Беседка, где видел я Небо...

"На небе облака, груз сини чуя, Стремятся далеко, в края свобод. Но предвещают облака те бурю, И всколыхнется с нею небосвод. Пока что солнце светит, как фонарик, Взял перья и чернила, и бумагу, И промелькнул в тени я, как комарик. Пока я не смогу почуять влагу. Писать я буду, коль строчит перо. Писать, писать! Другого не дано...

Лето. Прекрасное слово, и такое же время года. Все что должно цвести - цветет. Эти высшие создания Флоры благоухают, распространяя свой тонкий аромат там, где они есть. Даже город, душный, жаркий и пыльный в это время, играет новыми красками. Зелеными, пастельными, красными и другими яркими цветами. Вода в такие моменты бесценна. В особняке семьи Ридере был полон суеты и сует. Все куда-то торопились, бежали, толпились, собирались. Лишь один человек в поместье не понимал, что все так суетятся? Его звали Верон Ридере. Он не был наследником этой Семьи Альянса. У него был старший брат - Эрнест. Тот уже скоро должен был заменить отца, ведь старик Ридере хотел спокойной жизни перед смертью. Верону было восемь лет. Очень юный возраст, когда начинает возрастать любовь к знаниям, интерес к искусству, понимание некоторых важных, и не очень, вещей. Мальчик был привлекателен - хорошее телосложение, синие глаза, напоминающие два озера, смуглая кожа и темные жесткие волосы. Коренной итальянец. - Синьор Верон! - попросила его одна из его гувернанток, - собирайтесь! - Куда, мадам Ривье? - спросил мальчик, подняв взгляд своих ясных глаз на женщину. - Как это, "куда"? - пристукнула синьора каблуком, - вы, ваш отец и синьор Эрнест едете с дружески-деловым визитом в особняк Дона Вонголы! - Того самого? - глаза мальчика сверкнули. Он много слышал об этом человеке. Он был легендой в мафии, как Примо Вонгола. Имя у него тоже было подходящее - Нео Примо Вонгола - Новый Первый. Все говорили мальчику, что Вонгола очень сильный и волевой человек. Тогда он им даже восхищался, а потом выяснилось, что тот мягок, и не проливает чужой крови без надобности. Тогда Верон даже разочаровался в нем. Чтобы Босс всех Боссов, Крестный Отец мира сего был мягок и податлив как красная глина! Немыслимо. Хотя, Ридере-младшему хотелось посмотреть на этого человека. Произнеся короткое "я скоро!", он пошел собираться. Машина уже ждала чету Ридере у въезда в поместье. Перед мальчиком, сидящим на заднем сидении, мелькали дома, сады, зелень... Но больше всего внимания он уделял конечно же, небу. Его синеве и необъятности. Его Гармонии. Сам мальчик Небом не являлся. И несмотря на его любовь к шуткам над другими, Верон был чистым Дождем. Всю дорогу члены семьи разведчиков и информаторов молчали. Серьезный Эрнест думал о том, как он будет знакомиться с одним из величайших Небес, их отец думал, как давно не видел Дечимо Вонголу, а Верон не думал, он просто смотрел. Скупое "мы прибыли" казалось громом среди ясного неба, насколько неожиданно прозвучали эти слова. Поместье Вонголы было огромно и красиво. Архитектура, сохранившаяся еще со времен основания семьи, завораживала. Казалось, каждый завиток здесь имеет какой-то особенный смысл, а большие окна были созданы стариной. здание казалось живым стариком, который в поисках покоя осел и остался здесь, постепенно обрастая стенами, гобеленами, коврами, узорами и многим другим. Их встречал высокий итальянец с сигаретой в зубах и алым огнем бушующего Урагана в пронзительных зеленых глазах. Блондин тряхнул головой и посмотрел на гостей поместья. - Рад видеть вас в здравии, синьор Гокудера, - улыбнулся пожилой босс. Его старший сын нервничал, но особого внимания не подавал, прокручивая в голове всю информацию об этом человеке. А Верон смотрел. Просто смотрел. - Дечимо отдыхает, он примет вас чуть позже. - Ясно, Дон опять заработался… Старик покачал головой. Он и еще несколько таких же, как он стариков, поддерживали Нео Примо Вонголу, когда он только взошел на «трон» теневого мира. А еще Виктор Ридере, так звали нынешнего босса семьи был старым другом Семьи, из которой когда-то сбежал строптивый Ураган Вонголы. - Па-ап, - протянул Верон, обращаясь к пожилому Дону, - а можно я пока погуляю? - Синьор Гокудера? Можно ли моему сыну погулять по поместью, пока мы ждем Дона Вонголу? Ураган хотел что-то фыркнуть в ответ, но тут, как из ниоткуда, появился высокий брюнет с катаной за спиной и улыбчивым лицом. Третий Император Мечей, Дождь Вонголы. - Ха-ха-ха, - улыбнулся тот, - конечно можно! - Бейсбольный придурок, - шикнул Дымовая Шашка на друга, но Верон уже убежал, оставив взрослых одних со своими делами. Мальчик шел по коридорам с прекрасными гобеленами, портретами и такими же окнами. Тут не было