Жизнь наперекосяк или Я ненавижу лимонные дольки

Моё возвращение в школу ознаменовалось чередой слухов. Начиная с того, что я якобы вероломно надругалась над задницей Поттера и заканчивая тем, что это я на самом деле отпиздила папашу Уизелей. Нет, ну не дебилы ли? После того, как мы спешно унесли ноги из норы этих рыжих дьяволопоклонников, профессор Снегг принялся распекать меня по поводу моего опрометчивого решения провести праздник в этом «злачном месте». В принципе, я была с ним согласна, но чёрт возьми, как же он в такие моменты становился похож на мою маман. Что не могло не наводить на определённые мысли. Решив проверить свою гипотезу попозже, как минимум, когда у меня перестанет двоиться в глазах, я изящно навалилась на плечо профессора, пока он нервно хмурил брови и бормотал себе под нос что-то по поводу трансгендерности… или трансгерсии… или как там. - Профессор, что бы Вы там ни надумали насчёт транс… что-то там, помните, что для меня Вы навсегда останетесь лучшим, каким бы набором гениталий Вы ни обзавелись! – Чуть не ткнув ему пальцем в глаз, пробубнила я. - Мисс Кинг, уймитесь Христа ради. – Мрачно отозвался тот. - Поооонял. - Пока что только я понял одну вещь, мисс Кинг. Вам ни в коем случае нельзя пить. Вы этого делать решительно не умеете. - Я бы попросила! Но не буду… - вяло отбивалась я. - Вот и славно. А теперь спать. Одному Мерлину известно, как Вы завтра будете объясняться перед Вашими так называемыми друзьями… Я же просил Вас, Аделина. - Тссс, профессор. Не жужжите. Он что-то ещё продолжал причитать в ответ, но мой мозг предпочёл не воспринимать эту информацию и перейти в режим профилактики. Утром я пожалела обо всём. Ну почти. Как минимум, огненный вискарь всё-таки был збс. *** Как и предрекал профессор Снегг, утром один только Мерлин знал, как мне подкатить к Джинни для разговора. И тот не раскололся. Старый сучёныш. Эта драма куинн шарахалась от меня по всей школе, театрально вздыхая и пуская по веснушчатым щекам серебристые дорожки слёз. Позёрка. Все её подружки, включая Гермиону Грейнджер, смотрели на меня как на проститутку, которая запросила слишком много, но всё равно оттрахала всех их будущих мужей. Поттер ходил за мной по пятам, думая, что я не замечаю, как он томно вздыхает, неуклюже прячась за колоннами и потирая подбитый мною очкастый глаз. Даже вернувшийся из клиники пластической хирургии Малфой смотрел на меня исподлобья, бросая обиженные хмурые взгляды. Приходилось напускать на себя невозмутимый вид и гордо шествовать мимо них, периодически закатывая глаза, если приходилось натыкаться на очередного представителя необъятного рыжего семейства, то и дело пытающегося выставить меня в дурном свете. Задумавшись над тем, как бы мне всё же убедить эту рыжую дурынду, что я не претендую на хилые чресла её Избранного божества, я не заметила, как в меня врезалось что-то неприятное. Почему неприятное? Потому что это опять оказалось что-то рыжее! - Да твою мать! Вас тут что, клонируют?! – Взревела я, потирая ушибленный лоб. Ответом мне послужил надменный бас. - Ой, фу. Ребята, принесите мне скорее тряпку, я наступил на шлюху! – Чересчур наигранно прогундосил самый противный из Уизелей. Как бишь его. Рональд. Ненавижу. - Придумай что-нибудь пооригинальнее, недоносок оранжевый. – Не осталась в долгу я. – Мне ваше это очкастое добро даром не всралось. Лучше бы свитер подарили! Я всё ещё помню, что ваша мамаша зажала мне именной! - Да как ты смеешь?! – Завопил тот, тут же теряя весь свой надменный вид. - А ты пизди тут поменьше и оформи доставку ФедЭкс, если не хочешь возвращаться в вашу эту дыру. - Нору! - Да мне насрать! - Не надо, Рон, не опускайся до её уровня! – Пискнула Джинни, обдав меня обжигающим взглядом. - Рыжуля! Ну хоть ты не будь такой же, как вся твоя семейка! – Взмолилась я. – Ну как мне убедить тебя, что я не страдаю от приступов возбуждения при виде твоего возлюбленного? Забирай его себе, мне проблем не надо! - Поздно, Аделина, - драматично вскинув голову, прошептала