Ка-чан!

      Прошло три месяца с того момента как нас стали готовить к экзамену на B ранг по фуиндзюцу, а меня ещё и по ирьёниндзюцу. Всё это время мне хотелось умереть! Выходных у меня больше нет, теперь это непозволительная роскошь. Теперь, после двух дней тренировок с Узумаки, на следующей день после миссий я до посинения тренируюсь с командой под руководительством Шикаку-сэнсэя, нас даже один раз вырвало с ребятами, а после тренировок в госпитале мне приходится тренироваться в каллиграфии и повторять теорию как проклятой.       Насчёт миссий, нечего сверхъестественного на них не происходило. Ну, напали на нас пару раз, так это вполне нормально, привыкли уже. Мы пока не убивали. Даже не знаю хорошо это или плохо. Но, как говорит Шикаку-сан, у нас всё ещё впереди. Всё было бы в порядке, в конце концов не первый день живём, не впервые такое переживаем, пусть я нагло вру, но поверьте мне! Оказалось, что у нас троих есть стихия Суйтона, у меня как основная, а у братьев как дополнительная. Оттого, что мы спокойные и неконфликтные, Ичиро предположил, что у нас стихия Суйтона. Ну, или просто у Шикаку-сэнсэя нюх на таких людей. Впрочем, это не так важно. Первую половину тренировки мы отрабатывали свою стихию по свиткам, которые нам любезно предоставили Узумаки. Помимо изучения второстепенной стихии мы тренировали и основную. Как я уже говорила, у меня это был Суйтон, у Ичиро Футон, Джиро осваивал Дотон. На самом деле, ничего сложного пока мы не можем, несколько техник D и B ранга. Мальчики своими стихиями были довольны. Ещё бы! Ичиро благодаря Футону теперь может не волноваться об остроте оружия, а Джиро может делать свою кожу очень твёрдой, что очень полезно в ближнем бою. Что же до второстепенной стихии, то ничего сложнее пропуска стихийной чакры через кунаи мы не научились делать. В основном нам было всё равно какая у нас вторая стихия. Суйтон так Суйтон, у меня вот Катон, что не так уж и плохо, значит враги помимо порезов от куная будут получать ещё и ожоги. Ещё оказалось, что я сенсор! Браво, фанфары в студию! Сказала бы я, если бы это не прибавило мне столько тренировок в довесок. Сенсорику я постаралась развить как можно лучше, однако всё на что я сейчас способна - это чувствовать чакру на расстоянии ста метров. К тому же, чтобы почувствовать чужую, мне надо хорошо сосредоточиться. Проще говоря, в движении или, что хуже, в бою эти мои способности будут бесполезны. Так как Абэ не были сенсорами, им приходилось тренироваться в кендзюцу (Ичиро) и тайдзюцу (Джиро). Вторую половину тренировки мы учимся командной работе и разрабатываем стратегии.       В госпитале, время я проводила в основном в морге. Вы не ослышались, в морге меня учили проводить операции, показывали строение человеческого тела, местоположение органов, как медицинская чакра влияет на тот или иной орган. И это было очень полезно. В прошлой жизни я выучилась на хирурга одной направленности и работала по ней всю жизнь, здесь приходится учить все направленности хирургии. На войне всякое случается, поэтому надо быть готовым ко всему. Так как всё моё обучение показывалось на настоящих людях, я постепенно привыкла к мёртвым. Даже теперь не знаю как среагирую, если убью. А два дня с Узумаки проходят в режиме: "мы тебе показываем барьеры и печати A и S ранга, ты их запоминаешь, а потом рассказываешь как ты бы их сделала". Предполагаю у парней примерно тоже самое и похоже Джиро был очень даже прав, нам действительно придётся обучать маленьких красноволосых дьяволов, если найдём или встретиться на войне. В одни из моих "выходных", как я уже говорила, я занимаюсь теорией и каллиграфией, это привело к тому, что я стала ненавидеть каллиграфию, но без неё мне не сдать экзамен. Какая досада. Я устала, но если я не буду тренироваться и учиться, я не смогу никому помочь! Я не хочу повторения той истории с Сакумо-саном.       Какаши тоже был занят круглосуточными тренировками и заданиями. Всё время, что я тренировалась, мы виделись от силы один раз в месяц и то, только пять минут. Да так, наверное, про весь наш выпуск сказать можно. Мы с Гаем, наверное, также виделись бы, не будь мы братом и сестрой. Что уж там говорить про Какаши или ту же Куренай. Вот в таком темпе прошли эти три месяца, а я ведь ещё и за домашнее хозяйство отвечаю.

