Свидание, которое ты заслуживаешь

Перегнувшись через спящего Роберта, Билл изо всех сил потянулся к лежащему на полу бронижелету и подцепил его пальцами. Тёплая ладонь легла Биллу на поясницу — Роберт не проснулся, лишь беспокойно поворочался во сне.  Билл поднёс бронежилет совсем близко к лицу — зрение медленно возвращалось, но картина всё ещё плыла перед глазами. Он водил пальцами по поверхности, нащупывая знакомые застёжки и твёрдую пластину передника. Сбросив с себя тяжёлую руку, Билл сначала просто сел на краю кровати, несколько секунд потирая бритый затылок. И лишь потом, медленно, спустил на пол сначала одну ногу, потом другую. Сдвигая тяжёлую штору, Билл вспомнил вчерашнее: режущую боль от света, который включила его мать. Её вскрик, оборванный выстрелом и хлопком лопнувшей лампы. Хорошо что Роберт заснул в одежде — иначе бы ему пришлось давать показания полиции. С Дерри было явно что-то не так и его мама была частью всего этого, ведь ее вполне устроила вся эта ситуация, описанная Робертом по-детски просто: «Командир приставил следить за безопасностью вашего сына. Любой ценой» Возможно, Роберту на руку сыграло его обаяние или наличие военной формы. В любом случае, мать разрешила мужчине остаться и даже предложила поужинать.  Сантиметр за сантиметром мягкая ткань скрывала его бледную кожу, всю в алых укусах и ссадинах. И сразу поверх толстовки на плечи с непривычной тяжестью лег бронежилет. Билл натянул балаклаву до самого носа, вставая в выгодную для себя позу и без улыбки — красота грустной эстетики — сделал пару снимков. Ладонь скользнула вниз по чужому бронежилету, затянутому до пороговой отметки, обхватывающий его со всех сторон, но недостаточно крепко. Волоски на затылке зашевелились в страшном предчувствии. Раздался заспанный голос: — Хорошо выглядишь. Билл сощурился, силясь сфокусировать расплывчатый взгляд на темной фигуре Роберта. Тот сидел вплотную, на краешке кровати, наглядно демонстрируя свои навыки: действовал бесшумно. Кровать под ним даже не скрипнула… Или он так искусно подстроил своё движение под шорох ткани? Неважно.  Билла пробрала дрожь от одной мысли, как запросто к нему подкрались. Проверив, не засветился ли Роберт на отправленной фотографии в WhatsApp, Билл бросил в сторону фак. — Вот это воспитание, — выдохнул Роберт, дергая Билла к себе за талию, —  может, я буду тем, кто подарит тебе незабываемый первый опыт и дам в зубы? Крепкие руки мяли плечи и забрали подростка на кровать так легко, будто он ничего и не весил. В этот момент Билл почувствовал себя на измене. Ему в очередной раз доказали, что его видение мира ошибочно, а сам он тот еще слабак. — Как ты смотришь на это, сынок шерифа? — губы тесно прижались к его виску.  — Не подкрадывайся ко мне. — … Как ты себя чувствуешь? Хочешь, я закапаю тебе в глаза? Или еще поспим? — Я ослеп, а не сменил пол, ок? — Значит…? Его в добровольно-принудительной форме забрали на постель, утаскивая в уютную темноту одеяла и подушек. *** Солнце покинуло зенит. Макс что-то бурно рассказывал окружившим его парням, сидя на подоконнике. Сегодня был важный день. Когда бойцы уже устали ждать, из-за двери показался шериф Зак Денбро в компании их командира. Выглядел последний убито: под глазами залегли темные тени, вид был в целом не выспавшийся и смотреть на него бойцы без сочувствия не могли… Кроме Дэйна, стоящего ближе всех.  У самого ворота застегнутой под горло рубашки Тима виднелось покраснение, которое снайпер по ошибке принял за синяк. Зак глянул на парней из-под сурово сведенных густых бровей и Макс, естественно, с подоконника спрыгнул. Парни переглянулись. — Заняться нечем, я погляжу? За всех ответил Абет. Язык у него был легкий, он всегда старался за всех отвечать: — Никак нет, шериф Денбро. Дэйн сразу перешёл к делу: — Малой едет с нами или как? Карри склонил голову в сторону Зака, ожидая от него решения. — Карри заручился за безопасность моего сына, если я позволю вам взять его с собой. Да и ему полезно будет... с самоидентификацией поможет. На этих словах Тим перебрал в руках документы и,осмотрев своих остолопов, передал папку Абету, как самому ответственному. — Это ваши путевки, отдашь организатору, он там за вас распишется и шлепнет печать, — он с шипящим звуком вобрал воздух через зубы, пытаясь на сонную голову вспомнить что там ему утром объяснял Джузеппе. *** Дом семьи Денбро. 