Убирать как любить

Звонок раздался вечером в субботу. Эрен, выскочив из ванной, побежал открывать, стукнувшись по пути мизинцем левой ноги об угол. Зашипев проклятия, он открыл дверь. На пороге стоял очень хмурый Ривай. В руках он держал старый магнитофон. — Вы опять?! — ужаснулся Эрен и попытался закрыть дверь, но Ривай не позволил. — Хватит уже, пожалуйста. Моя квартира в порядке. Клянусь. — Я по другому делу. — По какому? Эрена отодвинули в сторону. Ривай вошел в темный коридор и повернулся, давая рассмотреть себя. Одет он был в черную облегающую рубашку, обтягивающие джинсы, широкий ремень с квадратной пряжкой, перчатки и дурацкий белый галстук на шее, спускавшийся прямой стрелой к паху. — Ч-что… почему вы так одеты? — Я смотрю, кое-кто прознал о моей подработке и решил снять приватный танец, — жестко сказал Ривай, опуская на пол магнитофон. Эрен удивленно уставился на Ривая. Смысл доходил медленно. Подработка? Это он про стриптиз? То самое, о чем Армин узнал в поисках профиля Ривая? — Я его убью! — простонал Эрен. — Мне прямо здесь начинать? — Что начинать? — О боги, только приватного танца в темном коридоре не хватало. — Нет, не надо! Даже не думайте! — Как скажешь, Эрен. Ривай впервые назвал его по имени, избегая всех этих кличек. С одной стороны, Ривай наконец внял его просьбам, с другой, от интонации, с которой было произнесено имя, по коже пробежал озноб. — Пожалуйста, идите домой. Уже поздно. — Ты меня купил, я должен выполнить свою работу. — Я не покупал вас. О чем вы? — Оплачен танец на твое имя по этому адресу. Ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда мне пришел твой адрес? Я тебя убить готов был за то, что ты из себя строил недотрогу, а на деле лазишь по закрытым сайтам недетского контента! — Но я не лазил, — растерялся Эрен. — Я вообще этим не интересуюсь. — Но кто-то же сделал заказ. — Это Армин, — Эрен наконец закрыл дверь. — Он искал про вас информацию и нашел на каком-то сайте ваши фото и объявление о стриптизе. Не могу поверить, что он вас купил. Извините, это не повторится. Давайте обо всем забудем и… попьем чайку? От взгляда Ривая Эрен сглотнул и быстро отвернулся, проходя на кухню. От того, что Ривай за спиной, по телу бежали мурашки. А от ледяного пробирающего до костей взгляда хотелось спрятаться. Как он влип в подобную ситуацию? Как вообще Армин додумался заказать Ривая? О чем он только думал? — Никогда еще клиенты не поили меня чаем, — сказал Ривай, когда Эрен поставил перед ним полную чашку. Пар поднимался от поверхности жидкости и лицо Ривая разгладилось, стерлись резкие черты лица, которые недавно пугали. — У меня только это есть, — Эрен придвинул тарелку с печеньем. — Я могу сходить в магазин за спиртным, но это уже без меня. — Чего так? — Неважно, — Эрен уткнулся в чашку, стараясь не смотреть на гостя. — Я еще несовершеннолетний. Ривай хмыкнул. — Значит, тебе не нравится мужской стриптиз? — спросил он. Ривай держал чашку за ободок, а не ручку, как все нормальные люди. — Не знаю, — рассеянно ответил Эрен, изучая пальцы Ривая на чашке. Ему разве не горячо? Так недолго подушечки пальцев обжечь. — Никогда не видел… Даже сравнивать не с чем. И не надо о нем больше говорить, пожалуйста. Мне не нравится эта тема. — А что тебе нравится? — Ну… — Я тебе нравлюсь? — Нет! — Слишком быстро ответил. Эрен допил чай, стукнул донышком о стол и посмотрел на Ривая. — Пожалуйста, оставьте меня в покое. Не знаю, чего вы добиваетесь, но прекратите. Вы мне мешаете и отвлекаете от учебы. Допивайте и идите домой. Он поднялся и ушел в свою комнату. На столе лежала раскрытая на середине книга с задачами. Рядом почти исписанный лист с решениями. Волосы подсохли и топорщились в разные стороны. Эрен скинул с плеч