Татуировщик Ёль

- Расстались? - Улыбчивый молодой человек ходил по помещению, неторопливо подготавливая необходимые принадлежности. - Да. "Его задача молча набить новое тату, - думала ты, потирая щеки, чтобы хоть как-то объяснить их внезапное покраснение, - а не донимать клиентов глупыми расспросами." Как правило, Ёль всегда интересовался причиной нанесения рисунка. Ему хотелось, чтобы люди осознанно принимали такое решение. Парень всегда предоставлял две недели на обдумывание. А заплаканным девушкам, молящим перебить злополучные инициалы ненавистного бывшего - месяц. Он не боялся потерять клиентов. Пак был одним из лучших мастеров в городе, спрос на таких профессионалов будет всегда. Но сегодня он был готов сделать исключение. Ёль оправдывал такое решение уверенностью девушки и тем, что микроскопическое сердце на внутренней стороне бедра скорее шалость, чем запечатление сильных чувств. Почему-то ему хотелось поскорее перебить на ее безупречном теле эту маленькую, но раздражающую деталь. - Сначала будет больно, а потом свыкнешься и, возможно, в какой-то момент это тебе даже начнёт нравиться, а может быть, ты просто ничего не почувствуешь. Всё зависит от болевого порога. Всё же, если ты окажешься чувствительной, на отдельных участках боль будет на протяжении всего процесса. - Я уже делала тату, - недовольно фыркнула ты, - переживу. - В таком случае "Let's get it started". - Парень положил руку на чужое бедро и улыбнулся. - Чего уставилась? Ножки раздвигай, малышка. Только сглотнув напряжение, ты поняла, что он имеет в виду и послушно раздвинула ноги. - Рисунок близко расположен к интимной зоне, - Ёль заинтересовано вглядывался в неровный контур старого тату и ухмылялся, - Сама набивала? - Нет, - этот самоуверенный тип явно начинал раздражать. - Белье снимай. - Не буду я ничего снимать! - А как мы тату будем набивать, малышка? Поверх трусов? Я не твой бывший, отодвигать в стороночку не буду. Моему инструменту это мешает. - Ну и не надо, - рявкнула ты и опустила подол платья. - Села обратно, - прикрикнул Чан, приблизился к чужому уху и тихо шепнул: - Не хочешь снимать? - Острый холодный ножик скользнул между бедром и тонкой нитью чёрных трусиков. Резким движением, точно по шву, Ёль разрезал бельё на бёдре, заставляя тебя направить руки к промежности, чтобы удержать спадающую ткань. - Тогда я сделаю это сам. Колкие мурашки прошлись по конечностям, будоража волосяные луковицы, во рту моментально пересохло. Помещение стало казаться маленьким, кресло - неудобным. - Только не вздумай течь, хорошо? Если ты будешь выделять влагу при каждом моем прикосновении, как же мы будем работать? - Чужой шёпот сбивал дыхание, заставлял сердце отбивать быстрый ритм, ударяясь в рёбра. - Ты сделала окончательный выбор? - Парень отстранился и, не скрывая ухмылки, поднял два листка с эскизами, - Номер один или номер два? - Второе. - Отлично. Располагайся поудобнее. Это займет несколько часов. Ёль сел на свой стул так низко, чтобы ему было максимально удобно работать и стал протирать салфеткой место нанесения, задевая костяшками клитор. Ты задержала дыхание, но кровь уже начала поступать к промежности и половые губы набухли. - Ты разве не знала, что нужно потрахаться перед тем, как прийти набивать тату в интимной зоне? К стоматологу ты же голодной не ходишь, чтобы слюны много не выделялось. Тут так же. Твоя течка мешает процессу. - бормотал парень, пока переводил рисунок с бумаги на ногу. - Извините. Будто это можно контролировать. Ты не ожидала, что знаменитый тату-мастер Ёль - это высокий, брутальный, едва ощутимо пахнущий табаком, сексуальный парень, а не какой-то стереотипный бородатый байкер. Подушечки скользнули вверх по бедру и пальцы стиснули пульсирующий клитор. - Пока я ещё не начал, мой член может тебе помочь. Только попроси. - Чанель водил пальцами вдоль промежности. Ты смотрела вниз на ухмыляющегося юношу и не могла разомкнуть челюсть, чтобы произнести отказ. - Отвечай скорее, я дважды предлагать не буду. - Пальцы погрузились внутрь и