Дневник выжившего

Минут через двадцать, наше ожидание прервалось, и мы увидели появившегося на поляне Одноглазого. Он был в сопровождении Могильщика и ещё одного бойца. — Приветствую — крикнул я, поднимаясь с поваленного дерева. — И я тебя, — ответил мне Одноглазый, подходя и пожимая руку. После того, как поздоровались со всеми, мы двинулись в сторону леса. Предположительно, шли в сторону бункера, чтобы положить записку на нужное место. Бумага была в дефиците, поэтому сама записочка представляла из себя небольшое послание на оторванном клочке бумаги в клетку, видимо, вырванном из школьной тетради. Написано было следующее: «Друг, у вас, по некоторой информации находятся два мужика, их взяли в плен или убили, что ты об этом знаешь?». Текст меня вполне устроил, и менять что-либо мы не стали. После проверки, Одноглазый сказал о том, чтобы пойдём одни, все наши спутники останутся здесь и будут дожидаться. Я согласился, попросив Диму спокойно дождаться меня и предупредил, что провоцировать никого не стоит, зачем рисковать? Одноглазый же в свою очередь отдал приказ Могильщику, который звучал примерно так: «Не рамси, эти бродяги с нами в одной хате считай» Теперь все было хорошо, мы, взяв с собой оружие, поставленное на предохранитель, пошли по намеченному моим «партнером» курсу. — Стволы где? — спросил меня Одноглазый, когда мы отошли от остальных — На полянке оставили, недалёко отсюда, топливо жечь не хотелось, а стволы с собой таскать впадлу. Потом прогуляемся — заберёте. — Ясно, кстати, должен предупредить о том, что не знаю, когда придёт ответ, обычно не больше двух дней, но хрен его знает, в позапрошлый раз заветную бумажку я увидел лишь через пять дней. — Это хреново, нам бы информацию сейчас узнать, чтобы не мучаться дальше и продумывать, что мы будем делать, если они в плену и что, если правительственные псы их убили. — Да ясное дело, что хреново, но от меня это никак не зависит, конспирация важнее. — Понимаю. Если что подождём, но не хочется ждать слишком долго. После десяти минут блужданий среди деревьев, мы вышли к большому дереву, в центре которого, на высоте около двух метров, находилось дупло, а чуть поодаль, лежало бревно, которое Одноглазый пинками погнал к большому дереву. После этой манипуляции, он забрался на него и опустил записку в дупло, после этого он откатил бревно обратно. — Ну, вот и всё, собственно говоря. — — Пойдем сразу за стволами тогда? Надо пацанов прихватить, а то вдруг кипишь какой-то. Сам же говорил, что мы не одни в этом лесу. — Истину глаголишь, мы, кстати, трупик-то обыскали. РПГ-шка хреновая оказалась, состояние на один выстрел, она разлетелась к чертям собачьим. А так при нём кроме ножа ничего и не было. Похоже на то, что он вообще залётный был. Но хрен их знает. — При нем точно ничего больше не было? — Да точно, уж я то спец по обыскам. — А с трупом что сделали? — А…эм, ну, выкинули вообщем… — как-то странно сказал Одноглазый, что-то в его голосе было необычным, встревоженным. — Куда выкинули? — решил надавить я, проверяя какие-то свои странные подозрения, закравшиеся ко мне в душу. — Неважно, с горы спустили. О, а вот и наши — поспешил сменить тему разговора мой беспокойный собеседник. Мы действительно уже вышли на опушку, где оставили Димаса, Могильщика и какого-то левого мужика из банды Одноглазого. Вроде бы всё было нормально, Могильщик с мужиком резались в старые потёртые и местами порванные карты, а Димас сидел на завалинке и водил по земле какой-то палочкой, вырисовывая странные символы, чем-то напоминающие китайские иероглифы. — Ну что, господа хорошие, мы выполнили свою часть уговора, а вы теперь выполняйте свою, нам четыре автоматика причитается, пойдёмте забирать… Одноглазый не договорил, рядом с ним, буквально в паре миллиметров пуля раздробила кору ближайшего дерева…