Сломленные Люди

Привет, меня зовут Т/и. Целых три года я не видела своих друзей. А друзья у меня особенные. Группа BTS. Наша дружба началась с их первой фан встречи. Я первая кто не визжал рядом с ними, а отнеслась к ним сразу как к родным братьям, поддержала их, ведь они очень волновались. Я их чем-то зацепила, уж не знаю чем, но они позвали меня с собой в кафе в знак благодарности за поддержку. Много чего было тогда. Я прошла с ними огонь и воду. Пережила с ними пот, кровь и слёзы. А главное, самые прекрасные и счастливые моменты. И, вот мне пришлось уехать в Россию по семейным делам. Но что-то было не так, я волновалась за парней. Смотря на них, я видела, что далеко не всё хорошо. И им нужна моя помощь. В аэропорту… -НамДжун, ну я же вижу что-то не так, давай я ещё на недельку останусь. Мама вроде там начала справляться с папой. – лепетала я ему. Нам пришёл проводить меня и удостовериться, что я улетела. -Т/и, мы справимся. И тем более семья превыше всего. Лети и помоги маме. Депрессия мужчин это случай тяжёлый. А ещё если твой начальник увидит, что ты не улетела, то не видать тебе даже работы на домашней основе. Мы будем тебе звонить каждый раз, как будет возможность, обещаю. -Но, Нам… -Т/и, не спорь. –Нам уже хмурил брови. А если он так делает, то лучше с ним не спорить. -Ладно, но обещай что если что случиться, я об этом узнаю. –с этими словами я обняла его так крепко как только смогла. -Обещаю. Лети, радость наша. – он поцеловал меня в лоб и отпустил. В самолёте я уже разрешила себе пустить слезу. Ведь была уверена, моё сердце мне говорило, что теперь у них всё будет плохо… Я как всегда оказалась права. Как же это паршиво. Сначала они отнекивались, говорили, что всё у них хорошо, и они очень ждут меня и скучают. Со временем звонки стали реже и на вопрос «что у вас там происходит?», они переводили тему. А как-то раз Тэ проговорился, что Чимин-и изнуряет себя тренировками. И на данный момент причина того что он не появляется в сети это его недавняя госпитализация, он на сцене упал в обморок. После этого я не ела несколько дней, просто на просто кусок в горло не лез. С тех пор я не переставая можно сказать плакала. Был момент, у меня по работе было Skype-совещание, и мне начальник говорит: «Т/и, что с вами? Почему вы плачете?», а я даже не заметила этих слёз пока, он не сказал. Проходит ещё время и мне уже не кто не звонит и не пишет, а уехать я уже не могу. У папы на почве его депрессии развился диабет, ещё и предынсультное состояние поставили. Я чувствовала себя виноватой. Как будто я их бросила. А ситуация с отцом мне делала ещё больнее. Шли месяцы, интернет передавал новости о BTS, и одна другой была ужасней… «Это всё бред, этого не может быть!!!» - орала я в подушку. Она уже насквозь пропитана моими слезами. Боль, нескончаемая боль долбила моё сердце. Они так и не отвечали не на звонки или сообщения. Я стала постепенно в это всё верить, во всё, что говорит интернет. -Да что ты их слушаешь? Нормально всё у твоих друзей… Это пресса, им же только как там у вас говориться… Такое слово ещё… ммм…. А.. Им же только хайп нужен, деньги то надо зарабатывать. Ты давай не начинай раскисать, я двоих не потяну. Так мама говорила каждый раз, когда видела что, я не сплю ночью. Прошло полгода. Эти полгода я даже и не заглядывала в новости k-pop. Отец умер, мать же ушла с головой в работу. Открыла свой бизнес. Я же тоже решила так сделать. К нескончаемой боли и вине присоединилась обида. РепМон не сдержал своё обещание. Сказать, что я была зла это ничего не сказать, я была в конкретной ярости. По приезду обратно в Корею я узнаю, что группы BTS уже не существует. Директор агентства не стал мне нечего объяснять, сказал только то, что в Сеуле я вряд ли кого из них найду. Я вышла из Big Hit села на ближайшую лавку и просто заревела. Надежда на то, что боль была ложной и всё что говорили в интернете всё, это огромная ложь рухнула как карточный замок. Моё сердце разбито