***

      — И где Шикаку-сэнсэй? — Уставшим голосом спросил нас Ичиро, облокотившись на перила моста спиной и руками устремляя взор в небо. Мы с Джиро находились в аналогичной позе. Я была по середине, Ичиро слева, а Джиро справа. У меня такое ощущение, будто мы голуби на жердочке. Что мы тут собственно делаем? А точно, вчера после миссии, Шикаку-сан сказал нам собраться на мосту, что проходит через реку. В Конохе таких мест много и каждое такое определённое место закреплено за одной командой. Правда, после того как все в команде становятся Чунинами, она перестаёт собираться на старом месте, уступая, так скажем, его новой команде генинов. А Чунины из одной команды, хотя бы в раз в месяц собираются на одно общее задание со своим старым сэнсэем и после миссии дружно идут в кафе, чтобы вспомнить старые добрые времена, где за ними уже закрепляется столик. Есть конечно и исключение, когда команда с самого её формирования встречалась для общего сбора в кафе, в таких случаях, место сбора не меняется.       — Я не знаю, сколько раз ещё мне это сказать, чтобы ты заткнулся?! — Похоже Джиро уже на пределе. Нужно спасать ситуацию.       — Джиро, не кричи мне на ухо, а ты, Ичиро, успокойся и расслабься пока нет сэнсэя. Не каждый день у нас выдаётся спокойная минутка. — Как не прискорбно это признавать, но это правда. Эти три месяца мы только и делали, что тренировались, отдыхали мы только, когда спали. Из-за тренировок по каллиграфии я теперь ненавижу сидеть.       — Я конечно рад, что моё опоздание вам в радость, но давайте посерьёзней. — От разговора нас отвлёк Шикаку-сэнсэй, появившейся перед нами как чёрт из табакерки. Мы даже не дёрнулись от его внезапного появления.       — Шикаку-сэнсэй, скажите что нам нужно делать и мы пойдём. — Перешёл старший Абэ сразу к делу. Его можно понять, мы хоть и выглядим как отдохнувшие и полные сил, но наделе мы больше опустошены морально. В конце концов, такой темп для нас - это слишком. Абэ, в отличии от меня, тренируются только у Узумаки и притом ещё и почти без выходных. Как я поняла по их рассказам, у них только два выходных в неделю и когда они наступят, они выбирают сами. Но из-за этого им приходится сверяться с мои расписанием, чтобы мы могли тренироваться все в месте.       — Вы настолько сильно устали?       — Если вы имейте ввиду, что мы так устали, что из нас троих, могу разговаривать только я, то наш ответ да. — Это чистейшая правда. Из нас троих более менее разговаривать может только Ичиро. Как по мне, он всегда любил потрепать языком. Мы с Джиро не такие разговорчивые, как он, но это не проблема, пока Ичиро понимает, что мы хотим сказать, а на всё остальное пока плевать. Сейчас главное дожить до экзамена на B ранг по фуиндзюцу, а после можно расслабиться.       — Раз так, то спешу вас обрадовать, у вас как минимум следующие две недели не будет времени думать о чём-то, кроме ниндзюцу. — Глава клана Нара достал три листочка на которых очень сильно выделялся один иероглиф...       — Шикаку-сэнсэй, не шутите? — Атмосфера сразу изменилась. Ведь это иероглиф читается как Чунин!       — Нет, не шучу, я рекомендовал вас троих на экзамен. — Каждый из нас взял по бланку. "Майто Аямэ выбрана на участие в экзамене по отбору Чунинов от имени Нары Шикаку. " Гласил бланк. — Если хотите, можете не участвовать и подготовится получше, но если вы хотите сдавать его, то подпишите эти бланки и приходите через две недели в академию в триста первый кабинет до десяти часов.       — Шикаку-сэнсэй! — Я как первоклассница подняла руку, чтобы задать вопрос.       — Что?       — Я правильно вас поняла? Если мы всё-таки подпишем бланки, то следующие две недели мы будем заниматься только развитием наших личных способностей? Никаких Фуиндзюцу и Ирьёниндзюцу, только тренировки с вами, но дольше по времени? — Уточнила я. Парни поняв ход моих мыслей тоже стали ожидать ответа.       — Да, верно. — Согласился Нара с моими выводами. Мы с мальчиками переглянулись и кивнув друг другу хором сказали: — Согласны!       — Уверены? Это будет трудно, предупреждаю сразу, не все новички сдают, а некоторые после этого бросают работу шиноби и, если вы не пройдёте, вам придётся ждать ещё пол года, чтобы попробовать снова, вы точно уверены? — Готова поставить свою зарплату за этот месяц на то, что он думает как это проблематично готовить нас все эти две недели на экзамен, поэтому и пытается нас отговорить.       — Да кого это волнует! — Не выдержали парни. Сэнсэй на их реплику сделал непонимающие лицо.       — Как вы не понимаете, сэнсэй? Это же две недели отдыха от каллиграфии! Никаких чернил, чистых свитков для тренировок, а если пройдём, бонусом будет более оплачиваемые миссии, скидки, льготы, что ещё нужно для счастья?! — Ну всё, Ичиро понесло, вон как глаза светятся от видимой перспективы. Правда он лукавит, пусть и официально мы будем свободны от тренировок по Фуиндзюцу, но тренировки бросать нельзя, просто время которое мы тратим на каллиграфию уменьшится. Но он и прав, сдадим и сможем ещё больше зарабатывать, в идеале, конечно, неплохо было бы дослужится до Джонинов, вот где хорошо платят, но и риск быть убитым становится выше. Мне-то по барабану, я всё равно в госпитале работать буду, но я волнуюсь за других. Ладно, не время об этом думать, надо радоваться, а не мрачными мыслями себя загружать!       — Понял, понял, успокойся, пожалуйста, Ичиро. Раз вы согласны, то с завтрашнего дня будем тренироваться, но, Аямэ, ты от тренировки по Ирьёниндзюцу не освобождаешься. — Огорчили меня, ну, хоть от Фуиндзюцу свободна, и то хлеб. — Прости, я пытался уговорить Чико-сан, но она не соглашалась. Поэтому, ты через день будешь вторую половину дня тренироваться у неё. — Её можно понять, в конце концов, если они будут ранены, лечить их придётся мне. Так что, будет плохо, если я за эти две недели забуду что и как делается. — Сегодня можете отдыхать, на этом всё. — И исчез, клон? Ай, да неважно. Главное, что мы наконец можем отдохнуть!       — Аямэ, мы пойдём скажем родителям, до завтра! — Как ветром сдуло. Их можно понять, они только ради родителей стали шиноби. Из того, что они мне рассказали про свою жизнь, стало ясно, что их родители прошли всю Вторую Мировую Войну шиноби и получили много травм из-за которых больше не в состоянии работать. Они, конечно, получают что-то вроде пенсии, но этого не так много. Ещё у них есть сестра, старше их на десять лет, но она родилась без особо большого резерва, поэтому шиноби стать не могла. Прибавить к этому то, что она видела как родители получали травмы вовремя войны и мы получаем не очень хорошие отношения с семьёй, тем более, когда выяснилось, что младшие дети обладают приличным таким резервом и они могут стать шиноби, их сестра не выдержала и ушла из дома оборвав все связи с родителями. Наверное, она просто не хотела видеть, как младшие братья страдают, насмотрелась уже на родителей.       Сняв повязку со знаком деревни, я её убрала в подсумок, на прогулке она мне не пригодится, так что, смысла её носить я не вижу. И куда бы мне пойти? Дай на миссиях сегодня целый день, Гай сказал, что он будет целый день тренироваться, так что дома никого нет. Найти Какаши или Куренай? Нет, неохота мне сейчас по деревне шататься и их искать. Может тогда потренироваться?! Так, так, так, о чём это я? У меня в кое-то веки выходной, а я о тренировках думаю?! Нет, мне определёно надо отдохнуть. Как я отдыхала в прошлой жизни? Трудно вспомнить, я ведь по сути до пенсии и не отдыхала. Даже когда отпуск был, всё время на огороде была. Не зря про меня коллеги говорили, что я трудоголик, ой не зря. А на пенсии? А на пенсии, ты, милочка, писала книги. Эх, жизнь моя жестянка. Значит пойдём к ней, она меня точно выслушает, но зайду для начала в цветочный магазин.       — Добро пожаловать! Вам помочь с выбором? — Ко мне подошла женщина со светло-карими глазами без зрачков и коричневыми волосами, завязанные в пучок. Сразу видно - Яманака. У этого клана главная отличительная черта в том, что у них нет зрачков, так что не удивительно, что меня с ними путают. Если не особо присматриваться к глазам, зрачков можно и не заметить.       — Здравствуйте, Има-сан*. — Я сделала лёгкий поклон. Про манеры, особенно в общественном месте, забывать не стоит. Это на миссиях и при команде их можно опустить, но в общественных местах лучше про них не забывать. — Мне десять рыжих и четыре белых лилий, пожалуйста.       — А, это ты Аямэ-чан! Я тебя даже не узнала. Ты так давно к нам не заходила, тренировки? — Начала возится и спрашивать меня одновременно Има-сан. Мы с Даем и Гаем в этой лавке, можно сказать, постоянные клиенты. Раз в месяц заходим, так или иначе запомнят. А заходила я и в правду давно.       — Да, времени совсем не было. — За эти четыре месяца ни разу на кладбище не сходила.       — Аямэ, это конечно не моё дело но... — Неуверенно начала женщина. — ...Может хватит? Даже твой то-сан и ни-сан не так часто теперь ходят на кладбище. — Вот значит как? А я и не знала. Но...       — Нет, простите, Има-сан, я пока не могу это прекратить. — "Я пока не могу принять её смерть" читается между строк.       — Нет, это ты прости. — Снисходительно покачав головой и улыбнулась мне женщина. — Вот твои лилии. — Мне протянули цветы, пока я искала кошелёк. Оплатив свою покупку я вышла из магазина и пошла на кладбище. Я не люблю это место, но всё равно прихожу сюда раз в месяц. Просто не могу не прийти. Это так странно. Утешает только то, что я не одна такая. Люди все странные, если так подумать. Мы не хотим видеть и верить в смерть близких нам людей, но всё равно идём к месту напоминания об их смерти. Противоречие, так это называется, верно?       — ... — Ноги привычно принесли меня на могилу ка-сан. Каждый раз прихожу сюда и начинаю с ней разговаривать. Мне так легче? Я уже не уверена в своих собственных словах. Это нормально? Неважно, пока это не важно. — Привет, ка-сан. — Протерев могилу и положив на неё цветы, я стала рассказывать что произошло за эти четыре месяца, пока я к ней не приходила. После пошла на могилу Сакумо-сана, извинилась за то, что давно не видела его сына, тем самым не могла приглядывать за ним. Нечего особенного, всё как всегда. Рассказав всё что я хотела, пошла прочь с кладбища. С этого места я всегда выходила с повешенной головой и понурым взглядом, так что я не особо удивилась, когда в кого-то врезалась и упала на пятую точку.       — Ой-ё-ёй. — Реакция на внезапное падение у нас с этим незнакомым человеком была одинаковая. Правда подняв голову оказалось, что не такие уж мы и незнакомцы. — Давно не виделись, Обито. — Всё ещё лежа на земле сказала я.       — Да, точно. — Вставая с земли сказал он. — Помочь. — Это не было вопросом. Он уже подал руку для помощи. Добрый ребёнок, ничего не скажешь.       — Если только ты настаиваешь. — Не стала я долго думать и ухватилась за поданную мне руку. С Обито до недавнего времени я не особо общалась. В академии мы не были друзьями, а точнее, я просто была из такой группы людей, которые не смеялись над ним, а он над моим братом. Так что после академии мы оставили о себе не положительную, но и не отрицательную характеристику. До недавнего момента, как я уже говорила, мы не особо общались, что такого случилось, что стали? Наверное будет странно, если я скажу, что просто поговорили. Тогда в Конохе проводился летний фестиваль. По этому случаю, кстати, нам дали выходной. Вышло так, что первую его часть я провела с семьёй, вторую с командой, а третью... Третью хотела провести с Какаши, но Нохара всё время делала так, чтобы мы с ним не