Кислород

Эмма ненавидела отношения. Но ещё больше она ненавидит, когда ей выносят мозги чужой личной жизнью. Хотя Эмма ненавидела какие-либо серьёзные отношения не только из-за своей ветреной подруги. Это был жизненный принцип: «серьезные отношения ни к чему хорошему не приводят». Против бессмысленных обжиманий по углам, гуляний за ручку и прочей чепухи девушка ничего против не имела, но вот серьёзное чувство привязанности к кому-то у неё было под запретом. Эмма толкнула дверь, и та со скрипом отворилась, впуская её в пыльную комнату Сторибрукского общежития. Обстановка была сомнительная: Эмма даже подумала, что на вахте что-то перепутали и дали её ключ не от той комнаты, потому что жить здесь казалось просто нереальным. Мебель была старой и, казалось, от малейшего прикосновения она вся развалится, стены были выкрашены в отвратительный розовый цвет, и краска уже успела облупиться в нескольких местах. Из старого окна в деревянной раме открывался «прекрасный» вид на второй корпус общежития и на заросший пустырь. Эмма чихнула из-за обилия пыли в воздухе и ещё раз прокляла это место. Она, конечно, знала, что общага — это не самое лучшее место, но не настолько же! — Ну что, всё настолько плохо? — в дверном проёме появилась Руби. Она быстро окинула комнату взглядом, и от её лучезарной улыбки не осталось и следа. — Они что, издеваются? — Здесь хотя бы нет тараканов, — блондинка пожала плечами и села на одну из кроватей, которую уже ознаменовала своей. — Может мы просто их пока не видели, — девушка облокотилась о стену сложив руки на груди. Она предпочла не садиться на кровать, считая это не очень безопасным. — Эмма, посмотри, этой мебели лет сто, если не больше, окно выходит на какую-то помойку и кажется, оно вообще сейчас вывалится. — Ну, у меня нет выхода, а ты всё ещё можешь вернуться к бабушке. — Ни за что. Я же говорила, что лучше буду спать в туалете ночного клуба, нежели жить у неё, просто я думала, что уйду из дома в более комфортабельное место. Эмма даже подумала, что, возможно, стоило согласиться уехать с родителями в Бостон, но она быстро отогнала эти мысли. Она уже приняла решение, она останется в Сторибруке, пускай даже в самой отвратительной общаге, и поступит в колледж. Руби же жить в общаге было совсем не обязательно, но её родители в начале лета уехали работать заграницу, оставив девушку на довольно властную бабушку. После двух месяцев брюнетка не выдержала и заявила, что переедет вместе с Эммой в общагу. Зная характер Руби и характер её бабушки, Эмма даже не удивлялась их вечным ссорам. Миссис Лукас была боевой женщиной, она держала своё кафе, где, кстати, Эмма подрабатывала, занималась гостиницей и просто обожала командовать и вечно следить за Руби. Брюнетка же была вольной волчицей, она терпеть не могла перед кем-то отчитываться или делать то, что ей не по душе. Наверное, этим ей Руби и нравилась. — У тебя есть деньги? Мне нужно напиться, чтобы не думать об этом, — брюнетка показала рукой на всю комнату. — Вообще-то, у меня сегодня ещё смена в кафе.

