My sweet prince

Андрей с трудом открыл глаза и осмотрелся вокруг. Тело, будто налилось свинцом, и превратилось в единую точку, пульсирующую дикой, ослепляющей болью. Он попытался встать и тут же невольно застонал, чувствуя, как хрустнули ребра. Парень понял, что выглядит как никогда жалко: избитый, подавленный, морально уничтоженный, да еще и с бутылкой в заднице! Андрей сделал еще одну отчаянную попытку, и ему удалось немного привстать. Он нащупал рукой бутылку, все еще почти наполовину находящуюся в нем, и резко дернул, пытаясь как можно скорее вытащить. Новая яростная вспышка боли чуть не лишила его рассудка. Еще один рывок…невольный вскрик…прокушенная до крови губа…снова крик, и бутылка, наконец, полностью вышла на поверхность. Андрей осмотрел ее ребристое горло, покрытое кровью и остатками Морозовской спермы, и тут на него накатила такая волна тошноты, что он снова рухнул на пол, и начал содрогаться в новых приступах рвоты. Ему снова хотелось провалиться в этот чудесный сон, выпасть из реальности, а лучше умереть. Как ему жить дальше, после того, что Морозов сделал с ним? Когда стал шлюхой, подстилкой этого ублюдка? Андрея еще пару раз вывернуло желчью, и он беспомощно застонал, чуть не рыдая от унижения и отвращения к самому себе. Он снова рухнул на пол и закрыл глаза, молясь, чтобы потолок обвалился и рухнул на него, прекратив бесконечные мучения. Но одна мысль, что Макс может в любой момент вернуться сюда и заставить его снова пройти все девять кругов ада, заставила возобновить попытки подняться на ноги. Кровь прилила к голове и в бешеном темпе стучала в висках, словно кто-то большой кувалдой колотил по его голове, перед глазами поплыли черные пятна. Андрей вцепился в ненавистную колонну и гигантским усилием встал, и пошатываясь, побрел к выходу с чердака. Чертов Морозов забрал у него всю одежду, и перспектива щеголять по школе, в чем мать родила, совсем его не радовала. Андрей сдернул покрывало с кровати Савельича, и следом за ним сорвал простынь. Надеясь на то, что проспал не слишком долго, и еще не рассвело, он завернулся в нее и побрел в душевую. Рассмотрев себя в зеркало, парень невольно охнул от изумления и ужаса. На него смотрело что-то крайне нелепое и несуразное: вся грудь была красной, от множества покрывающих кожу рубцов и ссадин; на руках, чуть повыше локтя, остались синяки в форме отпечатков пальцев; участок кожи на ребре вздулся от ожога; на запястьях – следы от веревок; носа за засохшей на лице кровью было практически не видно. Авдеев повернулся к зеркалу спиной и с ужасом уставился на свой зад, напоминающий большую красную дыру, с запекшейся кровью. Он был настолько растянут, что при желании туда можно было полностью засунуть руку, а рана вокруг отверстия саднила и противно ныла пульсирующей болью. Андрей, наученный горьким опытом, предусмотрительно запер дверь и залез под душ. Парень чуть не задохнулся, когда прохладные струи воды соприкоснулись с воспаленной кожей. Авдеев еще долго стоял под душем и яростно драл кожу мочалкой с такой силой, словно надеялся смыть с нее все последствия прошедшей ночи. Парень наскоро вытерся большим махровым полотенцем, и снова завернувшись в многострадальную простыню, побрел в комнату мальчиков. К его огромнейшему счастью, Макса там не оказалось, только Рома мирно сопел на своей кровати. «Шляется где-то, мразь» - с удовлетворением подумал Андрей, и, стараясь производить как можно меньше шума, лег в свою постель. *** - Так, так, так, смотрите, кто у нас тут. Андрей не спал всю оставшуюся часть ночи, испытывая невыносимые душевные и физические страдания. Он прогулял все уроки, соврал Роме, что плохо себя чувствует (хотя, почему же соврал?) и тщетно пытался заснуть. Промучившись несколько часов, он, наконец, впал в дрему и тут же вскочил как ужаленный, услышав знакомый голос. Максим стоял напротив него, оперевшись на дверной косяк, и недобро ухмылялся. - Да ты живучий, я смотрю. Не ожидал увидеть тебя так скоро, - глумился он. Авдеев почувствовал, как мощнейшая волна ярости поднимается у него в груди и резко вскочил на ноги, всем сердцем желая лишь одного - отомстить за все то, что этот урод с ним сделал. Он подскочил к Морозову и от всей души врезал тому в нос. Макс отпрянул от неожиданности, и схватился за ушибленное место, воя от боли. - Сука, - рычал Андрей, нанося новые удары. – Ненавижу…ненавижу…тварь, - он уже колотил Морозова словно боксерскую грушу, не в силах остановиться. Наконец, Макс извернулся и отпихнул от себя противника. Авдеев зашипел от злости и со всей силы сжал его горло обеими руками. Максим беспомощно захрипел и вцепился в его руки, пытаясь ослабить хватку. Он дергался, пытался вырваться, но тщетно. Андрей еще сильнее вдавил его в стену. - Отпусти… - с усилием просипел Морозов. – Иначе…я всем…расскажу…какая ты шлюха…и…блядь. - Что ты сказал, гнида? Повтори, - заорал обезумевший Андрей. - У меня…есть…фотографии. От удивления, Андрей разжал руки и с недоверием посмотрел на парня. Тот кашлял и