Во мраке

      Она остановилась в нерешительности перед закрытой дверью. Слабое ощущение опасности коснулось ее души, опаляя и дразня. Он знает, что она здесь. Там, по другую сторону двери он ждет, затаившись, как зверь в своем укрытии.       Из них двоих это он — пленник. Это его держат под замком, за дверями из бескара, с охраной в два десятка человек. Так почему сейчас она чувствует себя обезоруженной, загнанной в угол?       Рей до крови прикусила губу, продолжая нерешительно переминаться с ноги на ногу. С самой первой встречи он пугал ее и притягивал, как пугает и притягивает все, что разум не в состоянии объяснить. Он давно стал ее тайной. Ее самым сокровенным желанием. Ее кошмаром. Больше она не может вынести этого…       Она вольна обманывать себя сколько угодно. Однако можно не сомневаться: мужчина за дверью знает, зачем она пришла на самом деле. Знает, быть может, лучше ее самой.       В который раз в голову пришла мысль, что она, Рей, не обязана туда входить. Однако девушка тут же мысленно обругала себя за позорное малодушие. Обратного пути нет. Они оба хорошо это знали — с тех самых пор, как позволили Узам Силы себя побороть. С тех пор, как впустили в свои души это безумное, обреченное чувство. Они нырнули в омут с разбегу и уже не могли вынырнуть.       Подобравшись, Рей молча кивнула охране, и через секунду дверь пришла в движение…       Внутри царила непроглядная темень. Рей уже успела прослышать о том, что пленник сам повредил освещение — видимо, не сумев добраться до системы видеонаблюдения, щиты управления которой находятся в будке охраны. Мало кому придется по душе положение рыбки в аквариуме, а Кайло привык сметать со своего пути все, что его раздражает. Кажется, кто-то удивился, как заключенному удалось разбить лампы, висевшие высоко, под самым потолком, не имея под рукой даже стула. Но другой напомнил, что для одаренных высота — никакое не препятствие. Как бы то ни было, желающих войти в камеру с одним из самых опасных преступников во всей галактике не нашлось — а потому все осталось как есть.       На долю секунды Рей замерла на пороге, чтобы собраться с духом и дать глазам привыкнуть к темноте, а затем, набрав побольше воздуха в легкие, храбро шагнула внутрь.       Под полог мрака, скрывающий чудовище.       Сильные руки подхватили ее, рывком повергая в жар настойчивых, собственнических объятий.       — Ты ведь здесь за этим, не так ли?       — Нет, нет… — Она неловко дернула головой. — Отпусти меня, Бен.       — Маленькая лгунья… — Рей не могла увидеть, но готова была поклясться, что в этот миг лицо Кайло расцвело бледной, болезненной улыбкой. — Ты же знаешь. Я и это чувствую…       С ее губ сорвался нервный смешок. Сила, помоги!..       Кайло не терял ни секунды, и вот уже его пальцы очерчивали контуры ее лица. Во мраке руки заменяли глаза, а прикосновения казались реальнее любых слов.       Не к месту вспомнилось, что это — всего вторая их встреча во плоти. Трудно поверить, что после «Старкиллера» прошло меньше года. Жизнь стала для Рей адской каруселью, несущей ее на всех парах через взлеты и падения, через крутые виражи и мертвые петли, и с каждым днем ее прежнее убогое существование на Джакку все больше казалось сумбурным кошмаром.       Никогда еще Рей не ощущала ничего даже близко похожего. Узы между ними как будто раскалились. Сила бурлила вокруг, словно море в шторм, — это пугало и очаровывало. То, что он делал... все это казалось диким, невероятным. Но одновременно таким поразительно естественным. Не ведая, что и думать, Рей терялась в вихре новых ощущений, отчаянно хватаясь за последние крохи самообладания.       — Бен, послушай… — Она вновь попыталась взять себя в руки. Противиться Кайло Рену — все равно что пытаться удержаться на ногах, когда вокруг тебя бушует ураган, вырывающий деревья с корнем. — Послушай, твоя мать… она прислала меня…       Он мягко прикусил мочку ее уха.       — Молчи… Я и так знаю, чего хочет генерал Органа. Чтобы я покаялся и начал сотрудничать. Иначе она не сможет защитить меня от своих дорогих друзей, которые мечтают получить голову Кайло Рена… — Негромкий голос горчил насмешкой. — Знаешь, что я отвечу? Что плевать хотел на генерала, на Сопротивление, на Первый Орден. Я сыт по горло этой бессмысленной войной… Я не хочу ничего, кроме тебя, Рей…       Нет, эти слова — не шутка, не пустой любовный пафос. Кайло способен солгать, но только не ей. Рей знала, что он давно желал ее. И будет желать до последнего вздоха.       — Бен, — ее голос стал чуть более твердым, хотя ноги едва держали, — я не могу…       — Глупая мусорщица! — Он ответил со странной смесью раздражения и нежности. Проклятье, этот человек слеплен из противоречий, к которым, наверное, Рей никогда не привыкнет до конца!       Широкие ладони легли ей на бедра, вызвав волну предательских мурашек.       «Нужно остановиться», — сказала она себе. Немедленно. Или Рей с Джакку пропала навсегда…       Сила сосредоточилась в ее руках, повинуясь безотчетному импульсу, — и телекинетический толчок отбросил Кайло подальше.       Рей медленно опустилась на пол. Ей почти не верилось, что она это сделала. Сумела остановиться на самом краю пропасти.       Она прислушалась, настороженно ловя малейшие звуки. Кайло, очевидно, успел подняться, и теперь единственное, что напоминало о его присутствии, — это дыхание, доносящееся из темноты. Хриплое, горячее дыхание голодного ранкора.       Вдруг она услышала нечто такое, что было далеко за гранью любых, даже самых смелых ее фантазий.       — Пожалуйста… — еле слышно прошептал Кайло. — Пожалуйста, Рей…       Она решила, что спит. С первого дня ей довелось услышать от него немало криков и угроз, но еще никогда его голос не пугал ее так, как сейчас. Этот полушепот оглушал. Казалось, что-то надломилось в его душе.       Ей не нужно было пояснять, о чем он. Но... крифф, кто бы мог подумать, что Кайло Рен способен по-настоящему умолять?       — Или, если угодно, убирайся к хаттам… — Он зло фыркнул и умолк, дожидаясь, что она скажет.       Последние слова могли бы удивить Рей, не знай она старого доброго Кайло. Надменного темного принца, который всегда добивается желаемого. Силой, истериками, угрозами, мольбами — чем угодно. Этот человек способен пройтись по головам, способен переступить через себя столько раз, сколько потребуется, лишь бы достичь цели.       А сегодня эта цель — она.       Злость ударила ей в сердце со звоном металлического молота. Отрезвленная этим неожиданным чувством, Рей с новыми силами взвилась на ноги.       — Мне жаль тебя, Бен Соло.       — Думаешь, я этого не знаю? — отозвался он язвительно.       Осторожно, словно слепая, она сделала шаг к нему навстречу.       — Генерал хочет тебе помочь.       — Я не нуждаюсь в ее помощи.       Еще шаг, и еще… Ей бы следовало бежать отсюда, и как можно скорее, однако ноги сами несли ее в противоположном от двери направлении.       — Ты знаешь, чем может кончиться, если ты не уймешь свою глупую гордость. — Против воли ее голос слегка дрогнул. — Если мать все-таки еще хоть что-то для тебя значит… если я что-то для тебя значу…       Память возвратила ее ко дню его пленения. Это «Черный-1» По Дэмерона подбил его «Ипсилон» выстрелом протонной торпеды, повредив репульсорный двигатель. Кайло оказался единственным выжившим среди экипажа после падения судна в атмосферу Ди’Куара. Его взяли без сознания, раненого и оглушенного.       С самого начала всех удивила странная покорность пленника. Он не сопротивлялся, не пытался использовать Силу. Ну... почти. Разве что за исключением того случая с лампами. Его поведение настолько не вязалось со сложившимся образом безумца Кайло Рена, что впору было задуматься, не было ли случившееся задумано им с самого начала? Например, для того, чтобы наконец-то свидеться с ней...       Впрочем, нет. Кайло — не такой идиот.       Наконец ее трясущиеся руки нашли его плечи. Она приникла к нему, смущенная, растерянная.       О Сила, как она устала бороться! Теперь-то ей было известно, каково это — изо дня в день прятать собственные слабости, отворачиваться от них, сжигая сердце и разум. Медленная пытка...       Ее слабостью был Кайло. Его руки, его голос. Только он мог увлечь ее прочь от жестокой действительности — в другой мир, где нет войны, нет Сопротивления и Первого Ордена. Нет ничего, что разделяло бы их. Этот тайный мир существует лишь для двоих, чтобы они могли позабыть на время свою смертельную вражду.       