13:00. Ричи явился вовремя. Принял приглашение поехать отдохнуть, но не был готов к тому, в какой именно компании они собираются.  Это был спецназ, памни, с которыми Ричи знаком не был… По правде говоря, Ричи знал только Роберта.  Стэн не сразу осознал, что оказался в ловушке, зажатый на диване между двумя мужчинами. Один, по имени Миха, откинулся на спинку, демонстрируя расслабленность; другой — Александр — сидел на подлокотнике рядом, зацепившись со Стэном в разговоре. Выглядело это очень по-приятельски, и это задело Ричи. «А л е к с» — прочитал он по губам Стэна.  Вдруг Александр оторвал взгляд от Стена и коротко помахал рукой в сторону дверного проёма, как раз туда, где стоял Ричи. Ричи напрягся и растерялся. Всё разом встало на свои места, когда кто-то сзади обхватил его за плечи. Именно с этим человеком Александр и поздоровался. Голос у него был тяжёлым, низким, с лёгкой вибрацией, и раздавался где-то высоко над головой Ричи: —А двести десятая уже тут. Потрясающе.  На диване рядом со Стеном пошевелились. До сих пор расслабленный и сонный, Миха лениво поднял взгляд на человека за спиной Ричи: — Мы вас тут ждём минут двадцать. Собираешься дольше бабы, Дэйн.  — Я сейчас Тебя бабой сделаю и даже не посмотрю на то, что здесь дети. — Джузеппе будет в восторге… — слабая улыбка резанула лицо Михи как-то по-блядски отвратительно. Кем бы ни был этот мужчина, но зубы показать он умел, но это ему не шло от слова совсем, будто его лицо эту «функцию» не поддерживало. Ричи сначала принял Дэйна — так назвал его Миха — за полицейского, так как он был одет по форме, чем люто смущал, но прошедший мимо пакистанец как-то слишком беззаботно отпихнул «копа» локтем в сторону, чтобы заподозрить в них старых друзей. «Похер» — отогнав от себя мысли, Ричи вновь вернулся взглядом к Стэну и тому мужику, что годился ему в отцы. Дэйн тоже смотрел в том направлении. Рук он так и не убрал, и эта поза делала их похожими на заговорщиков. Дэйн сразу узнал в этом кудрявом парнишке заложника с «Ледового катка». И тут его осенила нелепая мысль: за всю свою карьеру расистского ублюдка он почему-то никогда не пинал евреев. Вероятно, потому что они не лезли к нему со своими проповедями. Никто не сувал ему в лицо плакаты с призывами «Будь евреем или гори в аду». Не агрессивны они в своем рекрутинге. Возможно, поэтому они и не вызывали в нем того раздражения, а ещё у них был этот вечный козырь — холокост, дававший им индульгенцию ещё лет на пятьдесят вперёд. Впрочем, подумал Дэйн, у них и послужного списка особого не было — ни крестовых походов, ни инквизиции. В любом серьёзном противостоянии они, по его мнению, неизменно проигрывали. Не то что некоторые другие конфессии. — РОБЕРТ! Ричи передернул плечами от громкого крика над головой. Со стороны лестницы послышался шум, прерываемый какой-то возней. — Я МАЛОГО СОБИРАЮ! — По кускам что ли? Давай быстрее! Где-то наверху велись ожесточенные бои. Впрочем, недолго. Билла кинули через бедро на постель и принялись стаскивать с него спальные штаны. — Я остаюсь! — рычал подросток, толкаясь и царапая Роберта короткими ногтями за плечи, в попытке навалиться и отпихнуть. Роберт рукой пошарил в ногах, куда с его плеча и соскользнули брюки Билла. — Я… остаюсь, черт, ты слушаешь меня? Что я там с вами буду? Роберт остановился. Подтянув штаны до коленей, он поднял голову. Билл не был просто зол, в сказанном прослеживалась другая эмоция — жалость. Жалость к себе и стыд. — Т-ты ведь не будешь меня т-там за руку водить везде, а я ничерта не вижу. Его мир сейчас ограничивался парой метров слабо видимого пространства. Скажем так, перспектива кричать и звать Роберта в голос, была унизительно. Билл увидел их в отражении зеркала, сощурился и провел ладонью вниз по спине, очень размыто видя тот контраст от собственной бледной руки на черной футболке. Роберт напрягся под касанием, сводя лопатки, а затем выгнулся навстречу прикосновению. — Я ни на шаг от тебя не отстану, — пообещал Роберт, — тебе придется очень сильно постараться, чтобы я тебя потерял. Билла одним движением подняли на ноги, натягивая штаны по пояс и дернули ширинку. Роберт продолжал: — Ты еще устанешь от моего присутствия…  — Любишь меня? Ни одна мышца на лице Билла не дрогнула в этот момент. Ему многого стоило это внешнее спокойствие, так как внутри поднимался ураган. — Хочешь признаний?  — Или мы просто трахаемся? Молчание затянулось. Для Роберта всегда было загадкой что творится в голове этого взбалмошного мальчишки и вот, когда ему показалось, что он почти понял… Билл решил вновь хлопнуть ладонью по кристально чистой воде взаимопонимания, взбаламутив ее. Пока Роберт пытался понять, не наебка ли это все, Билл медленно натянул чужую маску себе на голову, в попытке оставаться таким же спокойным. Молчание оказалось самым исчерпывающим ответом, но Билл не имел права расстраиваться, ведь он сам начал этот разговор. — На что ты хочешь меня развести, маленький террорист? — Пытаюсь внести ясность. Билла осторожно потянули за бедра, вновь усаживая на постель. — Иногда я начинаю забывать, что передо мной ребёнок. Тебе все приходится разжевывать. Я люблю тебя, понятно? И претендую больше, чем на твое тело, пацан — ты нужен мне целиком и полностью. Билл отпрянул назад, стараясь увеличить расстояние между ними — ловушка захлопнулась. Роберт продолжал затягивать петлю: — Надеюсь, я тебе тоже.  Маску поддели пальцами и медленно потянули вверх, оголяя шею Билла. — Тебе не нужно прятаться от меня, если напуган — бойся, говори мне о том, что тебя беспокоит и обязательно смейся над моими тупыми шутками, понял? — Ты с-сам, как одна б-большая тупая шутка, Роб. Он еще не закончил говорить, а Роберт уже начал его целовать: в руки, в шею, в маску, там, откуда раздавался смех, стаскивая балаклаву прямо в процессе. — Скажи это, давай! Еще раз, Билли! — Не т-трогай меня! — давясь смехом, кричал он и было настолько плевать, что их крики привлекут внимание. — П-придурок! Ты ошибка…! Ты нужен мне. Последнее вырвалось уже в виде громкого шепота в самое лицо. Роберта крепко схватили за грудки, тесно прижимая к себе, словно еще секунда и тот растворится, хотелось впитать его образ своими слепыми глазами, выпить до дна все те эмоции. *** Зеркальные очки, скрывающие чувствительные к свету глаза, отсвечивали самыми разными оттенками синего и бирюзового. Билла настойчиво подтолкнули в спину, заставляя сделать пару заплетающихся шагов вперёд. — Зацени, — Роберт окинул рукой просторное помещение с потолком до небес, демонстрируя масштаб, — АТФ, Маршалы, таможня, ФСБ… Он перечислял всех, кого только мог признать по форме, указывая то на одну группу людей, то на другую. Спецназ на общем фоне помпезности и красоты выделялся своей черной полевой униформой. Парни напоминали больше банду или террористов, с заложниками в виде трех подростков — дружков Билла - им, разве что, масок не хватало или мешка на голову. Билла передернуло, когда Роберт склонился к его уху и начал говорить. «Он ведь чувствует ситуацию. Почему так близко?» Билл и не замечал раньше, как в разговоре интересно двигались изрезанные губы, как натягивалась глянцевая кожа в месте шрама во всю щеку, и как это влияло на мимику. Роберт всегда выглядел так, будто осуждает тебя, будто он что-то знает и питает к этому отвращение. — … Национальная безопасность, — закончил перечислять Роберт и вдруг заметил заинтересованность в блуждающем взгляде Билла. Стоило губам расплыться в неприлично довольной улыбке, Билла выкинуло из транса. Он понял, что на него смотрят уже с полминуты. Вновь обретя ориентацию во времени, Билл поспешил отвести взгляд. Вот только Роберт продолжал смотреть. Будь обстановка поспокойнее, то Роберт непременно растерзал его тонкие мальчишеские губы до красноты. Потому что Билл был прекрасен. Прекрасен тогда, впервые бросив ему полный ярости взгляд из толпы, прекрасен в своем испуге, лежа на полу торгового центра и откашливаясь после нападения, прекрасен сейчас, с ужасом и восхищением рассматривающий его лицо. Прекрасен в деталях. — Добро пожаловать в большую лигу. За спиной послышался полный восторга вдох. Ричи буквально потерялся в этом многообразии, но привлекали его не стенды, а раскладки корпораций, совершающие оборот оружия. Эти парни умеют понтоваться стволами и без проблем давали испробовать свой товар даже впечатлительному малому. При подходе к учебно-тренировочному полигону, чувствовалось повисшее в воздухе специфическое