она. – Я тебе доверяла, а ты предала меня! - Начинаааается, - простонала я. – Последний раз повторяю, твой бойфренд комнатный сам решил, что будет очень разумно навешать на меня своих слюней в новогоднюю ночь! Традиция, блять, у него, понимаешь ли! Может, лучше он сначала перед тобой объяснится, а потом ты будешь делать выводы, дева в беде? На секунду мне показалось, что в её глазах промелькнуло понимание. Но нет, наебалово. - Знаешь, я так и знала, что от тебя будут сплошные неприятности! Рон сразу сказал мне, что ты плохая компания. – Дрожащими губами пролепетала она и скрылась за углом. Боже, и с этим мне приходится работать. Может, вернуться к домашнему обучению - не такая уж и плохая мысль? Неееееет. Я вас всех ещё достану, суки! *** Как бы я ни храбрилась, а эти ботаники, похоже, действительно решили объявить мне бойкот, и я приобрела в школе репутацию персоны нон-грата. Знаете, как это было обидно? Не очень. Но сам факт того, что эти придурки считали себя выше меня, страшно бесил. Какое-то время я даже думала, что абсолютно все в этой сраной школе избегают меня только потому, что у Поттера случился приступ неуместной похотливости. Они ходили небольшими группками и всё время озирались по сторонам, как будто боялись, что я к ним подойду. Сначала я и вправду решила, что всё это из-за меня. Спойлер: не всё это было из-за меня. То есть Джинни и её подружайки, конечно же, продолжали смотреть на меня с видом оскорблённой добродетели. Но всё оказалось гораздо тупее. Эти мамкины мятежники обиделись на розовые реформы профессора Амбридж и придумали что-то вроде учебного отряда, который возглавлял… угадайте с одного раза! Конечно же, Поттер! Поясню. Престарелая любительница розового цвета, разумно решив, что эти дегенераты безрукие, в лучшем случае, поубивают друг друга, практикуя приёмы защиты от тёмных искусств, упразднила эти опасные занятия, заменив их исключительно теоретическими. Понимаю, звучит довольно скучно. Но вы вообще видели этих придурков? Вот то-то же. Она вообще много чего интересного придумала. Например, запретила этим озабоченным школьникам прилюдно вешать друг на друга слюни (спасибо, алло!), организовывать экстремистские группы радикальных гриффиндорцев и даже однажды заставила профессора Трелони протрезветь. Та с перепугу даже пророчество выдала. Мол, у Малфоя будет красивая жена. Пиздёж бессовестный, но всё равно было круто. Я в целом к ней даже как-то прониклась, пока она не попыталась запретить мне красить волосы в фиолетовый цвет. Совсем уже охерела, сучка. Собственно, вернёмся к нашим баранам. А их было много. Эти кретины окрестили себя «Отряд Дамблдора» и практиковали защитное колдунство в Выручай-комнате. Как я об этом узнала, если отряд был таким тайным? Очень просто. Отряд-то, может, и тайный. Но тупой. Как-то за завтраком, спустя примерно пару недель моего ежедневного бойкота, я сидела в Большом зале и мрачно жевала тост. Бойкот бойкотом, а голодовку из-за этих упырей я объявлять не стану. И кто бы, вы думали, из этих долбоёбов мог пиздануть лишнего? Конечно же, один из братьев Джинни Уизель. Проходя мимо меня и нарочито громко общаясь, чтобы сделать вид, что меня тут нет, этот имбецил во всеуслышанье заявил: - А я рад, что за такое короткое время Гарри сумел научить нас стольким заклинаниям! Амбридж может сколько угодно увешивать стены своими указами, но никогда не догадается о том, что у нас есть тайный отряд! Выражение *рукалицо* явно было придумано как ответ абсолютно на все слова и действия этого дебилоида. Едва не подавившись тостом от концентрации тупости, я с трудом запила его большим количеством сока и покосилась на эту группу умников. - Ещё немного громче, Уизель, а то министр магии не расслышал. На меня тут же воззрилось несколько пар глаз. - Чёрт… - Сам ты чёрт, чёрт. - Она нас точно сдаст, - взвыл главный пироман этой шайки. - Слууушай, Аделина, - тут же подкатил ко мне рыжий. - На несколько шагов подальше, Уизель. Я не хочу дышать с тобой одним воздухом, - лишь