Кукловод

       Лужи от недавно прошедшего дождя блестели под лучами солнца. Ночью шёл ливень, после которого грязь ещё не успела засохнуть. Капельки воды сверкали на перилах и уличных фонарях. Сырая земля превратилась в кашу, что доставляло дискомфорт. Эта неделя началась неудачно.        Из-за угла выбежала брюнетка. Прохожие недоверчиво косились в её сторону и расступались на пути, только успевая услышать извинения в свою сторону. Она нелепо оббегала лужи и шлёпала по грязи, поэтому уже успела испачкать свои ботинки. Её волосы неопрятно заплетены в хвост на скорую руку, ветровка слегка сползала с плеч, а рюкзак девушка обвила двумя руками и несла впереди себя. На лице отражалось беспокойство, ведь она опаздывала…        Уже в здании, расталкивая учеников, брюнетка с огромной скоростью ринулась на второй этаж. Кажется, перед глазами уже всё плывёт, а сердце бьётся с бешеной скоростью от кардионагрузок. Она уже ничего не чувствовала кроме вспотевшей спины и спадающего на лицо клока волос. Резко дёрнув за ручку тёмной двери, брюнетка остановилась в дверном проёме, а через пару секунд упёрлась ладонями в колени, чуть ли не падая на пол. Она жадно вдыхала воздух, будто он скоро закончится, и прикрыла глаза, дабы не заработать головокружение.        — На этом я заканчиваю утренний эфир, всем хорошего дня.        Вторая девушка, находившаяся в комнате, после своих слов нажала на кнопку, чтобы выключить запись и сняла наушники. Она медленно развернулась к опоздавшей лицом и нахмурила брови, собирая остатки терпения, чтобы не накричать. Губы недовольно сложены бантиком, а глаза чуть сощурены. Девушка выглядела статно, словно босс или директриса, но на самом деле она просто школьница.        — Джису, прости меня, пожалуйста.        Брюнетка разогнулась и глубоко вздохнула, после чего жалостно посмотрела на свою подругу, прося прощения. Она прекрасно понимала, что уже не в первый раз так подставляет не только себя, но ничего поделать не может. С рождения она наделена рассеянностью.        — Джен, в какой раз ты опаздываешь? — Джису глазами проследила, как уставшая подруга приземлилась на маленький диванчик в углу кабинета. — Тебе повезло, что сегодня ещё не заходил директор.        Она повернулась к столу и начала складывать тетради в рюкзак. Сложно было сказать — обиделась или разозлилась она на Дженни. Ей всегда не нравилось это пренебрежение ко всему с её стороны. Но как бы это ни было сделано, умышленно или подсознательно, Джен сама не радовалась такому.        — Джису, я, — брюнетка поднялась с диванчика и вздохнула, потупив взгляд в пол, — мне стыдно…        Ей правда не по себе, поэтому она сжала кулаки и ждала реакции подруги, которая, почему-то молчала. Это понемногу наводило беспокойство, поэтому брюнетка уже испуганно подняла голову. Джису просто замерла от таких слов, ведь слышать их ей приходится впервые. В душе, конечно, она её простила, но сохранила вид обиженной, громко застегнув молнию рюкзака.        — Раз тебе стыдно, то… — Джису подошла к графику, висевшему на стене, и пальцем указала на сегодняшнее число, — сегодня у нас запланирован ещё один эфир, а вести его будешь ты.        Она указала пальцем на Дженни и сжала губы, укоризненно смотря ей в глаза. Надо же как-то её проучить. Брюнетка не знала, что сказать — умолять, закрыть глаза на опоздание, или начать возмущаться. Поэтому, так и не услышав ничего, кроме молчания, Джису закинула рюкзак на плечо и вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Поникшая брюнетка села на диван и потёрла глаза.        Каждое утро в этот кабинет должен заходить директор, чтобы проверить всё ли в порядке. Он даёт поручения, хвалит, ругает и обращается с вопросом. Только с самого начала у Джен достаточно натянутые отношения с ним. Она совершенно не хотела идти на кастинг ведущего школьного радио, но по просьбе лучшей подруги всё же согласилась. Единственный плюс в этой нервотрёпке — освобождение от зачёта по литературе. Школьное радио — дорогая вещь для всей школы, которая требует ответственности. Так как полагаться на Дженни невозможно, то всё фактически держится на Джису. Но если она парится из-за каждой запинки, то Джен всеми силами старается хотя бы не забывать о своей должности.        Брюнетка устало взглянула на график и хмыкнула. Эта запись будет идти половину большой перемены и предполагалось, что вести её будут обе девушки. Дженни понимала, что из-за своего паршивого настроения всё испортит, нагрубит или сломает. Она нуждалась в помощи Джису.        «Сама виновата» — Ещё раз брюнетка удостоверилась в том, что безответственность — причина всех её неудач.