сочетание запахов. Ноги сами несли Стэна вперед. Распаленный сильным любопытством, будто не веря, что он сейчас увидит именно то, о чем подумал, мальчишка поспешил навстречу с тем, с чем в обычной жизни предпочел бы не иметь дел. Он забыл о друзьях. Из барака с военной техникой, Стэнли не вышел — выбежал и стоило только наткнуться на противотанковый еж взглядом, как по спине поползли мурашки. Танки. Роберта предупредительно хлопнули по плечу. - Я за ним! «Алекс? Ну кто бы сомневался» Тот увязался за скрывшимся в толпе Стэном без размышлений. Роберт упустил тот момент, когда вдруг Александр проникся к тому мальчишке столь теплыми чувствами, но решил не ввязываться в это, как и во все, чем тот занимался. Грохот взрыва заставил Стэна вздрогнуть всем телом, и он надолго запомнил эту глухую вибрацию в груди. С земляной насыпи, словно с трамплина, на полной скорости сорвалась многотонная боевая машина. Гремя гусеницами, «Монстр» с рёвом пронёсся мимо. Стэн проводил его взглядом, и на его лице застыл неподдельный, детский восторг. — Бронетанковые войска вновь ловят восхищённые взгляды, — с усмешкой прокомментировал Александр. — Что... — взволнованно обернувшись, Стэн нашёл говорившего у себя за спиной, — Что он делает? Ладонь указывала на человека с горящими красными факелами, стоявший в центре всей этой вакханалии полигона. Многотонные чудовища словно танцевали вокруг него, вальсировали и грохотали выстрелами, под вой впечатленной толпы. Александр склонился к Стэну совсем близко, сетуя на шум. И упершись ладонью в колено, стал объяснять ему систему, по которой регулировщик направлял поток боевых машин. — Как инспектор ГИБДД? — Точно-точно. Но с сигнальными огнями, иначе танкисты его просто не увидят, — и предугадывая вопрос, добавил, — обзор танкистов — игольное ушко. Стэн атаковал его целым шквалом вопросом, пока они огибали полигон. Несмотря на то, что их диалог был построен в стиле «вопрос-ответ», Алекса это нисколько не смущало. Он обладал достаточно обширным знанием в этой области и мог удовлетворить жадные аппетиты собеседника. Для Стэна все оказалось в новинку и первый час их пребывания на этом громком мероприятии парень все еще подрагивал от грохота. Сверхзвуковой стратегический бомбардировщик B-1B «Лансер» приблизился на безопасное расстояние к самолёту-сопровождению, ведущему съёмку. Используя воздушный тормоз, он сбросил скорость и плавно, почти томно, завалился на крыло. Пилот откровенно красовался перед камерой, прекрасно зная, насколько зрелищно выглядит его машина со стороны. Совершив разворот, который позволил в деталях рассмотреть всё его грозное вооружение, он эффектно ушёл в сторону, набрав скорость. Алекс заметил, как в этот момент Стэн буквально замер. Его пальцы судорожно впились в перила, а взгляд приковало к огромному экрану, транслирующему изображение с камер. Дышал парень поверхностно и прерывисто, будто боясь спугнуть захватывающее зрелище. —Ну что, впечатлён? Мощная штуковина, да? Стэн медленно перевёл на него взгляд, его глаза сияли невероятным восторгом. Он говорил тихо, почти благоговейно, словно боялся спугнуть хрупкий образ в своей памяти. —Это... это же просто... Королевский тиранн. Алекс поднял бровь, ожидая технических восторгов, а не орнитологии. —Прости, кто? — Tyrannus tyrannus, ну?.. Королевский тиранн. Небольшая птица. Она кажется совсем нескладной, пока не увидишь её в воздухе. Стэн снова посмотрел в небо, туда, где скрылся бомбардировщик. — Этот самолёт... он выглядел точно так же. Ой!.. Он снова накренился. — На флоте нечто подобное называют «демонстрацией флага». То есть, напоминание о своем присутствии и готовности действовать. Обрати внимание, он показывает весь свой арсенал под крылом. — Откуда… ты все это знаешь? Ворвавшийся в его поле зрения истребительский дуэт F-15 закружил в танце и ушел в пик, заставляя сердце заходиться в бешеном ритме. Наблюдая за впечатлительным ребенком, Алекс хмыкнул. Самого такими трюками уже не купить, но было приятно наблюдать за восторгом, который переживал его обычно скованный в эмоциях друг. — Авиация и морской флот составляют основу военной мощи Соединенных Штатов Америки. Слишком уж тесно я в свое время работал с «птичками», чтобы не знать все их трюки. Это не одно и то же, что смотреть с экрана монитора. Здесь Стэн слышал грохот, чувствовал его вибрации и поддерживаемый взволнованной толпой, сжал кулаки. В груди жарко растекалась гордость за свою страну.  