изогнула бровь я. - Вот обязательно быть такой язвой? - Однозначно. - Вот поэтому никто и не общается с тобой, Кинг. - Нет, со мной никто не общается, потому что твой дебильный друг испортил всё, что только мог, опрометчиво придвинув своё ебало к моему лицу. – Парировала я. На лице Уизеля тут же появилось какое-то выражение, которое мне очень не понравилось. Видимо, он считает, что выглядит как заговорщик. Но нет. Он выглядит как кретин. И не знает об этом. Поэтому я решила его просветить. - Что бы ты там ни задумал, завязывай, придурок. Раз уж решили объявить мне бойкот, то продолжайте в том же духе, ни в чём себе не отказывайте. - Ну ты хотя бы послушай сначала, почему ты такая упрямая?! - Потому что иди нахуй. - Справедливо. Но слушай. Давай-ка договоримся. Ты никому не расскажешь о том, что тут услышала, а я поговорю с Джинни по поводу вашей ссоры. А заодно и отменю таким образом твой бойкот. Я подозрительно прищурилась и скрестила руки на груди. - Таааак, вот теперь продолжай. - А это… что продолжать? - Господи, Уизель, как только я решаю, что у тебя, возможно, есть мозг, ты тут же доказываешь обратное. Мне нужны гарантии. - Какие ещё гарантии? - Где гарантии, что ты поговоришь с Джинни и отменишь этот ваш детский сад, который вы называете бойкотом? Рыжий лишь почесал в затылке. - Давай так. Я прямо сейчас поговорю с Джинни и с этой секунды мы отменяем бойкот. А ты молчишь. Но если ты хоть слово ляпнешь по поводу отр… - Уизель, ты даже сейчас себя палишь. - Кхм, да, в смысле. Если ты хоть слово ляпнешь по поводу того…о чём нельзя говорить, то мы сделаем так, что с тобой до самого окончания школы никто больше не заговорит, - попытавшись напустить на себя грозный вид, промямлил тот. - Пфф, не очень-то и хотелось. Но валяй. Как только увижу, что твоя сестра снова скачет вокруг меня как щенок золотистого ретривера, поверю в твои слова. - По рукам! – Ощерился Уизель и протянул мне свою огромную лапищу. Я лишь брезгливо покосилась на неё и кивнула в сторону выхода. - Жги, оранжевый. Пока я не передумала. Того как ветром сдуло. Вот, другое дело. Совсем как в старые добрые. *** В конце концов, всё встало на круги своя. Рон (надо же, я наконец-то запомнила его имя) сдержал слово и поговорил с Джинни. Не знаю, что он ей сказал, но та примчалась ко мне буквально через пятнадцать минут и кинулась на шею с объятиями. - Аделина! Я так рада! Так рада, что ты извинилась и передала через Рона свои слова! Не волнуйся, я всё понимаю, правда-правда. Сама знаю, каково это, скрывать свои чувства. А Гарри такой молодец, что согласился подыграть тебе. Хоть это и было неприятно, но я вас обоих прощаю, честное слово! – Словно из пулемёта трещала она. - Погоди-погоди, ты чего несёшь? - В смысле? – Растерялась та. - О каких ещё чувствах ты говоришь? - Ну как же… Рон мне всё рассказал. О твоём плане. Мне пришлось собрать всё своё самообладание, чтобы сделать медленный глубокий вдох. А его у меня не так уж и много. - Джинни, лапочка, о каком-таком плане идёт речь? – Ласково проворковала я, подталкивая её к столу. - Ну… Я не знаю, насколько тебе приятно об этом говорить. – Понизив свой голос до шёпота, сказала она. – Но Рон рассказал мне о твоих чувствах к Фреду. Он сказал, ты подговорила Гарри поцеловать тебя, чтобы Фред увидел это и приревновал. Честно говоря, милая, я боюсь, что твои чувства безответны. Фред даже ухом не повёл. Либо он делает вид. Погоди, что это у тебя с лицом…? - Джинни, было приятно с тобой познакомиться. Я говорю «было», потому что после того, как я убью твоего брата, ты вряд ли снова заговоришь со мной! – Взревела я и кинулась в сторону выхода из Большого зала. *** Профессор Северус Снегг, уважаемый преподаватель зельеварения, дорогой друг директора Хогвартса и просто улётный мужик, многое повидал на своём веку. В конце концов, он застал, как тут все говорят, тёмные времена, когда волшебный мир штормил какой-то хрен с горы, и выстоял. Но когда он увидел, как его любимая ученица натягивает не первой свежести