* * *

Реджина обожала правила. Даже в её семье действовали свои непреклонные законы, которые она и считала залогом своего семейного счастья. Обязательно семейный завтрак, просмотр кино по выходным, минимум раз в две недели совместный поход куда-нибудь, будь то театр, парк развлечений или даже цирк, обязательное распределение домашних обязанностей и минимум два раза в год всей семьёй ездить на отдых. Девушка отточенными движениями готовила семейный завтрак, а именно жарила бекон и яичницу; пышные и аппетитные блинчики уже стояли на столе и ждали своего часа. Брюнетка не сразу заметила мужа, который подкрался к ней со спины и приобнял женщину. — Доброе утро, солнце. Когда у Робина было хорошее настроение, он называл свою жену только «солнце» и никак по-другому. Он придумал ей это прозвище ещё задолго до того, как они начали встречаться. Сначала это немного раздражало Реджину, но она к этому быстро привыкла. — И тебе доброе. Иди, разбуди Генри, а пока тут всё закончу. Мужчина лишь разочарованно заскулил и уткнулся носом в тёмные локоны, видимо, ожидая, что у этого утра будет прекрасное продолжение. Но Генри мог спуститься в любой момент, к тому же у Реджины не было совершенно никакого настроения. Через пятнадцать минут в кухне царила настоящая семейная идиллия. Реджина наблюдала, с каким аппетитом её мужчины ели блинчики, хотя сама при этом лишь пила кофе. С утра у неё не было аппетита, как обычно. — Мам, мне иногда кажется, что ты питаешься только кофе и солнечными лучами. — Ну почему же, иногда она может позволить себе кружечку чая. Робин и Генри весело расхохотались, наполнив этой атмосферой всю кухню. Губы Реджины неосознанно растянулись в тёплую улыбку. Именно такие утренние посиделки она обожала. В такие моменты она понимала, что её жизнь идеальна, немного однообразна, но такое однообразие было ей лишь в радость. — Генри, мы с твоей мамой подумали и решили, что стоит устроить тебе выходные перед новым учебным годом. Куда бы ты хотел сходить? И тут понеслось. От предложения Робина фантазия мальчика разбушевалась не на шутку, и он начал один за другим предлагать варианты, хотя даже сам не мог определиться. Ему редко давали выбирать место отдыха, поэтому чаще всего они посещали музеи или выставки, так что Генри намеревался затянуть взрослых в какое-нибудь чисто подростковое место, что-то типа лазертега, квестов или чего-то подобного.

* * *

Двери маленькой кофейни распахнулись, и с улицы потянуло прохладой и сыростью. Лето выдалось до жути холодным и дождливым. Хотя Мэн всегда отличался своей капризной погодой, и его жители уже привыкли к пасмурным дням. Девушке нравилось это кафе. Несмотря на свою любовь к классическому и лаконичному стилю, брюнетка просто обожала такие уютные места. Стены были выкрашены в приятный песочный цвет и увешаны множеством фотографий самого Сторибрука. Кажется, одна из официанток была профессиональным фотографом, поэтому фотоальбом заведения часто пополнялся. У окон стояли маленькие столики с диванчиками. Здорово было даже то, что окна были тонированные, и посетители могли наблюдать за прохожими во время трапезы, но при этом их самих никто не видел. К тому же, из окна открывался прекрасный вид, и Реджина уже отметила, что здесь будет неплохо делать зарисовки. Из колонок лилась приятная музыка, что-то наподобие инди-рока. Брюнетка впорхнула в почти пустое кафе и поправила волосы, надеясь, что небольшой дождь не испортил её укладку основательно. Заправив прилипшую ко лбу прядь за ухо она кинула быстрый взгляд в зеркало, у самого входа убеждаясь что она выглядит почти идеально. Это было одним из основных факторов её настроения. Реджина всегда была убеждена, что от внешнего вида зависит абсолютно всё, и это правило её ещё никогда не подводило. В почти пустой кофейне раздался стук её туфель о кафель. Реджина уставилась в спину блондинки, которая усердно чистила кофемашину и не даже не посмотрела на посетительницу. Реджина пару раз кашлянула, пытаясь обратить на себя внимание, но блондинка либо действительно её не слышала, либо просто издевалась. — Эй, Эмс, у тебя посетитель. К стойке подошла милая шатенка с зелёными глазами. Пару волнистых прядей выбились из высокого хвоста и спадали на лицо. Ростом она была чуть выше блондинки, но точно ниже самой Реджины, которая была на каблуках. На груди у неё был бейджик с именем «Белль». — Простите Мисс, — Белль толкнула локтём нерасторопную блондинку, подвинула её и сама встала за кофе машину. — Что будете? — Капучино, пожалуйста. — Ваше имя мисс? — Реджина, — девушка вывела маркером на картонном стаканчике буквы красивого имени. Пока Белль профессиональными движениями делала кофе, Реджина изучала блондинку, которая стояла чуть поодаль с виноватым видом. Но, кинув на неё быстрый взгляд, она поняла, что блондинка ей совсем не интересна, и переключила своё внимание на вид за окном. — Ваш кофе. До свидания и хорошего дня. Когда двери кафе замкнулись за посетительницей, Эмма быстро удалилась в подсобку за картонными стаканчиками, которые уже заканчивались. Ну, а на самом деле она надеялась просидеть в подсобке как можно дольше, чтоб её не поставили снова за эту адскую кофемашину. Эмма работала в кофейне уже почти два месяца, и за всё это время ещё ни разу не стояла за кофемашиной. Техника точно была её слабым местом, и как бы весь персонал ни старался, никто так и не смог научить девушку пользоваться профессиональным аппаратом. Хоть это и было абсолютно элементарно, у блондинки всё просто валилось из рук. Её, наверное, должны были уволить, но, во-первых, она была лучшей подругой внучки владелицы кафе, а во-вторых, с другими обязанностями она справлялась на отлично. Именно сегодня Эмма решила попытать удачу и выступить в роли бариста, но она сразу же облажалась.