полотенце на спинку стула и сел. Взял ручку и написал ответ к последнему примеру. — Эрен. Эрен поднял голову и ручка выпала из рук. Ривай стоял в дверях и смотрел так, что к горлу подступил ком. Он подошел, наклонился очень близко к лицу, так что дыхание перемешивалось, и сказал: — Выкинь все мысли и просто смотри. Эрен хотел возразить, что ему некогда, но Ривай накрыл губы указательным пальцем, призывая к молчанию. Ривай отошел и начал медленно двигаться, гипнотизируя своей фигурой в такт тихой мелодии. Эрен ее только сейчас услышал, но промолчал, как того требовал Ривай. Он был красив и завораживал каждым движением. Его спина, руки, бедра — все покачивалось в такт мелодии. Ривай развернулся, волосы закрыли глаза, но Эрен чувствовал на себе пронзительный взгляд. Ладони пробежались по ремню, большие пальцы поддели его, приподнимая, и Ривай задвигал бедрами. Выглядело это совсем не пошло, а в какой-то мере красиво. Вот руки отпустили ремень, задели пуговицы рубашки и поднялись вверх, намечая путь. Ривай облизнул губы, и у Эрена впервые перехватило от этого движения дыхание. Пальцы одну за другой расстегивали пуговицы, обнажая загорелую кожу. Показавшиеся соски потемнели, привлекая внимание к груди. Перехватив его взгляд, Ривай облизнул пальцы, опустил руки и обвел соски. Эрен наблюдал, следуя за действиями глазами, и не мог оторваться. Его гипнотизировали длинные пальцы, которые вытянули рубашку из-за пояса и до конца расстегнули пуговицы. Ривай развернулся спиной, приспустил рубашку с плеч и поднял руки к голове, зарывшись ими в волосы. Эрену до зуда в пальцах хотелось повторить движение и тоже прикоснуться к его волосам. Он продолжал. Тело Ривая постоянно находилось в движении, ни на секунду не останавливаясь. Рубашка стекла к опущенным запястьям, еще несколько секунд повисела чёрными наручниками и упала к ногам. Ривай повернулся боком и замер, давая себя рассмотреть. Пять вдохов — и он опять задвигался, но в другом ритме. Снова пришлось привыкать и наблюдать. Изучать заново. На Ривае остался галстук, который покачивался, все еще направляя взгляд к паху. Эрен на него больше не велся и старательно избегал смотреть в то место. Ривай обхватил галстук, и пальцы медленно заплясали вокруг узла. Развязали, но не спешили избавляться от полоски ткани. Руки поиграли с кончиком галстука и оставили его в покое. Ривай прогнулся и откинулся спиной на стену, упираясь в нее плечами. Ладони провели по груди, пробежались по выступающим кубикам пресса и опустились на пряжку. Замок звякнул оглушающе, закладывая уши. Эрен вздрогнул, но Ривай вновь завладел его вниманием — его бедра задвигались, привлекая всецело взгляд. Гипнотически и тягуче медленно, они повторяли траекторию круга. Выступающие подвздошные кости — и зачем Эрен углубленно изучал биологию? — натягивали кожу, словно острые прибрежные скалы водную гладь. Ривай оттолкнулся от стены и в то же мгновение ремень расстегнулся. Пуговицы на джинсах не было, поэтому пальцы потянули за собачку вниз. Она разрезала молнию, обнажая черную ткань трусов. Эрен невольно сглотнул, закрыл и медленно раскрыл глаза. Ривай оказался каким-то образом очень близко — только руку протяни и можно погладить пресс, или оценить твердость… Эрен опустил ниже глаза, где находились руки Ривая, и вновь невольно сглотнул. У него стояло. Фотографии врали — они и наполовину не передавали то, чем Ривай обладал. Эрен пялился на пах, не в силах отвести глаза. — Дай свои руки, — нарушил Ривай молчание. Эрен посмотрел снизу вверх. — Ты мне доверяешь? — Нет, — просипел Эрен. Во рту стало сухо и голос подвел. Ривай рассмеялся, и взял вспотевшие ледяные руки Эрена в свои, и положил на свой пресс. — Можешь делать все, что хочется. Только тебе