трусы на голову одному из самых нелюбимых его учеников, что-то у него в сердечке ёкнуло. Подскочив в два прыжка к разъярённой фурии, роль которой я сейчас успешно исполняла, он обхватил её за талию и резко дёрнул. Раздался треск. А затем вой. И истерический смех. Трещали трусы. Выл Рональд, мать его, Уизли. Ржала я. Брезгливо покосившись на рыдающего от боли Уизеля, у которого вместе с трусами, кажется, порвались все причинные и беспричинные места, профессор лишь покрепче перехватил меня поперёк талии и поволок дальше по коридору, мрачно глядя перед собой. - А знаешь что? – Давясь слезами от смеха, вопила я. – Ты прощён, Уизель, чёрт тебя дери! Это было лучшее, что я видела в жизни! Ответом мне послужили какие-то проклятья, которые я предпочла уже не слушать. *** - Мисс Кинг… - мученически простонал профессор Снегг, когда, несколько минут спустя, я сидела в его кабинете и весело болтала ногами в воздухе, продолжая смахивать выступившие на глаза слёзы смеха. - Да бросьте, сэр! – Весело перебила его я. – Он сам напросился! Ну и скажите мне, неужели Вам самому не хотелось сделать что-то подобное? Этот придурок давно напрашивался. А если бы Вы ещё знали, за что я так… - Послушайте меня, мисс Кинг, - не дав мне договорить, покачал головой Снегг, - Вы должны понимать, что я всегда целиком и полностью на Вашей стороне, но сейчас в нашей школе происходят изменения, министерство давит на нас, а Амбридж злоупотребляет своими должностными обязанностями. И нельзя, чтобы она увидела, что Вы творите прямо в коридорах школы! Это очень опасная и влиятельная колдунья! Она может сделать Ваше существование в стенах Хогвартса просто невыносимым! - Вы опоздали примерно на полгода, профессор, - закатила глаза я, - моё пребывание в этой школе стало невыносимым с первого дня. Но я же не жалуюсь. Я и так держусь исключительно благодаря Вам и возможности шпынять этих дебилов. Не отбирайте у меня единственную возможность развлечься! - Аделина, дорогая, Вы должны понимать, что профессор Амбридж в первую очередь может лишить Вас и того, и… - тут он немного покраснел, - и другого. В моей голове снова вспыхнула та мысль, что посетила её, когда профессор Снегг вёл меня пьяную в общую гостиную Гриффиндора. - Профессор! А Вы ничего не хотите мне сказать? – Заговорщически подмигнув, спросила я. Ответом послужил только недоумённый взгляд Снегга. - Ну там это… Люк, я твой отец! Не? - Мисс Кинг, боюсь, я не совсем понимаю, на что Вы намекаете… - рассеянно развёл руками тот. - Ах ты чёрт… Ебаное Средневековье… Я совсем забыла, что вы тут не умеете в современность. Ролевики сраные. – Мягко посетовала я. - Мисс Кинг… - Ну сэр, ну вспомните! Может, лет этак шестнадцать назад Вас заносило в Лондон, и Вы по пьяни не смогли не соблазниться красотой одной юной аристократки? Нет? Ну пожалуйста! – Взмолилась я. В чёрных глазах промелькнул намёк на понимание. - Ааа… - только и смог протянуть Снегг и тут же захлопнул рот. - Нет? Ни одной искорки? Ну давайте же, профессор, скажите хотя бы, что я как сын, которого у Вас никогда не было! – Заламывала руки я. - Мне кажется, Вы что-то не совсем так формулируете, мисс Кинг… - Серьёзно? Тут юная душа пропадает, а ему семантику правильную подавай! Вы с моей маман точно спелись бы, профессор. – Грустно отозвалась я и встала из-за стола, чтобы уйти. Тот лишь вспыхнул аки школьница в ответ. На пороге, не преминув театрально обернуться, я бросила на профессора прощальный взгляд и пробубнила: - Вы меня очень разочаровали, профессор. Очень. И ушла в закат. Несмотря на то, что было утро. Да, премия Бафта рыдает по мне горькими слезами, печально запивая их чаем с молоком и чёрствым бисквитом. *** Меня иногда просто поражает скорость распространения слухов в этой школе. Не успела я надрать задницу Рону, как пять минут спустя об этом галдели уже на каждом углу. А мадам Помфри и вовсе чертыхнулась, увидев меня после этого в коридоре. - Какое бесстыдство, - чванливо прогундела она, проходя мимо меня. - Простите, мадам, но