* * *

Небольшой кабинет в нежно-бежевых тонах был заставлен огромной кучей коробок. В одних были книги по психологии, педагогике, готовке, истории искусств и многому другому, в других — куча бумаг, договоров и учебных планов. Посреди комнаты в новом кресле цвета индиго сидела Реджина, держа в одной руке недавно купленный кофе, а другой рукой пролистывая на телефоне варианты новой мебели в кабинет. Она время от времени бросала свой взгляд то на шкаф, который точно не вместит в себя всей её библиотеки, то на кофейный столик из тёмного дерева, который совершенно не вписывался в интерьер, то на письменный стол, который, очевидно, был старше самой женщины. Реджина мысленно проклинала себя, что не наведалась в свой новый кабинет чуть раньше. Новый учебный год начнётся через пару недель, а работать здесь брюнетка не сможет, даже если очень постарается переступить через себя. Реджина всегда была абсолютной идеалисткой, и её собственный кабинет тоже должен был быть абсолютно идеальным, не похожим на скучные кабинеты других преподавателей. Брюнетка вышла в коридоры колледжа, она уже просто не могла находиться в этом ужасе. Ещё одна черта её характера — перфекционизм. Её буквально начинало трясти, когда что-то было не идеально, когда что-то не идеально выглядело или не соответствовало её идеальному плану. Брюнетка решила прогуляться по пустым коридорам колледжа. В учебные дни она предпочитала не выходить из своей аудитории, потому что из-за обилия студентов коридорах она только и делала что здоровалась. Сейчас же коридоры были пусты. В воздухе витал запах краски из-за недавнего ремонта в некоторых помещениях. Она шла в другое крыло колледжа, в хорошо знакомую ей аудиторию. Когда Реджина подъехала к колледжу, она заметила на стоянке ещё одну знакомую машину, так что сейчас девушка была уверена, что находится в здании не одна. Брюнетка вошла в аудиторию, застав Кэтрин за написанием учебных планов. Блондинка не сразу её заметила, и какое-то время Реджина просто изучала её профиль. Светлые волосы были чуть длиннее плеч, и несколько прядей были убраны от лица заколкой. Очки в тонкой оправе съехали на самый нос. Брови были сложены домиком: Кэтрин всегда так делала, когда была на чем-то очень сосредоточена. Стоило заметить, что девушка неплохо загорела, видимо, на летних каникулах она не сидела дома. Реджина выкинула уже пустой стаканчик из-под кофе в мусорку, чем и привлекла внимание девушки. — Боже, Реджина, что ты тут делаешь? — но, несмотря на удивление, блондинка всё же улыбнулась, встречая подругу. — Захотела повидаться со своей подружкой, а что, нельзя? — брюнетка облокотилась на учительский стол. — Ну, а на самом деле я приехала разобраться со своим новым кабинетом. — Ты все-таки уломала Голда на личный кабинет? — Да. И это полный ужас! Там надо переделывать абсолютно всё. — Реджина, ты хоть понимаешь какая это привилегия, иметь свой собственный кабинет? — блондинка уже напрочь забыла о том, над чем так усердно работала. — Я работаю здесь намного больше твоего, но даже мечтать о таком не могу. Тебе несметно повезло. — Это не везение, дорогуша, а природный шарм и харизма, — брюнетка тряхнула своими волосами, словно подтверждая сказанное, и тёмные