ничего вычурного, но казалось, будто мальчик попал в средневековье. Пока тот бродил по почти пустующей летней резиденции Вонголы, мальчик серьезно заплутал. Теперь он тщетно пытался вернуться, но все стены, ковры и окна были так похожи, что получалось из рук вон плохо. Дверь он чуть не прошел. Это была дверь в сад. Он открыл ее. Это место было прекрасно. Все убрано, красиво, наверняка, не один садовник сломал здесь спину. К сожалению, а может и к счастью Верона привлекли не цветы и растения других мастей, а человек, сидящий в белой беседке, поросшей плющом. Это был мужчина в деловом костюме. Он, закинув ногу на ногу и прикрыв глаза, пил чай. Белый чайничек, еще одна чашка (для кого?) и блюдце стояли рядом, на столе. Умиротворение царило в этой картине. Но проказник Верон не был таковым, если бы не захотел подшутить над человеком в беседке. Он уже представил, как после взрыва хлопушки тот дергается и роняет свою чашку с чаем, а может, если повезет, даже чайник, на себя. Так он покажет даже этому незнакомцу, какой он сильный и ловкий, раз сумел напугать взрослого. Ридере подкрался сзади к человеку, и услышал, как тот тихо смеется. Но этот смех разносился в голове мальчика птичьей трелью, и он уронил хлопушку. - Хочешь чаю? - у человека был приятный голос. он взял чайник, налил из него сверкающего в свете дневного солнца напитка и предложил жестом сесть рядом. Мальчик почувствовал непонятное желание подчиниться. Даже не так, послушаться этого человека, ведь тот не приказывал, он предлагал. Верон сел напротив странного человека. Возникла неловкая пауза. А он просто смотрел. И взгляд его завяз в теплых лучистых глазах, в которых колыхалась гладь Небесного пламени. - А вы знаете, какое вы Небо? - завороженным голосом произнес мальчик, глядя в лицо человеку напротив. Тот лишь рассмеялся. На этот раз звонко, словно ручей. Его голос был прекрасен. И невольно в сравнение к нему пришел его собственный голос. Он был не таким. Неправильным. Не человеческим. Это был смех заливистых колокольчиков, свет расплавленного золота. Шатен напротив закрыл глаза, и эти секунды казались долгими и тягучими. А потом он их снова распахнул. Янтарные глаза, похожие на текучий мед сверкали силой, пониманием и вселенской Гармонией. - Я просто человек, Верон, то небо, о котором ты говоришь - лишь метафора. - Вы не понимаете! - И чего же я не понимаю? - мальчик густо покраснел. Он впервые чувствовал себя рядом с кем-то смущенным и неправым. - У вас чистый Небесный атрибут! - Я знаю. - Ну, так почему говорите, что это метафора? - Потому что Небо всего одно, и оно, - шатен поднял голову, и посмотрел сквозь резную крышу беседки на голубой небосвод, куполом стелющийся над головами, - и оно над человечеством. Небо - оно непорочно... - А вы? - А я человек, Верон, я уже говорил, - и он улыбнулся. Светлая улыбка, лучащаяся добротой, теплые янтарные с золотыми крапинками большие глаза. Он не человек. Он - Ангел. - Понимаешь, Верон, люди все порочны. Кто-то больше, кто-то меньше, но у нас этого не отнять. Например, вот скажи, какой должен быть босс? - Бо-осс, - протянул мальчик и задумался, - сильный, умный, смелый - чтобы его все боялись и уважали. - А для чего ему это? - Чтобы,.. - у Ридере не было ответа. Действительно, для чего? - Чтобы защитить свою семью. Своих родных и друзей. Вот для чего... Извини, что-то меня на отвлеченное потянуло. Тебя наверное ждут. Беги, la pioggia... Верон встал, кивнул, и, махнув рукой, побежал в сторону дверей. А шатен снова улыбнулся, сделал глоток остывшего чая. Ридере проводили к комнате, где уже сидела его семья. Брат нервничал еще сильнее, отец улыбался в усы. Они ждали только Его. Большие дубовые двери распахнулись, являя всем хрупкую фигуру человека в деловом костюме. Его взгляд сверкал, а улыбка была подобна песни птицы Сирин. Эрнест вскочил и тут же поклонился, а старый Дон просто кивнул, в знак приветствия. - Рад лицезреть вас в моем скромном жилище, господа. - Вы! - вскочил восьмилетний мальчик, тут же густо покраснев, - вы не говорили, что вы - Нео Примо Вонгола! - А ты и не спрашивал, - тепло улыбнулся шатен, и повернулся к Эрнесту, - наслышан о вас, Дон Ридере-младший. - Я о вас тоже, Дон Вонгола... Скажите, а почему вы стали боссом? - С чего такой вопрос? - всерьез удивился Дечимо. - Он пишет биографии великих людей, - посмотрел на Десятого Ридере-старший, - тебя он хотел сделать венцом своей работы. - Да вы меня будто хоронить собрались! - Нет, что ты, мой мальчик. - Тогда отвечу... - его глаза стали серьезными, казалось, что секунду назад они ослепительно сверкали пламенем, - я стал Боссом, чтобы защищать..."

Veron La pioggia