бесстыдство – это носить одни и те же трусы неделю, не снимая. А то, что сделала я – это месть в чистом виде. Хотя, учитывая всё же состояние трусов, не в очень чистом. Кстати, надо пойти опустить руки в хлорку, пока я ничего страшного не подцепила. – Скривилась я и поспешила удалиться. После этого инцидента все снова стали общаться со мной как раньше. Ну то есть гриффиндорцы в большинстве своём старались избегать меня и не злить, когтевранцы, кажется, до сих пор так и не обратили на меня внимания, слизеринцы брезгливо воротили морды (кроме Малфоя, конечно), ну а пуффендуйцы продолжали набиваться в друзья. Всё как я люблю. Кстати, о Малфое. После того, как он понял, что я не изменила своего решения и не стала вдруг фанаткой Поттера, к нему вернулось его вечно самодовольное выражение лица. Ну, насколько оно могло в принципе вернуться после многочисленных операций. Мне кажется, он стал похож на Ким Кардашьян, но об этому ему почему-то так никто и не сказал. Кроме меня. Услышав в свой адрес эти, на мой непредвзятый взгляд, честные слова, он почему-то обиделся. - Вообще-то я очень по тебе скучал, моя любимая грязнокровка, - подёргав идеально выщипанными бровями, промурлыкал он. - Ой, Малфой, завали ебало, умоляю. У меня и так голова болит. А тут ещё ты со своими дебильными оскорблениями. Я серьёзно, созовите там семейный совет, наймите кого-то умного, но пожалуйста, придумайте вы уже несколько новых обидных слов. Меня уже тошнит от слова «грязнокровка». Оно тупое и даже не обидное. А вы все почему-то упорно этого не понимаете. Тот сразу переменился в лице. - В каком это смысле, все? – Тупо уставившись на меня, пробубнил он. - Ну вот взять хотя бы твою анорексичную кузину. Она тоже сходу принялась тыкать в меня этим вашим коронным словечком. Вам самим не надоело? - Стоп. Подожди. Какая ещё кузина? – Недоумённо уставился на меня этот остолоп. - Серьёзно, Малфой, твои брови меня отвлекают. Давай я на досуге найду тебе фото Ким. Вы с ней теперь прямо как сёстры. Он лишь отмахнулся, впервые инстинктивно не вскинув руку к лицу. - Кто это из моей семьи, помимо меня, ещё общался с тобой? - Да эта, как её. Аскарида. А, блять. Погоди. Или её как-то по-другому звали? – Задумчиво пробормотала я, пытаясь пройти. Но Малфой настойчиво решил добиться от меня ответа. - С кем ты говорила, Аделина? - О, надо же, ты даже имя моё знаешь. Какая неожиданность. – Закатила глаза я. – Да не помню я, у неё было какое-то очень пафосное имя. Вы с ней, кстати, очень похожи. Что, на Хэллоуин оба одеваетесь сестричками Олсен? Малфой хотел ещё что-то сказать, когда из-за угла на меня налетела Джинни с круглыми от ужаса глазами. - Аделина! Ты это видела?! Видела?! Что же это такое?! Это… Малфой? - Чего тебе, Уизли? Не видишь, я разговариваю с Аделиной! – Огрызнулся тот. - Эй, потише, вы оба! – Развела их руками в стороны я и повернулась к Джинни. – Что случилось? Она лишь молча ткнула мне в лицо какую-то газетёнку. - И что? – Непонимающе уставилась на неё я. - Ты прочти! Это, конечно, не Бог весть что. Газета называется «Придира», и её выпускает отец Полумны Лавгуд. Они оба довольно странные, но важно совсем не это! Важно то, что эту газету читают многие в нашей школе! Аделина, если это дойдёт до Амбридж, всё будет очень и очень хреново! - Так, если уж ты начала ругаться, дело действительно плохо, - мрачно отозвалась я, хватая в руки газету и пялясь в заголовок на развороте. Моя челюсть вдруг очень сильно увлеклась полом и стремительно ринулась ему навстречу. Во всю страницу тянулся длинный и очень скверный заголовок: «Роман со школьницей? Как низко может пасть профессор школы чародейства и волшебства Хогвартс?». Ниже было помещено довольно хренового качества фото, где профессор Снегг тащит меня пьяную по коридору, бережно перехватив рукой за талию, а я наваливаюсь ему на плечо и хихикаю как умалишённая. Блять. Совсем забыла, что фотографии у них тут живые. Зрелище и впрямь было не самым приглядным. Ещё ниже теснилась мерзенькая статейка: «Как далеко может зайти глубокоуважаемый профессор школы, считая, что его никто не видит, и он может оставаться безнаказанным? И как далеко может зайти школьница с плохой репутацией, добивающаяся внимания своего учителя? Или дело в оценке, и это холодный расчёт? Профессор Снегг, преподаватель зельеварения в школе чародейства и волшебства Хогвартс, волшебник, которому доверяет весь преподавательский состав и даже сам директор школы, профессор Альбус Дамблдор, злоупотребил своим положением и всеобщим доверием, превратив свои отношения с одной из учениц в грязную интрижку. Или же это дело рук самой школьницы? Аделина Кинг, новая ученица прославленного факультета Гриффиндор, была замечена в нетрезвом состоянии прямо в коридоре школы. Но это не единственная её оплошность. Как вы сами можете наблюдать, дорогие читатели, талию юной алкоголички обвивают руки всеми уважаемого профессора Северуса Снегга. Нашей газете пока не известны подробности их недопустимого романа, но одно совершенно ясно на данный момент. В школе чародейства и волшебства Хогвартс процветают похоть и разврат. И одному лишь Мерлину известно, каковы их масштабы. Сами виновники данной статьи отказались дать комментарии. Остаётся лишь надеяться на широко известную всем мудрость директора школы, который решит эту проблему. А мы будем рядом, чтобы дать вам знать о дальнейшем развитии событий. Всегда с вами, ваш Придира!» Впервые за долгое время у меня в глазах потемнело. И я сделала то, чего не собиралась делать никогда. Я упала прямо в руки Малфоя, который на удивление успешно меня подхватил, а Джинни аккуратно вытянула из моих рук газету, от греха подальше. - Какого…? – Только и смогла выдавить я, чувствуя, как начинаю переключаться в режим берсерка. - Я же говорила, что ты пожалеешь о том, что связалась с моей семьёй, - послышался откуда-то из-за угла до боли в жопе знакомый голос. – Драко, ради всего святого, убери свои руки от этой поганой грязнокровки. Ты же их замараешь. - Немезида? Какого хрена?! – Впервые за время нашего знакомства действительно разозлился бледнолицый. Я его почти зауважала. - Точно! Немезида, блять! – Взревела я. – Я же говорила, что у вас нет других обидных слов, кроме этого вашего заезженного тупого существительного! Малфой, продолжая почти благородно придерживать меня (хотя я думаю, что он сделал это для того, чтобы я не превратила его кузину в бифштекс), злобно воззрился на сестру. - Как ты могла, Немезида?! Это же уничтожит репутацию нашего факультета! Нашей школы! Ты навредила стольким людям! – Завопил он. Та лишь отмахнулась. - Подумаешь, небольшая встряска в местной газетёнке. Ну уволят этого вашего Снегга, ну отчислят эту мерзкую шваль, зато в школе снова настанет покой и восстановится прежний порядок, Драко, милый. - Да я тебя… Я уже начала вырываться из рук Малфоя, чтобы навалять этой размалёванной глисте, когда вдруг поняла, что нужно сначала всё уладить и спасти моего любимого учителя. И неважно, что он не признаёт себя моим отцом. Я должна исправить ситуацию! - С тобой я разберусь позже, террористка-смертница. Да отпусти ты меня, продукт кисломолочный! – Грозно провопила я и вырвалась из цепких аристократских пальцев. Выхватив из рук всё ещё охуевающей Джинни уже порядком потрёпанный экземпляр «Придиры», я помчалась по коридору, в надежде как можно скорее спасти репутацию профессора Северуса Снегга. *** Помнится, я уже как-то обещала себе, что не буду врываться в кабинет нашего тёпленького на всю головушку директора без предупреждения. Мне сполна хватило предыдущего опыта. Но в этот раз всё было гораздо, гораздо хуже. Нет, там не было танцующего у патефона Деда в ярком китайском халате. Там был целый набор профессоров. Спасибо, что одетых, а то я, по своему обыкновению, не смогла удержаться, влетев в кабинет Деда. Взору моему предстало целое сборище волшебников, и я, слегка растерявшись, не придумала ничего лучше, чем ляпнуть: - О, у вас тут оргия, извините, я зайду попозже. И вышла. А потом вспомнила, зачем