Иггдрасиль: (Не)Игра

Не могу смотреть прямо в эти глаза дольше пары мгновений. Почему-то мне казалось, что за этим спокойствием в двух алых каплях должно быть скрыто презрение ко мне, вот только пока я не мог это уловить. Впрочем, это ведь не удивительно после случившегося. Но его там не было, не знаю о чем думает она, но мне до сих пор стыдно за тот раз. - Любой приказ? – насмешливо, находясь на грани истерики, на пике эмоционального напряжения от осознания событий, что произошло всего десяток минут назад, выдохнул я в лицо невозможно красивой девушке. - Да, - твердый, полный внутренней гордости за себя ответ острой болью, словно игла, вошел в мой разум. Нереальность всей ситуации и банальное нежелание принимать действительность всегда играло не на пользу здравому смыслу. Потому прозвучавший ответ был не более, чем насмешкой в глазах поставленного на край пропасти человека. - Убей себя, - злой и алчный голос дал свой приказ, он был столь непохож, на тот, которым я говорю в обычное время, что на доли мгновения вызвал сомнения в том, а были ли это мои слова. - Да – Казалось, что девушка не придала никакого значения тому, что ей было приказано и сейчас говорила о совершенно других вещах. Не может разумный поступать, как поступает она. Почему в её глазах всё ещё пылает спокойствие, почему её подбородок столь высоко поднят, почему её осанка столь гордая? Где её растерянные вопросы о том, почему и за что она должна сама себя лишить жизни. И почему её тонкие пальцы сомкнулись на инкрустированной рукояти небольшого кинжала. Один росчерк длинной в целую вечность и незримо короткий миг. Миг разделяющий до и после. Столь малая величина времени, что невозможно осознать разделили мир на две части. Вот передо мной стоит прекрасная девушка, а вот она уже держит в руке окровавленный кинжал, а из длинного и глубокого разреза на её шее толчками выплескивается алая жидкость, от которой нос щиплет металлический запах с привкусом соли. Только глядя на то, как слишком быстро для выдумки и хрупкого тела пачкая прекрасные одежды и мраморную кожу льется густая жидкость, только так, стоя в считанных шагах от девушки, что исполнила твой приказ, данный со злости, с желанием показать той, что её слова ничего не стоят, действуя на эмоциях. Только осознав, что картина мира рушится на глазах, только тогда в разум пришло озарение. Как вспышка, как поток чистого воздуха, как гений мысли пришло понимание. Секундный ступор, которого было достаточно, чтобы вся передняя часть одеяния девушки окрасилась в неприятный вишневый цвет, и прогнав прочь все мысли и переживания в своих безжалостных когтях сжал леденящий душу страх. Нет, даже ужас. Смерть это всегда неприятно. Наблюдать за смертью других мерзко. Но смотреть в глаза, что наполнены верой и верностью в своего фактического убийцы… это страшно. Неправда. Невозможно. Это выдумка! И только совсем ставшим болезненно выглядящим упавшее на пол тело, заставило разум выйти с ледяного оцепенения. - Нет! – панический крик, полный злобы на себя, на весь мир и на свою судьбу. Первым что я попытался сделать, это зажать длинный разрез руками, вот только это были напрасные старания, кровь продолжала сочиться с той же легкостью что и раньше. Мягко обтекая и лаская своим теплом пальцы. Хотелось крикнуть: «Целителя» по устоявшейся за больше чем половину десятилетия привычке. А в разуме вслед за этим пронеслась цепь ассоциаций концом которой стало простое и тихое. - Лечение! – и да, не знаю и не понимаю каким образом и по каким принципам, но легкая вспышка вокруг тела лежащей на земле и её ужасная рана сократилась на несколько сантиметров. И окрылённый этим я еще раз прошептал: - Лечение. Да, я помню, что тогда со мной творилось и в отличии от одного лича я не имел спасительной соломинки в виде пассивного подавления эмоций. И то, к чему это привело в итоге. - Они фанатики! – яростный крик сопровождаемый ударом кулака по толстой столешнице. – Ты можешь это понять или нет, драный ты скелет?! – я почти шипел от переполняющего меня негодования. - Ты не знаешь точно, так оно или нет, но уже делаешь категоричный выводы, - тупой скелет продолжал стоять на своем, отвечая на весь шквал моих эмоций своим мертвецким спокойствием. - Она! Перерезала! Себе! Горло! Что тут непонятного?! – зло прорычал ему в лицо. - И все же. Это