Летчик демонстрировал поразительные возможности высшего пилотажа. Стэн даже не заметил, когда погода раскапризничалась и пошел дождь, вплоть до того момента, когда организаторы не объявили о том, что полеты приостановлены. Держась все так же непринужденно, Алекс укрывал их обоих зонтом. — Ну что? Хочешь разбавить день интерактивом? — А это как? — осторожно поинтересовался Стэн, вдруг замечая, что за все время представления невольно подлез под руку Александру. Но теперь не мог резко отстраниться, чтобы не обратить на это внимание. К собственному огорчению Стэна, он был для Александра, как открытая книга. Но он не спешил помогать подростку справляться с неловкостью, ведь за этим было так интересно наблюдать. — Знаешь, я думаю, — лица Стэна коснулись, отводя его голову за подбородок в сторону, демонстрируя уже практически выцветший синяк на скуле подростка, — тебе понравится ринг. Я бы с радостью показал тебе пару приемов. Видя в чужих глазах неуверенность, он расплылся в мягкой улыбке. — Поверь, я очень хороший учитель. *** Последняя затяжка «дудки» кончилась протяжным облаком пара, сквозь который Роберт шагнул обратно к дверям. — Ладно, — подхватывая Билла под руки, он стащил его с твёрдого покрытия над колесногусеничной лентой танка и поставил на ноги, — пошли. Кто-то на мероприятии развлекался, как, например, Стэн на полигоне или Ричи, пропавший с Дэйном в гейм-зоне за каким-то кровавым шутером, в очках дополнительной реальности, но Роберт обязан был участвовать в скучных дискуссиях. Собственно, за тем они здесь все и собрались. — Я рассчитывал, что мне дадут с-ствол и позволят п-пострелять. — Это не полевой выход. Одного взгляда на Роберта хватило, чтобы понять — тот тоже не в дичайшем восторге. Растолкав пару человек с задних рядов, он освободил места. Так они и завалились. — … Терроризм гораздо страшнее оспы и, похоже, обладает всеми признаками эпидемии, — с этих слов начался тренинг, — и потому, нам необходимо принимать кардинальные меры для его пресечения. Какие дополнительные меры мы в состоянии принять? Вопрос. — В то время, когда мы пытаемся что-то предпринимать, — вступил в дискуссию кто-то из нацбезопасности, — большинство развитых государств заняты тем, чтобы помешать нам. Гуманисты поднимают шум вокруг, якобы, нарушении прав челлвека при проведении каждой антитеррористической операции и это всем нам связывает руки. Билл крутил головой от одного участника спора к другому, а потом просто уставился на презентацию ничего не видящим взглядом, думал о том, когда можно будет перекусить и где зарядить телефон. В общем, играл в Студента. — Это они сгоряча… старое мышление, просто не могут перестроиться. Причем их протесты заканчиваются на том самом моменте, пока это не коснется их семьи. Если немного подождать, то не останется ни одного человека, который выступал бы против и совал палки в колеса правосудия. — Мы не можем ждать — потеря времени преступна. — Как и кардинальные меры. — И тем не менее, бороться мы обязаны. От Интерпола не так много толку, именно поэтому я всегда поддерживал идею создания своего силового блока. Который подчинялся бы только совету безопасности. — Ах, как удобно. Вы ведь, случаем, не из совета? Потому что этим вы нарушаете принципы гуманистического общества… Билл лениво потянулся, выгибая затёкшую шею, потом дёрнул Роберта за локоть, бесцеремонно поднырнул под его руку и устроился поудобнее, прислонившись спиной к его тёплому боку. Уткнувшись носом в экран телефона, он протянул: — Что такое Инт-терпол? — Международная полиция. В общем, те же полицейские, но работают между странами. — Пон. Чем глубже становились дебаты, тем больше тяжелели веки Роберта, наливаясь тяжестью. — Роб… Эй, Роб! — шикнул Билл, — р-раз уж мы на учениях, об-бъясни мне кое-что. Тот приоткрыл один глаз, давая понять, что он весь во внимании. — Об-безвреживание б-бомб. Т-ты сталкивался с эт-тим? Глубокий шрам сильно стягивал кожу, превращая улыбку в раскосое подобие оскала: — А сам как думаешь? Пальцы будто невзначай прошлись по шее, скребя короткими ногтями обширный ожег на шее. Мальчишке