Часть 1
1 апреля 2018 г., 14:44
"Я обещаю, что мы еще встретимся!" — так сказал Хината, когда они прощались. Последняя фраза, которую Тобио слышал от него. И крикнул он с такой уверенностью и ярким блеском в глазах, что Кагеяма поверил. Никто ранее не смотрел на него так, поэтому он поверил. Поэтому ждал все годы в колледже, представляя, что вот прямо сегодня Хината войдет в класс, учитель представит его всем, и он сядет рядом с Тобио и скажет: "Я же говорил, что встретимся!"
Но ничего такого не произошло. Кагеяма пытался позвонить, но все время робот женским голосом говорил, что абонент недоступен.
Это уж точно — недоступен.
Все эти годы он играл в волейбол — колледж все-таки спортивный — и да, он чувствовал радость от победы и горечь от проигрыша, но этого особенного чувства больше не было. Со временем он смог проводить быстрые атаки с его нынешними сокомандниками, но он не чувствовал этого. Каждый раз Хината прыгал с полной уверенностью в себе и в нем. И каждый раз доверял ему, верил в него, знал, что у Кагеямы все получится. Он не видел того фанатичного блеска в глазах, не видел изящных высоких прыжков, Кагеяма ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь кричал ему: "Давай! Убийственная подача!" Это настолько въелось в память и стало привычным, что он не обращал внимания на это. Но каждый раз, идя на подачу, он надеялся, что услышит эти слова.
Боже, как же он хотел их услышать.
Он так хотел повторить все снова, не упуская ни малейшей детали. Он не хотел жалеть, но жалел. Он не хотел вспоминать, но вспоминал. Он не хотел думать, но он думал. Он не хотел мечтать, но мечтал.
Говорят, раны всегда заживают, нужно только подождать. Чепуха. Кагеяма уже давно сбился со счета дней, проведенных без Хинаты, но ему все еще жутко больно. Он все еще хочет встретить Хинату — неважно, в кафе, на улице, в спортзале — хочет без слов прижать к себе, чтобы тот услышал бешеный стук его сердца и все понял. Чтобы немножко отстранился, привстал на носочки, прижался горячими потрескавшимися губами к его губам, чтобы растрепал его темные волосы. Чтобы предложил пойти прогуляться в парк, и они гуляли, вспоминали былые дни, и сердце Тобио на парочку часов забыло о боли. Чтобы, когда уже настанет пора уходить, Хината начиркал на листочке его новый номер, поцеловал в щеку и прошептал: "Ты встретишь меня вновь" — и, широко улыбаясь, ушел.
Но все это было лишь несбыточными мечтами, которые только подливали кипятка в его личный котел страданий.
Он уже давно потерял надежду на счастливый конец. Да и колледж не вечный — Кагеяма его уже год как закончил. Шансы встретить Хинату с самого начала были невелики, но сейчас они на том уровне, что до нуля рукой подать. Ведь после окончания учебы он подался в Японскую сборную по волейболу. Сейчас он не просто гений, побывавший на национальных, он начинающий спортсмен мирового класса. Учебой Кагеяма особо не увлекался, так что волейбол — это единственное, что он умеет. Да и не зря таланту пропадать — пусть он любит этот спорт не как раньше, когда в нем был Хината, но все же.
В какой-то момент он понимает, что не нужен Хинате. Тот наверняка сейчас развлекается вовсю, и девушка у него, скорее всего, есть, которую он безмерно любит и на которой планирует жениться.
Тобио нет места в жизни Хинаты.
Единственное место, где они были связаны, — это корт. Да и то всего лишь на три года. Даже если он найдет Хинату, Кагеяма не может просто так взять и ворваться в его жизнь. Они даже друзьями не были, он уже, скорее всего, забыл Тобио. От осознания этого ему хотелось кричать. Кричать до того момента, пока голос не сорвется, а в уголках глаз не застынут слезы, и он будет готов исполосовать себя всего, до кровавых ран, которые потом бережно забинтует врач. Видимо, какой-то здравый смысл у него все же остался, хотя его было не так много.
