Не по плану

      И вот уже на протяжении нескольких минут, идет игра в гляделки. Это не только накаляло атмосферу, но и выводило из себя Ларссона, что явно не ожидал такого ножа в спину и особенно от его доверенных солдат и друзей. Первым хотел заговорить Патрик, но призадумавшись, решил промолчать по поводу этой неразберихи между ними. Все же, эта ситуация казалась абсурдной в некоторой степени. Только Пол хотел что-то сказать и подойти, лидер с перепугу спохватился вытащить пистолет из ремня, но не успел, так как на него навели дуло. Настало время, когда твои же подчиненные грозятся убить тебя, за добрые намерения о спасении людей. — Торд, все это недоразумение, я не хочу делать этого, но ты обязан нас выслушать. Я знаю, что ты готов прикончить этого чувака, но если бы сделал это, мы не узнали… — — Заткнись! — прокричал Торд, прищурено посмотрев на Пола — За это время я уже многое услышал о вас и ваших намерениях, а вы… так отплатили мне за все?! Единственное недоразумение тут вы! — резко выбив пистолет у ошарашенного солдата, парень повалил того на землю, также наведя оружие на голову. — Вы нарушили одно из главных правил Красной Армии, предали меня и всех, кто борется за мир. Я доверял вам…и ты знаешь, чем грозится нарушение одного из этих заветов — еще сильнее сжимая рукоятку пистолета, сказал Торд. Незнакомец и Патрик хотели подбежать, дабы успокоить рогатого и спасти напарника, но Пол сказал им не приближаться. — Если ты убьешь меня, даже не выслушав, то будешь не лучше Кристофера. Этого жалкого труса, что прикрывается толпами людей, ради заботы о своей шкуре — он попытался отползти назад. Ларссон был в ступоре, он запутался в этой ситуации и внутренне чувствовал, что поступает неправильно. Что ему делать? — Да?! Но тогда вы будете не лучше лживых предателей, которые доносят информацию о нас, нашим врагам! — решила наконец-то сказать девушка, взглянув на до того молчавшего парня рядом с Патриком. Однако, синий солдат тоже выделился, приняв деловитый вид. — Мы же сказали…все это недоразумение, а вы сразу напасть решили. — он цыкнул, посмотрев на лидера. — и это самый справедливый и всепомогающий Красный Лидер? Я думал, ты хотя бы будешь более менее сдержанным — — Что ты сказала, малявка! Я командую огромной армией, пока ты подчиняешься — Ларссон напросто не выдерживал, когда его критиковали. Особенно, в такой поганой ситуации. — Что слышал, рогатый! Пофиг, что ты там делаешь — прокричал паренек, язвительно уставившись на красное от злобы лицо лидера. И все же, его характер ему кого-то напоминал. Кого-то знакомого. — АРГХ! Прекратите, глупцы! — вмешался в разговор Патрик. — Пат, не надо, мы сами разберемся — устало промямлил Пол, шатающиеся встав с земли. — Нет, не разберетесь. Что вы вообще творите?! Торд, мы не предавали тебя, нам нужна была секретная операция. Вот, смотри — он поспешно отдал в руки папку с красными буквами внизу «План Синей Армии. Совершенно секретно» — а этот мелкий раздражитель работает на нас, он прикрывается одним из солдат синей армии — мужчина стукнул его по макушке. — и не разговаривай так с лидером — — хорошо… — буркнул тот, скрестив руки на груди. Ларссон, победно усмехнувшись над солдатом, которому заткнули рот, поспешил открыть файл и просмотреть всю информацию внутри. Пролистав несколько листовок, он понял что к чему, и почему не нужно было так злиться на своих напарников. — Это…это, информация о синей базе? — Торд посмотрел на их лица. — Половина — сказал паренек, засматриваясь на Мари, что тоже решила заглядеть в папку с бумагами. — Получается, это ты работаешь на нас, а не эти двое на вас — промямлила девушка, сунув пистолет на свое место. — Получается так — — Но что вы передали нашим врагам? Я же видел, как вы отдали ему листок — — Там было написано, что нужно было разузнать о синей армии. Я отдавал листок Лео, и он через неделю приносил все секретные файлы. Все просто — сказал Патрик, стряхнув грязь с плеча Пола. — Тогда… почему вы все скрывали от меня? Я как-никак лидер, и обязан знать о всех операциях внутри. Вы не представляете, как я себя почувствовал, узнав от солдат о вашем предательстве. Это отвратно — проворчал Торд, задумчиво уставившись в ноги и крутя пистолет в руке.