прекрасно иллюстрирует степень их верности. - Нет, это лишь говорит о том, что они верны нам, пока мы не выходим из образа Высших Существ, - на последнем словосочетание я презрительно скривился и едва не сплюнул, настолько сильно мне не нравилось это наименование нас двоих. Никогда не желал, чтобы передо мной преклонялись и именовали неким пафосным титулом. – Стоит нам отступить от него и появятся вопросы, а с вопросами сомнения… к тому же, если твои мысли по поводу настроек верны, то меня беспокоит их скрытый пул. Ты как глава имел доступ к общим настройкам, но не к списку скрытых. И меня беспокоит то, что в них могло быть. - Скорее всего там все как обычно, механика их боевых алгоритмов, не более. - Да? Да неужели, мне напомнить о парочке брата и сестры, эти любители вечно норовили создать нечто эдакое, или о нашем любители тентаклей, или возможно нас козлобородый был не любителем темных делишек? Извини меня, Мамонга, но я буду предвзят. Особенно в отношении Демиурга, Альбедо и Шалтир. Они опасны, если судить их только по их настройках. А уж какие секреты и пахсалки могли оставить наши согильдийцы знает только Бог. И если раньше это могло быть шутки ради, то теперь с этими «шутками" придется иметь дело нам. - И все же, ты уже заранее поставил на них клеймо недоверия, а ведь ты с ними даже не общался… - Да открой ты глаза уже! – как же меня разъярила его позиция. – Мы в окружении гребанных монстров из которых половина людоеды! В Иггдрасиле это было забавно, ибо там была игра, а здесь и сейчас это страшно. И я сам стал кровососущей тварью. Не знаю как тебе, груде костей, а меня не привлекает до скончания дней быть зависимым от крови других. Это был долгий и тяжелый для меня спор в конце, которого я сорвался на своего друга. Неприятно это признавать, но тогда я был на взводе и наговорил много чего лишнего. Как и сказал Мамонга, все заклинания получаются на интуитивном уровне, будто давно заложенный рефлекс, но все ещё стоит проблема с менеджментом способностей, иметь возможность переменит, не значит применить верно, в нужный момент и в нужном месте. Да, в игре любой топ должен был научиться этому, и я и Мамонга как члены некогда гильдии номер один не были профанами в этом, позиционирование и геймсенс были для нас не пустыми словами. Гильдия ПКашников все же. Но сейчас появилось то, что стоит звать реализмом. Теперь навыки огненной магии могли сварить своего создателя живьем в собственном теле, если например использовать то же Ядро огня себе под ноги. Не говоря о том, что разные навыки контроля теперь не просто останавливали текстурку из бит информации, а создавали реальные эффекты. Сказано, что вызывает головокружение, значит так оно и есть, парализует нервы, значит так и есть. Теперь все те бессмысленные описания навыков стали реальностью. Так было с магией. Но что же с боевыми навыками тех, кто играл за другие классы, вроде меня. Скиллы это хорошо, но милишникам вроде меня они были приятным дополнением, вот только сейчас в реальном мире, смотря на два кинжала своих руках, я не знаю что с ними делать. Нет, скорее всего захоти я использовать навык и это получиться, вот только смысл, если я не осознаю своих действий, нет понимания что и для чего ты делаешь. В Иггдрасиле была особая система, что корректировала движения персонажей в нонтаргетной системе нанесен я урона, сделано это было для того, чтобы при всей навороченности и прогрессивности Иггдрасиля, новички со временем смогли бы осознанно использовать все даруемые им возможности. Действительно, играть за мили классы было много более захватывающе, чем за рейнджовых. Но теперь встала проблема. Я не умел обращаться с оружием в руках. Совсем. Я не умел ухаживать за ним. Я не знал как правильно бить, я не знал ни его вес, ни то сопротивление, которое оно встречает сталкиваясь с плотью или сталью. К тому же, если мысль убить монстра не вызывает у меня отторжение, то вот при взгляде на людей и прочих человекоподобных в разум закрадывается нерешительность, опаска и липкий страх. - Аура, - обратился я к ребенку-эльфу позади себя. – Давай начнем с низкоуровневых монстров. Для начала я хочу оценить, что я могу сделать опираясь только на показатели своего тела, без снаряжения и прочих артефактов. И заострять свое внимание я буду на движениях и уклонении от атак. Позиционирование в