встретились даже взглядом. Я её за это не осуждаю, Куренай делала тоже самое, только её объект был наследник клана Сарутоби. Когда я убедилась, что навряд ли смогу отбить Какаши от цепких ручек Рин, то пошла на мост, который был недалеко от места проведения фестиваля. Мост, кстати говоря, по такому случаю даже украсили, ну как украсили, просто повесили бумажные фонарики с разными кандзи. Там я и встретила Учиху, который был мрачнее тучи. Не трудно было догадаться, что грустит он из-за того, что Нохара переключила всё своё внимание на Хатаке, а про него забыла. Дальше у нас завязался разговор, после которого мы не стали друзьями, но очень хорошими знакомыми - это да.       — Ты не опаздываешь? — Оттолкнуло меня с приличной силой, думаю можно предположить, что он бежал из-за того, что сильно опаздывал.       — А-а-а-а!!! Аямэ, прости, но мне пора!!! — За день от меня слишком часто убегают или уходят, но у этого парня действительно напрочь отшибает память, когда он видит, что кому-то надо помочь. Это хорошее дело, я не спорю, но после того, как я увидела такую ситуацию несколько раз, я посоветовала ему выходить за час до выхода. Это помогало, при следующей нашей встрече после моего совета, он меня поблагодарил. Правда, похоже от старых привычек трудно избавится.       Внезапная встреча с Обито приободрила моё настроение, которое после кладбища было не очень. Наверно Минато хочет рассказать им про экзамен. Значит Какаши скоро будет свободен. Может я ещё успею догнать Обито! Нет, его уже и след простыл. Ладно, пройдусь по торговым лавкам, может чего и куплю. Я была у лавки с морепродуктами когда меня окликнули.       — Аямэ-чан! — Я знаю только одного человека который прибавляет к моему имени этот суффикс. И зовут этого человека...       — Кушина-химе, решились наконец? — Этот вопрос не особо нуждался в ответе. У химе клана Узумаки в руках была шерсть для вязания. Однажды ей захотелось научится вязать, так как в клане её этому не учили она начала с прошлого года об этом расспрашивала своих знакомых, но никто этого не умел и не смог ей помочь, я, услышав об этом, предложила ей свою помощь. Она сначала не поверила, что я умею вязать, но после демонстрации, она начала активно меня обо всём расспрашивать. Не стоит недооценивать пенсионеров! Правда, похоже начать она решила только сейчас.       — Сколько раз тебе говорить? Просто Кушина! — О нет, дорогая Кушина, пока я не забуду как вы с Минато бросали всю работу по низкоуровневым печатям на маленькую девочку, я буду так тебя называть. А память у меня очень хорошая.       — Как скажете, Кушина-химе. — Улыбаемся, улыбаемся и машем!       — Как об стенку горох. — Вздохнула она. — Ты купила кимоно? — Почти год тому назад Минато сделал предложение Кушине. Организацией сего мероприятия занялся клан Аловолосых, но так как традиционная свадьба этого мира дело хлопотное, готовится она до сих пор. Ну тут ещё всё не так плохо, иногда подготовка к свадьбе занимает годы, но благодаря клану Кушины, всё приготовили в кратчайшие сроки, свадьбу решили провести через месяц после окончания Чунин Шикена. Сам же клан... Решил отправится назад в Узу после церемонии. Несколько семей и стариков решили остаться в Конохе. Что примечательно, почти все старики мастера в фуиндзюцу. Скорее всего это из-за того, что кому-то придётся учить детей, когда те появятся, а все будущие родители достигли только ранг C или B, а чтобы достичь хотя бы такого результата, нужен учитель S класса. Дальше больше, приглашение на свадьбу почему-то получила и я. И сколько бы я не отпиралась прийти я всё равно обязана. А для того, чтобы посетить такое важное мероприятие нужно и кимоно соответствующие.       — Да! — Кушина надулась, не довольствуясь ответом. Что поделать, я не хочу ей рассказывать, что я выбрала. Если честно, мне кажется кимоно на свадьбу выбрать сложнее, чем подарок на ту же свадьбу. Оно не должно быть слишком примечательным, чтобы не затмевать невесту. Проще говоря однотонным, но можно небольшой рисунок, главное, чтобы он не был очень заметным. Я могла бы надеть кимоно в котором была на летнем фестивале, но Кушина упёрлась, что его все видели. Пришлось месяц выполнять миссии C ранга для покупки нового кимоно. Основная проблема была даже не в этом, а в том, что простого или не слишком яркого кимоно не было. Пришлось хорошенько попотеть прежде чем я нашла более или менее приемлемый вариант. Почему более ли менее? Потому что рисунок на нём есть, но он не так заметен в отличии от других предложенных мне вариантов.       — Ладно, не хочешь - не говори. Но, Аямэ-чан, не могла бы ты научить меня вязать? — Кушина немножко съёжилась и покраснела. Я не удивлена, что она меня попросила, пусть я и много раз ей всё показывала, но смотреть и делать самой - это разные вещи. Так что...       — Почему нет, я не против. — Договорившись, что через какое-то время после свадьбы я начну её учить, мы разошлись. Прям день случайных встреч, а я ведь ещё до дома не дошла. Я чуть не забыла за чем пришла в лавку, продавец напомнил мне спросив буду ли я брать креветки. Запечатав покупки в свитки, я решила пойти на гору Хокаге. Я давно хотела, но времени у меня на это совсем не было. Пока я добиралась до горы, уже приближался закат. Добравшись до горы, я довольно близко села к обрыву, правда, обрывом это было назвать трудно, внизу находились монументы каменных лиц Хокаге, так что, даже если упадёшь, приземлишься кому-нибудь на голову. Я закрыла глаза, став дожидаться заката. Закат, как бы это странно не звучало, можно почувствовать. Когда солнце садится, температура меняется, а с моим стажем любования на закат, можно вполне удачно подгадать идеальный момент для любования. Почувствовав, что пора, я открыла глаза. После я не могла ни о чём думать, голова была абсолютно пуста, я могла только смотреть как солнце заходит за горизонт. Сколько лет я живу, до сих пор не могу описать эту красоту.       — Красиво... — Обернувшись на того, кто сказал тоже что и я про закат, я увидела как на небольшом расстоянии, сзади меня стоял немного смущенный Какаши, но, скорее всего, мне это показалась из-за заката, да и ещё он, как и я, был без повязки, из-за непривычки, наверное, почудилось. Вот уж и правда день встреч. Не знаю от чего, но я внезапно засмеялась.       — ...Прости, Какаши, что я так неожиданно засмеялась. — Неудобно вышло.       — Да ничего. А почему ты так неожиданно рассмеялась? — Какаши подошёл и сел рядом со мной. Мы смотрели друг на друга.       — Не знаю, просто вдруг засмеялась. — Уже смотря на закат, сказала я.       — Ясно. — Дальше мы смотрели на закат уже в месте. Просто так сидеть в тишине с Какаши необычно. Не то чтобы мы раньше так не делали, но обстановка была совсем другой, более домашней что ли? Да, именно так! И тишина обычно длилась недолго, непривычно как-то. Через какое-то время солнце уже почти село, был слабый свет от видимой верхушки солнца. Мы бы так и сидели, дожидались когда солнце полностью скроется за горизонтом, если бы неожиданный вопрос Какаши. — Аямэ, ты была бы не против принять моё предложению по сопровождению на свадьбу Минато-сэнсэя и Кушины-сан? — Вопрос он задал вполголоса, как бы зная, что ему заранее откажут и смотрел себе под ноги, как будто уже жалея, что задал этот вопрос. Но, похоже решив что-то для себя, он поднял свой взгляд, посмотрев мне прямо в глаза. Сейчас он был такой серьёзный и такой неуверенный, сразу было понятно, что мой ответ многое для него значит. Это было приятно, но и боязно одновременно. Такое знакомое чувство. Точно такое же я почувствовала, когда он сказал, что со мной он будет вести себя как обычно.       — Я не против, Какаши. — Улыбнувшись ему от всего сердца, ответила я.

