Сестры

      Следующая неделя тянулась для Регины очень долго. На людях она по-прежнему улыбалась, а в душе просто загибалась от боли. Белла старалась поддержать сестру, но школа и отношения с Эдвардом занимали большую часть её времени.       После того, как Белла и Эдвард стали встречаться, тем самым став самой обсуждаемой темой в школе, Регина периодически подсаживалась к Калленам в школьной столовой. Однако в основном девушка садилась к своим школьным знакомым, тем самым стараясь избегать находиться слишком близко к Джасперу, который и так начал подозрительно коситься на девушку.       Конец недели подобрался совершенно неожиданно. В этот раз они с Беллой сели вместе с Калленами, которые что-то весело обсуждали, однако Регина была полностью в своих мыслях и совершенно ничего не слышала. Девушка, ковыряясь вилкой в салате, думала о грядущих выходных и разговоре с Карлайлом. В её голове было несколько вариантов их разговора, и каждый заканчивался по-разному. В какой-то версии они оставались вместе, делая несчастной всю его семью, а в какой-то она сразу после разговора собирала вещи и уезжала в Нью-Йорк, делая несчастной себя. Она даже не рассматривала вариант, где все были счастливы, не хотела себя обнадёживать.       Задумавшись, Регина не заметила обеспокоенных взглядов Беллы и других членов семьи Калленов.       — Говорят в конце учебного года, будет интересный бал, — с улыбкой проговорила Элис, при этом её взгляд был направлен на Регину.       — Они придумали что-то новенькое? — усмехнулся Эммет.       — Сомневаюсь, — с сарказмом хмыкнула Розали.       — Ты права, — улыбнулся Эдвард.       — Регина, если это на вкус, так же как и выглядит, то ты совершенно точно можешь это не есть, — неожиданно проговорила Элис, с улыбкой.       — Что? — В замешательстве подняла голову девушка, увидев, что все смотрят на неё с тревогой, она виновато улыбнулась и проговорила. — Простите, задумалась.       — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Элис.       — Да, все хорошо, — натянуто улыбнулась Регина, бросив быстрый взгляд на Джаспера. Заметив, что тот пристально смотрит на неё, девушка отвернулась.       За столом наступила секундная тишина. Регина вздохнула и повернулась к Каллену- младшему.       — Эдвард, ты не мог бы отвезти Беллу домой?       — Да, конечно, — согласился он, а потом добавил. — Могла и не спрашивать.       — А ты куда? — спросила Белла.       — Мне надо уехать по делам, — проговорила Регина, вставая из-за стола, и собирая, так и нетронутую еду, на поднос.       — А уроки? — не отставала Белла.       — Потом нагоню, — улыбнулась Регина, направилась к выходу из столовой.       За столом опять наступила тишина.       — Хм, — нахмурился Джаспер, смотря вслед ушедшей Регине.       — Что? — спросила Элис, повернувшись к парню.       — Она соврала, — сказал Эдвард. — все ответы Регины были ложью. Ну, кроме последнего.       — Я не знаю, что с ней происходит, — отчаяние сквозило в голосе Беллы, переведя взгляд с двери столовой, в которую вышла Регина, на Калленов.       — Ты о чём? — спросил Эдвард.       — Она плачет по ночам, — проговорила девушка. — Мало спит, почти ничего не ест. Она старается это скрыть, но тем, кто её хорошо знают, им заметно.       — Ты спрашивала, у неё? — обеспокоенно спросила Элис, переглянувшись с Эдвардом.       — Да, но она молчит, либо отшучивается, — ответила Белла. — И это беспокоит меня больше всего. Также было и шесть лет назад.       — Что было шесть лет назад? — спросила Розали.       — Шесть лет назад Регине делали операцию, — произнесла Изабелла, неуверенно пожимая плечами, она сомневалась, стоит ли рассказывать историю сестры посторонним или нет, но всё же продолжила, заметив заинтересованные глаза семьи Калленов. — Врачи поставили Регине диагноз почечная недостаточность, когда ей было семь. Пятилетний курс лечения ничего не дал, потребовалась срочная пересадка. Тогда денег в семье не было, и их собирали всем миром. Это был самый сложный период в семье. Пока искали нужную сумму, Регине стало хуже и она впала в кому на неделю, но после пересадки всё нормализовалось. Долгий реабилитационный период, длившийся больше года, забирал все силы у Регины, но она не сдавалась. Сама операция прошла успешно, но возникли серьезные осложнения и детей у Регины быть не может. Когда ей сообщили об этом, она просто улыбнулась и сказала, что и не хотела их, но ночью… – Белла остановилась и посмотрела через окно в пасмурное небо Форкса, в её глазах стояли слёзы, ей безумно было жаль сестру. Однако взяв себя в руки, Изабелла хрипло продолжила. – Но ночью, когда Регина осталась одна, она плакала, все её мечты рухнули как карточный домик. Регина долгое время была одна, конечно родственники её навещали, но это было не то. Друзей в больнице не заведешь, особенно, когда переезжаешь с одной клиники в другую. Поэтому она только и делала, что училась. Прочитала кучу книг. Меня всегда удивляла её память, – улыбнулась Белла, смахивая скатившуюся слезу. - Регина, может наизусть рассказать книгу, которую прочитала один раз. Она обладает, как бы это сказать, абсолютной памятью. Регина один раз сказала мне, что стоит ей задуматься об одном моменте, как вспоминает весь день, вплоть до запахов и звуков. Словно мотает пленку у себя в голове.       Все время пока Белла говорила Каллены, сидели, молча, внимательно слушая девушку.       — Неудивительно, что она догадалась о нас. — усмехнулся Эммет, остальные поддержали его улыбками. Лишь Розали с печальным видом смотрела, на дверь, через которую вышла Регина.