локоны упали ей на плечи. — Дорогуша, Голд тебе помог не из-за твоей харизмы … — А из-за харизмы моей матери, — закончила предложение брюнетка и девушки весело расхохотались. Для Реджины, как и для её подруги, совсем не было секретом, что Голд приударил за Корой Миллс, матерью Реджины. С одной стороны, мистер Голд всегда был очень хорошим другом семьи и не раз помогал Реджине во всех вопросах от учёбы и карьеры, до жизненных советов, но с другой стороны — этот мужчина порой был до жути принципиален, упёрт и невыносим. Так что девушка ещё не определилась, хочет ли видеть его рядом со своей матерью, но, во-первых, её мнения никто не спрашивал, а во-вторых, эта парочка вроде не торопилась заводить каких-то серьёзных отношений. — Я слышала, вы на этих каникулах были в Диснейленде? — спросила блондинка, попутно убирая очки в футляр. — Да. А ещё в Риме, в Канаде, не день рождения Генри и в Париже на нашу с Робином годовщину. — Ну, ничего себе! Вот это каникулы. А я только в Грецию слетала. — А разве в Греции плохо? Мы были там в прошлом году и единственное, что меня не устроило, так это то, что загар там как-то странно ложится, пятнами. — Ну, сама Греция ничего, просто одной как-то скучно. Тебе повезло, у тебя семья, и вам всем вместе не скучно. — Ага, вот начнётся у Генри скоро переходный возраст, так мне точно будет скучно! Он уже стал противный до жути, а скоро начнёт грубить, перестанет убираться в комнате и будет пропадать непонятно где. — Эй, Реджина, не у все подростки такие проблемные. — Наверное. * * * Смена блондинки закончилась чуть меньше часа назад, и Руби все-таки настояла, чтобы они развеялись. Эмма отказалась пить в такое раннее время, поэтому они прихватили с собой Нила и отправились гулять по маленьким улочкам Сторибрука. Нил был их общим другом ещё со школы. В старшей школе его вообще считали геем за то, что он общался с их женской компанией, ну, а на самом деле у Нила просто ничего не получалось с девушками. В своей компании он всегда был весёлым парнем, с которым можно как подурачиться, так и поразмышлять о насущном за бутылочкой пива. Но вот с девушками кроме Руби и Эммы он превращался в немого и вёл себя как полный идиот, но подруги не оставляли надежды найти ему секси подружку. Хотя в колледже его репутация улучшилась. Кстати, о колледже: Эмме уже не терпелось поскорее начать учиться. Вся эта троица была одного возраста, но вот только Руби и Нил шли уже на второй курс, а Эмма только на первый, и виной тому частые переезды, иногда приходилось учиться в одном классе два года, несмотря на отличные оценки. — Эмма, я слышал ты облажалась сегодня в кафе? — парень подтолкнул подругу локтём. — Белль что, уже успела доложить? — Да, но не мне, а Руби. А та в свою очередь растрепала всё мне и Сэму. — В смысле? — Эмма серьёзно посмотрела на подругу. — То есть его ты со своим парнем уже познакомила, а свою лучшую подругу нет? — Никого я не с кем не знакомила, просто Сэм оказался поблизости и подошёл поздороваться, — Руби невозмутимо пожала плечами. — Значит так, — Эмма подхватила брюнетку под руку, и они ускорили шаг — ты обязана нас познакомить, и в ближайшее время! Должна же я знать, в чьи руки тебя отдаю. — Эй, вы меня забыли!