***

      Две недели до экзамена наша команда может описать только одним словом: "АД"! Мы бы, наверное, и слова не сказали, проходи тренировки как обычно, но подольше. Всё в основном так и было, только вот, подольше, по нашим соображением, было на два часа дольше. То есть, мы думали, что теперь, вместо шести часов вечера тренировка будет до восьми. Думали мы правильно, но кое-что мы не учли. Эти две недели мы были освобождены от миссий, следовательно с восьми утра до восьми вечера мы тренировались. К нашим обычным тренировкам прибавились спарринги против Шикаку. Скажу сразу, после первого спарринга, мы сразу поняли на сколько мы ущербны. Мы, конечно, знали что звание Джонина дают не за красивые глазки, но мы ведь его только несколько раз задели! Столько тренировок, усилий и всё насмарку! Вы даже не представляете насколько это было обидно. К концу первой недели, пять из десяти спаррингов мы, конечно, более или менее выводили в ничью, а концу второй недели, три спарринга мы смогли выиграть. Вот только, гордиться тут, по-нашему мнению, было нечем. Шикаку частенько поддавался, когда ему было лень продолжать дальше, просто сдавался и сражался он только в пол силы. Кроме этого, через день, как и говорилось, я тренировалась в госпитале под надзором Чико-сан. Сначала я правда шесть часов тренировалась с командой и только потом уходила в госпиталь.       Помимо всего этого Ичиро и Джиро попросили меня вшить несколько печатей в одежду. С одеждой Джиро проблем не возникло, теперь ему достаточно просто коснутся внутренний стороны одежды с нужными печатями что достаточно легко. У Ичиро была толстовка поэтому шить под неё печати было не вариант, во время битвы ему было бы не удобно. Пришлось изворотится и теперь у Ичиро есть карман "кенгуру", а в нём печати, по моему скромному мнению так было намного удобнее чем лезть под толстовку.       Когда пришло время Чунин Шикена, Шикаку-сэнсэй пожелал нам удачи и мы со всей своей решительностью пошли в академию. Первый этап проходил в самой большой аудитории в академии. Когда я училась, я думала что её вообще не используют и она пустует круглый год. Похоже эта аудитория используется только во время экзамена на Чунина. В основном в аудитории были только коноховцы и ещё несколько команд из других деревень. Это не удивительно, каждая деревня проводит свой собственный экзамен в одно и тоже время, даже когда война, его проводят во всех деревнях в одно и тоже время, думаю этим они хотят показать, что пока мы не наберём новой силы, мы не будем на вас нападать. Но деревни, у которых нет такой большой военной мощи, как у других пяти великих наций, вынуждены проходить этот экзамен как раз таки в этих деревнях. Мне кажется, что так они ещё и добывают информацию. Сами посудите, мы не знаем сколько генинов у этой деревни и не можем быть уверены, что они отправили всех в одну деревню. Если у каждой маленькой деревни есть десять или, хотя бы, пять команд, то каждую можно просто отправить собирать слухи и наблюдать. Но это только моё предположение.       Через некоторое время, после того как мы пришли, появились экзаменаторы и сказали нам подходить по одному к столу и отдать наши разрешение на участие экзаменатору. Вместо разрешений нам дали номерки и сказали садится соответственно нашему номеру. После того как все расселись, нам выдали бланки с вопросами сообщив, что для прохождения этого этапа надо, чтобы у каждого человека в команде было минимум по пять балов и дополнили сказав что увидят как кто-то списывает сразу дисквалифицируют. Сразу стало понятно, начался письменный экзамен. По вопросам можно было сразу понять, что здесь проверяют наши базовые знания. Некоторые