можно. Эрен не знал, что в таких случаях говорить. И как говорить. Его руки замерли там, где их оставил Ривай. — Не бойся, — прошептал он. Эрен помотал головой — медленно, неторопливо. Он сжал пальцы, пресс Ривая напрягся — на коже остались белые полосы, несколько вдохов спустя они затянулись и порозовели. Капли пота бисером блестели в свете лампы. Их хотелось слизать языком, провести вверх к солнечному сплетению, прикусить кожу, оставить следы зубов и вновь устремиться вверх, к шее, на которой оставить очень глубокие следы… Эрен зажмурился, опустил голову и разорвал прикосновение. Он не мог. Это не его. Он не умеет. И не хочет. Вернее хочет, очень хочет, но… Макушку накрыла ладонь, взлохматила волосы, погладила. — Ты мне нравишься, Эрен, — тихо сказал Ривай. Признание было очень неожиданным. Армин предупреждал, в какую сторону клинит Ривая, но Эрен не придал его словам значения. Он поднял голову, вглядываясь в лицо. — Прости, что пугаю. — Он погрузил руку в волосы, зачесывая челку и открывая лицо, пока волосы вновь не закрыли его. — Извини, что давил. Все же не учел твоего желания и мнения. — Какого желания? — Я взрослый мужчина, ты еще школьник... — На его губах мелькнула обреченная улыбка, скрывшаяся за грустью. — И девушки... — Причем здесь девушки? Они меня не интересуют. Я даже не знаю, как с ними… — Эрен замолк, понимая, что проговорился. Он покраснел и спрятал лицо в ладонях. — Я был с ними, но это не так здорово. То есть по сути даже не помню, это по пьяни случилось. Не поймите неправильно, я не выпиваю, просто... Ривай присел напротив. Он накрыл ладонями его коленки, сжал их, отчего по телу пробежали волны мурашек, концентрируясь в паху. Черт. Этого не может быть. Он даже не заметил, как возбудился. Такое вообще бывает? — Эрен, посмотри на меня. Эрен поднял голову и Ривай его притянул к себе для поцелуя: нежный, мягкий, возбуждающий. Эрен готов был расплавиться от ощущений. — Всего один, — сказал Ривай, разорвав поцелуй. — Одного мне хватит. — Для чего? — Эрен плохо соображал, опьяненный ощущениями. — Чтобы оставить тебя. — Вы не можете. — Эрен покачал головой, лихорадочно думая, какой черт дернул его за язык. — И почему же? — На лице Ривая мелькнула крупица надежды. — Вы не дотанцевали свой танец. Оба посмотрели на штаны Ривая с весьма выступающей проблемой. — Я, пожалуй, не смогу. — Почему? — Я не танцую со стояком перед клиентами. Твою мать. Ривай опустил голову и уткнулся лбом в коленки Эрена. И тот смог сделать то, о чем мечтал — запустил пятерню ему в волосы. Они оказались очень мягкими, как шелк. Дорвавшись словно ребенок до желаемой игрушки, Эрен продолжал играться с волосами. — Если ты не прекратишь, я тебя изнасилую. Рука замерла и Эрен осторожно извлек ее из волос, но Ривай перехватил и сжал. — Я тебя тоже возбудил. — Угу. — И что будем делать? — Не знаю. Я не очень в этом силен. Секс мне не интересен, — во второй раз признаваться было легче. Эрен чувствовал грусть и сожаление. Он ведь мог за это время, потраченное на учебу, посвятить интимному опыту, и показать Риваю, чего стоит. Стоп. Нет. Почему он хочет Риваю что-то доказать? — Теперь понятно, почему ты так реагировал на мои заигрывания. — Они были ужасны, — категорично заявил Эрен. — Кто вообще называет человека «жеребцом»? Зачем? — Тебе показать по какой… — Нет! Хватит уже этих бабочек и зайчиков. Пожалуйста. Ривай рассмеялся. — Хорошо. Эрен, ты будешь со мной встречаться? — Нет! — Слишком быстро. Ты даже не подумал. — Вы сами говорили, что я школьник, а вы взрослый мужчина. Мне даже восемнадцати нет. — Хорошо. Через месяц тебе стукнет восемнадцать, и тогда я задам вопрос еще раз. Эрен застонал. Он же совсем не это имел ввиду. — Я все равно откажусь. — Посмотрим.