согнулись надавливая на верхнюю стеночку. Ты невольно сжала их в себе. - Да ты такая голодная и узенькая. - Он явно был удовлетворен своей находкой. Чан начал водить пальцами внутри быстро, издавая хлюпающие звуки, вынимал, пачкал выделениями клитор и снова погружал до упора, а когда ты сжала его плечо, в предвкушении оргазма, парень резко вынул фаланги и привстал. Схватив за волосы, он оттянул чужую голову назад и припал губами к тонкой шее. Поцелуи становились влажными, лоно сокращалось, в сосках отдавалась колкая боль. - Прошу... - заныла ты. - Не так быстро, - улыбнулся в ответ Чан и убрал чужую руку с паха. Ты непослушно положила руку обратно, сжимая через одежду твёрдую плоть. Уверенный в себе, брутальный Ёль вздрогнул от неожиданности и нечаянно проронил глухой стон, неосознанно капитулируя. — Скажи, — продолжал злобно шипеть Чанель, оттягивая девичью голову назад, — Ты пришла набить тату или просто потому что тебе хотелось почувствовать боль? Колкими словечками и неимоверно сильной хваткой парень заставлял тебя ныть и просить о проникновении, нетерпеливо потираясь о мужское бедро промежностью. — Физическая боль, чтобы приглушить душевную, так? Ему не нужен был ответ, он уже успел прочитать его в расширенных до предела радужки зрачках. Знал же, что нужно было дать долбанный месяц на обдумывание. Так непрофессионально было с его стороны купиться на симпатичную мордашку. А ты, не будучи в состоянии разобрать и слова из того, что говорил парень, с затуманенным рассудком блуждала ловкой рукой вдоль ствола и надрачивала огромный член, нехотя сглатывая обильно выделяющуюся слюну. — Я перебью в тебе все его метки, как на коже, так и под кожей, — разъяренно толкался на встречу руке Чанель, удушающе обхватывая пальцами тонкую шею. Ему хотелось верить, что это возможно. Ёль судорожно расстёгивал ширинку и вынул член, который шлёпнул по животу, едва освободившись из боксеров. От одного вида напряженной плоти хотелось выть. "Хватит, чертов Ёль, хватит медлить. — думала ты, — Не дай мне одуматься, вставь уже!" — Прошу... И он вставил, погрузив плоть во всю длину, грубо раздвинув стеночки. Получив желаемый крик, парень стал двигаться медленно, неторопливо раскачиваясь, чтобы дать тебе почувствовать всем нутром каждую выступающую прожилку. Он погружался и чувствовал, как время останавливает свой торопливый бег, а в груди появляется ноющее ощущение. Давненько Чанель не ебался с кем-то, кто бы ему настолько нравился. Он смаковал каждое варварское вторжение в тугое лоно. Истекал потом и хватался за каждый выбитый из податливого тельца стон. "Такая хрупкая, — осознавал мужчина, — а мне так хочется безжалостно долбиться в неё. Не боится боли, а наслаждается, чувствует ломку от нехватки острых ощущений. Ох, малышка, если бы я мог проникнуть ещё глубже и грубее, то так бы и сделал. Я, наверно, сошёл с ума." До следующего клиента оставалось пара часов. Всё это время Ёль не слезал с девушки и не останавливался. В первый раз он кончил, пачкая спермой половые губы, размазывая грубыми пальцами густую жидкость по клитору, заставляя вконец обессиленное тело конвульсивно вздрагивать. А затем повернул тебя на живот, поднял таз и, надавливая на позвоночник, прогнул до предела. Не удержался и звонко шлёпнут по молочным ягодицам. На что услышал протяжное "Ещё". — Какая ты ненасытная, — не мог нарадоваться парень. Он непременно изобьёт упругие мышцы, оставит на белоснежной коже багрово – синие печати, а если ему позволял и ссадины, обозначая свою собственность. *** — Кто это был? — Обратилась ты к Ёлю, злобно нахмурив брови. — Клиент, — улыбнулся парень, не сводя глаз с покидающей салон девушки, — ревнуешь? В качестве ответа тату–мастер получил немой укор. Он был доволен собой. После вчерашнего секса, т/и снова пришла в салон, а сейчас демонстрировала свою ревность, когда тот всего лишь оценивал на спине клиентки свежий рисунок. Но оказалось, что сегодня выделений было даже больше, чем вчера. Ёлю не терпелось начать процесс, и он старался не обращать на