Все перевернулось

Прошла ещё неделя. Для Григоревича всё закончилось вполне благополучно, с него только взяли подписку о невыезде. Петровский находился под арестом. Настя пришла в себя после произошедшего и вернулась к выполнению своих прямых обязанностей на работе. Сегодняшний рабочий день для Каменской начался с сообщения о том, что её вызывает начальство. Настя незамедлительно отправилась к Гордееву. — Здравствуйте, Виктор Алексеевич, — поздоровалась Настя, входя в кабинет. — Вызывали? — Здравствуй, — дружелюбно ответил Гордеев. — В общем, дело новое поступило, ну там кража со взломом, расскажут тебе... Ты как? Отошла уже? — Да, всё в порядке, Виктор Алексеевич. Правда, — дополнила Настя, поймав на себе недоверчивый взгляд Гордеева. — Какие-то версии по делу уже есть? — Да нет ещё версий, вот сейчас разрабатывать будешь. Слушай, ты прямо на глазах хорошеешь, — восхитился Гордеев, не найдя в себе сил промолчать. А Настя действительно прекрасно выглядела. Светло-зелёная блузка и тёмные брюки хорошо смотрелись на ней. Настя даже была благодарна Чистякову, убедившему её надеть именно этот наряд, в котором она чувствовала себя комфортно. — Спасибо, конечно. Но я выгляжу, как обычно, — с улыбкой ответила Настя. — Нет, не как обычно... Ну, да ладно, что-то ещё сказать тебе сказать хотел. А, мы там на даче мероприятие в субботу затеяли, приедешь? — предложил Гордеев. — Вместе с Чистяковым, давайте, если хочешь. — Хорошо, я подумаю. Спасибо за приглашение, Виктор Алексеевич, — поблагодарила Настя начальника. — Не за что. Ну, иди работать, — заключил Гордеев. — Слушаюсь. До свидания, Виктор Алексеевич, — попрощалась Настя и вышла из кабинета. Каменская была рада такому предложению Гордеева, поскольку это была прекрасная возможность отдохнуть, не думая при этом о делах. Только имел место быть вопрос: а поедет ли Чистяков? Насте почему-то очень хотелось, чтобы он поехал, но она не знала его планов. Поэтому решила их обязательно выяснить сегодня вечером. С такими размышлениями Настя дошла до своего пустующего кабинета, где вскоре появились Коротков и Доценко. Они застали её за заполнением бумаг. — Ну, что тебе начальство сказало? Про гулянку на даче у Гордеева в курсе уже? — поинтересовался Коротков. — Да, Колобок меня пригласил. А тебе лишь бы погулять, желательно не одному, — подколола Настя коллегу. — Хочешь, со мной пойдём? — в тон Насте ответил Коротков. — Ага, сейчас. Ищи себе другую жертву, — порекомендовала Настя Короткову. — А жаль. Ты сегодня красавица прямо, — заметил Коротков. — Угу... Ну, что у нас по делу? — спросила Настя. — В общем, на момент преступления в квартире были двое: тётя и племянник. Оба сейчас в пятой больнице. Племянник наш впал в кому, а тётя в тяжелом состоянии, — сообщил Коротков. — Понятно. Что пропало из квартиры? — поинтересовалась Настя. — Соседка утверждает, что пропали ценные вещи и, возможно, некоторые документы, — ответил Коротков. — А соседка может сказать, что конкретно из документов пропало? — продолжала выяснять Настя. — Это вряд ли, — засомневался Коротков. — Надо бы выяснить всё поподробнее, — решила Настя. Через полчаса Настя с Доценко поехали на место преступления, чтобы получить больше информации. Соседка при разговоре вспомнила о существовании завещания, не найденного при осмотре вещей. Круг подозреваемых немного сужался. Скорее всего, преступником был кто-то из родственников. С полученными сведениями Настя и Доценко вернулись на Петровку. Оставшаяся часть дня прошла в проверке родственников пострадавших и разработке версий. В шесть часов вечера Настя покинула здание Петровки. Через час она благополучно прибыла домой. — Лёша, ты дома? — громко сказала Настя, войдя в квартиру. — О, Аська, ты пришла. Как дела? — поинтересовался Лёша, целуя жену в щёку. — Всё хорошо, не считая нового дела по краже со взломом, — ответила Настя, снимая обувь. — А, ну хоть какое-то разнообразие среди всех этих убийств, — иронически