на миллионы осколков. Я не знаю, сколько я проревела на той скамейке. И мне было откровенно наплевать, что думают другие, смотря на меня. Ноги сами, куда-то пошли. На Сеул уже ночь опустилась. От машин я видела только быстро мелькающие огоньки. Было такое ощущение, что моя жизнь остановилась, а жизнь города вокруг меня только быстрее била ключом. Я наверно для того и родилась чтоб быть с Бантами. Я зашла в какую-то забегаловку ночную, время было уже за полночь. Я заказала 7 бутылок соджу и клубничный и вишнёвый сироп. Чимин-и научил меня так смешивать. С каждой бутылкой я разговаривала, как будто это один из Бантосов передо мной сидит. Я начиная со второй бутылки уже была не в себе. Видимо то, что я не ела, и перенесённый стресс решили дать о себе знать. Ко мне уже пару раз подходил бармен и спрашивал не вызвать ли мне такси. Я старалась как можно вежливей ему объяснить, что меня лучше сейчас не трогать. И вот, я дошла до пятой бутылки и уже представила Джуна и собиралась ему всё высказать, за то что он мне не звонил и не сдержал обещание, как вдруг услышала до боли знакомый голос, но с какой то хрипотцой. Душа сжалась в клубок, слёзы полились ручьём, а хмель от соджу улетучился влёт. Обернувшись, я поняла, что только один человек может так материться и так отчаянно жестикулировать руками. Юнги. Только от его вида осколки моего сердца разбились ещё неведома на сколько кусков. Худощавый, с огромными синими впадинами под глазами и в бандане. Он разговаривал с бутылкой, как и я. Их было семь. И когда он открыл эту седьмую бутылку, он сказал: «Т/и, мне надо так много тебе рассказать…». Взяв всё свое я пошатываясь пошла к его столику. Поставила бутылки, сироп и рюмку. -Рассказывай, я вся во внимании.- Он поднял на меня свои пьяные, убитые глаза. Первый раз я видела такие слёзы. Я не смогу передать всего, что я увидела в них. Он просто накинулся на меня и обнял, но не так крепко как он это раньше это делал. Было видно, что он обессилен. Я обняла его тощее тело и зарыдала, так как до этого ещё не рыдала. Я была счастлива его увидеть. Но боль от осознания того что он явно чем то болен и очень серьёзно, разбила меня совсем. Оказалось это только начало. Я бы даже сказала начало конца наверно. *** Мы сидели, болтали, пили соджу. Он расспрашивал меня всё как эти три года у меня прошли и как мой отец. Я ему рассказала всё. Что чувствовала перед вылетом, что чувствовала я уже находясь дома, видя как они мне врали, что у них всё хорошо. Рассказала, что со мной было, когда Тэ проговорился про Чимина. Рассказала про отца и мать, про то что он умер и от чего. И про то, что со мной было, когда они вообще потерялись из виду, а интернет так и пестрил хреновым новостями. -Прости, Джин-хён сказал, что это только тебе во благо. То что к твоим семейным делам не должны наши прибавляться. Он всегда говорил, что ты на свои хрупкие плечи берёшь слишком много груза. -Да, узнаю мамку-Джина. Только мне как ты видишь не хрена не лучше от того что вы пропали. Я ему говорила, что я не настолько слаба, как ему кажется. -Т/и, что с твоими руками? С чего это ты стала носить перчатки? -Просто. – мой голос предательски дрогнул, я мысленно матюгнулась, а так надеялась что он не заметит. -Не умеешь ты мне врать. – он взял мои руки и снял перчатки. В его глазах я видела сожаление и каплю осуждения, на что я ответила. -Ну я же должна была как то отвлечься, чтоб не впасть в истерику от боли. А помощь от моральной боли, это только физическая. Да, я била кулаками стены. Звукоизоляция в квартире была на четвёрочку, поэтому я знала, что удары мама не услышит, а вот крики отчаяния услышит точно. Боюсь представить, что будет, если маме приспичит делать ремонт в моей комнате и она снимет со стены плакат размером метр на метр с парнями. Кровище там немерено… -Ох, Т/и… -он опустил голову мне на руки, его кожа была холодная, я бы даже сказала ледяная. -Юнги, может всё-таки расскажешь то, что хотел? – я