явно было скучно, от того и лез. — Т-так … ка-к-кой резать? К-красный или синий? — Какой провод Мустафа кинул на питание детонатора — тот и рванет. Билл еще раз потормошили его за плечо. — Билл, — мягко начал тот, — бомба собирается из того, что есть. Есть у тебя под рукой полтора метра синего кабеля — делаешь синим, полтора метра красного — делаешь красным. Понятно? А если ты когда-нибудь увидишь бомбу с разноцветными проводами, знай, ее собирала девятилетняя девочка. Да, возможно, в чалме, с бородой. Но девочка. Зеркалки сползли на самый кончик носа Билла, позволяя заглянуть в мутные затянутые серо-голубые глаза. Незнающий человек принял бы парня за торчка, поскольку нормальным людям такая глубина широких зрачков не свойственна, но разве всем объяснишь? — Подорвался, значит… — По молодости, лет в двадцать где-то. — А этот? — пальцы мазнули выше. — Чечня. Ножом пытались разжать челюсти. Столкнувшись с легким непониманием во взгляде собеседника, он поспешил уточнить: — … чтобы водой желудок растягивать. Долго ковырялись, фактически вырезав щеку, прежде чем начать выбивать зубы. Дальше я не помню. Телефон завибрировал, оповещая о присланном сообщении, от чего Билла аж передернуло. Едва не слетевшие солнцезащитные зеркальные очки вернули на место, посадив высоко на переносицу. — Так, брифинг окончен! От теории к практике, бойцы! Роберт почувствовал, как под его боком закопошились. Билл поспешил встать, не глядя пихнув телефон в карман. — Где здесь зал для ед-диноборств? — Что…? *** Двери душного тренировочного зала с грохотом распахнулись, и в проёме возник Билл. Его внимание мгновенно приковал Стэнли, застывший у ринга бледным, безликим пятном. Тот ещё не замечал нового зрителя. В общем гуле не было разобрать слов, но на его лице читалось чистое беспокойство. Одну перчатку он уже стащил и, прижав её к промокшей от пота футболке, изо всех сил пытался удержать за руку Александра, склонившегося к нему с ринга.  — Брось, давай просто уйдём, ладно? Это же просто для веселья.  Стэна потрепали по голове, ловко уклоняясь от дрожащих пальцев, снова пытавшихся ухватиться за руку. — Я, кажется, ясно сказал? До кровавых соплей, — он подмигнул и вложил капу в рот.  Этот простой жест был понятен без слов: пути к отступлению больше не существовало. В Александре чувствовался непонятный душевный подъем. Парой отточенных крепких ударов он стукнулся кулаками. Как же для него это было знакомо — окруженный рингом пять на пять, бороться с кем-то, кто своей весовой категории. Это не дебоширов малолетних раскидывать.  В следующий момент Билл уже оказался за спиной друга, тормоша его за плечо. — Господи, Билл, — Стэнли низко опустил голову, закрывая лицо руками, — останови это. Мы просто боролись, а потом … Это! Не весело. Я не хочу в этом участвовать. Просто... просто сполосну лицо и все будет нормально. Оглянувшись в поисках Роберта, Билл увидел его у противоположного конца ринга. Тот яростно бил ладонями по матам. — Убей его! Убей! По телу Билла пробежал холодок. Он вернулся взглядом к Стэну, машинально поправил его мокрые, липкие от колы волосы.  — Что случилось? — Я не знаю... всё было так быстро, — дрожащим голосом начал Стэн. — На меня вылили банку колы... а потом я уже не помню. Алекс... Алекс ударил того мужика в горло, и он просто... упал. — Что? К-кого?  Вид потрепанного Стэна заставил Билла вскипеть. — Кому? Стэн ли.  Билл резким движением сдёрнул очки, сильно мотнув головой в сторону ринга, куда украдкой глянул его друг. Была у Стэна особенность такая - он не мог оставить Билла без ответа. — Это с ним там Алекс? Рядом, будто из ниоткуда, материализовался Роберт, почему-то принимаясь быстро крутить и осматривать Стэна. Это немного привело парня в чувство. Наверное, Роберту вкратце описали ситуацию. — Вот мудак, — натрепав Стэна по голове, Роберт обернулся в сторону ринга. Эти дети были фактически частью их бригады, самой слабой ее частью и обидеть одного из них значило наступить змее на хвост. Поединок начался с осторожной разведки — лоу-кики, пробные удары, всё до первого броска. Они и не поняли, с чьей стороны полетела первая искра агрессии, но именно она и стала началом настоящей схватки. Маршал пошёл вперёд, засыпав Александра градом ударов и полностью забыв про защиту. В самый разгар яростной «зарубы» Билл инстинктивно дёрнул Роберта за руку, сильно сжав её. Тот  трактовал это движение на свой лад —  наклонился, подхватил пацана и одним движением водрузил его себе на плечи. Билл ухватился за его голову, но быстро освоился и, войдя в раж, принялся яростно размахивать кулаком, подбадривая Алекса и каждый его удар. — Выбей из него все дерьмо! — громко смеялся Роб, крепко держа Билла за лодыжки.  