучителя. — Вы меня покарали Керолайн Форбс. Отныне, я намерен узнать о всех ваших талантах. Я развязываю вам руки. В моём замке нет никаких ограничений по полу. Здесь женщина способна идти в ногу с мужчиной. — Что вы имеете в виду? — Керолайн не спрашивая разрешения присела на край кресло, прижимая книгу к груди. — Попробуйте добиться уважения, подняться с низов общества без моей поддержки и без своей красоты. Вам подвластен лишь ваш ум и характер. Если вы добьётесь успеха, то мы обсудим ваши условия пребывания здесь, а может и даже вашего освобождения, — Керолайн ахнула. Ей предлагают сделку. Сделку с дьяволом. — А что будет, если я не смогу этого сделать? — О, тогда вы приклонитесь передо мной и будете делать всё, что я желаю без какого-либо принуждения, — да, Никлаусу эта мысль пришла на ум уже давно, но он не мог сразу пойти с этим предложением к этой упрямой девице. Нужно было дать ей время, освоится, прийти в себя. А так же ему нужно было убедиться, точно ли она такая упёртая, какой была в пыточной. Если бы она смерилась с ролью прислуги, он возможно даже потерял к ней интерес или просто убил её, чтобы не раздражала, но этого не произошло. Девушка не смерилась. Игра стоила свеч. — Согласна?