Тайны Республики Великая Лян

Всего год назад он пребывал в полном отчаянии. Цзинхуань привык чувствовать себя лягушкой, бесконечно взбивающей масло. Что бы он ни делал, отец упорно не желал признавать его заслуг. Максимум, что ему позволялось — торговать лицом и зарабатывать очки, играя роль лидера карманной оппозиции. Это было неудивительно. Четвёртый из внебрачных детей президента Сяо Сюаня, и пятый по счёту, был рождён от случайной связи с женщиной, растворившейся в безвестности, из которой пришла. Слухи о ней ходили разные, но никто так и не сказал, кем была эта госпожа Сан. Да и самому Цзинхуаню это было неважно. Главным было то, что у него не было такой мощной поддержки со стороны клана матери, какую имел брат Сянь. Ведь госпожа Юэ происходила из очень богатой и влиятельной юннаньской семьи. За ним стояли большие деньги. Очень большие. Больше было только у семьи Му, переживавшей непростые времена после внезапной гибели главы клана. Несмотря на то, что Нихуан успела стать правой рукой отца, у неё не было нужного опыта, и многие порывались воспользоваться ситуацией и откусить лакомый кусочек от компании. Особенно в этом была заинтересована госпожа Юэ. Ведь захват компании означал беспрецедентное влияние и полностью обеспеченный тыл для брата Сяня. Которого в таком случае ничто уже не подвинет с позиции преемника стареющего диктатора. Воспитанный первой супругой Сяо Сюаня, с которой он развёлся ещё до того, как стал президентом, Юй не имел возможности вступить в корпоративную войну. Однако он искал возможность помешать госпоже Юэ. Ситуация, при которой и Цзинсюань ничего не получит, его тоже устраивала. В конце концов в народе он был более популярен, чем косноязычный братец, о грубости и невоздержанности которого не переставала рассказывать желтая пресса. В результате его верная советница Баньжо сосредоточилась на поиске способа помешать корпорации госпожи Юэ вмешаться в борьбу. Проведя своё расследование, она принесла шефу информацию о гонконгском мафиозном клане, понемногу завоёвывающем влияние в Азии. — Они начали с Республики Корея. Однако правительство препятствовало поглощению корпорации «Хенсон». Самое интересное — вместо того, чтобы идти привычным путём подкупа и шантажа, они... сменили правительство на более лояльное. Прямых доказательств этому нет, но факт остаётся фактом — корпорация «Хенсон» была захвачена и распродана по частям, как только началась процедура импичмента и было сформировано новое правительство. — Хм, — недоверчиво вздохнул Юй, — но всё это может быть элементарным совпадением. Насколько я знаю, импичмент президенту был объявлен по вполне объяснимым причинам, после долгих народных волнений. И уж точно не за то, что они мешали пришлым бизнесменам, — резонно возразил он. — Я бы тоже так подумала, но у нас есть ещё Королевство Таиланд, где произошёл государственный переворот за год до этого. Корпорация «Цзянцзо» тоже оказалась в выигрыше. Потом, наши информаторы тщательно навели справки о господине Су Чжэ, главе корпорации. Это — циничный и жестокий делец, он привык менять правила игры под себя. А если это не удаётся — меняет тех, кто эти правила устанавливает. С тех пор, как он стал во главе клана, дела небольшой корпорации пошли в гору настолько, что это кажется немыслимым. Ещё четыре года назад кто слышал о «Цзянцзо»? Пара улиц в Гонконге? А сейчас сложно представить тех, кто о них не слышал. Этот человек, несомненно, гений. Цзинхуань задумался. Он уже знал о первых шагах, предпринятых госпожой Юэ. Попытка выкупить у вдовы Му её долю акций, громкие слухи о том, что «Юннань» принимает на работу членов семей террористов. По закону, люди, имеющие до седьмой степени родства с кем-либо, признанным виновным в терроризме, обязаны указывать это в анкете при приёме на работу. Обычно служба безопасности их отсеивает, но