***

       Школьная смена подходила к концу, началась большая перемена. Дженни снова пробежала через всю школу, чтобы успеть начать эфир. Она всё-таки надеялась, что Джису была несерьёзна утром. Но подруги в кабинете не оказалось, значит, сильно обиделась.        Дженни скинула рюкзак и села на кресло, надевая наушники. Она шмыгнула носом, отдышалась и решительно нажала на кнопку, после чего отсчитала три секунды, прикрыв глаза. Сердце колотилось толи от пробежки, толи от волнения. Но как только глаза распахнулись, брюнетка, наконец, заговорила:        — Здравствуйте, меня зовут Ким Дженни, я ведущая школьного радио. Скоро завершится смена, поэтому не забудьте доделать все свои дела. Ну, а пока у вас есть ещё пятнадцать минут свободного времени, я оглашу вам последние новости…        Брюнетка не проявляла какой-либо инициативы. Все слова из её уст звучали саркастично и сухо. Ученикам, которым приходилось слушать такие новости, конечно, было плевать, но только не учителям. Для всех Дженни была обузой, на фоне идеального оратора Джису, ведь та умела ободрять людей и зажигать в них искру воодушевления даже своим смехом. «Куда уж мне до Джису» — постоянно вертелось на языке у брюнетки. Не то, чтобы она завидовала, возможно, она просто понимает, что является лишней в команде активистов школы.        Дженни поглядывала на сценарий слов, иногда даже успевала посматривать за учениками через окно. Она рассказывала о последних событиях школьной жизни, о которых подавно никто и знать не хочет, кроме директора. Слышать, как нахваливают школу под его руководством — услада для ушей.        — Надеюсь, вы успели подготовиться к последнему уроку. Я заканчиваю эфир, удачного завершения дня.        Дженни нажала на кнопку и сняла наушники. На столе валялся текст, который девушка записала для подстраховки, но, увы, он не особо понадобился. Она медленно развернулась лицом к двери и замерла. Какая-то усталость одолела её, а может, и совесть замучила. Так как особым рвением к веселью Дженни не обладала, то скверный характер давал о себе знать. Брюнетка поднялась на ноги, закинула текст в рюкзак и вышла из кабинета, закрывая его на ключ. Через минуту начнётся последний урок, после которого все старшеклассники, наконец, смогут отправиться домой.        Одноклассники в классе кричали не сильно, но все равно создавали некий шум в ушах брюнетки. Она поморщилась и ступила к парте. Джису сидела и играла в телефон, но, заметив подругу, она сразу же убрала его и уставилась на неё.        — Слабенько, Джен, слабенько, — самодовольная улыбка сползла с лица Джису, — неужели ты не можешь даже каплю старания приложить к этой работе? Такими темпами нам быстро найдут замену.        — Тебе нужно, ты и прикладывай, — руки Дженни опустились, слова ненароком обидели её. Она сняла рюкзак и закинула его на стул, — и вообще, не хотела я вести радио.        Брюнетка отвернулась лицом к окну и стала перебирать пальцы. Джису, увидев, что подруга снова комплексует из-за своей неуверенности, дотронулась до её руки и улыбнулась. Как не обижайся, всё равно друг без друга они не смогут. Джису уже хотела поговорить с подругой, как в кабинет вошёл учитель.        Ученики по привычке встали, поприветствовав учителя, а позже сели. Всё, на этом вежливость одноклассников закончилась. Как только преподаватель отвернулся к доске, по классу начали летать записки и доноситься громкие перешёптывания. Единицы, в том числе и расстроенная Дженни молчали.        