Ипподром. Воспоминания.

Ту самую встречу Бог даёт только раз. Она может быть короткой или долгой, но ты сразу поймёшь - вот она пока она будет длиться, ты будешь счастливейшим человеком на земле, а когда кончится, твоему сердцу будет так больно, словно его пронзило множество стрел. Тем вечером ничто не предвещало подобной встречи. Ипподром встречал тихий сентябрьский вечер. Сбруи и седла развешены по местам, конюшня подметена, сено на вечер разложено, вёдра с водой расставлены у денников, люди собираются разойтись по домам, переодеваться в каптёрках, дневальные потихоньку подтягиваются на свою смену, в денниках лошади мерно хрустят овсом. И вдруг въезжает коневозка из Александровского конезавода. Двух рысаков - рыжего и гнедого привезли на соседнее тренотделение, то, где работала Марина. Мы с Лилечкой в той же конюшне, но у Ивана Иваныча, тоже собирались по домам, но новые лошади, это всегда интересно. Остались, смотрим. Рыжего завели в свободный денник во владениях Марины, завели в конюшню гнедого и тут оказалось, что второго свободного места там нет. А есть только у нас. Иваныч не растерялся и уговорил представителей завода оставить рысака у нас. Рыжего звали Догмат. Ему было четыре года с половиной. Но я его словно и не заметила. Всё моё внимание с первого взгляда было приковано к другому новичку. Наверное сердце узнало того, встречи с которым ждало. В беговой программе о нём написали всего пару строк : Главарь, гнедой жеребец русской рысистой породы, от Лигнина и Галеты. Он был невероятно красив и наряден. Высокий, статный, на точёных ногах. На левой передней и обеих задних, белые отметины, как говорят в народе, носочки, белая запятая на лбу, чёрная, как вороново крыло, грива, лежит на левой стороне шеи волнами... Гриша, Гришенька, моя любовь навсегда, это был ОН.