я сюда, собственно, мчалась. Нет, точно пора звонить своему психотерапевту, у меня сдают нервы. Совершив повторное вторжение, я как раз прервала какую-то напряжённую перепалку между Амбридж и Дедом. И конечно же, в кабинете директора оказался Поттер. Самое время подумать, что это скорее между ним и Дедом есть какая-то интрижка, чем между мной и Снеггом. Кстати, о нём. Слегка перепуганный, мой вороной герой стоял рядом с Дамблдором и, свирепо ощетинившись, вёл ожесточённую беседу с самим министром магии. Как бишь его там… - Мисс Кинг, - сквозь зубы прошипела МакГонагалл, - я боюсь, Вы ворвались сюда очень не вовремя! - Отчего же? – Восторженно пропищала Долорес Амбридж, хватая меня за рукав мантии. – Мисс Кинг, присоединяйтесь к нашей великолепной беседе и поделитесь своим мнением относительно данной ситуации. - Эээ, я считаю, что розовый Вам не идёт, мадам. При всём уважении. Переходите, пожалуй, на более прикольные цвета. Не девочка уж. – Слегка растерялась я. Кажется, её лицо действительно теперь контрастировало с общим образом, став фиолетово-пунцовым. - Да как Вы смеете?! - А что?! – Беспомощно отозвалась я. – Я думала, мы это обсуждаем! - Прекратите паясничать! – Взвилась та, стиснув мою руку своими пальчиками-сардельками. - Эй, подруга, отпусти меня, пока я не попросила папу прислать нацгвардию, серьёзно. Больно же. Амбридж настолько охуела, что послушно убрала свои кочупатки и отступила в сторону. - Дед, то есть профессор Дамблдор! – Опомнилась я. – Я тут вообще-то по очень даже важному делу! В школе творится какой-то пиздец! Во-первых, тут посторонние. - Я бы попросил, - прокудахтал Фадж. - Просите на здоровье, но я даже не про Вас, сэр. Прижмите жопу, Христа ради, и не мешайте мне дело делать. Я серьёзные вопросы решаю, в отличие от Вас. - ЧТО?! - Мисс Кинг, - отчаянно прошептала МакГонагалл. - Так, а ну тихо! – Окончательно рассвирепела я. – Дед! Какого хрена тут происходит и почему эта долбанная овца, Персеида Малфой, шароебится по школе, выдумывая про меня всякие небылицы?! Ты-то уж должен знать, что всё это неправда, блять! - Ч..чего? – Поперхнувшись бородой, наконец-то ожил Дед. - О, Боже, оно разговаривает! – Всплеснула руками я. – Стряхни уже пыль со своей задницы и шевелись! Сделай пару звонков и уладь тут всё, иначе, клянусь, я эту школу взорву! - Экстремистка! – Возопил какой-то политкорректный в сиреневой феске. - Угомонись уже, мы и так знаем, почему ты работаешь в министерстве! – Рявкнула я, поворачиваясь к Фаджу. – Что, и до вас уже добрались? Тот лишь развёл руками в ответ. - Дед, - снова повернулась к нему я, швыряя в его бороду газету, - прочти это и верни всё как было, иначе я за себя не ручаюсь. - Боже, ты великолепна, - пустил слюну Поттер. - Заткнись, животное, - не глядя на него, огрызнулась я. - Мисс Кинг, ради всего святого, что Вы творите? – Прошипел Снегг. - Спокойно, сэр, я всё исправлю, обещаю. Точнее, Дед исправит. Он мне явно должен. Кстати, а чего у вас тут происходит? Моё внимание, наконец, привлекло наличие нескольких представителей министерства. Едва пришедшая в себя Амбридж тут же встрепенулась. - Вот и мы хотели бы знать, что за произвол творится в этой школе! – Противным голоском пропищала она. - Слушайте, я не виновата, что у Малфоев комплексы, и они тут же стремятся устроить вендетту. – Принялась защищаться я. - При чём тут вообще Малфои? – Недоумённо помотала головой та. - Э… - захлопнула рот я и принялась искать поддержки Снегга. Тот прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. - Мисс Кинг, министр Фадж и профессор Амбридж хотят знать, каким образом в нашей школе возникло тайное сообщество учеников, которые изучают заклинания, на данный момент запрещённые к практике в стенах Хогвартса. - Чего? – Изогнула бровь я, прекрасно понимая, о чём идёт речь. - Она не знала! – Завопил Поттер и тут же получил оплеуху от Снегга. - Честно говоря, я в душе не ебу, что за тайные ордены у вас тут формируются, я пришла не за этим, - мрачно буркнула я, борясь