боях топов было залогом победы, не думаю, что это правило претерпело сильных изменений и здесь. Через два дня проводимых на арене шестого этажа, я понял одно. Это тело само знает что ему делать, не нужно ему мешать, и только наблюдать перенося безусловные действия в условные. Я должен понимать, что и для чего делается. Монстры без разума перестали быть сколь либо значимыми противниками. Через неделю пришло осознание того, что просыпаясь каждое новое утро в моей голове всплывали знания и понимание тех или иных движений, будто кто-то свыше наделяет ими меня по мере моего прогресса. Я начал понимать свои движения, я знал, когда и как лучше ударить. Да, пришло понимание. И мне стало мало, монстры низких и средних уровней вызывали только скуку, высокоуровневые были интересней, но не более, когда вспоминаешь как тысячами уничтожал таких в Иггдрасиле, то страха или восхищения перед их отвратительным и грозным видом уже сложно испытывать. Именно потому, было принято решение перейти на новую ступень. - Шалтир, - глядя на невысокого роста девушку, что столь же яркими алыми глазами, как у меня, смотрела с низу в верх на меня, я думал о том, что скорее всего у меня ничего не получиться толком. – Ты знаешь что делать. - Да, Владыка, - вроде и решительно, но все равно с некой заминкой ответила она. - Тебя, что-то беспокоит? Можешь мне об этом смело сказать, если это так. - Я… я не думаю, что имею право подымать на вас оружие, - отведя глаза в сторону ответила она сжавшись как внутренне, так и внешне. - Хм, ясно. Это помощь, Шалтир, ты будешь помогать мне вспомнить, те знания, которые я забыл, - небольшая ложь, да она будет прекрасным партнером в спарринге, но это не главное, в будущем я проведу подобные бои со всеми сколь либо сильными существами Назарика, но только уже после того, как смогу уверенно побеждать стоящую передо мной вампирессу. Два зайца одним выстрелом, я сам наберусь больше опыта, но и узнаю то, как ведут бой другие, как сильны в них прописанные боевые алгоритмы и способны ли они к импровизации. Я хочу изучить их, узнать наиболее сильные и слабые стороны, не как НПС, а как думающих, разумных личностей. – Воспринимай это именно так. Я хочу вернуть ту силу, которую утратил, - и которой никогда не имел. - Я поняла! – придя к некому компромиссу в своих мыслях ответила она и вскинулась в атакующей стойке. Шалтир Бладфоллен, второе по силе существо среди НПС Назарика. Обладая возможностью вампиризма, самолечения и множества эскейпов она была крайне живущей и могла нанести огромный разовый урон. Прекрасный танк. Бьет редко но сильно, имеет магические навыки само поддержки, экипировку божественного уровня и один предмет мирового уровня. Если не можете убить её за один удар, то за второй она убьет вас. Проверено десятками штурмов Назарика. И я знал все её навыки, ведь именно я, как «эксперт» по линейки прокачки вампиров создавал её билд по просьбе Перорентино. Изначально это должен был быть мой билд, но затем в Иггдрасиль пришла измененная механика классов относящихся к архетипу убийц и этот мой проект был задвинут в дальнюю полку. Что же, это будет познавательно. - Не поддавайся и не щади, - приказал я и в следующий миг уже уклонялся от летящего в лицо кончика копья. Я так и не смог ни разу победить Шалтир в честном поединку, лучшим моим результатом была ничья, но это уже было хорошо. К тому же, я понял и теперь знал, что окажись мы по разные стороны баррикад и она умрет. Ведь убийцы не идут на врага в лоб. Я убью её прежде чем, она это поймет. Честный бой это не для таких как я. - Сейра, - позвал я свою спутницу, что долго смотрела на вывеску некого заведения на противоположной стороне улицы почти в центре столицы. – Пошли зайдем,- я старался наладить отношения с ней, и загладить тот свой ужасный поступок, за который меня до сих пор жжет стыд. А потому пытался не давить, не нагружать и по возможности пытаться исполнить её невысказанные в голос желания. Слабое утешение как по мне, но я пытаюсь. Да, так просто прощения мне не заслужить, но я буду пытаться. Может, пускай, она меня и простила или приняла тот случай как должное, но вот я нет. Мне противно от одного воспоминания о том дне. - Да, - слух уловил едва различимое потепление в её привычном голосе. Видимо она действительно желала побывать внутри этого, как я понял, кафе.