Недопонимание

       Шум. Голоса. Шершавая, как наждачная бумага, простынь, яркий свет, не дающий открыть глаз. Правый бок ноет, каждое движение отдает болью в том или ином месте, даже голову повернуть очень тяжело. Чонгук с тяжелым вздохом открывает чуть слезящиеся из-за света глаза. Сероватые стены, белые потолки, типично для больницы. С первой попытки сесть в постели не получилось. Вторая была более удачной. Парень осматривает перебинтованные руки, грудь, бока, шею. После старается ощупать все ли у него на месте и есть ли переломы. Таковых, слава богу, не обнаружилось, что странно, ведь парня на полном ходу сбила машина. Видимо судьба благосклонна к нему. Спустя некоторое время в коридоре послышались тяжелые явно мужские шаги. В палату входит усатый мужчина в белом халате и тут же обращается к Чону: — Вы очнулись раньше чем мы ожидали. Как себя чувствуете? — спрашивает мужчина. — Думаю, для человека, которого недавно сбили, неплохо. — Усмехнувшись отвечает брюнет. — Ну раз чувство юмора все еще при вас, значит жить будете. Как вас зовут? Сколько лет? Когда вас доставили с вами не было документов, так что если хотите мы может дать вам позвонить родственникам чуть позже. — Я Чон Чонгук. Девятнадцать лет. Я позвоню другу, чтобы он привез мои документы, можно? — Спрашивает брюнет. — Да. Сейчас медсестра принесет телефон. Кстати говоря вам очень повезло. Ваши раны, кроме той, что на правом боку, оказались несерьезными. Через две недели вы сможете вернуться домой. А завтра мы переведем вас в общую палату. Ну, отдыхайте, и лучше пока с постели не вставать, швы могут разойтись. — Хорошо. Оставшись один, Чон стал изучать глазами палату. Ничего необычного в ней не было: кровать, на которой сейчас восседал парень, прикроватная тумбочка, шкаф, стол и стул. Ну еще небольшое зеркало на противоположной стене. Парень медленно спустил ноги с кровати и аккуратно встал. В боку не сильно кольнуло, но все было в порядке, а потому брюнет сделал несколько небольших шажков, совсем забывая слова врача: «пока не вставать». Некоторое время спустя он уже с интересом изучал свое отражение. Потемневшие глаза, под которыми пролегали черные синяки, пластырь на лбу, чуть припухлая разбитая губа. — Да, в таком виде только на свадьбу. — Усмехается Чон. А воображение заботливо подкинуло ему образ Тэ в платье и с цветочками. Чон рассмеялся. Со стороны это выглядело странно: побитый парень, стоящий перед зеркалом и хохочущий непонятно по какой причине. От сильного хохота заболела шея, а уголок бинта ослаб и сполз, открывая вид на внушительных размеров неглубокую рану. Чон, заметив это, стал пристально в зеркале разглядывать шрам. — Твоюж… — от одного вида запекшейся на ране крови уже подташнивало. Шутить на тему свадьбы расхотелось совсем. Брюнет решает вернуться на кровать, чтобы не видеть этого ужаса, что творится на его теле. Парень ложится аккуратно, на здоровый бок, и погружается в размышления, теребя в руках край одеяла. Звуки бьющих по стеклу капель успокаивали. Погода в этом месяце очень изменчива, буквально минут 10 назад светило солнышко. Первое о чем он думает Гук: университет придется пропустить. И надо будет попросить у каких-нибудь одногруппников лекции переписать, а еще предупредить преподавателей. Далее мысли парня плавно перетекают к Тэхёну. Интересно, Тэ сильно злится, что Чон не вернулся? Или ему все равно? Или он рад, этому? Вариантов на самом деле множество. Чонгук так хочет увидеть его поскорее и все объяснить, но стоит ли? Тэ будет волноваться, это плохо скажется на его учебе. Чонгук не хочет быть ему обузой. А если Тэхёну все равно, то тем более не стоит ему рассказывать. Лучше всего пока будет молчать. Так успокаивал себя парень, но на самом деле он просто боялся, что такой покалеченный он перестанет нравится блондину. Страшнее всего будет услышать: «нам надо расстаться». Эта фраза как самый страшный ночной кошмар. Решено. Он не будет рассказывать Тэхёну ничего, по крайней мере пока все более-менее не заживет, и парень не сможет вернуться в университет.       Чонгук и не подозревал, что в этот самый момент он занимал все мысли промокшего до нитки Тэ, который возвращался домой пешком, под проливным дождем, после неудачной попытки отыскать Чона.

