Дневник выжившего

— Что ты имеешь ввиду? — недоуменно спросил я, осознавая то, в какой жопе мы все можем оказаться — А ты что думал? Неужели люди из правительства настолько глупы, что реально думали, будто бы кроме армии никто не выживет? Да в этом лесу полно народу. Десятки лагерей, гораздо крупнее нашего. Вокруг Екатеринбурга полно лесов, этот довольно крупный, так что множество лагерей организованы именно здесь. Мне известны только семь, с двумя из этих семи отношения у нас неплохие, с одним мы ведем некоторую вражду, открытую вражду. Ну, а оставшиеся четыре соблюдают вооружённый нейтралитет. Вот только сколько он продлится…это никому неизвестно. Именно поэтому нам сейчас жизненно необходимы стволы, а то придут они и что с этими пукалками против них делать? Да, у нас есть пара бомб, но дохрена ли они нам помогут в открытом столкновении? Их больше, по самым скромным подсчётам, около пятидесяти человек. Не знаю что у каждого лагеря по вооружению, разве что есть некоторая информация о союзном, но доверять ей — самоубийство. В этом мире каждый желает скрыть любую информацию о себе, ведь информация — самое лучшее оружие. Если у тебя есть информация, то пистолет тебе может вообще не понадобиться, но носить его с собой никогда не будет лишним. — Но, судя по всему, ты не только информацией орудовал? Иначе бы вряд ли тебя посадили. — А ты вообще знаешь за что я сидел? — Ну расскажи, если быстро, а то мой напарник там уже нервничает. — Короче, парень, я за мошенничество присел, бабок в своё время стырил не счесть. А всё потому, что владел одной очень интересной информацией о важном сотруднике банка. Этот идиот в своё время был простым банкиром, но потом у него появилась бизнес идея и он попросил помощи у одного бандита, чтобы тот занял ему денег, идея была неплохой, уже не помню, что он придумал точно, но в Европе она бы зашла на ура. Но мы то живём в России, в стране, где водка стоит дешевле книги, да что там говорить о водке и книгах, Бог с ними, там печать и прочее дерьмо, но если литр пива стоит в полтора раза дешевле литра сока, то о чём вообще можно говорить? Ну, короче прогорел он, денег нет, нифига нет, а деньги-то браткам возвращать надо, ну он и грохнул его, чтобы не возвращать. Все у него из карманов вытряс, сумма неплохая собралась, дал кому надо на лапу, ну и гораздо быстрее пошёл вверх по карьерной лестнице. Короче говоря, стал важной шишкой и имел доступ ко хранилищу банковскому, но не это тогда важно было. О его ранних проделках я узнал от старого приятеля, ну и поздней ночью пришёл ему на хату, всё изложил, он на очко присел, ну и согласился провернуть маленькую махинацию… На следующее утро я нацепил черные очки, шляпу, всё как в фильмах о шпионах, тогда мне казалось это прикольным, пришёл в банк, да не один, а с двумя человечками — расходным материалом. Один из них взял кредит на своё имя, большой кредит, второй стал его поручителем. В итоге деньги у меня, а ребятки плавают сейчас где-то среди отходов в речке. Вот так я бабки и мутил, пока этот кретин не заныл о том, что ему кранты, его уволили из-за того, что начальство всё просекло. Начальник дал денег ментам, моего сообщника посадили, а этот ублюдок меня выдал, бежать не пришлось, денег было много, поэтому взяток много дал, но отмазался. Потом правда не с тем человеком связался, его сына взрослого пришлось убить и там никакие взятки, к сожалению, не помогли. Шишка важная слишком, правительственная. Вот так я в тюрьму и попал, долго уважение зарабатывал, о моей Бригаде в 90-е все слышали, авторитетом стал. Как-то так. — А не боишься мне всё это рассказывать? — А чего бояться-то? Я уже отсидел. Это первое, а второе…да какой ты нахрен военный правительственный. По тебе, твоему поведению, общению, видно, что ты парень простой, может быть и был связан с армией или чем-то подобным, но уж точно не с правительственными крысами. У них понтов слишком много. — Тогда почему ты нас еще не прикончил? — А смысл? У вас есть то, что нужно нам, ничем особо не угрожаете, так что нет резона мне вас гасить. — Мда, я тебе поражаюсь, чем себя конкретно выдал? — Ну, я же говорю, не то поведение, они обычно спокойные, самоуверенные, да и майорами в таком возрасте не становятся, тебе же явно меньше 25, я прав? — Да, мне 23. — Вот видишь, я умею людей читать, так что меня тяжело обмануть. Потом речь. Ты говоришь спокойно, без лишних выпендрёжей, понтов, различных вычурных слов и ментовских выражений. Так сказать деревенский пытается городским прикинуться. — Понятно всё, ну ладно, раз уж прикидываться больше смысла нет, то до завтра, оружие привезём, как и договаривались. И это, извини за враньё моё, я думаю, что ты сам понимаешь, почему я так поступил. — Забыли, завтра с тебя стволы, с меня письмо, а потом информация, отдашь два калаша, остальное после. Договорились? — Да — Кстати, если уж вы не армия никакая, то кто вы и твои «пленные разведчики»? — Ну, они-то реально разведчики, просто уже, скажем так, в отставке. — Ну, не хочешь, не объясняй, до завтра. С этими словами мы отошли каждый к своим, я выпустил Хромого и сел в машину, а Одноглазый кивнул Могильщику, чтобы тот приказал поднимать ружья и уходить в лагерь. Мы же с Димасом отправились в убежище, чтобы переварить всё, что мы сегодня узнали. В дороге я объяснил всю ситуацию, обсуждать это решили за чашкой чая. когда мы вошли в «дом», то первым делом нас встретил Данил, готовивший рис. — Ребят, я вам сказать кое-что забыл…ну, про бункер…