I need your love

      Это нереально безумная неделя. Столько событий, которые все идут по порядку и не дают просто привести мысли в порядок. И это еще… Назначение именно сегодня на место администратора. Еще и команда по хоккею, в составе которого находился Гусев, решила прийти именно в этот бар, именно сегодня и именно в мою смену.       Не то чтобы я боялась о том, что хоккеист может узнать о том, где я работаю. Хотя и возможен тот факт, что он уже успел меня видеть, когда заходил в бар. Просто я не знаю; не очень хотела бы этого. Это достаточно сложно объяснить, просто несмотря на то, что работа официантки обязывает меня обслуживать всех — мне все равно было неловко подходить к своим друзьям и знакомым, которые иногда заходили в этот бар. И через свое «не хочу» я все-таки брала у них заказ. Да, и к тому же была вероятность встретить его, когда ходишь по залу.       Но свое рабочее место я не могла покидать по обычным пустякам. Ну, во-первых, Наталья Владимировна легким взмахом руки может уволить меня, а терять работу мне не особо-то хотелось. Во-вторых, сегодня — безумный день, как я уже сказала. Наплыва народа, порой, было слишком много даже для того, чтобы просто отойти в уборную.       Я уже отстояла в этой новой должности около пяти часов, и скоро меня должны были подменить. Вот, как мне кажется, я в принципе справилась с поставленной для меня задачей. Но это оказалось очень сложно. Никогда бы не подумала, что на этой должности бывают какие-то сложности.       Народа пока что больше не было, и я могла хоть немного расслабиться, облокотившись спиной о прохладную стену. Прикрыв на секунду глаза, представила себя в квартире, лежащей в своей кроватке, укутавшись в свое теплое одеялко, и засыпающей под размеренные звуки большего города.       Так, надо прекращать об этом думать, иначе посетители увидят не меня, а уже спящую тушку за стойкой администратора. И тогда будет меня ждать выговор от моего начальства, а это ничем хорошим для меня не сулит. Но вот что, а поспать я еще как любила. Резко открыв глаза, передо мной не предстало совсем ничего нового. Лишь приглушенный свет; музыка, въедающаяся в барабанные перепонки, от чего уши уже начинают гудеть и болеть.       Слышно, как хлопнула входная дверь. Вижу, как невысокая и стройная белокурая девушка в сером пальто подходит ко мне, приветливо улыбаясь. Она шла неспешной, но уверенной походкой на своих ботильонах с высокими каблуками. Было видно, что по таким заведениям девушка ходила часто. Впрочем, многие проводили свое свободное время в подобных барах.       Тихо вздохнув и надев на лицо доброжелательную улыбку, я поздоровалась с посетительницей. Она облокотилась руками об мою стойку, наклоняясь ближе ко мне, наверное, думая, что я могу не услышать то, о чем собирается сказать.  — Здравствуйте! — прощебетала девушка, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. — К вам тут приходила большая компания парней и девушек. Не могли бы Вы показать, где они находятся?  — Да, конечно! — продолжая улыбаться, произношу я.       Выйдя из-за стойки, я внимательно рассмотрела ее. На ботильонах, мне показалось, девушка была выше меня на полголовы. Она была блондинкой с голубыми глазами, а одета в достаточно дорогую одежду. Впрочем-то девушка также, в свою очередь, прошлась по мне любопытным взглядом.  — Пройдемте. — проговорила я, идя чуть впереди и показывая ей дорогу.       Краем глаза я заметила Макса, разливающего алкоголь кому-то из посетителей; а где-то в другой стороне прошла Ира с подносом в руках: все работали, не покладая рук. А людей можно было разделить на несколько категорий: первые — те, кто сидел за столом, распивая разные коктейли; вторые — те танцевали под музыки, полностью поглощаясь в музыку; а последние сидели и скучали, рассматривая других.       А столик с хоккеистами сейчас наполовину пустовал, и среди них я не смогла распознать Никиту.  — Вот, располагайтесь.       И я развернулась, поспешив вернуться за стойку; где, скорее всего, меня уже ждали, чтобы подменить меня. Не разбирая дороги в этой толпе людей, которые почему-то решили скучковаться именно здесь, врезаюсь в кого-то.  — Ой, простите! — бормочу я, поднимая глаза.       Черт!       