Любимый дядя

***

Тикки пришла со школы, сняла обувь и прошла на кухню, там снова сидит Плагг, почти спит, так и рухнет на пол. Везде волялись бутылки из-под алкоголя. Ей сегодня Вольт рассказал о разговоре между этими двумя, она чуть не убила друга за такую выходку. Зато понятно почему дядя уже несколько дней не просыхает и судя по виду — даже не думает. Устало вздохнув, она начала убирать бутылки, не замечая, что парень открыл глаза. — Ты вернулась, — пробормотал как-то почти трезво, но сонно. — А куда я денусь? — фыркнула она, не смотря на него, продолжая убирать срач. Когда очередная бутылка оказалась в мусорном ведре, повернувшись и отпрыгнула, поскольку испугалась Плагга, который стоял прямо перед ней, взгляд холодный и абсолютно трезвый. Как так? Минуту назад всё было не так! — Ну например к своему парню побежишь, — рыкнул он в холодной манере. — Если тебе нужно моё разрешение, то вали к нему жить. Хоть. Прям. Сейчас. Стоит новый вопрос: чего больше испугалась Тикки? Или эффектного появления, или же слов в подобном тоне. Как бы он не прибил её. — Это звучит глупо, но… — запнулась она, думая стоит ли говорить. Хотя если не скажет, то он точно её может выгнать. Жутко как-то. — Но этот идиот пошутил, мы с ним не встречаемся. Я только сегодня узнала. — Ой, да ладно мне по ушам ездить, — остранился, закатил глаза и засунул руки в карманы. — В лесу ты к нему рвалась, а от меня шпарилась, словно я изнасиловал тебя. А убежала ты, когда я сказал про проститутку. Совсем за дурака держишь? Ты давно спалилась, если только в начале я не понял. Тикки опустила голову не зная, что и сказать. Не думала она, так быстро спалится. Даже в голове нет нормальной мысли. Ей стало жутко, не замечая, как слезы катятся по щекам, не хотя подняла взгляд, когда дядя смотрел в окно. — Мне это надоело, — вздохнул, но продолжил смотреть в окно. — Пора решить эту пиздятину. Медленно переведя взгляд на девушку, которая утирала слёзы, губы дрожали. Она покорно ждала его слов. Парень устало вздохнул. — Ни ты, ни я не можем друг без друга, даже пару завести. Стало смешно, когда ты психанула из-за проститутки, её работа ноги раздвигать, а малолеток совращать — не в моём стиле. Ты ещё коротышка. Мы не можем начать всё сначало, и менять пытались. Всё это дерьмо. Я должен убиваться, что ты моя племянница, типа это всё плохо, но знаешь — мне поебать на всё это. Вот честно. Он подошёл, смотря прямо в глаза, тут уже не нужны слова. Тут вся суть, хватит бегать друг от друга. Вздохнув, он быстро притянул её к себе и поцеловал, только, не как в тот раз, а со страстью и возбуждением. Она лишь успевала за его языком, сейчас так хорошо. Оторвавшись от её губ, покрывая поцелуями шею. — Ты хочешь быть со мной? — прошептал ей на ухо, слыша, как она не равномерно дышит. — Скажи. — Да, — сорвалось с её губ, но парню было мало. — Скажи чего ты хочешь, — приказал он, рыча в районе ключиц, ожидая последней фразу, чтобы закончить всё и пометить её. — Хочу… тебя, — с неким стыдом проговорила, понимая, что разум пока с ней. Тормоза слетели к чертям собачьим, Плагг посадил девушку на тумбу, целуя шею, от него не несло алкоголем. Отличный актёр, слов нет. Она пропустила момент, когда осталась без футболки и лифчика. Рэймонд целовал, кусал кожу, где только можно. Намотав волосы на кулак, парень отдёрнул назад, чтобы девичья шея была во всей красе. А после он решил метить её и метить, засосы тому доказательство. Вскоре шея ему надоела, он опустился к груди, одной рукой сжал грудь, а другую целовал. Тикки уже начинала стонать, руки зарылись в чёрные волосы. Это просто волшебно. — Не здесь, — возбуждённо прошептал парень, поднимаясь в полный рост, подхватывая девушку, понёс в комнату. Сейчас плевать куда, главное на кровать. Плавно положив на постель девушку, парень навис сверху, продолжая целовать грудь. Это был отвлекающий монёвр, тем временем мужские руки сняли штаны вместе с нижним бельём. И когда брюнет оторвался от груди, опускаясь ниже и ниже, Тикки просто была на седьмом небе от счастья и возбуждения. А когда язык прошёлся по половым губам, малиноволосая вскрикнула от удовольствия. Это казалось просто вечностью блаженства. Плагг поднялся, взял презерватив, быстро раскатал по члену (девушка не заметила этого, как он разделся). — Прости, — прошептал он прямо в губы, осторожно вставляя возбуждённый орган в девственное лоно. Миллиметр за миллиметром, он проникал в глубь. Тикки сжала зубы и закрыла глаза, стараясь держаться и не закричать. С каждой минутой боль утихала, чем радовало её. Понимая всё без слов, Плагг вытащил член полностью, потом снова вошёл до упора. Очень медленно, очень плавно, раз за разом. Но после он начал делать толчки, сначала медленно, но потом набирал темп. Стоны, рыки, пошлые шлепки, скрип кровати, вот, что было слышно в этой комнате. Когда конец настиг обоих, Плагг с удовольствием лёг рядом, снимая резинку с органа, завязал, поднялся и выкинул его. Когда же вернулся, он заметил, что простынь была в крови. Дав обещание, что завтра всё поменяет, брюнет лёг рядом, беря в охабку девушку. — Ты как? — прохрипел Плагг, целуя макушку, чувствуя, что сон уже близко. — Нормально, — ответила она, уже проваливаясь в сон. Завтра они всё решат до конца, но сейчас им нужно отдохнуть.