это внимание. Когда парень устроился между ног и неторопливо начал набивать своё тату поверх старого, ты запустила пальцы в спутанные, но от того не менее шелковистые волосы и легонько тянула за пряди, изредка болезненно постанывая, когда терпеть уже было невозможно. Его руки были так близки к промежности, что невольно вспоминались недавние грубые ласки. — Ты от всех мастеров так течёшь? — Не отрываясь от работы, без какой-либо интонации пробубнил Ёль. — С первым татуировщиком тоже пришлось трахаться? — "Он" был девушкой. — Эти разговоры хоть чуточку, но отвлекали от боли. — Но, да, мы трахались. Ты могла поклясться, что опущенное лицо Чанеля изменилось, и рука дрогнула, но парень старался скрыть своё удивление. — Я лесбиянка. — Контрольный в голову. Чан приостановил процесс и поднял глаза вверх, чтобы ещё раз осмотреть девушку и понять, говорит ли это хрупкое создание именно то, к чему он категорически не был готов. — А со мной зачем трахалась? — Искреннее недоумение терзало все нутро Чанеля. — Не знаю, — так же искренне ответила ты, — вчера был первый раз, когда я спала с мужчиной. — На мне была такая ответственность. — Ёль демонстративно покачал головой и вернулся к тату. Ты оттянула голову мужчины назад и припала к пухлым губам, покусывая и посасывая их для того, чтобы они опухли ещё больше и приобрели пару гематом. Поцелуй был таким сладким и глубоким, что ты потерялась во времени и пространстве, позабыв о том, что тату нужно закончить. Но Ёль больно хлопнул по девичьему бедру и первый оторвался от чужих губ. — Сегодня никакого секса, — прошептал он в чужие уста и облизнулся, — пока я не забью все твоё блядское лесби-прошлое, трахаться мы не будем. — Хорошо, — улыбнулась ты в ответ, клюнула парня в губы и откинулась назад, ещё шире раздвинув ноги. *** — Все в порядке, цвет получился идеально. Именно так я и хотел, — Чанель восторженно разглядывал яркое тату на твоём теле, чувствуя себя творцом, не меньше. — Мне тоже нравится, — ты радостно прикусила губу и прыгнула в объятия мастера. — Не соблазняй меня, малышка, — Ёль облизнулся и упал на кресло, крепко удерживая девушку. — Пак, ты слишком быстро заводишься, — игриво цокнула ты, чувствуя, отвердевший в мгновение ока, член, который упирался в промежность. — Это всё ты, — просовывая большие руки под короткие шорты, отвечал Чанель, — слишком красивая, слишком маленькая, слишком хрупкая. Чанель в шутку называл тебя "мой холст", потому что хотел покрыть весь периметр кожи своими рисунками. Он уже успел набить штук пять с того момента, как ты впервые посетила салон. И каждая из них несла за собой смысловое значение, особенно та, что красовалась на среднем пальчике с его псевдонимом — идентичная той, что украшала и руку самого мужчины. — Я бы ебал тебя каждую секунду своей жизни, — сжимая чужие ягодицы, прошипел парень. — Нооо у тебя запись, угадала? — Хихикнула ты, убирая властные руки. — Ты думаешь, меня это остановит? — ехидно улыбнулся мужчина и разомкнул молнию на штанах, из которых выудил каменный орган. Ты затаила дыхание, а Ёль отодвинул джинсовую ткань девичьих шорт, чтобы просунуть головку, а затем совершил резкий толчок, погружаясь окончательно. — Нравится? — рычал он, покусывая тонкую кожу на шее. — Ещё как, — простонала ты и стала ритмично скакать, нетерпеливо приближая оргазм. Ёль трахался в темпе, хлопая свою наездницу по заднице, и напрягал таз, чтобы ты смогла в полной мере прочувствовать всю длину его плоти. Его больше заводили не проникновения, а то, как ты сладко стонешь. Каждый секс с бывшей лесбиянкой был для мужчины новым свершением. Он из кожи вон лез, чтобы доказывать тебе раз за разом, что настоящий мужчина (он) — это то, что нужно девушке, чтобы и мысли о другой ориентации не возникло, сам не замечая, как пропитывается к тебе нежными чувствами и постепенно привыкает. А ты, наверное, так никогда и не расскажешь Ёлю, что "лесби–прошлое" всего лишь неудачная шутка, которая случайным образом помогла тебе заполучить самого желанного мужчину в этом городе.