***

      Спустя какое-то время Чонгуку дали позвонить. Родителей Чон беспокоить не стал, только соврал, что телефон сломался, а потому некоторое время он не будет им звонить. Про то, что сам он в больнице, брюнет умолчал. Далее Чонгук позвонил Хосоку, чей номер он заучил наизусть, так как запоминается очень легко, там много одинаковых цифр. — Алло, Хосок? — Эм, да, а вы кто? — интересуется хоуп. — Чонгук. — О, привет. Прости, по голосу не узнал, а ты чего с незнакомого номера звонишь? — Я в больнице. — КАК? В КАКОЙ? ДАВНО? — Хо в своем репертуаре, как всегда. — Под автомобиль попал, вчера ночью. — Какой ужас. Давай мы с ребятами приедем? — Нет. Не стоит, все в порядке. Меня скоро выпишут. Я наоборот хочу чтобы ты ничего им не рассказывал. Не люблю создавать людям проблемы. — О, а я, то есть, не человек? — усмехается Хосок, он понимает, что имел в виду Чон, но не подшутить над другом не может. — Ну я просто, кроме родителей, смог вспомнить только твой номер. Мой мобильный вдребезги. — Поясняет Гук. — Ладно. Тогда я приеду один, не против? — Уточняет хоуп. — Даже за, у меня есть просьба, ты не мог бы мои документы из квартиры привести? — Сейчас Чонгук очень рад, что у него есть такой замечательный друг, как Хосок. — Ладно, я заеду тогда сначала к тебе на квартиру. Все таки хорошо, что ты запасные ключи у меня так и не забрал. — Парень громко смеется в трубку. — Как чувствовал, что пригодится. Ну все, жду тебя. — Скоро буду. Чонгуку от разговора с Хосоком стало легче. Намного. Этот парень всегда знал, как развеселить окружающих. Он так светился счастьем и позитивом, что невозможно было предаваться грустным мыслям рядом с ним. Наверное поэтому Чонгук решился ему позвонить и все рассказать. Хосоку можно доверять. Остальные конечно тоже не болтуны, но Чимин слишком близок с Тэ, а потому, просить о помощи его, означало бы, что Тэхён обо всем точно узнает. А этого брюнет хотел меньше всего. Проходит пара часов и в дверь палаты просовывается русая макушка Хосока. — Привет, как ты? — парень входит и протягивает Чону документы, а также пакет с фруктами. — Спасибо, пока живой, — улыбается брюнет, принимая из рук хоупа паспорт. Хосок долго расспрашивал Гука, как так получилось, потом еще дольше, отчитывал парня за невнимательность, а потом Чонгук попросил еще раз, чтобы русоволосый ничего не говорил остальным, на что получил многообещающее: «я — могила!», и успокоился. Они еще поболтали немного, после чего Хосок попрощался и ушел. А Чонгук просто лег спать, надеясь, что все и дальше пойдет так же гладко.