* * *

Уже пятый по счёту будильник, к счастью, все-таки смог разбудить Свон. Но, к несчастью, нужно ещё одеться, а вся приличная одежда как назло оказалась в стирке или же просто куда-то пропала. Наконец-то найдя более-менее приличные чёрные джинсы и старую фланелевую рубашку, девушка принялась за завтрак и неосмотрительно поставила кружку на самый край очень неустойчивого стола. Единственные чистые джинсы теперь были в кофе, собственно, как и рубашка. На часах было уже 9:45, а значит, Эмма просто ужасно опаздывала. Утро точно не задалось. Двери кофейни распахнулись, и в помещение залетела запыхавшаяся блондинка, чуть не сбив с ног одного из посетителей. Девушка в пару шагов преодолела расстояние до другого конца зала, на пути стягивая с себя верхнюю одежду, и скрылась в комнате для персонала. Подсобка была местом уютным и для отдыха персонала, безусловно, удобным. Стены, выкрашенные в бежевый цвет. Два небольших дивана и журнальный столик между ними для приятных чаепитий в конце рабочего дня. Два винтажных деревянных шкафа для одежды персонала, зеркало в полный рост и несколько полок, где обычно стояли несколько кружек, чай и пачки печенья. Утренняя смена началась уже пару часов, и сегодня был вторник, что только усугубляло ситуацию. По вторникам миссис Лукас лично присутствовала в кафе, разбираясь с документацией, следя за порядком и работой подчинённых. Эмма была уверена, что ей влетит, абсолютно точно влетит, может, её даже лишат премии, ведь, к сожалению, это уже не первый прокол в этом месяце. Взять хотя бы то, что она неделю назад не смогла просто приготовить кофе. Свон натягивала на себя рабочую форму, попутно репетируя в своей голове извинения перед хозяйкой, когда в подсобку зашла ещё одна официантка — Эшли. — Тебя там хозяйка к себе зовёт. Эшли работала в этом кафе уже пару месяцев, почти как Эмма, но девушки всё равно не общались, их смены никогда не совпадали. И не совпали бы, если бы Эшли не пришлось заменять недавно заболевшую бариста. — Чёрт. Эмма помедлила, прежде чем постучаться. — Входите, — послышалось из кабинета, вот только это был голос не престарелой хозяйки. — Руби, с каких это пор ты директором заделалась? — девушка уже совершенно спокойно вошла в кабинет, ей было интересно, какого чёрта подруга сидела в директорском кресле. Кабинет директора на самом деле не отличался особой серьёзностью. Ну, правильно, это же был кабинет не какого-то серьёзного дяденьки, а обычной пожилой женщины. Стены по стилистике кафе были тёплого оттенка, а именно персикового. Висели куча фотографий миссис Лукас со своей семьёй, а также фотографии Сторибрука, подобные тем, что украшали зал. У окна стоял небольшой письменный стол, который был старше Эммы, наверное, раза в три, и директорский стул — наверное, единственная вещь, которая выдавала, что это был кабинет директора. В углу стояло кресло со смешным чехлом в разноцветную полоску и маленькая тумбочка, выполняющая роль кофейного столика. Последним предметом в комнате был большой шкаф со стеклянными дверцами, где покоились рабочие бумаги и множество дурацких статуэток с котами, башенками и прочей чепухой. — Да я, как видишь, теперь тут главная, и позвала я тебя тоже не просто так. Уволить тебя надо, работаешь отвратительно. — Ага, конечно, — блондинка развалилась в кресле в углу кабинета. — Уволить меня из официанток из делать новым директором? Хороший план. — До директора тебе как до Китая пешком, — брюнетка улыбнулась и сделала глоток ещё горячего кофе. — Ну, а на самом деле бабушка попросила меня сегодня тут за вами присмотреть. — Тебя? А она не боишься, что ты кафе сожжешь к чёртовой матери? — Так, а ну-ка тихо. Я вообще-то хотела тебя кое с кем познакомить. — Интересно с кем же. — Иди сюда, — крикнула Руби куда-то за дверь. В комнату вошёл симпатичный рыжий парень и уставился на Эмму удивлёнными голубыми глазами. — Детка, а это кто? Ты вообще-то обещала, что мы будем одни и… — парень замолчал, решив не заканчивать предложение, хоть всё и так было понятно. Эмма сразу догадалась, что это Сэм, ну стопроцентный типаж Руби — кажется, единственным его отличием от прошлой кучи парней был невысокий рост: он едва был выше самой девушки. А ещё он был рыжим, а Эмма рядом с подругой никого, кроме блондинов и брюнетов, никогда не видела. Но смазливое личико сразу выдавало, за что он так понравился подруге. — Сэм, это Эмма. Я тебе о ней много рассказывала. — О боже, неужто та самая Эмма Свон, — парень наигранно удивился, поправил рубашку, стряхнул с джинс несуществующие пылинки и театрально раскланялся. — А я Сэм Адамс третий. — Мне очень приятно наконец познакомиться с вами мистер Адамс, — Эмма встала со своего места и сделала реверанс. — Я тоже о вас наслышана. Руби, наблюдающая за всей этой картиной, расхохоталась, и ребята её в этом поддержали. Комната наполнилась весельем, и у всех сразу поднялось настроение.