Но Кагеяма ничего из этого не делает. Хоть спортсменам не положено, он вызывает такси и в одиночестве едет в бар. Заказывает какие-то алкогольные коктейли, ему хорошо, мозг затуманен, и Кагеяма не успевает понять, когда неизвестная девушка садится рядом с ним и начинает флиртовать. Он не понимает, когда она берет его за руку и ведет на верхний этаж, к спальным комнатам. Он не понимает, когда она открывает какую-то дверь и, войдя, закрывает ее на замок. Но Тобио отшатывается как от пощечины, когда красивая шлюха тянется к его губам. Из него словно одним махом вывели весь алкоголь, который он вылил в себя за весь это вечер. Понимание происходящего возвращается к нему, и яркая особа спрашивает, что же случилось. Он отмахивается и просит ключ, чтобы уйти. Девушка злится — это видно по ее нежеланию отдавать ключ и убийственному взгляду. Когда он наконец открывает дверь, то выскакивает из номера, как ошпаренный. Кагеяма несется на всех ногах прочь из этого места, пытаясь осмыслить, что же он наделал. И понимает, как будет злиться тренер, как он сам будет себя винить. Но это завтра, а сейчас, уже приехав домой, он идет под холодный душ.
***
Наутро голова раскалывается, и он еле-еле берет телефон, чтобы позвонить одному из его близких друзей — со времен старшей школы он научился неплохо общаться — и попросить прийти. Звонит он специально человеку из клуба, чтобы тот на сегодняшней тренировке сказал, что Кагеяма не сможет прийти денек-другой. Когда он проходит через не закрытую на ключ входную дверь и проходит в комнату, где страдает Тобио, то тут же спрашивает: — Ого, ну тебя развезло, деточка. Сколько же ты вчера квасил? — задает риторический вопрос он. — Сейчас, будет тебе аспирин, — и достает из маленького пакета коробку, тут же открывая ее и выдавливая таблетку. Дает стакан, в который налил воды вместе с аспирином. Тобио кинул таблетку в рот и залпом осушил стакан. — Спасибо, — немного прищурив глаза, хрипит Кагеяма. — Ладно, я пошел, аспирин я тебе на тумбочку уже положил, ты давай, не помри тут, — Тобио бы хмыкнул, но ему больно, поэтому только улыбается. — Тренеру я скажу, что ты не придешь на пару тренировок. — Спасибо, — еще раз благодарит Кагеяма. — Хватит мне тут своими "спасибо" кидаться. Ты же наш дорогой сеттер, без которого мы не можем. Еще и новичок очень ждет тебя. Глаза Кагеямы округляются, и он, не думая, спрашивает: — Какой новичок? — У нас вчера была незапланированная тренировка, которую ты успешно пропустил, — укоризненно говорит он. — И тогда он пришел. — А, ясно, — немного отойдя, отвечает Кагеяма. Все же новички приходят в начале года, как он сам, поэтому это было слегка неожиданно. — Пасмурно. Все, давай, я пошел, — прощается он и уходит, после чего Тобио мгновенно вырубается.***
Через парочку дней Кагеяма, уже полностью оклемавшийся, идет в спортзал. Все же пить он не умеет, так что голова болела весь день, а на следующий тренировку отменили. Приходит он гораздо раньше, чем надо, но для таких, как он, есть лавочки, на которых можно подождать. Долго сидеть он не может, поэтому решает все-таки постоять. Он спокойно стоял, как неожиданно за спиной послышался до боли знакомый возглас: — Кагеяма! Он не успевает подумать о том, что это может быть кто-то другой, кто-то, чей голос слишком похож на голос Хинаты, так как его тело уже повернулось и ему вовсе не нужно думать об этом. Вместо этого он таращится на яркие, торчащие во все стороны рыжие волосы и ослепительную улыбку. Кагеяма пытается что-то сказать, но вместо этого у него выходят какие-то нечленораздельные звуки. Его резко останавливают насмешливым тоном: — Что же ты не здороваешься со своим давним приятелем, Кагеяма-кун? Кагеяму будто подстегивают, и он отвечает: — П-привет. — Ничего сказать мне не хочешь? Я уж надеялся, что ты, как только меня увидишь, сразу же разразишься пламенной речью о том, что скучал по мне, — Хината насмешливо надул губки. — Не дождешься, — огрызается