Дарт Грейнджер?

Гермиона лежала на кровати и думала. Со времени пикника на Фэйри-хилл прошла всего неделя, но уже сейчас ее воспоминания о нем — конкретно о пещере, в которую она провалилась, падая с вершины холма — замутнились, подернулись дымкой. Уже сейчас она была не уверена — а была ли пирамидка? Или все-таки это была галлюцинация? С тех пор как спасатели привели ее домой, она так и ни разу не открыла сумку, боясь узнать правду. Но вот сейчас... она решилась. Часы показывали двенадцать ночи, но Гермиона осторожно встала и тихо, на цыпочках, подошла к шкафу. — Момент истины, — прошептала Гермиона. И взяла в руки сумку. Гермиона расстегнула молнию, и комната осветилась красным светом. "Это правда", — Гермиона не могла поверить. "Магия существует... и параллельные миры...". Но с другой стороны, в магии была своя опасность. Дарт Трейя вполне могла оказаться не доброй, а злой волшебницей. Вдруг эта пирамидка не артефакт обучения магии, а артефакт подчинения разума? Но если бы эта пирамидка была артефактом подчинения разума, зачем было бы ведьме спрашивать ее разрешения на активацию пирамидки? Это не по-злодейски и не очень логично. Что ж, не проверишь, не узнаешь — решила Гермиона и схватила артефакт изо всех сил. Сознание Гермионы померкло... * * * Гермиона очнулась рано утром. Еще не до конца взошло солнце, и комната, как и прежде, была залита красным. Гермиона попыталась нащупать пирамидку... — Голокрон, — произнес голос Дарт Трейи из ниоткуда. Гермиона замерла. — Это сработало?, — подумала Гермиона. — Да. Впредь зови меня "мастер", ученица. — Это сработало. Это сработало... — Гермиона не могла прийти в себя. И тут Гермиону пронзила страшная боль. Как будто адский огонь проник в каждую клеточку ее тела, и тысяча ножей начала иссекать ее в кровавый фарш, только в десять тысяч раз хуже. Гермиона крутилась, пыжилась, извивалась. Она пыталась откусить себе попеременно указательный палец, большой палец, губу и кусочек ягодицы, но невидимая сила разжимала ей челюсти. Гермиона пыталась стонать, выть, кричать, но как бы она ни старалась, из ее глотки не выходило ни звука... Наконец, эта чудовищная пытка кончилась, и Гермиона обессиленно повалилась на пол. — Запомни, девочка, я не потерплю хамства! — прогремел голос "доброй волшебницы" в ее голове. * * * Дамблдор восседал на своем золотом троне, смотря на меняющий попеременно цвета зачарованный огонь в своем камине, и разжевывал лимонную дольку. Блаженство. Пока что все шло по плану. Оставленная им для вида в Визенгамоте кучка аристократов стремительно теряла последние остатки влияния, в Хогвартсе удалось продавить преподавание магловедения (пока только с третьего курса и факультативно), а из Гарри рос настоящий герой. Жалко, конечно, мальчика, но чего только не сделаешь ради всеобщего блага? А деньги из его сейфа... зачем ему деньги? Все равно Уизли достанутся. Вдруг один из приборов в его кабинете вздрогнул, а потом завыл, как сирена. Лицо Дамблдора почернело. — Керере спектрум! — взмахнул палочкой директор, но Темномагический Следопыт уже взорвался, рассыпавшись серебряной стружкой на полу. Чертов артефакт в годы активности Тома служил следилкой на выплески темной энергии, случающиеся на территории Британии. Он-то и помог Дамблдору вычислить местоположение большинства хоркруксов. К сожалению, после развоплощения Тома Дамблдор совсем перестал следить за его состоянием. Теперь Дамблдору так никогда и не узнать, что же сейчас случилось. — Постоянная бдительность, — пробормотал Дамблдор, — постоянная бдительность!