***

Дни проведенные в больнице были мучительно скучными. Однообразие быстро утомило Чонгука. Серые стены и белые потолки способствовали только нехорошим мыслям, при чем чаще всего они касались Тэхёна, а отвлечь себя Чон не мог. Нечем. Брюнет надеялся, что к тому моменту, как его наконец-то выпишут, он не сойдет с ума. Радовало только одно — по прошествии недели гематомы потихоньку стали сходить на нет, а раны затягиваться. Врачи давали весьма хорошие прогнозы и называли парня «везунчиком». Сам Чон, конечно так не считал. Он очень хотел бы посмотреть на лица тех, «по уши влюбленных» в него, девчонок, когда они увидят вместо шикарного пресса неровную фиолетовую полосу, тянущуюся от ребер до тазобедренной кости? Все эти бредни про то, что якобы «шрамы украшают» — чушь полная. Чонгук знает. Не понаслышке. Его двоюродного брата бросила девушка, когда тот попал в аварию и искалечился. А еще, Чон видит, как на него смотрит эта медсестра, которая приходит менять повязки. Она очевидно недавно тут работает. Слишком заметно отвращение при виде крови. А ведь сначала даже глазки строила, пока под бинты не заглянула. Мерзкая девушка. Слава богу, не все люди такие. Так или иначе, Чонгук надеялся, что когда все заживет окончательно, шрамов будет не видно. Все таки, на лицо он по-прежнему очень симпатичный. Две с половиной недели тянулись мучительно долго. А потому, когда Чонгук, выходит из здания больницы и вдыхает наконец-то свежий морозный воздух, он чувствует себя более чем прекрасно. Ему врачи сказали отсидеться дома еще неделю — другую, и в университет он пока не пойдет, будет учиться, так сказать, на дому. В свою квартиру Чону возвращаться было нельзя, Тэхён мог объявиться там в любое время. Ах да… Тэхён… За все то время, что у Чонгука было на размышления, он решил, что необходимо прекратить эти отношения. Тэхён прекрасный человек, он заслуживает нормальную жизнь и нормальную любовь. А что может дать ему Чонгук? Ничего. Они даже свадьбу сыграть не смогут и друзьям рассказать. Это слишком трудно, чтобы заставлять Тэхёна идти на это. А если просто встречаться ради забавы и в будущем расстаться, то на это не согласен сам Гук. Эти отношения слишком важны для парня: либо вместе до конца, либо все должно закончиться не начавшись, ибо потом будет больнее отпустить. Авария стала хорошей возможностью все прекратить, у таких отношений нет будущего. Так решил для себя Чонгук. Однако, «забыть» — оказалось не такой простой задачей. Ким Тэхён слишком прочно сидит в голове у Чонгука, как бы парень не пытался избавиться от него, всё бесполезно. Хосок разрешил брюнету пожить у него до полного восстановления, за что Гук был ему очень благодарен. Дни летели. В доме у хоупа было в разы веселее чем в больнице: телевизор, приставка, да всего полно. Так почему же Чона уже пятый день одолевает тоска? Может все дело в том, что парень давно не гулял улице? Ну, нужен свежий воздух и все такое. Возможно…