ещё председатель Му велел принимать на работу тех, кто подходит под требования вакансии и не лжёт в анкете. Ведь эта информация легко проверяется службой безопасности. А если учесть, что страна после всех войн, что раздирали её тысячелетиями, не такая уж и большая, то слишком много людей имеет подобную степень родства, чтобы разбрасываться хорошими работниками. Всё было бы хорошо, не случись взрыва на стройке одного из объектов компании. В конечном итоге злоумышленники были найдены. Ими оказались несколько сотрудников, ранее уволенных за воровство стройматериалов. Но прежде чем это произошло, пресса буквально с цепи сорвалась, спекулируя на теме «компании, поддерживающей террористов». Ей даже пытались припомнить историю отношений с Линь Шу: ссора — ссорой, а помолвка не была расторгнута. По закону, действующему с древне-лохматых времён, Нихуан считается частью семьи Линь, пока не выйдет замуж. Пресс-служба компании отказывалась комментировать личную жизнь председателя, и сама Нихуан неизменно поступала так же. И в то же время у дочерних компаний начались проблемы то на таможне, то с налоговой инспекцией, то с продлением лицензий. Чувствовалось, что атаку готовили тщательно и со вкусом. Если учесть, как жестко «Юннань» рвали государственные медиа и всевозможные контролирующие органы, было похоже на то, что отец дал госпоже Юэ зелёный свет и разрешение вцепиться им в глотку. Пока со всеми вызовами Нихуан справлялась, хотя прибыль корпорации значительно сократилась. Но при полной поддержке президента и спецслужб захват компании был вопросом времени. — Думаешь, если предложить этим хищникам «Юннань» и содействие в бизнесе, то они смогут помочь решить нашу проблему? — Как минимум, это осложнит госпоже Юэ задачу и позволит нам выиграть время. — Пожалуй, ты права, — не мог не признать Цзинхуань. — Организуй мне встречу с главой Су Чжэ. И вскоре им удалось встретиться. Как и говорила Баньжо, их интересы совпали. — Господин Сяо, неужели вас устраивает роль... гхм... политического прикрытия? — спросил его Мэй Чансу, испытующе глядя на пятого сына азиатского диктатора. — Вы не хуже меня знаете, что такое настоящая власть, господин Су. Сейчас у меня есть только маленькая тень от того, что может быть, но я уже могу многое. Политическое покровительство — это меньшее, что я могу предложить, — откровенно признался Цзинхуань. — Я не могу сам захватить компанию, но у меня достаточно связей, чтобы вы могли в этой схватке сыграть на опережение. — Хорошо, — кивнул мафиози, — сделка так сделка. Я уничтожаю политические перспективы четвёртого брата, в обмен вы помогаете мне перехватить у него «Юннань». — У вас будет полная поддержка моих людей, Су Чжэ. И вся необходимая информация. С этого разговора прошёл год, и Цзинхуань не пожалел о соглашении. Смакуя победу, он дожидался установленного времени, чтобы связаться с Нью-Йорком. Су Чжэ свято соблюдал режим сна, потому созвониться с ним можно было не раньше, чем в Нью-Йорке наступит десять утра. — Баньжо, ты знаешь, что меня расстраивает? — спросил Юй. — Понимаю, что удар хоть и сильный, ваш брат Сянь всё ещё остаётся главой правящей партии и имеет поддержку отца. На освободившийся министерский пост назначен Цай Цюань — не наш человек... — Вот-вот. Есть идеи, как усилить эффект? Сянь не должен подняться. — Собиралась предложить, — улыбнулась девушка, обнимая Цзинхуаня. — Завтра на заседании парламента можно... — начала говорить она, чувственно шепча ему на ухо... — Но Су Чжэ отговаривал от этой идеи, — с сомнением нахмурился Юй. — Но кто из вас двоих политик? Чем может повредить национальный траур по погибшим? — улыбнулась Баньжо. Юй взял её за руку и принялся задумчиво ласкать её пальцы с кроваво красным маникюром. — Что ж, на сей раз прислушаемся к твоему совету, — сказал он, поднося к губам её пальчики.