вопросы заходил за рамки академии, их от силы было два или три, все остальные были темами, которые чаще всего легко забываешь или были слишком трудными и сложными. Весь наш выпуск легко с этим справится, ничего сложного там особо для нас не было. Из-за того что нас так рано выпустили из академии все сдавали письменный экзамен и, не дай Ками-сама, они бы не набрали восемьдесят балов, да им бы просто не выдали повязки. Хотя, конечно есть исключения, такие как Какаши. Ему было достаточно показать хорошее выполнение трёх основ ниндзя: ген, нин, и тай, и он мог спокойно получить повязку. Моё пугало решило почему-то сдавать письменный тест вместе со мной, сдал он, между прочим, на сто балов, я на девяносто девять. Было обидно, он ведь почти не готовился!       Первым из аудитории вышел естественно Какаши, кто же ещё. Я, всё написав, предпочла до конца теста оставаться на месте и выйти из аудитории вместе с сокомандниками. Пока было время, я решила применить свои сенсорные способности. В основном у всех из нашего выпуска была спокойная чакра, ну, разве что у Обито она колебалась, но потом успокоилась. Странно это. Ладно, не важно, после окончания теста экзаменатор сказал приходить всем через час на первый этаж, на стенде будут вывешены результаты. Все генины пошли в столовую академии после слов экзаменатора, чтобы поесть. И не мудрено, после такой умственной нагрузки всегда хочется кушать. Хорошо, что администрация академии предоставляет свои услуги и даёт покушать. Правда, всё это не бесплатно, но голодными не оставляет и на том спасибо. В столовой были круглые столы рассчитанные на три-четыре человека, у меня всегда было с собой бенто, так что, я сюда почти не спускалась, предпочитала поесть на крыше или в классе, были такие дни, когда из-за того что Асума ел здесь, меня за собой ещё и Куренай тащила и мы обедали вместе. Сев за найденный свободный столик, мы с братьями Абэ преступили к еде. Закончив, мы предпочли остаться на месте, столик был поставлен недалеко от выхода, так что мы заметим, когда кто-то пройдёт и вывесит результаты.       — Как написали? — К нашему столику подошёл Хатаке и никого не спрашивая сел за свободное место.       — Какаши, ты правда думаешь, что у кого-то из нашего выпуска возникнут проблемы? — Если это так, то он крупно ошибается.       — Нет, но вот Обито... — Стало ясно что в своём сокоманднике он не уверен.       — С этим ведь должно быть всё нормально, разве нет? — Удивилась я его неуверенности.       — Аямэ, с чего ты это решила? — Спросил меня Джиро. Так, я одна не понимаю в чём дело?       — Ну, Обито ведь сдавал годовой экзамен со всеми? — Все трое парней посмотрели на меня как на дуру.       — Точно, ты ведь не знаешь! — Осенило от чего-то Ичиро.       — Чего я не знаю? — Возник у меня закономерный вопрос.       — Обито сдал экзамены раньше, чем все остальные и сдавал он как Хатаке, то есть мог не писать письменный тест. — Дальше Джиро ничего не говорил. Стало и так ясно. Учиха никогда не любил теорию и тесты всегда писал чуть ниже среднего, так что, скорее всего он предпочёл обойтись без письменного теста.       — Не знаю даже, что сказать. Наверное сочувствую? — Со стороны друга послышался тяжёлый вздох. — Но, если твоё имя будет в списках прошедших, имена твоих сокомандников можно не искать.       — Почему? — Хатаке, к чему эти глупые вопросы?       — Потому что проходят только всей командой, смысл писать скажем имя двух прошедших сокомандников, когда третий член команды не прошёл? — Доходчиво всё объяснил зеленоглазый. На этом разговор резко оборвался из-за мимо проходящего шиноби с листом формата А0. Все пошли к доске объявлений. Надеюсь мы прошли.