***

Погодка выдалась замечательная, довольно теплая, и безветренная. Брюнет натянув капюшон на лицо, чтобы не дай бог никто из знакомых не узнал, прогуливался в парке, рядом с университетом. Он так давно тут не был, что даже потерялся сначала. Парень чувствовал себя отлично, прогулка действительно помогла согнать тоску. Не полностью конечно. И тогда Чон решил зайти в кафе, в то самое, где ребята любили зависать всей компанией. Сейчас учебное время, так что вряд ли кто-то из парней там будет. Чонгук входит, садится за самый дальний столик — оттуда прекрасный вид на город. Заказывает пару блюд и ждет, включив музыку в наушниках. Благодать. Миловидная официантка приносит заказ, и Чон радуется, как дитя своим любимым блюдам. А после еще заказывает порцию мороженого. Ей-богу, он как ребенок, тот еще сладкоежка. Наевшись до отвала, довольный парень покидает заведение, ведь время уже позднее, сейчас потянутся студенты, а встретить тут какого-нибудь Пак Чимина, не хотелось. Нет, не в смысле, что Чону не нравился Чимин. Просто не хотелось, чтобы Пак разоблачил его, да еще и объяснять ему что и к чему, это лишние хлопоты. И снова улица, гудящие моторы, шуршание покрышек, атмосфера шумного города. Казалось бы, все прекрасно, гуляй себе Чон Чонгук, ни о чем не беспокойся. Но проклятая грусть не давала взять от прогулки по максимуму. Да еще и ноги сами привели его в знакомый до боли переулок… Если сейчас он свернет налево, а потом пройдет около 40 метров прямо, то окажется прямиком перед подъездом Тэхёна. Черт… Идея возникает в голове сама собой. Чонгук уже не противится очередному бреду, а просто идет знакомой дорогой. Он достигает подъезда в считанные секунды, обходит дом сбоку и становится за углом, так, чтобы можно было высматривать всех, кто входит и выходит из дома. «Ты идиот, Чон Чонгук!» — Думает парень, но уходить не спешит. Тэхён не заставляет долго себя ждать. И спустя каких-то 10-15 минут появляется между домами. Он все такой же. Одет в то же потрепанное бежевое пальто и темно-серый шарф. Впрочем, выглядит потрясающе. И только сейчас, Чонгук понимает, как сильно он скучал… Сердце кажется перестает биться совсем. Брюнет хочет выбежать, обнять Тэ, и прижать к себе, но не может, а потому продолжает неотрывно наблюдать из-за угла. В какой-то момент парню кажется, что Тэхён заметил его, так как остановился и посмотрел в его сторону. Но все обходится, спустя пару секунд парень вновь продолжает свой путь до подъезда. И только когда стройная фигура Тэ скрывается за железной дверью, Чонгук наконец позволяет себе моргнуть. Около десяти минут он тратит на то, чтобы прийти в себя. Тоска отступает, Гука переполняет радость, от встречи, и пусть он даже не поздоровался с парнем, но ему стало как-то… Спокойнее… Пожалуй, просто смотреть на Тэ, тоже будет не самым плохим вариантом… С тех пор, Чонгук стал ловить себя на том, что очень часто «случайно» забредает во дворик Тэ. А недавно он прошел за Тэхёном всю дорогу в университет, рискуя попасться. И он был рад просто смотреть, ловить в толпе взглядом, и чувствовал себя прекрасно. Однако со временем, просто «смотреть» стало уже недостаточно, хотелось заговорить. Хотелось обнять, увидеть вновь его улыбку, услышать голос… Когда это началось, Чонгук не помнит, просто однажды он обнаружил себя перед дверью в квартиру Тэ, с занесенной рукой, чтобы постучать. Но сделать этого он так и не решился. Ушел. Недавно, он был так неосторожен, и Тэхён, кажется, его заметил, но Чонгуку удалось скрыться. С тех пор Тэ был на стороже. И все чаще Чону приходилось идти на уловки, теряться в толпе, лишь бы не раскрыть себя. Хотя безумно хотелось попасться. Бесчисленное множество раз он приходил к самой двери Тэ… И каждый раз не мог найти в себе силы постучать. Он боялся, что его прогонят. Боялся потерять Тэхёна навсегда… Если уже не потерял… Иногда парень подолгу сидел под дверью, прислушиваясь, и по звуку пытался угадать чем занят Тэ. Однако вновь уходил, так и не дав о себе знать. Кто бы мог подумать, что постучать в дверь бывает так сложно. Был тихий вечер. Хосок ушел на вечеринку с ребятами. Он предлагал Чону пойти с ним, и наконец всем все рассказать, но парень отказался. А потому уже который час бродил по темным переулкам. Чонгук знал, что в ближайшее время, он снова свернет в знакомый квартал, и будет ждать когда Тэ вернется домой, чтобы взглянуть на парня еще разок., но в этот раз удача видимо повернулась к нему пятой точкой. Чон не сразу заметил Тэхёна идущего за ним, а сам Тэ на этот раз оказался более внимательным. Брюнет спохватился только тогда, когда шаги сзади ускорились и снег под ногами зашуршал громче. Парню еле удалось скрыться, спрятавшись в темном углу за домом. Чонгук отчетливо слышит, как чертыхнулся Тэхён, потеряв Чона из виду. Брюнет видит, как Тэ поправляет шапку и уходит. Вскоре парень покидает свое укрытие и плетется в сторону своего дома, то есть, дома Хосока. Но не успевает он и пол улицы пройти, как в кармане вибрирует его новый мобильник. На экране высвечивается фотография Хосока. Чон незамедлительно берет трубку. — Да, слушаю? — Говорит Гук. — Привет, ты где? — спрашивает Хо. — Гуляю вот. — Понятно, я зачем звоню-то, ты точно не хочешь вернуться к ребятам? — Я же говорил, что не могу. Не готов. — Ясно. А они вот по тебе скучают. Гук, возвращайся… — Эй, Хосок, я думал, что могу тебе доверять! — взрывается Чонгук. — Можешь. Не сомневайся. Но подумай о Тэхёне. Он тоскует по тебе. Он мне рассказал, что вы встречаетесь, ну то есть встречались, он переживает, если ты его действительно любишь, скажи это, пока не стало поздно. Тэ страдает. — Он сам так сказал? — Он сказал не так. Но будь уверен, ты значишь для него очень много. Повисла неловкая пауза. — Я… кладу трубку… — Отвечает спустя пару секунд Чонгук, и слышит усмешку Хосока. Чон срывается с места, быстрым шагом, а потом переходя на бег, он в считанные минуты достигает подъезда Тэ. Замерев в нерешительности у двери… Ну вот опять! Почему он не может просто постучать? Трус! Сердце стучит слишком быстро, надо подумать, что сказать и… Все сомнения исчезают, когда из-за двери раздается едва уловимый всхлип. Гук звонит в звонок. Сердце колотится как бешеное, когда за дверью раздаются шаги, щелчок замка и оно вдруг ухает куда-то вниз… Чонгук смотрит в шокированные глаза Тэхёна. и не может сказать ничего кроме… - Привет, Тэ…

