Семь лет спустя

POV Леви Возвращалась я домой после полуночи в чудеснейшем расположении духа, захватив Гажилу ведерко мороженого в круглосуточном магазине. Лаксас провожал меня домой, и всю дорогу мы не могли перестать обсуждать фильм и смеяться. — Так что, теперь ты изменила свое мнение? — Лакс слегка толкнул меня локтем, напоминая, как я недавно зарекалась не смотреть французских фильмов*. — Возможно, — протянула я, — но пока разве что о французских комедиях, — я помахала пальчиком у него перед носом, на что Лакс попытался перехватить его зубами. Меня сие действие немало смутило, но я попыталась не подавать виду. — Эй, не надо меня есть, — засмеялась я, слегка толкнув парня в грудь. — И кто же меня остановит? — бондин вопросительно вздернул бровь, перехватывая все-таки мое запястье своей огромной ладонью. Горячая. — Не нарывайся, Дреяр! — рассмеялась я. — Если мороженка растает — ты ответишь, — я шутливо пригрозила ему кулаком. — О, я понял… Так и поступают с близкими, да? — состроил обиженную рожицу блондин. — Я бы с ней хоть до утра, а она бежит кормить другого… — Ревность, которую я заслужила, — хохотнула я. — Но если кто-то вдруг забыл, то я тоже люблю мороженое, — теперь настала моя очередь «обижаться». — И откуда ты такая вредная на мою голову, — вымученно вздохнул Лакс, подходя ближе и перекрывая мне путь к отступлению, сцепляя руки кольцом у меня за спиной. Мне кажется, или я больше не контролирую ситуацию? Похоже, пора давать деру… хотя не скажу, что мне не по нраву сложившаяся ситуация. — Ну, вот мы и на месте! Спасибо, что проводил! — чрезвычайно бодро воскликнула я, поспешив освободиться из «оков». — И так всегда, — засмеялся парень. — Знаешь ведь, что не сделаю ничего такого, пока не позволишь. А все ровно сбегаешь… — как-то горько, что ли, улыбнулся он. — Ладно, малышка Леви! Беги, кушай свое мороженое, — с этими словами Лакс еще раз прижал меня к себе и чмокнул в макушку, как прощался со мной не единожды. Онако сейчас почему-то я чувствовала себя при этом иначе. — Спокойной ночи! — Пока, Лакс! — я сразу же поспешила зайти во двор, ни разу не обернувшись по пути. Что ж, было довольно странно. Это было обычное наше общение. Так что же заставило меня так смутиться? Последний год я ни на одного парня так не реагировала. А сейчас, что рядом с Лаксом краснею, что с Гажилом. Неужто, появление в моей жизни Редфокса сказалось? Да глупости… Кстати, о нем… — Гажил!!! Гажил, ты спишь?! — сама не зная почему, на всю глотку заорала я. Спустя несколько мгновений я услышала щелчек и хлопок дверью. — Тебе повезло, что нет, Мелочь, — предо мной предстал не кто иной как недовольный Редфокс с книгой в руках. — Даже не знаю, с чего начать… — протянула я, выпучив глаза. — Что? — уже довольно оскалился брюнет. — Не ожидала, что я ношу очки? — он театрально поправил упомянутый предмет на переносице средним пальцем. Хам! — Или, что я умею читать? Неплохо, как для тупого качка, верно? — продолжал насмехаться парень, а потом, заметив, что я пялюсь на его голый торс, тоном победителя «добил». — Я понял: ты снова хочешь попросить меня одеться? — Вообще-то, да, — откуда ни возьмись появилась моя дерзость. — Оденься, а то смотрю на тебя и самой холодно, — чтобы уж точно чувствовать себя наравне с Редфоксом, я поднялась на несколько ступенек выше. — А мне показалось, тебе жарко стало, — самодовольно провадил Гажил, склонив голову набок. Парень положил книгу на ступеньку и стал приближаться ко мне. Я, конечно, сделала шаг назад, но тут же уперлась спиной в перила. Дерзость моя как пришла, так и ушла. Даже на прощание не помахала. — Г-Гажил, что т-ты… — пыталась выдавить из себя я, чувствуя, как к лицу (и всему остальному) приливает кровь. Ничего лучше, чем использовать ведерко с мороженым вместо щита я не смогла. Поэтому, когда брюнет уже явно вторгся в мое личное пространство, я просто выставила «орудие защиты» перед собой. — Ну, в живот теперь и мне холодно, — засмеялся он, перехватывая мои запястья. Он перехватил мои запястья, — а у меня перехватило дыхание. Казалось, будто прошла вечность, пока парень забрал у меня ведерко с десертом. Но как он это сделал! Нарочито медленно брюнет провел своими огромными ладонями от моих в сравнении крошечных запястий к кончикам пальцев, при этом не отрывая глаз, что кстати были сейчас карими, от моего испуганного и недоуменного взгляда. Чуть сквозь землю не провалилась! — Так что? — весело засмеялся Гажил, увлекая меня за собой на кухню. — Мне достать посуду? — все еще немного недоуменно пролепетала я. — Ай, Мелкая! Ну, какая посуда?! Ложки и хватит. Как в детстве, помнишь? Ты даже купила фисташковое… Оно, между прочим, до сих пор мое любимое, — как-то умиленно произнес Редфокс. — Я надеялась на это, — тихо произнесла я и смущенно добавила, — мое тоже… — Вот и славно, — парень сам извлек две чайных ложки из кухонного ящика, взял меня за руку и потянул в гостинную. Мне не осталось ничего, кроме как поплестись за ним, палясь на широкую мускулистую спину. Уф, аж не по себе… — Ну-с, рассказывай, Малая, как вечер? Фильм хоть видела? — с нескрываемой издевкой поинтересовался парень. — Может, хватит уже подколов про нас с Лаксом? А, Редфокс? — не выдержала я. — Два высших образования, а ведёшь себя, как дитя! — решила исползовать против него его же оружие, а потом, вспомнив, продолжила, — кстати, когда ты успел? — О, у меня было время, — протянул парень. Так и завязался разговор, в ходе которого я узнала, чем жил мой друг детства последние семь лет. Оказалось, что кроме спортивного образования, Гажил успел дважды стать чемпионом мира по боксу. Стыдно, что я даже не поинтересовалась у Металликаны ни разу, как он… Второе образование у него юридическое. Вот уж не ожидала! Интересно, насколько он силен в этом деле. О себе я тоже кое-что поведала. И вроде ничего не предвещало беды, но черт дернул глупого Гажила влезть, куда нельзя: — Мелкая, — осторожно, что, впрочем, было бесполезным, начал брюнет, — почему ты боишься чужих прикосновений? Это ведь страх, а не стеснение, верно? Почему не разрешаешь даже своему Лаксасу подойти? Вы ведь друзья… Я видел в спортзале тогда, как ты испугалась, когда он хотел посмотреть, не ушиблась ли ты. Да и с чего вдруг ты начала боксировать? Тебя кто-то обидел? О, нет! Он все испортил! Зачем?! — Столько вопросов… — замялась я, чувствуя, как в горле образовывается ком, — но уже слишком поздно… Спокойной ночи, Г-гажил, — я убежала к себе, надеясь, что он не заметил, как дрогнул мой голос в конце. Закрыв за собой комнату, я сползла на пол, давая волю слезам. За столько лет эта тема так открыто ни разу не поднималась… А он спросил буквально обо всем! Как можно было? За одни сутки он разрушил стену, что я строила несколько лет… Не помню, как уснула той ночью.