взглянула ему в глаза. Я хотела знать всю правду, хотя знала что, скорее всего она меня и добьёт. -Это так больно. -Я знаю, Юнги. -Нет Т/и, не знаешь. Многое из того что ты читала в интернете, правда. -Нет… - ком к горлу начал подступать, я в один глоток выпила полбутылки соджу. -Ты видела последние видео Гуки? Он старается, тренируются танцевать с коляской. Хос ему помогает, говорит он делает крутые успехи. – по Юнги уже не понятно, что он чувствует, он просто говорит. А я дрожу, мне хочется орать от боли, как только представлю, что наш золотой макнэ в инвалидной коляске. -А помнишь я тебе говорил, что если и будет в нашей группе человек, который сломается, так это буду я. Помнишь? Я ели кивнула головой, тогда у нас был очень трудный разговор. -Я ведь был в этом уверен. Даже после того что ты сказала что не кому из нас не дашь поддаться давлению. Но это оказался Чимин-и. Чувство вины накрыло меня с головой. Мне хотелось просто выстрелить из пистолета пару раз себе в голову. «Боже мой, зачем? Зачем я тогда улетела? Зачем не поверила интуиции? Зачем послушала НамДжуна? Ведь можно было остаться. Ведь можно было привести мать с отцом сюда. Возможно, даже отец был бы сейчас жив» Думала я. -Я вижу, ты себя винишь. Не стоит. Мы думали, что ему что-то не понравилось в последнем выступлении. Ну ты же знаешь его, он всегда анализировал и исправлял ошибки свои. И правда, я хотела быть как он. Он всегда давал себе пинка, когда это надо было. А я так не могу. Осознание того что тот человек на которого ты хочешь равняться сломался, бьёт кулаком под дых. -Но я заметил, что его тренировки стали жёстче, сна меньше, да и не ел он практически. Как бы мы не присматривали за ним, как бы мы не уговаривали его, всё впустую. Картины того как это скорее всего было мелькали перед глазами. Эта боль пронзала каждый сантиметр моих нервов. Сердце ныло от неё. Я заказала ещё соджу, так как кончалось оно быстро. -Про его госпитализацию ты знаешь. Кхе, знал бы Джин-хён о том, что Тэ проговорился…. «А знаешь если на негативе зацикливаться, то уже не выберешься.» это было сообщение Чимини-и когда я его нашёл. Потом он мне рассказал про то, как Чон стал инвалидом, как резал себя Джин, как Тэ попал тюрьму, а Хосок стал мужем и сиделкой для его сестры. Юнги сожалеет обо всём, и до сих пор чувствует вину за аварию Гука, если бы в тот день он не наговорил бы всякого, то Гук бы не сбежал, Тэхён не попал бы в тюрьму. В это болото Юнги залез дальше всех, для него всё ,что случилось за последние месяцы было особой трагедией. Он корил себя во всём, что случилось, сожалел, что появился на этот свет. Ужасно было осознавать, что та группа, которая стала иконой k-pop индустрии, сломалась и постепенно исчезла. Я уже не плакала. Я переживала все эти моменты у себя в голове с каждым из мемберов. И как бы я себя не щипала за ногу под столом, чтоб проснуться. Юнги всё продолжал рассказывать, периодически подливая в стаканы соджу. Боль в ноге, в том месте где я щипала себя ясно даёт знать, эти последние годы это не кошмарный сон. Это паршивая реальность. -Знаешь, если бы я родился заново, то хотел бы быть камнем. А мы с РепМоном снова живём вместе, но как видишь всё не хрена не хорошо как раньше. Он за продуктами ходит, дома убирается. А я… Я только бухаю. А когда я с лестницы упал. Он конечно адски орал на меня. Я сказал, что буду пить столько, сколько захочу… Он многое понял. Понял и то, что мы с Чимини-и были больше чем друзьями. Честно сказать пока он всё это говорил, было такое ощущение, как будто меня держат в оковах, сначала долго мучают, потом убивают. А воскресив, начинают всё по новой, только пытки изощреннее прежних. И всё же это не сравниться с тем, что чувствовали и чувствуют они. -Т/и, а сегодня ведь годовщина. Два года как это случилось. Два года как мне диагностировали рак последней стадии. «Добил», подумала я. Закрыв глаза, я отдалась этой тьме. Я сломалась. Больше нет той девчонки, которая всегда была рядом с группой BTS, улыбалась, поддерживала и радовалась каждой их победе как своей. На мои плечи легли большие и тёплые ладони. –Здравствуй Т/и. – Это был НамДжун. -НамДжун? - это и правда, был он. Я хотела накинуться и начать ругать его за то, что он обманул меня. Что не сдержал обещание. Но, что случиться с этого? Ничего. Ничего не изменится. Все будет так же продолжаться. —Что вы тут делаете?