Атмосфера в зале накалилась до предела, бойцов слепо душила ярость — ни один не собирался уступать. Они со всей мочи лупили друг друга в десна. Обычный спарринг превратился в жестокое шоу для живой, жаждущей зрелищ публики. И когда первая кровь брызнула на маты, толпа взорвалась волной диких криков и оглушительных хлопков, обрушив всё своё внимание на двух мужиков, теснящих друг друга в центре ринга и лупищих по лицу до кровавой расплывчатости. Маршал мазнул Александра по плечу, с ноги отпихнул его к канатам и тут же нанёс следующий, не менее смазанный удар. Единый гул толпы внезапно стих. Алекс сконфуженно согнулся, вжимая руки в пах, пока Маршал методично, с тяжелым упрямством молотил его под челюсть и в грудь. Никто не вышел в роли рефери.  — Так, блять, удар ниже пояса! — Дэйна едва успели схватить за плечи, не давая вмешаться, — Хенк, да?! Кусок дерьма ты, а не мужик, Хенк! Не зная куда себя деть, Стэн схватился за ближайший к нему нижний трос, зовя Александра по имени.  Билл замер, вцепившись пальцами в короткие жесткие волосы Роберта на затылке. Совать руки внутрь бойни Стэн побаивался.  Все зрители без исключений заметили этот мерзкий ход. Глаза Александра налились злобой. А затем вышел с Маршалом из угла нога в ногу и, с резкого высокого разворота, влупил сопернику под челюсть сапогом. Вслед за отброшенной ударом головой, повело и плечи, а затем, обездвиженный соперник грохнулся. — ДА! — не узнавая собственного голоса, крикнул возбужденный донельзя Билл. Он сделал это первым, разорвав секундное молчание публики, успев почувствовать себя максимально неловко и глупо, а потом его вознесли до небес в поддерживающем крике: «ДА!», «В МЯСО!» — Роберт отчетливо услышал голос Дэйна. Даже не взглянув на результат — Алекс знал, что это фатально — он сплюнул в сторону и обернувшись к Стэну, привалился на канаты, смотря на него сверху-вниз, будто хотел что-то сказать. Но с первым же словом у него изо рта едва не выпала влажная от слюны и крови капа. Александр удержал ее во рту, а потом сплюнул в перчатку. Язык вяло обвёл внутреннюю поверхность зубов. «На месте. Класс.» Рядом нарисовался Дэйн. Кто-то уже успел сбегать за нашатырным спиртом, кто-то из Маршалов склонился над сослужившим на коленях и обмахивал его полотенцем, пытаясь привести в чувства. Дэйн, со всей своей беспринципностью, полез ко все еще скрюченному в боли Алесандру, чисто в мужской шутливой манере шлепая согнувшегося в три погибели бойца по бедру. — Че, трахаться сможешь?! — А у тебя на меня планы? — простонал тот, пытаясь отшутиться со слезами на глазах и сполз на пол, спиной приваливаясь к тросам. Перчатка с зажатой в ней капой упала Алексу на колени. — Эй, — позвал он мальчишку. Но Стэн не отозвался и тогда Алекс сам привалился боком к тросам, опуская руку между ними и осторожно погладил по спине. — Иногда придурки получают по зубам, забей. Стэн просто закрыл глаза, ткнувшись лбом во все еще ноющий бок Александра. Дэйн тоже сел. Он свесил ноги с ринга и сложив руки на тросе, смотрел в сторону, куда уводили того Маршала. — Надо же, он стоит на ногах, смотри. Александр пропустил влажные волосы Стэна между пальцев и взглянул на сидевшего рядом друга. — Это, — вновь вернув взгляд к прижавшемуся к его бедру Стэну, — сделал не он. Но… я просто не люблю, когда на меня кричат, так что, пусть валит. Билл сощурился, будто это помогло бы ему расслышать разговор лучше и ощутил прикосновение чего-то теплого к сгибу локтя. Еще не опустив взгляд, он понял, что его чмокнули в руку. — Можешь уже отпустить. Пальцы вздрогнули. Он все это время продолжал больно сжимать пятерней волосы Роба и теперь вся эта ситуация становилась неловкой. — Ах! — Ах? — тут же подхватил Грей, не давая договорить. — С-спасибо, но т-теперь опусти меня, Роб. «Да неужели?» — читалось во взгляде. — Т-ты не зах-хочешь т-тягаться в упрямстве с Б-Биллом Денбро, п-п-потому что т-ты выйдешь из этой б-битвы с-сломанным, уничтоженным морально, ч-человеком. Его перестали слушать уже на середине, не перебивая чисто из вежливости.  — Играл когда-нибудь в Call of Duty? — Что? — Спрашиваю, играл в Call of Duty? Шутер такой от первого лица. Ну, посвященный нескончаемым дракам… В общем, сейчас сам увидишь. Но для начала, нам стоит приодеться и побеспокоиться о защите, прежде всего — защитная маска. В прошлом году парню из национальной безопасности чуть не выбили глаз.  — Что?! — Всегда забываю, что ты у меня тепленький… Чур я Гоуст! *** В узкий просвет двери что-то закатилось, ударилось о ножку стола и Зак привстал. Поездка произвела на Билла такое эффект, что в кабинет отца он решил ворваться, как настоящий оперативник. Он кивнул Дэйну, и тот с лёгкостью вынес дверь ударом плеча. В проёме тут же возник Билл, вбежавший внутрь с видом профессионала. Его пальцы были сложены в импровизированный пистолет, и он старательно смотрел поверх него, опуская «дуло» к полу, демонстрируя идеальное соблюдение правил безопасности. — Светошумовая г-граната! — с пафосом в голосе, объяснил Денбро, указывая ногой на брошенный в кабинет макет, — М84! Зак отпустил своего заскучавшего сынка с этими отпетыми головорезами, ожидая чего угодно, но только не этого ослепительного восторга. Билл, словно сумасшедший дирижёр, разрезал воздух канцелярскими ножницами, воссоздавая недавние события. Его слова обретали объём, цвет и звук. А Роберт, стоя сзади, лишь глупо ухмылялся, довольный произведённым эффектом. — … А п-потом я п-п-перерезал глотку ФСБшнику! И всп-п-порол грудь его напарнику! В м-меня выстрелили, п-поп-па… поп-пали б-бы в голову, если бы н-не Алекс, он б-бросился вперед и з-закрыл меня спиной, — его рука как-то слишком непринужденно потянулась влево и вверх, будто за день проведенный с отрядом, уже влился в него настолько, что мог предугадать местоположение бойца за своим плечом. Они ударились с Алексом кулачками. — Он у вас способный парень. — Ум-мирал п-п-правда раз д-дохера, но это все с-снайперы. — Молодой и безбашенный потому что, Денбро, — ткнул его в плечо Дэйн. — С пожаром в глазах, с ураганом в башке*, — пропел Роберт и ощутимо ткнул Билла в затылок сложенными в пистолете пальцами. [Спрут  — Markul] Если этот парень задавался целью, то он шел только напролом. Один минус — уходил в одиночку, оставляя свою команду позади. А это верная смерть. Речь, само собой, шла о пейнтбольном дружеском матче. Насколько дружественно заточенные под убийства бойцы только могут играть. Билл будто вернулся с Фестиваля Холли, имеющий быть местом смертям: желтые, синие, фиолетовые — краски пестрели на его одежде и коже рук. Даже его волосы были осыпаны порошком — красное пятно унизительным шлепком горело на затылке. Билл одним беззастенчивым движением сунул руку к поясу Роберта — тот даже не шелохнулся, будто это было уже не в первый раз, когда Билл копошится рукой у него в штанах — и вынул его «Глок» из кобуры, прицеливаясь куда-то промеж глаз отца. Роберт улыбнулся своим мыслям: «Теперь он может блефовать, держа кого-то на мушке»  Ствол Билл держал умело, чем Роберт гордился. И было что-то такое в этом взгляде… Волей-неволей, но Зак напрягся. С некоторой плаксивостью на лице, Билл рассеял взгляд. Замер. Но так и не чихнул, только поднес ладонь к щекотно защипавшему носу. — Билл! — Роб шлепком отбил ствол от его лица. — Можно считать, что учения прошли успешно, — улыбнулся шериф. — Так и прививают любовь молодежи к работе управленческих органов власти. В дверях уже бог знает сколько времени стоял Карри. Роберт поймал Билла под локоть, когда они покидали кабинет, подтаскивая пацана к себе. Сопротивление тут было бесполезно. Только сейчас Заку бросилась в глаза чистая спина собственного сына. Разве что брызги, прошедшие по касательной. — Знаешь, Билл Денбро, а ты неплох. — Мне этого будет мало. Прикинув в голове пару комплиментов, Роберт остановился на более или менее приемлемых и склонился чуть в сторону, шепча: — Я недооценил тебя.  Проходя мимо, Дэйн по-братски шлепнул Билла по плечу, следом и Роберта, но звонче, по заднице и поторопился бегом к лестнице. — Предлагаю перекусить где-нибудь в городе, пошли-пошли!