***
Вопрос решился сам собой, когда Джек пришел на репетицию нового спектакля. Фрост как обычно веселился с танцорами: пытался повторить за ними весь танец, шутил, рассказывал байки из жизни. — О, «солнышко» звонит! — вдруг говорит Джек, сразу же доставая телефон, — Иди в левую сторону, прямо. Все сразу заинтересовались. Наконец-таки они узнают, кто его «солнышко». В актовый зал входит худой парнишка с телефоном в руках. Джек подбегает к пареньку и обнимает его, при этом целуя в щеку. — Ребят, это мое «солнышко», Иккинг, — лыбится Джек, представляя всем своего парня. Танцоры удивленно переглядываются между собой, а потом выталкивают Джека и Иккинга прочь из зала.***
— Я же сказал, что это была плохая идея, Джек, — говорит Иккинг, закатывая глаза. — Н-да… — чешет затылок Джек, глупо улыбаясь, — Я думал, что они обрадуются. — Чему? Тому, что ты гей? — вскидывает бровью Иккинг на секунду, — Они все тут гомофобы. Радуйся, что они не избили тебя… — Радуюсь.***
К Джеку отношение изменилось. Каждый раз, когда он говорит слово «солнышко» вслух, его просят заткнуться или уйти. Чаще всего Джек уходит, нежели замолкает… В школе меньше стали смеяться и веселиться.***
— Вы даже не доучились до пятого класса, — говорит директор, увидев заявления Джека и Иккинга на уход из музыкальной школы. Парни пожимают плечами. — Простите, но нам стало не интересно, — говорит Джек, демонстративно приобнимая Иккинга за талию, — Я и мое «солнышко» найдем другую музыкальную школу. Которая поспокойней и поинтересней будет. Джек и Иккинг выходят из кабинета директора. — Теперь куда? — спрашивает Иккинг, выдыхая. — В актовый зал, попрощаться со всеми.***
Джек заходит в актовый зал вместе с Иккингом. — Что ты тут забыл? Проваливай, — восклицает Мерида, настраивая гитару. — Не переживай, Мер, мы сваливаем на совсем. Просто хотел попрощаться, — усмехается Джек, — ПОКА РЕБЯТА, БОЛЬШЕ МЫ С ВАМИ НИКОГДА НЕ УВИДИМСЯ! — орет Фрост, громко хлопая дверью. — Мог бы и потише, — раздраженно бормочет Иккинг. — У нас такое событие, почему бы не завершить его ГРОМКО, — выделяет Джек. Иккинг фыркнул со смешком. — Действительно, — соглашается Иккинг, слабо улыбнувшись. Они больше никогда сюда не вернуться. Это все — их жизнь, и их погибель; их радость, и их боль; их успех, и их провал. И все из-за ненависти к тем, кто не похож на них самих. Как говорят сейчас, «Толерантность — будущее». Но пока нет «толерантности» все стоит в тупике. Нет «будущего». Джеку и Иккингу плевать. Они просто будут уходить от проблем. Как они это обычно делают.