подметил Лёша. — Я тебя разочарую: кого-то, возможно, хотели убить, — в тон Чистякову проговорила Настя. — Как же скучно мы живём, — вздохнул Лёша. — Мне не скучно, — отрезала Настя. — Лёша... — Что такое? — с беспокойством отозвался Лёша, уже собиравшийся идти на кухню. — У тебя какие планы на субботу, ты работаешь? — поинтересовалась Настя. — Нет, у меня выходной, — ответил Лёша, не ожидавший такого вопроса. — А ты с какой целью вдруг интересуешься? «Выходной — это хорошо, теперь осталось только его уговорить», — подумала Настя. — В общем, Колобок у себя на даче какое-то празднество устраивает и всех наших приглашает. Мы поедем? — спросила Настя и посмотрела на Чистякова, наблюдая за его реакцией. — А моё присутствие там точно обязательно? — уточнил Лёша. Настя утвердительно кивнула. — Ну всё, значит, в субботу едем на дачу к Колобку, — решил Лёша. — Ура, — радостно произнесла Настя, целуя мужа в щёку. — Я тебя люблю. Настя ликовала: Лёшу даже уговаривать не пришлось. — Я тоже тебя люблю, — с улыбкой ответил Лёша, поцеловав жену в макушку. На короткое мгновение в помещении воцарилось молчание. Чистяков был рад, что Настя сама предложила куда-нибудь поехать. Он хотел тоже провести выходные с ней не дома, но боялся отказа. Пусть отдых на даче Колобка — это не отдых вдвоём. Зато это будет их совместный выходной...

***

Через день наступила суббота, и Настя с Лёшей отправились на дачу к Гордееву. Теплый, солнечный сентябрьский день просто располагал к подобного рода путешествиям, позволяя всем насладиться прелестями уходящего лета. Около двенадцати часов дня Настя и Лёша добрались до дачи. Их с Чистяковым у ворот встретила жена Гордеева. — О, вы вдвоём. Я уж думала, не придёте, — радостно проговорила Мария. — Как видишь, пришли. Привет, — Настя обняла подругу. — Рада вас видеть. Ну, проходите, — произнесла жена Гордеева, пропуская вперёд гостей. Настя и Лёша вошли в сад. Перед ними открылся вид на клумбу с различными цветами: астрами, хризантемами... Чуть дальше справа было несколько яблонь и вишен с уже спелыми плодами. Именно туда в первую очередь упал взгляд Насти. — Ну что, пройдём к столу? Посидим, закуски, может, возьмёте какие-то, — на правах хозяйки предложила Мария. — Да, давайте, — отозвался Чистяков. Настя с Лёшей прошли к столу, где Гордеева продолжила разговор: — Как у вас дела? — Всё хорошо, — по очереди ответили Настя и Лёша. В этот момент откуда не возьмись появился Гордеев. — Какие у нас гости, — с радостью произнёс Гордеев. — Лёша, пройдём со мной, поможешь там... «Скучно тут точно не будет», — решила Настя. — Витя, но они вот только приехали, — возразила Мария. — Да, ничего, там недолго, — отмахнулся Гордеев, уводя Чистякова. — Что у вас нового? — обратилась его жена к Насте. — Как работа? — Да, ничего нового, всё хорошо, — ответила Настя, жуя маринованный огурец. — А с Чистяковым у вас как? — продолжала интересоваться Гордеева. — Маша, у меня всё отлично. У вас чего? — спросила Настя. — Это хорошо, что всё хорошо. Работаю, Петька вон растет. Витя в нём души не чает, — сообщила Гордеева. — Кстати, у Лены что-то стряслось, а она с Петькой должна сидеть, так мы его сюда привезли. — Понятно... — задумчиво произнесла Настя, беря в руки ещё один огурец и бутерброд. — Ты чего всухомятку ешь? Вон возьми, попей что-нибудь, — предложила Гордеева. — Хорошо, — согласилась Настя. Гордеева налила Насте яблочного сока. — Ого, вкуснотень какая, — сказала Настя, отпивая глоток из стакана. — Это из ваших яблок, что ли? — Угу, почти каждый год у нас есть, — ответила Гордеева, — могу вам с собой дать. — Здорово, давай, — проговорила Настя. В разговоре женщин возникла неловкая пауза, которую прервала Гордеева. — Настя, — обратилась к Насте Мария, взглянув на неё. — Что вообще происходит? — Ничего не происходит, — уверенно отчеканила Настя. — Что-то не похоже. Я тебя не первый день знаю. Ты сейчас спокойная, удовлетворённая, это ощущается, правда, — мягко