* * *

— Генри, ну где ты там ходишь? Брюнетка стояла в холле своего особняка и постукивала ногой о дорогой ламинат, её терпение уже почти было на исходе. — Да иду я мам, иду, — крикнул подросток, застёгивая рубашку прям на ходу. — Ты уже полчаса идёшь! -Да всё, всё. Спускаюсь. Генри спустился с лестницы, перепрыгивая через две ступеньки сразу. Реджина лишь закатила глаза: она была уверена, что так сын рано или поздно себе что-нибудь сломает, но так и не смогла отучить его от этой привычки. Парень быстро надел свои кроссовки, выбежал из дома вслед за Реджиной и сел в её чёрный джип. — Ты уверен, что тебя не надо будет завтра забрать? — спросила женщина, как только они отъехали от дома. — Ну, мам. Я уже сто раз сказал, что и сам спокойно дойду от дома Джейсона сам, — брюнет лишь закатил глаза. — Да, но ведь это очень далеко, другой конец города. — Я прогуляюсь. И да, ты не могла бы дать мне денег? — он сделал небольшую паузу, подбирая слова, чтобы не нарваться на расспросы матери. — Я хотел по пути домой зайти с другом в пиццерию. — Что за друг? Джейсон? Хантер? — Нет, мам. Это Эмили. — Ничего себе, Генри, у тебя появилась подружка? Реджина была действительно удивлена. Для неё Генри был ещё маленьким мальчиком. И именно сейчас она поняла, насколько была благодарна Робину за то, что он был рядом, чтобы, если что, помочь ей в воспитании сына. — Мам, ну не начинай. Она просто знакомая, — Генри уже вёл себя как самый настоящий подросток, не желающий идти на контакт с родителями. — Ладно, возьми деньги в бардачке, — Реджина остановила машину, — Иди, веселись. И веди себя хорошо. — Спасибо, мам, пока, — парень чмокнул женщину в щёку и выбежал из машины.

