Альбус Дамблдор и Зина с огорода

      Она поднялась по ступенькам и постучала серебряным молотком в виде змеи. Из-за двери раздался грохот, и ещё чьи-то... визги?       —Кто там? — спросил женский голос.       —Я от Альбуса Дамблдора, — начала было по-русски Зинаида Васильевна, но потом вспомнила, что она уже в Англии. — Дамблдор, я от Дамблдора, — пыталась на ломаном английском объяснить она.       Дверь открылась, и она увидела на пороге невысокую пухленькую женщину, гораздо младше неё.       —Доброе утро! — поздоровалась Зинаида Васильевна, припоминая азы английского. — Я — Зинаида Васильевна. Я из России.       —Ваша фамилия не Огородникова, случайно?       —Да-да. Я – Зина с огорода.       —Я – Молли Уизли. Очень приятно познакомиться! Проходите скорее! Мы все Вас очень ждали! — она отошла в сторону и Зинаида Васильевна прошла в прихожую под завывания какого-то портрета. Откуда-то из соседней двери выскочили двое мужчин и, схватившись за портьеры, пытались закрыть портрет.       —Это Сириус Блэк и Римус Люпин, — представила Молли мужчин.       Зинаида Васильевна поздоровалась с ними, но они в пылу борьбы с портретом не услышали её. Та достала из-за уха волшебную палочку и, направив её на портрет, мигом задёрнула его портьеры.       —Спасибо, — поблагодарил Сириус.       —Да не за что, — Зинаида Васильевна вновь заложила палочку за ухо. — Огородникова, Зинаида Васильевна, очень приятно познакомиться.       —Мадам, — Сириус грациозно поцеловал её руку.       —К сожалению, мадмуазель, — поправила его товарищ Огородникова.       —Это не Вы ли случайно являетесь автором издания в тридцати томах о Защитных Заклинаниях в теории и практике, их формах и применении? — выпалил Люпин, глядя на неё с искоркой в глазах: он явно давно заготовил этот вопрос, и ему не терпелось получить на него ответ.       —К сожалению или к счастью — решать, конечно, Вам, молодой человек, однако это так, — ответила Зинаида Васильевна.       —На этих книгах я познавал Защиту от Тёмных Искусств, когда ещё был школьником! Я их все перечитал по нескольку раз! Вы собрали там такие полезные заклинания, каких я ещё нигде не видел! — восхищённо сказал Люпин.       —Мне очень приятно, что Вам угодили мои книги, — улыбнулась баба Зина.       —Римус, давай ты потом обсудишь с нашей гостьей все подробности этой темы. Вы ведь только с дороги и, наверно, устали. Пройдёмте на кухню, я Вам чаю налью, — предложила Молли.       —От чая не откажусь. В молодости я обожала чаёвничать. Сейчас, правда, стало некогда, но от чашки чая я не в силах отказаться ни за какие коврижки, — ответила Зинаида Васильевна. Сириус подошёл было к ней, чтоб забрать сумку, однако она отказалась.       —Благодарю, но лучше оставьте её мне, молодой человек. Там у меня курицы бегают и корова, и всё моё добро там. Я без неё, как без рук, — сказала она.       —Вам точно не тяжело? — усомнился Сириус, глядя на пожилую леди, прошествовавшую вслед за миссис Уизли на кухню.       —Нет-нет, всё хорошо, — ответила Зинаида Васильевна.       За столом уже сидели двое волшебников. Её представили сидевшим за столом и, как оказалось, это был Артур Уизли, муж Молли, и Нимфадора Тонкс, местный мракоборец. Когда она вошла, они одновременно встали со своих мест и сели только тогда, когда Зинаида Васильевна приземлилась на один из стульев, услужливо пододвинутых Люпином.       Миссис Уизли быстро налила ей чай и поставила перед ней на стол печенье, мармелад и вазу с конфетами.       —Спасибо, — поблагодарила Зинаида Васильевна, взяв в слегка подрагивавшие ладони чашку горячего чая.       Между сидевшими за столом повисло напряжённое молчание, нарушавшееся лишь хрумканьем печенья, которое грызла баба Зина. Сириус и Люпин начали что-то обсуждать насчёт дел Ордена. Зинаида Васильевна ни на кого не смотрела, глядя лишь в свою чашку с чаем.       —А это правда, что Вы когда-то были главным мракоборцем СССР? — спросила миссис Уизли.       —Неужели? — удивилась Тонкс, зевая.       —Да всякое было по молодости, — ответила Зинаида Васильевна, допивая чай.       —В новых учебниках Истории Магии Вам отдельная глава выделена, — сказал Люпин. — Я недавно читал.       —А я плохо в своё время Историю Магии учила. Внимания не обратила на неё, наверно, — пробормотала Тонкс.       Из сумки Зинаиды Васильевны донесся приглушённый протяжный звук.       —Корова не кормлена, — пробормотала Зинаида Васильевна, вытащила из-за уха волшебную палочку и маленький зелёный шарик из кармана. Она покрутила палочкой над шариком, бормоча слова заклинания. Шарик начал быстро увеличиваться, растягиваясь в разные стороны. Баба Зина открыла свою сумку и бросила стремительно изменявшийся шарик внутрь.       —А что это за шарик такой? — с интересом спросил Люпин.       —Этот что ль? — Огородникова вытащила из кармана ещё один маленький зелёный шарик.       —Да-да.       —Это — моё любимое изобретение. Называется огорики. Эти шарики можно трансфигурировать во всё, что тебе только в голову взбредёт. И даже пять исключений закона Трансфигурации не являются здесь исключением. Эти огорики очень гибкие, прыгучие — их очень тяжело разрушить. Только если попасть по ним разрушающим заклинанием — тогда они лопаются. Сверху эластичная оболочка, а внутри магическая сердцевина. Она состоит из специальной субстанции, которая при правильном использовании, может стать чем угодно. Конечно, в зависимости от цвета шарика, можно получить предмет соответствующего цвета. Эти шарики очень популярны были в СССР. Теперь, в России, их уже не производят — иначе волшебникам не будет смысла работать. Ведь они в своё время додумались трансфигурировать их в золотые или драгоценные массивы, обеспечив себя деньгами на многие годы. Поэтому они выдаются только мракоборцам высшего статуса. Даже нашему Министру Магии их не дают. А я же знаю, как они производятся, вот и сижу дома, делаю для себя. У меня тут всякие есть, - она достала из кармана горсть разноцветных огориков. Все одновременно подсели к ней поближе и с интересом вглядываясь в них.       —Я такие уже видел. У Дамблдора, — сказал Люпин. — Я думал, что это — его изобретение.       —Вон оно как! Нетушки-фигушки вам! Моё они творение! Альбус был первым, кто оценил их огромное значение! Естественно, я подарила ему таких около сотни. Сначала они были просто прозрачными и все предметы были такими же белыми. Тогда Дамблдор мне подал идею сделать разноцветные и радужные огорики, чтоб можно было трансфигурировать предмет разного цвета и даже нужного тебе. Так что, идея разнообразия цветов шариков принадлежала ему, а вот сами огорики — мне. Я наполняла шарики экстрактами разных растений, отчего они становились цветными. А радужные шарики, между прочим, большая редкость, я очень долго не могла получить, - Зинаида Васильевна достала из горсти шариков один-единственный, переливавшийся всеми цветами радуги. — Я смешивала разнообразные экстракты, цвета и зелья, но результат был одним и тем же: непонятное, противное месиво. Я очень часто наблюдала за радугой, пытаясь понять, как собрать её с неба и заключить в огорик. И однажды летним вечером я поняла: радуга — это свет. Это не жидкость, не твёрдое вещество и даже не газ. А именно свет. Тогда я с помощью различных стёклышек разных диаметров, размеров и формы собрала радужный свет и направила его в сердцевину огорика. И у меня впервые получился он, — она протянула шарик Люпину. Тот аккуратно взял его в ладонь и приблизил к глазам, вглядываясь в переливающиеся цвета. — Я назвала его радогорик. И теперь, при желании можно трансфигурировать его в предмет того цвета, который тебе нравится. Можно сделать разнообразный узор от горошка до вычурной резьбы. Так что эти огорики очень полезные в быту. Могу подарить пару штук, — она отсыпала каждому сидящему за столом по четыре шарика. — Щедрость, конечно, у меня прихрамывает в последнее время, но прошу меня извинить, уж больно тяжело они делаются и больно быстро расходятся, — сказала виновато Огородникова. Она вполне уже адаптировалась, вспомнила язык и чувствовала себя гораздо свободнее.       —Да нам хоть один такой — уже хорошо, — ответил Люпин.