Принцесска

Генри не понимающие посмотрел на мальчика, и пошёл искать сына. Так как у него была ключ карта в подвал, то первым делом он отправился к Ларри. Вот он уже стучится, но слышит лишь громкий, неприятный, режущий уши металл (кхе, кхе, я уже вижу как ты направился писать что металл это святое, да я сама его слушаю и он мне нравится, но! Мои знакомые описывают его так (бывшие друзья…) Ларри и Салли всегда слушали его вместе, вот он и подумал что Сал у него. Он стучится, но ему все никто не открывает, и тогда он заходит без разрешения. Он видит то что стол перевёрнут, и есть отпечатки на стенах от ударов… Он стучится в комнату Ларри, но слышит все тот же металл, тогда он стучится сильнее, и слышит что музыка стала тише. Он стал стучаться громко, и наконец Ларри крикнул, раздражённым голосом. -Входите! Генри зашёл и увидел заплаканного Ларри. -Ларри, что случилось? И ты не знаешь где Сал? -Я не знаю, и не хочу знать, — грубо ответил металлист. -Ларри что случилось? Может вы с Салли поссорились? Ты мне можешь рассказать, Сал мне не довериться, а если ты мне скажешь может я поговорю с ним, и у вас все наладится, — сказал Фишер старший и улыбнулся. -Это наше дело, — так же грубо произнёс Ларри. -Ты можешь мне довериться… -Д… Да ваш сын! Он трахается с одним, а встречается с другим, — Ларри не сильно волновало то как он говорит, и с кем он говорит, он был собой, и это нравилось Фишеру больше всего… Но после этих слов у того прокатились две слезинки, оставляя после себя мокрую тропинку. -То есть… Вы с ним… Спали? — Генри был в растерянности, он не знал как реагировать на то, что его сын занимается таким в пятнадцать лет… -Да, а ещё как, но сегодня я бл… ин… Увидел его целующимся с Трэвисом! — Ларри почти кричал, а с его глаз капали маленькие капельки слез. Генри подошёл и обнял его… Да, а со своим сыном они так никогда не разговаривали нормально, ну как нормально… По душам, так сказать -Это тот желтоволосый мальчик в розовом свитере? -Ага… Ненавижу его. -А раньше то он Салли бил, дразнил, обзывал… Или это был не он? -Он… Но как оказалось, они вместе… -А может это ты не так понял? -Не знаю… Но несколько дней я не хочу их видеть… -Хорошо… Спасибо, что сказал… Пока, Ларри. -До свидания, Генри. — уже чуть успокоившись говорил Ларри. Генри направился в комнату сына… (он эт, дома уже был) Но там его тоже не обнаружил… «ну и где же он?» задался вопросом про себя Генри. Он осмотрел всё, ванну, свою комнату, его комнату, весь зал, всю кухню, но нигде его не нашёл. Он пошёл к Тодд, но тот уже заснул после «чаепития» и не открывал, а так как папа Салли, и родители Тодда, не очень то и общались, он без разрешения не стал заходить. И отправился назад в квартиру, думаю, что сейчас попсихует где-нибудь и придёт. В КОМНАТЕ САЛЛИ МИНУТ 10 НАЗАД. POV САЛЛИ. Эта боль… Прожигает всю душу… Как так то получилось? Почему? Почему я его не послушал? Почему я его потерял? Почему я не могу постоять за себя? ПОЧЕМУ?! КОНЕЦ POV САЛЛИ Голубовласка сидел на кровати, уже с канцелярским ножом и ЦАРАПАЛ себе руки, не боясь что кто-то зайдёт… POV САЛЛИ Меня теперь никто не любит… Никто… И зачем я вообще на этом свете? ЗАЧЕМ? вот пусть кто-нибудь назовёт как минимум три причины, зачем и почему я тут… Лучше бы сдохнуть уже чтобы не мучаться… Точно! Сдохнуть! Хм… Резать вены? Больно и мучительно умирать? Не. Утопиться? Ха. Лёгкие не позволят, а ещё поблизости водоёмов нет… Повеситься? Верёвок нет… Под машину броситься? И будет ни в чём невиновный человек виноват, и принесу ещё больше людям вреда… А почему бы не сброситься? Отличная идея! Может написать предсмертную записку? Да! Чтобы папа не думал что это из-за него, хотя… Маленько, нет, на половину это его вина! КОНЕЦ POV САЛЛИ Вот так мальчик просидел пять-шесть минут в раздумьях по поводу самоубийства… Потом, достал листочек, книгу чтобы было удобней писать, и ручку, и стал писать предсмертную записку. «Папа, прости, это не твоя вина, это даже и не Трэвис… А я… Я не могу себя простить, я не сопротивлялся когда он меня целовал… Да я люблю Ларри, но я просто не могу… Не могу за себя постоять… Эти вечные проблемы…мама…моё лицо… Не знаю можно ли его назвать лицом даже… Эти издёвки… И ты пьяный… Извини, и пока… Надеюсь ты будешь рад, то что у тебя не будет такого страшного и ненужного сына, на которого ты только тратишь свои деньги… И передай Ларри, то что я его люблю…» на листке от слёз поплыли почти все буквы, но понятно все-таки было. Он положил эту бумажку под подушку и отправился на крышу…