* * *

Реджина присела за маленький столик в углу её теперь уже любимой кофейни. Брюнетка решила скоротать время, пока ждала подругу, и достала из сумки чёрную гелевую ручку и маленький чёрный «молескин» для зарисовок. Она специально села за самый неприметный столик, откуда её было почти не видно. Женщина не любила, когда кто-то смотрел на неё во время рисования. Пара быстрых, уверенных линий — и на кремовом листе уже вырисовывалась пара соседних домиков с маленькими заборчиками, верандами с цветами и милыми гамаками, ну и парочка влюблённых прохожих для завершения композиции. Рисунок занял всего несколько минут и отражал умиротворённое настроение художницы. — Мило. Реджина даже подпрыгнула на месте от неожиданности. Она настолько увлеклась своим занятием, что не замечала ничего вокруг, даже официантку, которая уже некоторое время стояла рядом и наблюдала за работой. -Спасибо, — только и буркнула Реджина, быстро убирая блокнот обратно в сумку. — Мне Капучино, пожалуйста. — Что-то ещё? — У официантки было хорошее настроение и ее, кажется, вовсе не смущало лёгкое смятение посетительницы. — У нас есть свежие и вкусные маффины. — Нет, спасибо, только Капучино. — Хорошо, — блондинка пожала плечами и пошла за кофе. Реджина даже не поняла сначала, почему она так смутилась. Словно её первый раз застали за этим занятием, будто рисовать было чем-то постыдным. Да, она не очень хотела, чтоб кто-то видел её зарисовки, но из-за того, что их увидела одна официантка, ничего ведь страшного не случилось. Кстати об официантке, сначала Реджине она показалась знакомой, что не удивительно, ведь женщина бывала в этом кафе довольно часто. Она показалась ей милой. Ещё не совсем взрослые черты лица, обворожительная улыбка и белые локоны как у ангела. Реджина вновь достала свой блокнот и начала новую зарисовку. Эмме нравилось в профессии официанта то, что, обладая внимательностью, можно довольно много узнать о человеке. Например, эта дама за столиком углу. Она жената, постоянно появляется в дорогих костюмах, часах и украшениях, у неё явно неплохой вкус и она хорошо зарабатывает, ну или хорошо зарабатывает её муж. Не любит сладкое или просто следит за фигурой. Сегодня Эмма ещё и узнала, что она любит рисовать, возможно, даже работает в этой сфере. Ещё она любит Капучино и всегда заказывает только его. К тому же, она безумно красивая: когда Эмма в первый раз увидела её, она поймала себя на мысли, что никогда не видела таких красивых женщин. Возможно, будь она помоложе и не будь она жената, Эмма бы даже подкатила к ней. — Ваш кофе, — официантка заметила, что брюнетка опять рисует что-то в своем блокноте. Кажется, это был портрет, но ещё было даже непонятно, парня или девушки. — Спасибо, — Реджина мило улыбнулась и даже не собиралась скрывать свой недоделанный рисунок. -Прости, что опоздала, — из-за спины Эммы появилась Кэтрин и села за столик напротив Реджины. — Мне, пожалуйста, салат и фреш, — обратилась она уже к официантке. — Я тут тебя уже больше получаса жду, — Реджина полностью переключила своё внимание на Кэтрин. — Ну, прости. Я попала в такую жуткую пробку. — Пробки? В Сторибруке? Ты серьезно? Для таких жутких пробок у нас город маловат, — подметила Реджина, а сама уже вновь уткнулась в рисунок. — Ты опять рисуешь? — Это успокаивает. На листке уже вырисовывался образ определённого человека, вернее, девушки. Кэтрин выхватила блокнот у подруги и всмотрелась в портрет, пытаясь узнать лицо. — Пожалуйста, — Эмма очень быстро появилась с заказом и поставила поднос на стол. Она даже не обратила внимания на блокнот в руках женщины и быстро ушла обслуживать следующий столик. — Реджина, с каких это пор ты стала заглядываться на официанток? — Кэтрин узнала в незатейливом портрете светловолосую девушку, которая только что их обслуживала.