Мои глаза округляются, потому что передо мной собственной персоной стоял Никита, который также по взгляду был удивлен не меньше моего. Парень хмурит брови. Я тут же пытаюсь скрыться в толпе, но все-таки понимаю; что он, скорее всего, разглядел мою форму и ему не составит труда найти меня.       Но мой побег быстро проваливается, так как Никита хватает меня за локоть.  — Оля, — начинает он. — Ты что здесь делаешь?  — Отпусти. Мне работать надо! — проговариваю я, пытаясь вырвать руку, но у Никиты была сильная хватка.       Сначала у Гусева прослеживается во взгляде такое же непонимание, что и было прежде. Он уже хотел что-то спросить меня, но его опережает чей-то женский голос позади его спины. Но Никита все никак не отпускал мою руку.  — Тебя зовут, — холодно произношу я.  — Никита! — тот женский голос становится все громче с каждым шагом.       Я увидела, как позади Никиты быстро шла к нам та белокурая барышня, которую я недавно провожала. Снова посмотрев на хоккеиста, поняла; что девушка пришла именно к нему, а не к кому-то другому. От этой мысли почему-то стала так неприятно. На лице пропала улыбка и, грубо вырвав руку, очень быстро пошла к стойке администратора. Комок невольно подкатил к горлу.       Там уже стояла рыжая девушка, держащая в руках телефон и, наверное, уже собиравшаяся кому-то звонить. Она уже была одета в ту же форму, что и я. Тогда сразу становится понятно, что ждала девушка меня. Она оборачивается в мою сторону и, увидев меня, идущую к ней, на ее лице тут же появляется милая и добродушная улыбка.  — Привет! — произнесла девушка. — Это, как я поняла, ты и есть та самая Оля?  — Да, — лишь отвечаю я.  — Ты можешь собирать вещи, я пришла на замену. — все с такой же улыбкой проговорила она.       Улыбнувшись краешком губ, я кивнула и удалилась в служебную комнату, где умыла лицо, быстро переоделась и собрала все свои вещи. Ира еще работала, а вот Максим уже должен был закончить свою смену. Его вещей здесь уже не было, из чего я решила, что он уже ушел. Я последовала его примеру. Мне пришлось выходить через основной ход, потому что надо было еще отдать кое-что той девушке, которая пришла мне на замену.       И сразу после того, как я вышла на улицу, меня тут же обхватил со всех сторон прохладный воздух, которого мне так не хватало внутри бара. Здесь было светло из-за светящих фонарей, и дорога была хорошо видна; так что я поспешила идти домой, где я могла побыть наедине с собой. Этого мне иногда было очень необходимо, хотя и одиночества мне было предостаточно.       Вдруг меня, в очередной раз за вечер, хватают за руку. Я уже хотела высказать все, что не высказала внутри, думая, что это был Никита. Но обернувшись, увидела всего лишь улыбающегося Макса передо мной.  — Господи, Макс! — взвизгиваю я, ударяя другой рукой парня в плечо. — Нельзя же так подкрадываться к людям, особенно к девушке и особенно ночью!  — Прости! — он начинает широко улыбаться, отпуская мою руку. — Я как раз за этим и пошел за тобой. Девушка, да еще и одна, в темное время суток. Я посчитал, что даме нужно помочь!       Я звонко рассмеялась.  — Слышь, благородный принц, там твоя дама сердца не заскучает? — спросила я его с издевкой. — И вообще у меня есть надежное средство против таких, как ты!       И ударив еще раз его кулачком в его плечо, пошла дальше по направлению к дому.  — Все равно я пойду с тобой, — невозмутимо произносит парень, следуя за мной. And that's the reason, you're in the dark,  — Оля! Подожди! — слышу сзади знакомый голос, от которого я пыталась убежать.       Обернувшись, тут же останавливаюсь, потому что это был он. Никита бежал, но теперь снизил скорость, постепенно останавливаясь. Его волосы были в легком беспорядке. Сначала он смотрел только на меня, но потом перевел взгляд на стоявшего рядом со мной Максима, который немного непонимающе смотрел на нас, остановившись рядом со мной.  — Оль, — позвал меня бармен. I've been a stranger ever since we fell apart.  — Максим, можешь оставить нас? — спросила я, не отводя взгляда от Никита.       Нашего бармена я очень редко называла полным именем, предпочитая называть его Максом. Такое случилось, когда я была зла на него или же просила сделать что-нибудь.  — Но… — хотел уже возразить друг, но я его перебила его.  — Макс, пожалуйста! — попросила я еще раз, на миг переводя взгляд на бармена.       