Раз.

      Раз. Именно так. Один раз, в день их первой встречи Зак видел на лице Рэй ту улыбку. В глазах тогда ещё отображались какие-никакие эмоции, а сама она была чиста и непорочна, как ангел, который зачем-то снизошёл в эту грёбаную преисподню в виде бесконечных глупых подвалов и лабиринтов стен и комнат.       Айзек тогда видел её, частично преграждённую досками. Но уже так было понятно - он хочет её убить. Во что бы то ни стало.       Волосы мягко касаются плеч, спадая ниже золотистым водопадом, на губах мягкая, и такая красивая улыбка, глаза отдают синевой неба, а главное - выражают эмоции. Он попросту не мог видеть эти самые эмоции. Ему становилось неладно от этого, да будто его бес брал, ей богу.       Когда же он выскочил из-за досок, сломав их косой, то выражение лица Рэй тут же сменилось на отчаяние. В нём читалось желание жить. Но эту жизнь Зак, безусловно, хотел безжалостно у неё отнять. Но она тогда, естественно, сбежала, о чём на сегодняшний же день люто жалеет. (Или-таки нет?)       А что же Зак на сегодня? А он сегодня отдал бы всё, лишь бы прочитать хоть единую эмоцию на лице этой девушки, увидеть блеск жизни в её глазах и реальную улыбку, такую милую и желанную сейчас, но ненавистную тогда. Почему?..       Второй раз. Уже больше, чем один-единственный, не так ли? Второй раз он видит её улыбку. Она уже менее яркая, менее выражающая что-либо. Однако же лучше, чем ничего, да?       В этот раз глаза, словно пустые склянки-стекляшки. Абсолютно пустые! Нет в них более ничего: ни счастья, ни печали,ни удовольствия, ни боли. Ничего. Будто два окошка, окрашенных в ярко-ярко голубой. Но за самими ими - лишь непроглядный мрак, веющий изнутри своим неприятным холодом.       Сейчас Айзек усмехался: такую и убивать противно. Ни мольбы на лице, ни желания жить. Скукотища.       Ну а Рэй... А что Рэй? Сидит себе, ждёт часа своей смерти. Яро надеется на то, что будет убита. И никем, кроме него - Зака.       Он же в свою очередь сам попросил её посмеяться или поплакать - и сам же разочаровался. "Безнадёжна," - сказал он тогда.       Третий раз. После же B4 он видел её улыбку, наверное, лишь на B1. Тогда она была гораздо более эмоциональна: то на лице играет сумасшедшая ухмылка, то из глаз хлынут слёзы... Таких же ничего не выражающих глаз.       Пожалуй, сейчас это даже жутко бесило Зака. Да, неимоверно бесило. Хотелось рвать на куски и всё в этом духе, только чтобы увидеть в глазах девушки хоть какой-то эмоциональный отблеск. Сам же Айзек чуть ли не бился в агонии: а как уж тут иначе?       Хотелось к чертям разнести всё. Абсолютно. Но эта сумасшедшая девчонка будто сдерживала его. Как это вообще могло у неё получаться?! ***       Четвёртый раз. Времени прошло ни много, ни мало, несколько месяцев. Неизвестно, каково всё это время было этой девчонке, но вот Заку пришлось несладко. Во-первых, его обвинили во всём, в чём вообще можно было и нельзя! Нет, ну вы гляньте: вся без исключений серия убийств за последнее время (хотя причастен он не более, чем к двум десяткам), убийство родителей Рейчел, хотя тут он, к слову, совершенно ни при чём. Да они даже выдумали, что Рэй похитил сам Фостер! Совсем поехали?!       Во-вторых, его, за всё это вместе взятое, приговорили к смертной казни. Вот же ж суки!       Никто, конечно, в нём не сомневается и, естественно, Зак, гонимый волей и своими мозгами, которыми он, правда, редко пользовался, сбежал из-за решётки и приплёлся к ней. Сложно ли было? Пф, не то слово! Из-под такой охраны не так-то просто сбежать. Он же серийный убийца, в конце-то концов, и за ним положен особый надзор!       Но, повторюсь, никто в нём не сомневается. И не собирается.       Ну, приплёлся он к ней, и вообще - даже не важно, что это психушка. Ну нашумел, ну и что? Ради благой цели же (хотя правительство так и не посчитает).       Именно в тот момент он вновь увидел то, что так дорого ему. Верно, улыбку и слёзы счастья Рейчел. Тогда она корила его за то, что он вообще вернулся за нею. Она же всё-таки взяла эту глупую клятву на себя! Зачем ещё ворошить прошлое и утруждать себя? Зачем, Зак?       Однако, сам он не собирался отвечать на этот вопрос. Да и клятву тоже выполнять больше не хотелось… Ну а на кой хрен ему убивать ту, с кем он чувствует себя счастливее всех на свете?