— черт, я так выгляжу глупо, простите ребят, я знал что могу доверять вам — — Нет, это вы нас простите, мы просто не хотели мешать вашей работе о составлении плана атаки, вот и устроили все это без предупреждения. Нам нужно было больше информации от этого парня, и он сам согласился ради восстания быть разведчиком — — Вы же понимаете, если бы лидер не медлил, вас бы давно не было в живых, как и этого… Лео… — она недоверчиво прищурилась на солдата и хмыкнув отвела взгляд, рассматривая окрестности. Как-никак, они все еще были не на безопасной территории, и кто-то, вероятно, мог наблюдать за ними. Дай им только возможность. — Ладно, возвращаемся ко мне в кабинет, там все обсудим. И не каких больше секретов, хоть я буду на полу лежать от усталости, поняли? — — Так точно! — ответили они и неспешным шагом отправились на базу, следом за Ларссоном. — Эй, лидер, а мне что делать? Я же в форме синих, меня там расстреляют или еще что хуже — паренек подбежал к быстро идущему Торду, что даже оглядываться не собирался. — Скажем, отыскали пленника, а потом в камере отдадим нашу форму, и будет дело с кон. — Телефонный звонок из кармана. — и кто же мне звонит, если вы все тут — остановившись и подняв сотовый в руку, парень услышал не то, что ожидал. Ведь только-только закончилась та недавняя неразбериха, и он совсем позабыл о своем советнике, которого отдал в лазарет. (Ему лично решил позвонить доктор, неужели проблема настолько плоха?) Взглянув на непонимающие лица рядом, он кивнул им, попросив подождать на месте. Отойдя в сторону, он заговорил с глав хирургом. — Да, мистер Харрисон, что-то случилось? Просто я очень занят — он оглянулся на свою мини банду из четырех человек. — Красный лидер, у нас небольшая проблема, точней…большая. Пожалуйста, зайдите в лазарет как можно скорее — на этих словах, мужчина поспешно отключил трубку, оставив Ларссона в немом шоке. Что-то точно произошло с Томом, а значит, это очень плохо для армии и самого Торда. Он полюбил этого засранца, хоть тот и отвергал какие-либо налаживания отношений между ними. Сейчас он обязан узнать, что случилось с черноглазым. — Срочно! — положив телефон в карман, он развернулся к болтающим между собой ребятами — вы все идете ко мне в кабинет и без меня, не забудьте о форме Лео — рогатый нервно затоптался на месте, крутя головой то туда, то обратно. — Что случилось? — вымолвил Пол, достав сигарету из пачки, что лежала в кармане. — Это вас не касается, так что просто валите на базу, и без каких-либо приключений! Я скоро приду — поправив свой костюм, лидер поспешил, точней, ломанулся в лазарет, что конечно же находился достаточно далеко от его настоящего расположения. Парень еще никогда так не паниковал, неужели, ему настолько дорог этот никудышный и грубый советник? Неужели, он не может найти себе более послушного и умного? Конечно, нет, таких людей как Томас не существует, и поэтому его нужно было сохранить любой ценой. Надеясь, что когда-нибудь, Ларссону отплатят той же монетой. (Все это очень-очень плохо)       Пролетев через шлагбаум, развевая воздух своим плащом, парень побежал в глав центр, именно там он в последний раз оставил Риджуэлла на опекунство у врача. Топая по длинным белым коридорам, покрытые плиткой, тот услышал чье-то пронзительный вопль просящий о помощи. — Ух, наверное кому-то сильно досталось, раз ему настолько больно лечиться — подумал про себя лидер, остановившись на месте. Сейчас он просто думал, куда могли отвести его друга. (Погодите, может это был…) — БОЛЬНО! НЕТ, НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ, ЛАРССОН — — Том?! — тут в голову ударились уж больно знакомые нотки в голосе пациента, что ранее были непонятны ему. Добежав до большой закрытой двери, он начал стучать по ней, дабы кто-то откликнулся открыв ее. Но никто не открывал, хотя все прекрасно слышали, как Торд ломился и кричал, чтобы ему дали увидеть Тома. Он чувствовал где-то внутри, что должен быть рядом с ним, будто он был ему старшим братом, который защищал от других, и мог лишь собственноручно дать боли. — Том! Что бы с тобой не было, и как бы больно тебе не было, и вообще если ты меня слышишь. Я рядом, пожалуйста, спокойно — он огорченный от своей неспособности даже приказать ему войти в операционную, сел на сиденье рядом. Видно так нужно, вдруг он помешает лечить (ли?) Риджа, а значит, это должно