Он сдержанно кивнул и, развернувшись, ушел, иногда оглядываясь назад. Когда парень скрылся за углом дома, Никита подошел ко мне ближе настолько, что протяни я руку — до коснулась бы до его щеки. Now I feel so helplessly,  — Никита, что ты хотел? — спрашиваю я его наконец-то.       Он не отвечает, но продолжает смотреть на меня. Я не знала, о чем думал парень и что он хотел. К сожалению, читать мысли — не мой профиль. Но упорно продолжаю смотреть на него, ожидая от него ответа, который прояснит ситуацию.  — Мне холодно, и я хочу домой! — говорю я, намекая о том, чтобы он наконец-таки начал говорить.  — Ты там работаешь? — Никита не отводит глаз, пристально рассматривая мои. Watch my eyes are filled with fear,  — Чего? — резко спрашиваю я. — Серьезно?! Ради этого ты вышел сюда, остановил меня, чтобы спросить этот вопрос? — я была ошеломлена от этого вопроса и добавляю, но уже более тихо. — Тогда уж тебе эта блондинка точно подойдет…       Да, я просто взорвалась! Даже перестала замечать, что с каждым словом повышаю свой голос. Он был все также непоколебим, но все же незаметно усмехнулся уголком губ. И вообще, почему я так веду себя с ним? И причем, вообще та девушка? Неужели, я ревную ее к Никите, которого практически не знаю? Да, не, это же полный бред…  — Да, я там работаю, — грубовато отвечаю я. — Значит, ответила на вопрос — могу идти…  — Нет, подожди! — тут же останавливает меня Гусев, схватив меня за запястье.  — Что еще? — нетерпеливо спрашиваю я.  — Позволь, мне довести тебя до дома.  — Хорошо.       Если бы не моя боязнь темноты и людей, которые могут скрываться в ней. С этой работой мне реально стало страшно ходить по городу, ведь ты никогда не мог знать, какой сюрприз мог ждать тебя за углом. Только из-за этой причины я согласилась с ним ехать… Но на самом деле и отказывать безумно не хотелось.       Парень, улыбнувшись, направился к своей машине, и я последовала за ним. Пришлось идти обратно к бару, на парковку, где и стояла машина Никиты. Гусев, как истинный джентльмен, открыл мне дверь. Я села, случайно соприкоснувшись своей рукой с его, отчего по телу пробежался табун мурашек, и я покраснела. Хоккеист обошел машину и сел за руль, заведя машину и трогаясь с места. Tell me do you feel the same?  — Мне вот интересно, а как же та девушка, которая к тебе пришла? Ты ее одну оставил? — решила спросить я.       У меня совесть проснулась, что ли?  — Ты о Даше, — говорит он, усмехаясь. — Ну, если это тебя так волнует, то она осталась в надежных руках. Тем более, она не совсем ко мне пришла, если тебе, конечно, интересно.       Я кивнула, отвернувшись к окну. Сама не знаю, почему спросила это. Нет, мне было совершенно все равно на эту девушку. Просто она тогда позвала Никита… Я ревную… Черт, я ревную… Почему? Я Никиту толком-то и не знаю. А что он чувствует ко мне?       Я перевела взгляд на парня, ведущего машину. Он был невозмутим и спокоен снаружи, но было видно, что он о чем-то думает. Пальцы левой руки постукивали по рулю машины.       Дальше, вплоть до моего дома, мы ехали в молчании. Никита заворачивает к моему дому. Когда он останавливает машину, мы одновременно открываем дверцы машины. Парень подбегает ко мне, преграждая мне путь к моему дому.  — Никит…  — Подожди, мне надо кое-что… — произносит он. Hold me in your arms again.       Я выжидающе смотрела на него, рассматривая внимательно его лицо.  — Ты мне нравишься, Оль.       Я остолбенела, не зная, что и сказать в ответ. Просто была в замешательстве от данного заявления.       Не знаю, что сподвигло мной, но я притянула Никиту для поцелуя. Теперь была очередь парня удивляться моим действиям. Но Гусев сразу же отвечает. Поцелуй был таким нежным и робким, одна рука покорно лежала на моей талии, а вторая — на шее. Мои же руки были на груди, сжимая его куртку в своих кулаках. I need your love.       Это жутко сносило мне голову, и я не понимала, что я делаю, но сквозь поцелуй я улыбнулась. Но это были волшебные минуты, пока мы стояли в тишине. I need your time.       Мы отошли друг от друга, крепко держась друг за друга и бешено бегая зрачками. Никита и я улыбались, но я еще была, наверное, была пунцового оттенка.  — Мне… домой надо… — неловко произнесла я, перебирая ворот его куртки. When every thing's wrong.  — Мы же еще встретимся? — спрашивает меня Никита.  — Обязательно.