Я зажимаю противника в койке!

— Хей, Санс! Я поставил на тебя сто баксов! — кричали ему в след монстры, выбрасывающие деньги на денс-баттлы. Каждую неделю, ровно в десять вечера Санс приходил сюда, чтобы показать, на что он способен. Каждую неделю в поединке движений он пытался доказать окружающим и себе, что вот он, лучший танцор, стоит перед вами с от смущения надвинутым на глаза капюшоном любимой синей толстовки, тяжело дыша и опустив голову вниз. Но он всё брал ничью. Ничью с этим гадким Фрешем, которого он ненавидел до мозга костей. Из-за этого самого Фреша каждое утро его кости болели от длительных тренировок и от невыполнимых стоек. От Фреша всегда несло духами, смазкой и сигаретами. Если вы услышите рядом визг девушек — идёт Фреш. Если вы увидите мелькающее красно-чёрное пятно — это Фреш. Если вы почуете рядом едкий сигаретный дым — около вас Фреш. — Да кем он себя вообще возомнил? Танцор-самоучка! — послышалось позади. Фреш нарочито громко обсуждал соперника. Вот ублюдок. — Не думаю, что у него ещё хоть раз получится избежать поражения. Взаимно ненавидеть Санса у Фреша не получалось. Он слишком уж многое с ним прошёл. Поэтому он не просто его ненавидел, а одержимо презирал. — Повторяешься, недоносок. — Санс смело обернулся. — Как ты со своими приёмами, хах? — Фреш ухмыльнулся, презрительно уставившись на противника сквозь чёрные линзы очков. "EDGE". "Край" — гласило на очках. Да, обмениваться гадкими словечками с соперником перед баттлом — это край. Но ещё хуже — снова взять ничью. — Не-а, как ты со своими девушками. — Санс положил руки в карман толстовки. — Ты там уже по третьему кругу пошёл? Или по десятому? — Обидно, что ты девственник? — Фреш подошёл к Сансу вплотную, даже чересчур близко, чтобы никто вокруг их не слышал. — Так вот, Санс. Сегодня на баттле я тебя выебу. — Противники готовы? — толпа загудела, предвкушая агрессию. Агрессию в движениях, в словах, во взглядах. Зазвучала громкая музыка, давившая на слух и позволяющая терять рассудок, задыхаться и кричать. Сквозь эту музыку тебя никто не услышит. Десять сикс-тепов за раз. Безупречно. Безупречная стойка, безпречный танец. Вот оно — то самое чёрно-красное мелькающее пятно. В своих танцах Фреш никогда не повторялся и не ошибался. Он всегда выкладывался на полную. Толпа восхищённо ахала, судьи ставили высочайшие баллы Безупречному Фрешу. — Фреш, я ставлю на тебя снова! — Фреш, ты должен одержать победу! "Фреш! Фреш!" скандировала ему толпа. В воздухе душно пахло какими-то таблетками, тёплым пивом и одеколоном. — Второй раунд за Сансом! Настал тот час, когда он должен выложиться на полную. Он не может сделать что-то неправильно. Не может расслабиться. Не может проиграть. Санс по обыкновению надвинул на глаза капюшон. Да, он стеснялся. Ну и пусть. Раз сикс-теп. Два. Три. Прекрасно. Стойка на одной руке. Великолепно. Идеальная связка. Безупречно. — Круто, Санс! — Ещё! "Санс, танцуй!", "Танцуй, Санс!" — звучало вокруг и в голове. И Санс танцевал, как мог. Санс чувствовал музыку, Санс чувствовал дух вокруг него, Санс чувствовал себя и танцевал, не давая себе права на ошибку. Ещё и ещё! Они оба растворялись в музыке, но они никогда не растворялись в толпе. Два на два. Ничья. Снова ничья, снова возмущённый рёв толпы. Снова удивлённые судьи. Снова безуспешность. Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша и презрительно вглядываясь друг другу в лица. Интересно, что этот ублюдок скрывает за своими очками? Сколько Санс себя помнит, Фреш никогда их не снимал. Никогда нельзя было понять, куда смотрят и что выражают его глаза. С этими глазами определённо что-то не так. Что-ж, пора снова идти домой без победы в кармане или где-либо ещё. — Хей, мудила, продолжим наш поединок? — голос Фреша выгнал его из раздумий. — Что ты хочешь этим сказать? — Санс прислонился спиной к стене. Над ним тут же навис Фреш. Слишком близко. Что этот мудак задумал? — А до тебя не доходит? — он провёл большим пальцем по скуле Санса, отчего тот залился краской. — Что ты делаешь, придурок!? — Санс попытался