—он подошёл к Мину и вырвал бутылку из его рук. Нам также был не в лучшем состоянии. —Т/и, а ты почему пьёшь?—его голос. Мне больно. Вновь настают воспоминания, как они веселились, выступали. Снова поступают слезы на глаза. —Пойдём.— он все так же заботится. Он также многое пережил. Мин отключился. Взяв меня за руку, он повёл к машине и усадил туда, а Мина уложил на заднее сиденье. —Почему ты не сдержал обещание?—я не хотела смотреть на него, мне также было больно. Мой голос был слабым, охрипшим. —Прости Т/и, так получилось.—я наконец посмотрела на него. Его голос. Бедняга. Что осталось от того Джуна? Ничего. Мне больно. —Почему ты не дал мне тогда остаться?! Я наверняка смогла бы помочь вам!—я уже кричала. А что мне делать? —Я тебе все расскажу, успокойся.—он завёл машину и свой рассказ. Он рассказывал все, что с ними произошло, как Юнги заболел раком. Как они по мне скучали. И не пропускал ничего. А все это слушала. И чувствовала, как мое сердце сжимается, как оно твердит, что все это «сон». И я так сильно хочу в это верить. —У тебя были проблемы с семьей. И мы не хотели, чтобы ты в лишний раз переживала. Как говорим мы: семья превыше всего.—он слабо улыбнулся. —Что с этого изменилось? Мой отец умер от диабета. Мать полностью ушла в работу. А я, а я .... —мне кажется, он все понял. *** Я проснулась с очень сильной головной болью. Встав, я оглянулась и поняла, что у РепМона. Я начала вспоминать, что произошло вчера и так сильно хотела, чтобы это было сном. Мое сердце вновь разбилось на тысячи осколков. И его невозможно вновь склеить. Или же он вновь разобьётся. Как будто весь мир движется, а ты одна.... Только ты стоишь и смотришь на все это. А Мир продолжает идти... Не замечая тебя и твоих проблем. Резко в соседней комнате раздался крик. Быстро побежав туда, я рухнула на землю. На кровати лежал Юнги, а его рука свисала, будто бы он мертв. Но этого не может быть. Не надо так. —Джун, что случилось?—я тихонько подошла к нему и присела на пол. Нам посмотрел на меня, а его глаза были полны слез. Красные. Измученные. —Он...он умер.—заикаясь ответил он. Я посмотрела на мертвого друга и не хотелось в это верить. —Шуга! Просыпайся! Не шути так!—я начала трясти его. Ничего не получалось. Он также лежал с закрытыми глазами. Боль. Удар. Смерть. Мое сердце вновь разбилось, кажется от него уже ничего не осталось. Мир остановился. А я продолжила пялиться на друга. —Как? Мин Юнги и правду умер. Его похоронили. Многие плакали. Когда он в той забегаловке отключился, видимо и умер. Порой мне казалось, что Шуга как снег выпавший в морозный день такой же обжигающе холодный, на всех ворчит по поводу и без. Но в счастливые моменты он был как сахар, от одной его улыбки жизнь становилась слаще и приятнее. Воспоминания отдаются болью в груди. Часто я посещала его могилу. Джун помог найти остальных парней и сказал: «Это хорошо, что ты была рядом, когда пришёл его конец. Ему это нужно было» я тогда первый раз при нём так отчаянно ревела. Потом он уехал в Америку. Поменял псевдоним и начал сольную карьеру. Стал совсем другим человеком. Я ходила в тюрьму к Тэхену. Общалась и с другими. Они были рады меня видеть. Хо сказал, что теперь я их лучик света, только я так не считаю. Что же про меня? У меня ничего не улучшилось. Я вновь стала биться об стену. На ней была лишь моя кровь. Каждую ночь плакала, смотря на BTS. Их фотки, видео, концерты, улыбки. Вернуть бы это время. Этот год был для меня самым худшим... Меня зовут Т/и. И эта история о том как жизнь сломала группу BTS и меня.