он. — А я скучал, — и снова Тобио смотрит на него вылупленными глазами. — Очень. — Я тоже, — забывая про злость, говорит он, а потом, повторяя за Шоё, добавляет: — Очень. Повисла неловкая тишина. Хината думает, что бы сказать, но его опережают. — Так ты... что ты здесь делаешь? — Тренируюсь, — отвечает Шоё. — Я имею в виду, зачем ты сюда пришел, — возможно, Кагеяме показалось, но он видел, как Хината немного поблек. — Хотел играть с тобой. Как раньше. — Но как? — Кагеяма не договаривает из-за того, как сильно он ошеломлен. — Ну, после окончания школы я серьезно налег на учебу и сдал экзамены в твой колледж. Правда, я тебя там ни разу не видел. Наверное, потому что смены разные, — пояснил Шоё. — Хотя я не раз приходил в твою, искал тебя, но все равно не нашел. В клубе, кстати, тоже, даже не слышал о тебе. Но потом, когда я совершенно случайно узнал, что ты уже играешь за сборную, решил закончить обучение, мне опять пришлось сдавать экзамены позже всех, вот я и пришел в середине года. — Зачем? — снова спрашивает Кагеяма. — Как зачем? Я... — он не успел договорить. — С чего ты взял, что я хочу стоять и играть на одной стороне сетки с тобой? — Тобио не успел понять, что он творит и что он говорит Хинате, как вдруг из красивых карих глаз хлынули слезы. Неужели ранее Кагеяма соврал, что скучал по нему?.. — Я-я думал... думал, что ты тоже х-хочешь этого... ты в-выглядел таким счастливым, когда я с-сказал, что мы еще в-встретимся, вот я и п-подумал... п-прости меня, я... если я тебя бешу, т-то я могу пойти к д-другому тренеру... и ты б-больше никогда не увидишь м-меня... Хината уже повернулся, начиная бежать от Кагеямы, но тот быстро среагировал и побежал вслед за ним. — Ты зачем бежишь з-за мной?! — крикнул Хината. — Да стой ты, придурок! Остановись, дай мне сказать! Шоё резко остановился и тихо ответил: — Говори. Кагеяма попытался отдышаться, но не мог тратить драгоценные секунды терпения Хинаты, поэтому начал говорить, иногда сбиваясь: — Я... я не хотел говорить этого! — Хината даже повернулся, чтобы показать скепсис во взгляде и в поднятой брови, но то, что он шмыгал, портило впечатление. — Все... то время, пока я был в колледже... я надеялся увидеть тебя, — он уже выровнял дыхание. — Каждый день я мечтал о том, чтобы ты ворвался в класс и выкрикнул мое имя. Каждый день я надеялся снова увидеть тебя, — по мере того, как Тобио говорил, глаза у Хинаты расширялись все больше и больше. — Хината, я не хочу терять тебя снова! — Кагеяма подошел к нему. — Я люблю тебя! — и обнял, запрокинув голову на чужое плечо, чтобы Хината не увидел слезы. Тобио слишком долго хранил все в себе. Кагеяма ожидал чего угодно, но уж точно не того, что его крепко обнимут в ответ и начнут шептать нежные слова на ухо. — Я тоже люблю тебя, Кагеяма, поэтому и хотел быть рядом с тобой. Я люблю тебя больше всех на свете, — ответил Хината, а потом еще долго повторял: — Люблю, люблю, люблю... Шоё поцеловал Кагеяму в щеку. Взял в руки лицо Тобио и начал покрывать его поцелуями. Хината прошелся по мокрым и соленым щекам, чмокнул в нос, приподнял темную челку и прошелся губами по лбу. — Хватит, — Кагеяма сам наклонился и поцеловал Хинату уже в губы. Шоё коротко промычал, сразу же высовывая язык и обводя им мягкие губы Кагеямы. Когда Хината взял преимущество и проскользнул в чужой рот, Тобио приобнял его за талию. Этот поцелуй не был страстным, нет. Хината хотел растянуть тягучее удовольствие и приумножал его, особенно если учесть, как долго он мечтал об этом, а сейчас наконец получил. Оба не хотели торопиться, у них было много времени. Когда они оторвались друг от друга, Шоё еще раз коротко поцеловал Кагеяму, из-за чего последний расплылся в довольной улыбке. — Кагеяма, — Хината серьезно взглянул на него, все еще держа его лицо в ладонях. — Ты будешь моим? — Мог бы и не спрашивать, — ответил Тобио. И, приближаясь, сказал: — Конечно... же... да. И снова поцеловал Хинату.