проговорила Гордеева. Настя ошарашенно посмотрела на Гордееву, которая угадала её состояние. Действительно, у Насти на душе было спокойно и хорошо. А окружающая тишина и природа лишь поддерживали наконец-то появившееся душевное равновесие. Наблюдательному и хорошо знавшему её человеку это не могло быть незаметно. — У меня просто хорошее настроение, — сообщила Настя. — Ах, настроение у неё хорошее, понятно, — улыбнувшись, произнесла Гордеева. — И вообще, ты не лопнешь: огурцов столько есть и всего остального? — Не лопну, — заявила Настя. — Вкусно же, солёненько... — Главное, солёненько... Ты знаешь, о чём это может говорить? — поинтересовалась у Насти Гордеева. «Вот что ей всё знать надо, сыщик прямо какой-то», — мысленно возмутилась Настя. — Слушай, я вот думаю, может, тебе вместе с Гордеевым пойти работать? — со смехом предложила Настя. — А то у нас раскрываемость падает. — Ерунды не говори, мне нравится то, чем я занимаюсь, — с улыбкой ответила Гордеева. — Хорошо. Почти десять недель беременности, такой диагноз тебя устроит? — уточнила Настя, наблюдая за произведённым эффектом. Эффект от такой новости был: Гордеева внимательно посмотрела на Настю, ища на её лице подтверждение тому, что она не шутит. Настя, сдерживая довольную улыбку, изучающе поглядывала на Марию. — Да, ты что! Поздравляю, — наконец радостно сказала Гордеева, обнимая Настю. — Спасибо, — с улыбкой поблагодарила Настя подругу. — Я рада за тебя, — высказалась Гордеева. — А Чистяков как к этому относится? — О, Чистяков вообще на седьмом небе, — всё с той же улыбкой ответила Настя. — Здорово. Слушай, ну, я пойду посмотрю, что у них там происходит и что Петька делает? — решила Мария. — Иди, конечно, — сказала Настя. Гордеева ушла, ещё раз выразив свою радость, а Настя направилась в сторону яблонь. Дойдя до нужного места, она сорвала яблоко и начала его грызть. От этого занятия её отвлек откуда-то появившейся Чистяков. — И кто у нас тут яблоки немытые ест? — возмутился Лёша, обняв жену сзади. — Кстати, мы там шашлыки делаем. — Шашлыки — это хорошо. Попробуй, — предложила Настя, развернувшись к Лёше и поднося яблоко прямо к его рту. — Ого, как вкусно, — откусив яблоко, заметил Лёша. — Я думаю, нам пора приобрести загородный дом с садом, и будет там всё расти. — Ух ты, размечтался, — усмехнулась Настя, — хотя неплохо было бы. А где мы денег столько возьмем? — Ничего, придумаем что-нибудь, — решил Лёша, целуя Настю в макушку. — Я надеюсь, ничего беззаконного не будет? — уточнила Настя. — Ты и сейчас думаешь о работе, — вздохнул Лёша. — А вот не угадал, я просто не забываю о том, что я — работник правоохранительных органов, — сообщила Настя, откусывая яблоко. Настя говорила правду. За сегодняшний день о работе она не подумала ни разу. Сейчас она просто наслаждалась мгновением. — А о чём же сейчас ты думаешь? — поинтересовался Лёша. — О том, как хорошо, что мы сюда приехали. О том, что Маша в ближайшее время обязательно расскажет о моей беременности, если уже это не сделала, — с оттенком мечтательности проговорила Настя. — А ты ей уже сказала? — уточнил Лёша. — Да пришлось. Она ж как сыщик какой-то, — заметила Настя. — Ну и что? Тебе жалко, что ли? — спросил Лёша. — Всё равно сказать придётся, да долго скрывать не получится, месяца через два уже заметно будет. — Не жалко, конечно. Но зачем сейчас-то? Потом можно было бы, — решила Настя. — Боже мой, представляешь, я буду такой толстой и некрасивой... — Нет, для меня ты будешь самой красивой, — произнёс Лёша. Их разговор прервал раздавшийся рядом детский голос, принадлежащий мальчику лет четырех: — Здласти, а вы тоже к нам в гости приехали? — спросил он. — Парень, а ты чей? — спросил Лёша, удивлённый появлением ребенка. — Мамин и папин, — недоуменно ответил ребенок. — Петя, а тебя мама не потеряет? — поинтересовалась Настя, вспомнив о том, что сын Гордеевых на даче. — Нет, — уверенно заявил Петя. — Я папе сказал, что сюда пошёл. — Давай-ка, Петя, ты