с желанием заложить Поттера. Я его, конечно, презираю, но и ябедничать не в моих правилах. Так что оставалось лишь наблюдать за разворачивающейся на моих глазах драмой. Жаль, попкорна нет. В кабинет с победным криком команчей ворвался завхоз Филч, тряся в воздухе каким-то старым клочком туалетной бумаги. - Фу, это что? – Скривилась я. - Профессор Амбридж, - злорадно прошамкал Филч, протягивая той клочок, - я его нашёл! Нашёл! - Вы, эм… молодец, Аргус, - борясь с брезгливостью, протянула Амбридж и, зажав клочок между двумя пальцами, протянула его Дамблдору. Тот лишь пожал плечами. - Ну что ж, господа, как вы видите, на этом свитке написано «Отряд Дамблдора». – Голосом мудрой черепахи пробубнил Дед. – Стало быть, юный мистер Поттер не виноват в том, что я решил взять на себя смелость и организовать этот отряд. - Профессор… - жалобно проскулил Поттер. Я лишь закатила глаза. - Альбус, - с притворным сочувствием обратился к нему Фадж, - друг мой, Вы ведь понимаете, что это означает. Кингсли, Уизли, препроводите профессора Дамблдора в… Но Дед прервал его взмахом руки. А эти чёртовы Уизели везде, блять. Я даже не сразу заметила. Деда тем временем стали теснить все, кроме Снегга и МакГонагалл. - Вы, верно, решили, что я пойду с вами, как это говорится, по-хорошему? – Кокетливо пробулькал Дед и, пафосно подмигнув Поттеру, помахал перед носом министра узловатым пальцем с перстнем. Выскочка. Не забыв выдержать драматичную паузу, он продолжил: - Но вот, что я скажу вам, друзья мои. Выкусите, девственники! И под аккомпанемент моего хриплого смеха совершил прыжок веры из окна, эффектно расхуярив древний витраж. Надеюсь только, что кто-то заботливо прикатил под это окно телегу с сеном. Или не надеюсь. Но факт остаётся фактом, выходка Деда вызвала у меня кратковременный приступ уважения. *** Через полчаса об этом происшествии знала уже вся школа, и никто даже не обратил внимания на тот ублюдский выпуск «Придиры», из-за которого я собиралась нести возмездие во имя профессора Снегга. Строго говоря, это событие настолько всколыхнуло не только нашу школу, но и добрую половину волшебного мира, что, кроме меня, Джинни и двух Малфоев, о той грязной статейке так никто и не узнал. Козырно. Правда, Поттер настолько приукрасил то, что произошло в кабинете Деда, что вскоре все ходили по коридорам, обсуждая, как Дамблдор покрылся стальными доспехами и ультанул настолько эффектно, что почти убил Фаджа насмерть, а Кингсли заставил частично побелеть. Придурки. Из плюсов, всё встало на свои места. Ну почти. Во-первых, Малфой с какой-то радости решил, что после нашей общей стычки с его кузиной мы типа дрим тим и теперь будем везде ходить вместе. Поэтому старался не отлипать от меня, как только ему выпадала такая возможность. Во-вторых, Поттер решил, что после нашей общей стычки в кабинете Деда мы типа дрим тим и теперь будем везде ходить вместе. Уже знакомо, правда? Так вот, эти двое меня настолько заебали, что, сидя в Большом зале и злобно поедая яичницу, я строила коварные планы по устранению этих прилипал, когда двери зала распахнулись, и на пороге возникла довольная до глубины своей гнилой душонки Амбридж. Не обращая ни малейшего внимания на повернувшиеся к ней головы учеников, она чинно прошествовала к преподавательскому столу, кратко откашлялась и развернула небольшой свиток пергамента. И никто бы особо не обратил внимания на её потуги, если бы с её, вопреки моим советам, кислотно-розовых губёх не сорвались следующие слова: - Попрошу вашего всеобщего внимания, дорогие учащиеся! В связи с тем, что профессор Дамблдор совершил гнусное бегство из стен нашей прославленной школы, указом министра Магии отныне я, профессор Долорес Амбридж, назначаюсь директором школы чародейства и волшебства Хогвартс. Ну разве не прелесть? Зал погрузился в гробовую тишину. Я даже перестала жевать. Да что там, даже Уизель перестал жрать. Поттер судорожно сглотнул и перехватил довольный взгляд Амбридж, который как бы говорил: «Я тут звезда. Вам всем пизда».