Узы накрыли их обоих почти сразу после бегства со «Старкиллера». Хотя сейчас, оглядываясь назад, Рей была готова верить, что на самом деле они никогда и не расставались по-настоящему. Она постоянно ощущала присутствие Кайло. Поначалу то была лишь легкая необъяснимая тревога. Однако проходило время — и его образ становился все явственнее. Кайло как будто преследовал ее. Не сосчитать, сколько раз Рей испуганно оборачивалась, удерживая наготове подаренный Ханом бластер и нервно ожидая, когда враг наконец выпрыгнет из своего укрытия...       Только потом она поняла, что Кайло и сам оказался таким же заложником непонятной воли.       До сих пор они оба не понимали природу своей странной связи. Рей никому не рассказывала о ней. Только Лее, да и то далеко не сразу. Поначалу это казалось самой настоящей ловушкой: видеть Кайло Рена, говорить с ним, каждую секунду опасаясь, что он услышит что-нибудь связанное с Сопротивлением. Но потом... честно говоря, Рей уже не помнила, в какой момент она вдруг перестала глядеть на Кайло как на врага. По крайней мере, не только как на врага. Они были, словно две собаки, запертые в одной комнате, которые могут или сдружиться, или порвать друг другу глотки.       Когда молчание или банальный обмен колкостями окончательно опостылели, они начали говорить. Потом Рей к величайшему своему смятению вдруг осознала, что в галактике нет человека, который понимал бы ее лучше, чем Кайло Рен. Быть может, ему никогда не стать для нее таким же хорошим другом, как Финн, но зато он один обладал способностью предугадывать ее чувства, мысли, поступки. Словно они знали друг друга всю жизнь...       — Так вот почему генерал прислала тебя, — с горечью выдавил он.       — Да... — По лицу Рей бежали слезы — горячие, как расплавленный воск. — Твоя мать понимает, что если ты и прислушаешься к чьим-то словам, то разве что к моим.       Ткань ее ветхой туники затрещала и разошлась, не выдержав бешеных рывков. Рей не сопротивлялась, лишь дрожала, как тонкое деревце на ветру, инстинктивно закрываясь локтями и вжимая голову в плечи, пока Кайло не перехватил ее запястья и насильно не развел руки в стороны. Его губы приникли к ней, жадно изучая каждый сантиметр маленькой груди. Язык играючи прошелся по выпуклой пуговке соска.       Рей не смогла удержать потрясенного вздоха.       — Бен… — жалобно протянула она.       Он заставил ее поднять руки, все еще придерживая оба тонких запястья одной своей массивной ладонью. Пальцы другой руки скользнули вниз, прошлись по ее животу, чертя обжигающую дорожку, и спустились еще ниже — проникли между набухших половых губ...       О Сила, что он делает?       Рей вновь дернулась в бессознательной попытке вырваться, но Кайло лишь сильнее сомкнул хватку.       — Тихо. — Его шепот пробрал ее, как струя горячего пара.       Хотела ли она, чтобы он остановился? Она сама не знала. Ее тело молило о продолжении, а разум по-прежнему неуверенно твердил, что так нельзя. Душа Рей разрывалась между благоразумием и упоительным порывом, не ведая, как быть.       Рука Кайло двигалась в рваном, напористом темпе. Он был, словно ребенок, получивший долгожданную игрушку, но еще не знающий толком, что с ней делать. Грубоватые прикосновения отзывались наслаждением напополам с какой-то скребущей болью. Рей не знала наверняка, но догадывалась — догадывалась, в частности, благодаря этому нетерпеливому и неуклюжему натиску, — что у Бена Соло не так уж много сексуального опыта. Если ему и удавалось находить нужные точки, то лишь благодаря Узам.       О да, Рей знала это чувство. Она почти физически ощущала, как Сила течет между ними незримым потоком. Сила, как маяк, руководила движениями Кайло, доносила до него малейшие оттенки ее болезненного удовольствия, так что к тому моменту, как Рей в его руках достигла пика, он и сам, кажется, был готов кончить.       Пара вдохов — и перед глазами у Рей разверзлась, переливаясь всеми красками бытия, сама Вселенная. Девушка напряглась, судорожно содрогаясь, и что есть мочи сжала губы, чтобы удержать рвущиеся крики. У нее подкосились ноги. Боясь упасть, Рей со всей оставшейся силой вцепилась в плечо мужчины, чьи пальцы продолжали ласкать ее — так, как еще никто никогда не ласкал. Странная сила вдруг подхватила ее, открытую и безвольную, унося все дальше от земли. Реальность рассыпалась на мелкие осколки, и только он, Бен Соло, был той последней ее частью, которую Рей еще удавалось удержать.       