судорожно вдыхал, потирая покрасневшее горло. - Какие фотографии? - Где ты стоишь раком, с бутылкой в одном месте. Эпично, не правда ли? - Мразь, - снова заорал Авдеев и шибанул его головой о стену. - Теперь ты будешь выполнять все мои условия, все мои желания. – продолжал Морозов, потирая ушибленную голову, и морщась от боли. - Ты будешь моей шлюхой. Иначе, тебя будет трахать вся школа, уж я об этом позабочусь. И все узнают что ты самый настоящий пидор, который всем дает… - ЗАТКНИСЬ! - Все узнают, как я опустил тебя и оттрахал как последнюю потаскуху, как я унизил тебя, как ты дрочил по ночам, мечтая обо мне… - Что? – Андрей перестал орать и посмотрел на Морозова, а затем…громко и истерично расхохотался. – Я? О тебе? Ахахахахахаха! - Я предлагаю тебе сделку, - невозмутимо продолжал Макс. – Ты станешь моим мальчиком по вызову, будешь делать все, что я тебе скажу… - Ты больной! - Я совершенно адекватный человек. Значит так, мне надоел весь этот цирк. Я буду ждать тебя сегодня вечером после полуночи в комнате №25. Подумай над моим предложением. Хорошо подумай. *** Весь оставшийся день, Андрей метался по комнате, словно тигр в клетке. Никогда ему не было так дерьмово, как сейчас. Он не мог найти никакого выхода из сложившейся ситуации и готов был рвать на себе волосы от отчаяния. Парень даже подумывал о суициде, но передумывал, стоило лишь встать на подоконник и почувствовать дуновение морозного воздуха. Он был на грани нервного срыва, и опустошал бутылку отвратительного дешевого вина, пытаясь хоть как то успокоиться. Даже подумать было страшно, что ему предстояло добровольно согласиться на этот кошмар и снова лечь под этого ублюдка. К назначенному времени, он на ватных негнущихся ногах отправился к комнате № 25. Андрей несколько раз останавливался, хотел развернуться, плюнуть на все и уйти, но все равно заставлял себя идти дальше. Дверь была наполовину открыта, и в комнате царил полумрак. На светлой стене были видны искаженные бархатные тени. Авдеев остановился как вкопанный, не в силах поверить представшей перед ним картине. Морозов и какой-то парень полностью раздетые, прижимались друг к другу и целовались, словно два пылесоса, страстно засасывая друг друга. Тот парень, такой смазливый блондинчик, вроде был Сашей из одиннадцатого. Нет, весь мир сошел с ума, определенно. Блондинчик, тем временем, мягко толкнул Макса на кровать, и медленно целовал его живот и грудь, очерчивая языком длинную дорожку, и опускался на колени. Он схватил рукой его напряженный член, и принялся водить языком по головке. Морозов застонал и дернул руками светлую макушку, пытаясь насадить его рот как можно больше. Парень фыркнул и немного отстранился, касаясь языком каждой напрягшейся от возбуждения вены, целуя пухлыми губами головку, дразня легкими, едва ощутимыми прикосновениями. Макс шипел, судорожно сжимал его плечи руками, желая получить бОльшую порцию наслаждения. Саша полностью обхватил его член губами и начал быстро двигать головой, то заглатывая его до основания, то совсем выпуская изо рта. Максим снова застонал, запрокидывая голову. Андрей чувствовал, как дыхание прерывается, а на лбу выступает испарина. Неужели ему предстояло стать такой же шлюхой, так же вечно стоять на коленях перед Морозовым, отклячив задницу? Морозов еще пару раз толкнулся в рот своего любовника, а затем поднял его за плечи и уложил на кровать. Саша понял, что от него хотят, и расставил ноги пошире, немного прогибаясь в спине. Максим взял с тумбочки тюбик с кремом и обильно полил его растянутый задний проход, и резко вошел в него, издав чпокающий звук. Андрей был уверен, что парень сейчас заорет от боли, попытается вырваться, но тот к его ужасу, вцепился пальцами в простынь и застонал. Как эта мерзость может быть настолько приятна? Еще не до конца убитый в нем жесткий натурал и гомофоб бунтовал, желая прекратить это безобразие, но Авдеев с ужасом замечал, что внизу живота противно ноет, а дышать становится все тяжелее и тяжелее. Макс обхватил его бедра и увеличивал темп, громко стукаясь о его тело. Блондин стонал и яростно подмахивал Морозову, стараясь глубже насадиться на его член. Авдеев завороженно наблюдал, как капельки пота бегут по его бледной мраморной коже, а большие карие глаза заволакивает пелена подступающего наслаждения. Максим долбил зад красавчика, не переставая покрывать его поясницу поцелуями, и Андрей чувствовал, что ткань его джинсов уже скоро разорвется. - Ты самая классная шлюха, - хрипло проговорил Макс. - Еще бы, - с усмешкой выдохнул Саша, и тут же закатил глаза, забившись в оргазменных конвульсиях. Максим вслед за ним запрокинул голову и громко застонал, изливаясь в своего любовника. Тело превратилось в безвольную массу, не желающую подчиняться, и они обессиленно растеклись по кровати, пытаясь восстановить дыхание. Но Макс на секунду приоткрыл глаза и тут же его рот расползся в улыбке, и он даже замурлыкал, словно кот, которому обломилась трехлитровая банка валерьянки. - Что, понравилось, Авдеев?