Последний урок закончился так же неожиданно, как и начался. Одноклассники молниеносно подлетели к шкафчикам, и, буквально через несколько минут, уже бодро выходили из здания.        — Дженни, пойдем, прогуляемся, — Джису достала расчёску и стала приводить свои тёмно-малиновые волосы в порядок, — сегодня хорошая погода.        Брюнетка посмотрела в окно и вздохнула, продолжая складывать учебники. Странно, но какая-то пустота затмила все желания и вообще настроение. Возможно, собственное поражение или взаимная обида, она до сих пор не разобралась. Одно было ясно — девушка подавлена.        — Хорошо, я не против. — Кое-как натянув улыбку, она старалась выглядеть не слишком унылой…        Девушки вышли из здания, и пошли в сторону аллеи, обсуждая насущную тему. Как всегда у Джису в приоритете обсудить школьные дела и промыть косточки некоторым одноклассникам, в чём Дженни могла поддержать диалог. Они шли расслабленной походкой, и казалось, утренняя ссора уже давно забыта. Брюнетка постоянно теребила свой хвост, а её подруга смотрела на юбку, чтобы ту не подняло ветром.        — Я думаю, зря ты так с ним, — Дженни пожала плечами и посмотрела на растерянную подругу, — со стороны ты выглядишь стервой.        — Как бы ни было, я рада, что он от меня отстал.        Брюнетка усмехнулась, поняв, почему Джису так на всё реагирует. В сердце подруги давно засел один парень, что почему-то вообще не обращает на неё внимание. Она с замиранием сердца старается правильно пройти перед ним, с особой интонацией произносит его имя, когда проверяет отсутствующих. Жаль, что именно он заслонил пеленой её взгляд на других парней. Вокруг полно хороших мальчиков.        — Кстати, завтра снова в семь встречаемся.        Намекая на то, что утром снова придётся нести всякую чушь по радио, Джису попросила брюнетку не опаздывать. Дружба дружбой, но перед директором не прикроешь. Остановившись на перекрёстке, девушки обнялись и чмокнулись в щёки, а после разошлись в разные стороны. Джису живёт дальше, но умудряется постоянно приходить вовремя.        Дженни устало перебирала ногами, прокручивая все ею сказанные сегодня слова. Иногда хотелось переиграть некоторые эпизоды или просто закрыть лицо руками от смущения, но серьезные прохожие не давали даже беспричинно улыбнуться. Единственная ошибка девушки заключается в том, что мнение других она ставит выше своего. Делает его идеальным, равняется на него, тем самым теряет свою индивидуальность.        Распахнув входную дверь двухкомнатной квартиры, она прошла в тихую обитель и поняла, что родители ещё на работе. Девушка сняла рюкзак, и последовала в комнату, где, уже переодевшись, почувствовала себя в безопасности. Сделав уроки, Дженни принялась за ужин. В конце концов, понимает, что родители устают так сильно, что сил на домашние хлопоты не остаётся.        Девушка правильно нарезала все ингредиенты, сделала ещё пару простых шагов, и отправила противень в духовку, а сама села за стол, положив голову на руку. Она бегала глазами по кухонным предметам и трепала свои щёки от скуки. Обычно родители погружали дочь в уютную домашнюю атмосферу, но в связи с проблемами на работе, им пришлось влиться в рабочую обстановку примерно до позднего вечера. Да и Джен уже стала достаточно большой, чтобы нуждаться в присмотре или большом внимании.        Посмотрев, что еда ещё не готова, брюнетка вздохнула и, покормив желудок очередной порцией аромата блюда, ушла в комнату…