Бедра сами собой подались навстречу его руке. Кайло атаковал предательски взмокшую промежность прикосновениями, напоминающими последние победоносные залпы орудий по обреченному вражескому судну. Трепетания ее тела вызывали у него какую-то острую, хищную радость. Рей слышала его сдавленные стоны у себя над ухом. Он жестко и уверенно теребил нежную плоть. Пробуждал в своей возлюбленной мусорщице тайные желания, о которых, возможно, она раньше даже не подозревала. Что может быть прекраснее?       Самые яркие ощущения длились не больше нескольких мгновений, однако Рей показалось, словно за это время она успела умереть и возродиться. Она чувствовала, как член Кайло стремительно твердеет у ее бедра, и вдруг с поражающим спокойствием осознала, что ничего не желает сейчас сильнее, чем его — здесь, на ней, в ней, сладкого, страстного, готового...       При свете дня эта дикая порочность наверняка напугала бы ее. Но сейчас, под покровом тьмы, казалось, можно делать все: плакать, смеяться, кричать, впиться ногтями в его кожу. Впустить его в себя. Пусть ее невинность истечет кровью, пав к его ногам! Так хочет Сила: у кого-то свадьба, нежное белое кружево фаты, шелковые простыни, усыпанные цветами; а у них только темнота застенков и единственный миг посреди неизвестности.       Конечно, этот наглец не сдастся и не пойдет ни на какие сделки с Сопротивлением. А значит… значит, единственное, что им теперь остается — это брать все что можно от тех коротких встреч, которые пошлет судьба.       Гася в себе искры нетерпения, Рей на ощупь отыскала растущую выпуклость, так и рвущуюся из тесных штанов…       Сигнал коммуникатора прозвучал, как гром посреди ясного неба. Мерцание голоэкрана разогнало полумрак со всеми его мороками, и Рей постигло чувство, словно ее полуголую выгнали на мороз. Она зябко обхватила себя за плечи.       Кто-то из охраны интересовался, все ли в порядке, видимо, решив, что девушка-джедай слишком задержалась.       «Чтоб тебя!..» — прошипела Рей себе под нос, прежде чем нажать кнопку ответа и каким-то чужим, надрывным голосом сообщить, что они с пленником почти закончили.       — Мне нужно идти.       Она бы, вероятно, озаботилась мыслью о том, как покажется другим в таком виде: растрепанная, раскрасневшаяся, в разорванной майке и взмокших штанах, насквозь пропахшая соками вожделения. Но единственное, что ее волновало на самом деле, — это Бен Соло. Его чернокудрая голова, которая приникла к ее груди в приступе экстаза. И то, что уже скоро он может исчезнуть из ее жизни навсегда.       Кайло по-хозяйски накрыл ладонью одну из ее грудей и крепко сжал. Его губы встретились с ее губами, как бы завершая неведомый ритуал.       — Ступай.       — Прости, что все... так...       Она хотела бы ответить лаской на его ласку. Дать и ему то, что он дал ей. Но, видно, не судьба...       Он лишь покачал головой в ответ.       — Не стоит. Я уже получил все, что хотел.       Его слова были полны торжества, от которого Рей готова была провалиться сквозь землю.       — Ах ты...       Он не дал ей договорить. Припав лбом к ее лбу, он заглушил ее гнев новым поцелуем.       — Давай просто притворимся, — шепнул он с хитрецой, — сделаем вид, будто у нас впереди вся жизнь…       — А разве есть выбор? — невесело усмехнулась Рей.       В конце концов, им не впервой убегать в грезы.       Лишь усилием воли девушка смогла наконец отстраниться и тут же принялась спешно натягивать на плечи остатки туники.       — Думаю, мы с тобой еще увидимся...       Она вовсе не была уверена. Но кто еще на базе может приблизиться к чувствительному к Силе пленнику, не опасаясь, что он промоет посетителю мозги и сбежит? Разве что сама Лея. Но до сих пор той что-то мешало самостоятельно поговорить с сыном. Какой-то внутренний надлом, который генерал Органа из последних сил пыталась утаить от всех.       — Генерал ведь не оставит попыток убедить меня вернуться на праведный путь? — нахально вопросил Кайло.       — Можешь не сомневаться.       — Тогда… — он вновь завладел ее бедрами и резким движением привлек к себе, вдавливаясь все еще твердой мужской плотью между ягодиц, — тогда я буду тебя ждать.