***

      Чонгук просыпается от того, что чьи-то волосы щекочут его шею. Ну почему же «чьи-то». Это светлые локоны Ким Тэхёна, так удобно устроившегося на груди у Чонгука. Тэ сейчас напоминал кота, такой же милый, пушистый и щекотный. Чонгук легонько гладит блондина по голове, зарываясь пальцами в волосы, Тэ довольно мычит сквозь сон и его губы растягиваются в довольную улыбку. Блондин трется носом о щеку Гука, и крепче прижимается к парню, целуя в висок. — От тебя пахнет шоколадом… — тянет Тэ, приоткрывая глаза, и утыкаясь носом в шею парня, дабы вдохнуть поглубже. — Тэ, щекотно. — Чонгук улыбается, ему так не хватало всего этого: лежать утром в обнимку, перебирать пальцами светлые локоны, чувствовать поцелуи мягких губ, ощущать тепло исходящее от Тэ… — Почему ты не вернулся раньше… — мычит Тэхён. — Я так скучал, думал что ты меня кинул, что я надоел тебе… — Конечно нет. Выкинь эту дурь из головы. — Отзывается Гук. — Хорошо… Тэхён стремится прижаться еще плотнее, и покрывает поцелуями шею. Но его вдруг останавливает теплая ладонь Гука. Тэ сначала не понимает почему его остановили, а потом доходит, Гуку неловко, когда Тэ смотрит на его шею. — Хей, ты всерьез думаешь, что эта мелочь может тебя испортить? — Шепчет парню в самое ухо Тэхён. — Расслабься, во-первых, его почти не видно, он совсем тонкий и уже почти зажил, летом загар ляжет и его будет совсем не видно. А во-вторых… — Тэ берет Гука за подбородок и наклоняет его голову чуть в сторону, припадая губами прямо к шраму. — А во-вторых, ты мой, Чонгук, и я считаю, что ты прекрасен. Запомни это, пожалуйста. — Тэ смотрит в глаза Гука, а после нежно целует в губы. Гук отвечает жадно, прижимает Тэхёна к себе, водит руками по спине, иногда забираясь под легкую белую футболку парня. Губы Тэ созданы для поцелуев, от них невозможно оторваться. — Я рад, что я вернулся к тебе. — Шепчет брюнет, когда они перестают целоваться. — Я не смогу без тебя. Прости за то, что ушел. — Если ты еще раз попросишь прощения, то я самолично выпровожу тебя за дверь. В том, что мы бараны, накрутившие себя из-за мелочей, не только твоя вина. Даже больше скажу, виноват тут только я, виноват в том, что вовремя не сказал тебе, как ты для меня важен, не дал понять насколько сильно я тебя люблю. — Тэхён смутился от собственных слов, и не зная, что делать снова уткнулся носом в плечо брюнету. — Я тоже тебя люблю, Тэ… — Я знаю…