оттолкнуть Фреша, но тот уже сжал его руки на головой. А он силён. — Не трогай меня своими грязными руками! — А то что? — Фреш ухмыльнулся, наклонив голову на бок. — Согласись, если в танце мы — формально, хотя на самом деле это не так — равны, то в жизни... — Санс отчаянно барахтался, пытаясь вырваться из хватки соперника. — Нет-нет, не стоит и пытаться. Фреш проскользил пальцем к челюстям Санса, приоткрыв его рот и неожиданно нежно поцеловал его. — Я не буду делать тебе больно... — прошептал Фреш. — Если ты, конечно, перестанешь пытаться вырваться. Давай мы оба попробуем получить от этого удовольствие. Не выпуская рук Санса и всё ещё прижимая его к стене, он приподнял свободную толстовку и провёл по его рёбрам кончиками пальцев. — Ах... Прекрати! Хватит! — Санс начал ослабевать. — Фреш... Нха! Фреш прошёлся по рёбрам Санса языком. — Не-а, ещё не "хватит". — Фреш поднял глаза на Санса, покрасневшего и изумлённо раскрывшего глаза. — Тебе ведь нравится, я прав? Фреш, ухмыляясь, стянул с себя шорты и снова поцеловал Санса, но уже резко и жёстко, насильно проталкивая язык в его рот. — А сейчас тебе стоит присесть. Давай-давай, вниз. — Н-нет! Не нужно! — Санс испуганно уставился на Фреша. — Я же говорю, лучше не сопротивляйся. — Фреш толкнул Санса к полу, отчего тот сел на колени. — Открывай ротик. — Санс зажал рот руками и помотал головой. — Эх, всё нужно делать за тебя. Фреш заткнул рот Санса покрасневшим неоном. — Хах. — он судорожно дышал, излившись в глотку Санса. — Глотай. Санс снова помотал головой. — Ты знаешь, что я могу сделать. — Фреш закрыл переносицу Санса, отчего тот совсем не мог дышать. — Не глупи. Захлёбываясь блестящей красноватой жидкостью, Сансу ничего не оставалось делать, как выполнить требование. Он упёрся взглядом в пол, вытирая рот рукавом кофты. — Презираю тебя. Чтоб ты сдох, мудила. — Санс разъярённо поднял глаза на Фреша, всё ещё краснея. — Ты говоришь это, сидя передо мной на коленях, испачканный в моём... — костяшки пальцев Санса стукнули по щеке Фреша, от чего на ней образовалась ссадина. — Х-хах… Зря ты это... Очки отлетели в сторону. Обнажились тёмные глазницы с красным зрачком справа и алой душой слева. От глаз исходил кроваво-красный свет и дым. Санс взрогнул. Фреш приставил его к стене, прижав своим телом. — Я же говорил, что выебу тебя. — он прошёлся языком по его шее, оставив потемневшие синяки и искусав её до крови. — готов потанцевать на моём неоне? Он припустил шорты Санса и резко вошёл в него, отчего тот издал стон. Санс прикусил руку Фреша зубами. — Нгах... Хей... Не стоит... — Фреш нежно вытер выступившие на глазах Санса слёзы. — Я хочу слышать, как ты стонешь. Он двигался всё быстрее, ускоряя темп с каждым возгласом. — А-ах... Фреши... Быстрее... — Санс кричал, высунув язык в ярком удовольствии, не контролируя себя и своё тело. Такое ласковое "Фреши" возбуждало в тысячу раз сильнее, чем какие-либо ругательства. — Хах, я же говорил — тебе нравится... — он продолжал водить по рёбрам Санса пальцами и языком. — А ты не так плох, как я думал. Он излился уже второй раз, испачкав Санса с ног до головы. Они утомлённо опустились на пол, часто дыша. — Это ещё не всё, малыш, и не надейся. — Фреш усадил уже не сопротивляющегося Санса к себе на колени и поцеловал, снимая с его болезненного тела толстовку. Облизав два пальца он достал душу Санса. Она стеналась и скользила в руках скелета, истекая светящейся жидкостью. Фреш сильно сжимал душу, облизывая и кровожадно кусая её. Санс судорожно вздыхал, закрыв глаза руками и вдыхая пряный аромат сигарет. Он излился на Фреша, громко выдохнув, от наслаждения захлёбываясь слезами и закрыв глаза. — А ты долго продержался. — Фреш, обнажив клыки, улыбнулся и в последний раз укусил Санса. Санс спал на плече Фреша, свернувшись калачиком и посапывая. — Ох, чёрт... Придётся отвезти этого идиота к себе. — Фреш скривился, боясь признать, что он считает спящего милым. Он накрыл его своей жилеткой, взял на руки и понёс к машине. Усадив его на переднее сидение, Фреш сел в машину и они поехали домой.