избавить того от проблем с глазами. Как только его впустят, он готов наорать на каждого за причиненную боль его советнику, как бы глупо это не звучало. Ларссон слишком привязался за эти месяца к его врагу, точней, бывшему врагу. Сначала они сторонились друг друга, мало общались, но потом это превратилось в обычную беседу с глупыми подъебами. Вместе придумывали планы по атаке синих, и Торд даже учил черноглазого стрелять из оружия. Сначала, это был простой пистолет, но больше всего Томасу понравилось стрелять из винтовки, он так привязался к ней, что решил назвать человеческим именем. Каллиник. От греческого означающий «Победа» Неужели он настолько верил в силы красных? Парень усмехнулся, слушая как крики начали потихоньку утихать и в коридоре стало совсем спокойно, как никак прошел целый час. Подняв взгляд на открывшуюся дверь, в проеме стоял старый заведующий отделением врач, тот самый Харрисон, что звонил тому по телефону. Мужчина устало снимал белоснежные, заляпанные в крови перчатки. Вот почему Томас так орал, похоже скальпель побывал в его хрупком теле. Молча поднявшись с места, лидер подошел к врачу, злобно уставившись на него. — Простите, сэр, но если бы мы сказали вам заранее прийти, вы бы не согласились на операцию на мистере Риджуэлле. Она обязательно должна была состояться в кратчайшие сроки — — И что же вы сделали с моим советником, в котором, кстати, куча информации о наших врагах и нашей базе. Почему это я не согласился бы? — Торд просто был в замешательстве и не в первый раз за этот день, у него было еще много невыполненного плана, а все время он потратил на эти погони за своими звеньями и ожиданием Тома. Внутренне, рогатый чувствовал себя ужаснее чем врач, который около часа проводил операцию. — У Рид.. у Тома, был обнаружен рак глаз — спокойно ответил тот, ожидав вопросы лидера, но тот молчал — мы обсудили это с ним, но он был против и просил позвонить вам…мы отказали, нельзя было медлить с операцией, вот и насильно положили его на операционный стол. Дальше вы сами знаете, что случилось — подытожил Харрисон, окончательно сняв последнюю перчатку. — Он, он, сказал вам позвонить мне! Какого черта я не слышал звонка?! Томас выше вас по должности, а я приказывал открыть мне дверь. Какого же фига, вы не дождались когда я приду, он блять просил о помощи именно меня! — взбесился лидер, толкнув врача в сторону и войдя в комнату с разными аппаратами, по середине лежал подавленный от случившегося парень. Он глухо шмыгал носом, просто лежа на холодном столе. Ларссон, повернувшись к доктору озлобленно спросил. — Все это время он был не под наркозом? И ему резали глаза? — Риджуэлл чуть шатнулся от голоса, что хотел услышать ранее. — Увы, все проводится без наркоза или анестезии — — И какие минусы у этой операции? — только мужчина хотел сказать, но его перебил глухой от недавнего крика, голос Тома. — Слепой на всю жизнь… — промямлил он, положив руку на лоб — я еще никогда так фигово себя не чувствовал, будто после пьянки…только хуже — Лидер подошел к тому, первый раз в жизни, жалобно нагнувшись и взглянув на не очень аккуратные порезы возле глаз паренька. — Прости, что меня не было, когда ты так мучился — — Мне уже пофиг, и вообще, я случайно окликнул тебя. Придурок — он отвернулся, даже не понимая зачем, если ничего не видит. Вздохнув, Ларссон отошел от пациента. — И сколько он должен торчать тут? Как-никак, его тельце нужно на работе — — Но сэр, он же ослеп, вы все еще собираетесь держать его на должности? — спросил врач, удивленно взглянув на Торда. — Да, так что отвянь от меня — цыкнул Том, обидчиво поморщившись. Похоже, он все еще дулся на Ларссона. — Нет уж, я тебя обучал всему и вся, и не дам так просто сидеть без дела, хоть ты ничего и не видишь — — И что же, ты хочешь, чтобы я как инвалид ходил, напросто стукаясь об стенки?! — парень приподнялся на локтях и посмотрел в ту сторону, где предположительно стоял лидер. — Я сделаю тебе особенное устройство, что поможет тебе видеть все. Хоть это и займет очень много времени… — Торд уже давно убедился в своих действиях, он просто был готов сделать что угодно, дабы его советник мог что-то увидеть вновь. — Неужели ты такой прошаренный? — шикнув, Ридж лег обратно.       