***

      Регина, тем временем вышла из столовой и направилась к машине, которая стояла на школьной стоянке. Ей хотелось забыться и больше не испытывать это ужасное чувство полного одиночества. Она мечтала, о том, чтобы эта необъяснимая боль в сердце прекратилась. Разговор с Карлайлом, был единственным вариантом, перестать испытывать её или наоборот почувствовать еще хуже.       Включив музыку, она на полной скорости выехала на шоссе в сторону Порт-Анджелеса. Иногда Регина ненавидела свою память, которая в подробностях подбрасывала ей образ Карлайла Каллена. Неимоверно захотелось рисовать, Регина даже почувствовала, как зачесались кончики её пальцев.       Дорога до Порт-Анджелеса заняла не час, как обычно, а вполовину меньше. Магазин художественных товаров она нашла быстро, помог старый добрый GPS. Приобрести все принадлежности для рисования не составило никакого труда, однако с подходящим местом пришлось повозиться. Такое место попалось Регине совершенно случайно. Небольшая полянка не глубоко в лесу, на полпути от Порт-Анджелеса до Форкса. От шоссе до выбранного Региной места шла грунтовая дорога, которой явно неоднократно пользовались.       Девушка быстро разложилась на поляне. Мольберт, кисти, краски, холст и музыка из машины, а в мыслях образ Каллена-старшего, с сияющими янтарными глазами. Постепенно, этот образ оживал на холсте, затягивая зияющую дыру в сердце. На одежде Регины появлялись мазки краски, на которые девушка не обращала никакого внимания, она счастливо улыбалась, рисуя любимое лицо.       Остатки солнца постепенно исчезали с пасмурного неба, и девушка удовлетворительно вздохнула, рассматривая законченную картину. Карлайл Каллен был на ней изображен, как живой. Вот только вместо модного пиджака и больничного халата, он был в костюме аристократа конца семнадцатого века. Янтарного цвета глаза, казались, сверкали на холсте. Откуда к Регине пришел этот образ, она и сама не знала, однако ей казалось, что так правильно.       Регина была довольна. Впервые за эти дни девушка не чувствовала боль и была рада этому. Постепенно начинало темнеть. Собрав краски и кисти, она включила фары, которые были направлены прямо на картину, и села на капот машины.       — Я сошла с ума, — прошептала Регина, с улыбкой рассматривая свой шедевр, а потом, счастливо вздохнув, произнесла. — Ну и пусть.       Она около часа сидела на капоте машины, наблюдая за картиной, пока не стало совсем темно. Со вздохом девушка слезла с машины и подошла к мольберту, проведя рукой, по подсохшим краскам, она мечтала прикоснуться к красивому лицу в живую.       — Боже, какая я дура! — в отчаянье прошептала девушка. — Забудь Регина, слышишь, забудь про него!       — Регина! — девушка застыла, знакомый голос раздался прямо позади неё. Резко обернувшись, она замерла, не веря тому, что видит. На неё смотрели такие знакомые и любимые глаза янтарного цвета.       — Карлайл. — ошеломленно прошептала она.