к родителям пойдешь, — посоветовал Лёша. — Они там заняты... Слушайте, а вы рисовать умеете? — неожиданно спросил ребёнок. Настя с Лёшей переглянулись. — Не очень, но могу попробовать, — решил Лёша, взяв мальчика на руки. — Где рисовать будем? — На веланде, — снова не выговаривая «р», ответил Петя. Вся компания отправилась на веранду. По дороге выяснилось, что у собаки один глаз больше другого, а у птицы какое-то странное крыло. — Ну, что у тебя не получилось? — спросил Лёша. Петя показал недорисованную картину. Действительно, всё было далеко от идеала. Лёша, усадив ребёнка на колени, попытался подправить рисунок. Пара штрихов, и дело пошло на лад. Настя наблюдала за происходящим, сидя в кресле. — Да, Чистяков, сколько ж в тебе нерастраченного отцовского потенциала, — высказала свою мысль вслух Настя, но на это никто не обратил внимания. Через пару минут всё было готово. Ребёнок пришёл в восторг, однако, вспомнив про крыло, разочарованно сказал: — А крыло? — Сейчас будет и крыло, — решил Лёша и продолжил рисовать. — Ну, вот, готово, — довольно сообщил он спустя некоторое время. — Ура! — радостно воскликнул Петя. — Покажите, что у вас там, — попросила Настя. Лёша подал ей рисунок. Настя посмотрела на картинку. — Нет, так не пойдёт, — решительно сказала она. — Лёша, дай карандаш. Чистяков дал ей карандаш. Настя закруглила форму крыла и подправила контуры лапы собаки. Рисунок стал более аккуратным и теперь смотрелся ещё лучше. Пете казалось, что перед ними какие-то волшебники, для которых нет ничего невозможного. Вскочив со своего места, он поблагодарил Настю с Лёшей, взял рисунок и затем снова сел на колени к Лёше. — А мы в прятки можем поиграть? — успокоившись, спустя время спросил Петя. — Я от вас спрячусь, и вы меня не найдёте. Что потом делать будете? — озадачила Настя присутствующих своим вопросом. — Найдём, — решил Петя. — Никто никого искать не будет, — ответила подошедшая к уютно устроившийся компании Гордеева. — Сейчас шашлыки есть будем.  — Мама, а смотри какой у меня рисунок получился, — не унимался Петя. — Мне ещё тетя Настя и дядя Лёша помогли. Гордеева взглянула на Настю с Лёшей и покачала головой. Все наконец-то встали со своих мест и направились к накрытому столу, Петя побежал вперёд. Когда Настя поравнялась с Гордеевой, та шепнула ей на ухо: — Вам точно ребенка нужно, и не одного. — Да ну тебя, — отмахнулась Настя, хотя поняла, что общение с ребенком доставило ей удовольствие. Все постепенно уже занимали свои места за столом. Гордеев на правах хозяина нёс на тарелке главное угощение — шашлыки. Вместе с ним появился Коротков, который, усаживаясь за стол, успел поприветствовать и Настю с Лёшей. Тарелки начали наполняться съестным. С легкой подачи Короткова вскоре наполнились и бокалы. Затем, конечно, последовал первый тост за здоровье, потом за милицию... Лёша с беспокойством взглянул на Настю, держащую в руках бокал с красным вином. Сделав ещё пару глотков, она отставила бокал в сторону и налила себе в стакан сока. Только тут Настя поймала на себе взгляд Лёши. — Да не волнуйся, не буду я больше, — тихо ответила она на его взгляд и в следующий тост уже подняла стакан с соком. — Ты что, не пьёшь? Каменская, ну кто так делает? — возмутился Гордеев, заметив этот жест. — Не хочу просто, — спокойно ответила Настя. — Ну что значит «не хочу»? Ладно, не хочешь как хочешь, — заключил Гордеев. Гордеева тихо обратилась к мужу, и он больше не задавал Насте никаких вопросов. Через некоторое время послышались рассказы о наиболее запомнившихся задержаниях, затем какие-то интересные случаи из жизни. Во многом преуспевал Коротков. Так компания провела время до самого вечера. Не кончающиеся истории, детский смех — всё поднимало настроение. По пути домой из головы Насти не выходила мысль, которую она озвучила вслух:  — Знаешь, о чём я думаю: если всё хорошо, то у нас тоже будет такое чудо.  — Будет, хотя верится сейчас в это с трудом, — откликнулся Лёша.