Вот, Томас уже лежит в своей палате, привыкая к тому, что ничего не видит. Однако, это не означало, что он ничего не слышит. Ларссон попросил их оставить наедине, закрыв дверь на замок. Черноглазый услышал звук щелчка, но ничего не сказал по поводу этого, решив задать совсем другой вопрос, что встал между ними двумя. — Почему ты так волнуешься за меня? — промямлил тот, как-то стеснительно отвернувшись. — мы с тобой враги, даже после всего что случилось — — Нет — спокойно ответил норвежец, подойдя к нему и усевшись на стул рядом. — Что? У тебя там случайно крыша не едет? — Томас не знал, что делать в такой ситуации, так что просто продолжил язвить, думая что его враг скажет, что пошутил или типа того. — Нет — снова ответил рогатый. — Заело? — — Ты просил меня о помощи, не так ли? А сказать это при людях не собирался, ведь так? — Торд поднял одну бровь, заглянув на сомнительное выражение лица черноглазого. — ты все время ждешь, что я спасу тебя? — — Ч-что?! Н-нет, придурок, просто…ты единственный, кто хоть как-то…з-заботится..обо мне. У Эдда и Мэтта свои дела… И вообще, ты решил только об этом поговорить наедине? Если да, то проваливай, я устал — — Том, я обязательно спасу тебя, но не в такой ситуации. Все было ради твоего же блага, ты ведь понимаешь это — лидер, улыбчиво погладил того по голове, смотря на краснеющее лицо советника. — Какой же ты…непостоянный — он надул щеки, сделав хмурое лицо. — Хочешь, я полежу с тобой, чтобы тебе не было тут одиноко? Может, я так заглажу свою вину  — — Ты больной? Это палата только для таких как я, и вообще, чего ты там употреблял? В последнее время ты слишком много позволяешь себе лезть ко мне — не успел надуться от злобы, Том, как к нему уже пристроились рядом, крепко обняв хрупкое тельце. — Т-ты, п-придурок, свали нафиг отсюда! — заикался парень, еще больше заливаясь краской, чувствуя теплое тело рядом. Он понимал, что добром это не кончится, а что если он не хорошо закрыл дверь?! Кто-то увидит их. Или, или… — Я слышу, как быстро бьется твое сердце, не волнуйся, мы тут одни — Ларссон усмехнулся, закрыв глаза — может теперь я отыграюсь на тебе за шутки надо мной? — — К-какие шутки?! И как ты отыграешься?! Я-я не хочу! — нервно протараторил Ридж, уткнутый во что-то еще более теплое, чем руки Ларссона на нем. — Спокойно, ничего я с тобой плохого не сделаю. Как говорится, мы в ответе за тех кого приручили — — На что это ты намекаешь? — черноглазый подозрительно поднял лицо, дабы показать все свое возмущение. Лидер помедлил с ответом, но все же решился сказать то, что не мог сказать даже себе. — Я тебя люблю глупого, ты дороже мне всех людей на этой планете — медленно нагнувшись и взглянув на личико, он поцеловал слепого паренька в нежные и неприкосновенные, до этого момента, губы. Не поверите, но это и вправду первый поцелуй Тома с парнем, с врагом, с человеком, что влюблен в него? Боже. Не поверив своим глазам, точнее, ушам. Риджуэлл молчал и не сопротивлялся, чувствовал, как поцелуй углублялся, и лидер начинал входить во вкус сия действия. Да даже если бы тот и сопротивлялся, то его бы вдавили в объятия еще сильнее, и он бы мог потянуть свои мышцы. (С-слишком тепло и..приятно) — подумал про себя Том, тоже прикрыв свои незрячие глаза, он не мог не насладиться от такого душевного, робкого поцелуя, подаренного Тордом. Теми словами, что он сказал…он не мог признать это, но и он чувствовал что-то внутри, первый раз что-то лучше его же спиртного. Оторвавшись от поцелуя, что затянулся на слишком долгое время, Том уткнулся тому в грудь, что-то еле слышно мыкающе сказав. Вот, рядом с ним лежит человек, что за последнее время слишком сильно заботился о нем. — Ты обиделся на меня? — спросил Ларссон, положив свой подбородок тому на мягкую макушку. Рогатого тягали сомнения о произошедшем, нужно ли было делать это? — я… — еле слышно промямлил черноглазый, что не видел ничего перед собой, но чувствовал. — тебя… — — Ненавидишь? Да, зн… — — ЛЮБЛЮ! — прокричал тот, стыдливо уткнувшись в одеяло. — я люблю тебя, Ларссон, не знаю, что со мной, но во всем всегда виноват ты! — Лидер шокировано взглянул на паникующую тушу, и улыбнулся еще сильнее прижимая того к себе. — Я знаю, мой милый Томми, и обязательно заставлю тебя снова увидеть краски этого мира —

«Иногда те, кого труднее всего любить, нуждаются в любви больше остальных»