* * *

Эмма лежала на кровати и осматривала комнату, раздумывая, что ещё тут можно сделать. Даже удивительно, как они с Руби за полторы недели смогли превратить просто отвратительное место во вполне приличную общажную комнату. Хорошо, что Ник согласился им помочь, иначе они бы точно не успели. Стены они перекрасили в более приятный персиковый цвет. Починили окно и всю мебель. Докупили два письменных стола и всякие другие бытовые мелочи, типо маленького холодильника, ламп, постельного белья, тарелок и тому подобное. Эмме пришлось переехать сюда уже пару дней назад, а вот подруга окончательно перебралась только сегодня, так что половина комнаты Эммы выглядела более обжитой. Стены были увешаны фотографиями, плакатами некоторых музыкальных групп и рисунками девушки. Рисунки были совершенно разнообразными, начиная от набросков архитектуры и заканчивая портретами людей из Интернета и не только. Сегодня Эмма перевезла последние две коробки вещей, но разбирать их девушке было слишком уж лень. Она ждала, пока Руби разложит хотя бы основную часть своих вещей, и они вместе посмотрят какуюнибудь комедию. — А разве ты не должна помогать своей любимой подруге разбирать вещи? — А моя любимая подруга мне вещи помогала разбирать? — блондинка повернулась на бок, чтобы видеть Руби. — Ну, вообще-то я последние два дня была занята. — Ага. Носилась по кафешкам со своим Сэмом. Ещё одна причина, по которой Эмма ненавидела отношения. Стоило кому-то обзавестись девушкой или парнем — всё! Считай, человек потерян! Всё свободное время он проводит со своей якобы второй половинкой. — Ой, ну не злись, — девушка сложила в шкаф ещё одну порцию своей одежды, которая всё никак не заканчивалась. — Мне показалось, что он тебе понравился. Знакомство в кафе тогда прошло вполне неплохо. Они вместе весело поболтали, познакомились и посмеялись. Эмма действительно задвинула дружескую речь, типа: «Обидишь мою подругу — и я убью тебя», но в целом все было очень даже неплохо. Сэм показался Свон вполне неплохим парнем, но это не значило, что она была уверена в длительности их отношений. К тому же, у девушки осталась пара вопросов. — Я как раз хотела узнать, с каких это пор тебя потянуло на рыжих воспитанных мальчиков? — А разве с ним что-то не так? — Да как раз-таки наоборот. Я не заметила у него кожаной куртки, байка, боевых шрамов, татуировок и прочей ечно вешаешься на парней. — Вот именно Эмма! Вот именно. Он не такой как все мои бывшие и мне кажется что он реально мне нравится. — Ну прекрати! Брюнетка кинула в подругу подушкой. Эмма пыталась увернуться, но вместо этого лишь слетела с кровати, что вызвало у Руби просто взрыв смеха. — Эй! Мало того, что со своим парнем совсем про подругу забыла, так ещё и убить меня решила! — Ага! Тогда Сэмчик переедет сюда, прямо на твою койку, и у нас с ним всё будет в ажуре. — Только ты забыла одну деталь, это женское общежитие, и его сюда никто не пустит, — Эмма потёрла ушибленный бок и медленно поднялась на ноги поднимая за собой валяющуюся на полу подушку. — Ну всё! Защищайся! Её подруга прекрасно знала это, но сейчас как будто специально надоедала ей рассказами о своём новом парне. Ну, вернее, пока только друге, но Руби всегда добивалась любого понравившегося ей парня и рассказывала о Сэме уже как о своём будущем муже. Хотя Эмма прекрасно понимала, что это просто очередной бедняга, которого подруга бросит через пару месяцев. В их маленьком городке количество мужчин, с которыми Руби Лукас ещё не успела повстречаться, было критически мало.