Судьбоносная магия

«А может, на расстоянии заклинание потеряет свою силу?», — Антон уверенным шагом направился в противоположную библиотеке сторону, размышляя над заклинаниями, встречавшимися ему ранее и отмахиваясь от назойливо жужащщих в голове мыслей Арса. «Нет, Антон, не потеряет». Арсений сидел в библиотеке, собирая кучу книг как со светлой, так и с темной магией. «Я думаю, тебе стоит мне помочь. И если на уроке было забавно, то сейчас совершенно нет. Без подколов и истерик, помоги мне». Арсений открыл книгу, даже, на самом деле, не надеясь, что ему придут и помогут, но попытаться стоило. Антон выругался. Отлично, просто отлично. «Сейчас зайду в столовую, и приду. Что взять тебе? У меня после уроков сразу репетиция дня первокурсника на пару часов. Так, булки с маком или с вареньем? О, джем… А потом на ночь засяду в библиотеке копаться. У меня есть идеи, что это может быть». «Мерлин, Антон, контролируй поток своих мыслей. Это, как минимум, отвлекает, как максимум, ничего не понятно». Арс уронил голову на парту, когда нашел то самое заклинание. Между прочим, в учебнике по темной магии. «Бегом сюда, тебе не понравится то, что я нашел». Антон вошёл в просторный зал и довольно быстро отыскал Арса. «Судя по твоему виду, нам придётся совершить подвиги Геракла. Показывай.» Со стороны вся картина выглядела так: один из враждующих парней подошёл к другому, протянул ему тарелку с булочками и молча присел рядом, заглядывая в книгу. Удивление на лицах других учеников переросло в тихий шёпот, но быстро умолк. Арсений даже благодарно улыбнулся, понимая, что они сейчас в одной лодке. Лишние уши им не нужны, поэтому, наведя на них с Шастуном купол негласности, откусил булочку, выкладывая книгу на середину стола, вычитывал вслух, водя пальцем по тексту. — Та пара, которая познала заклинание соединения душ истинно самая счастливая пара. Заклинание не даётся каждому и не действует на всех. Только маги с подходящим потенциалом могли ощутить его на себе. Душа магов собирается заново по кусочкам, обмениваясь частями с другой душой. Те маги, которые были подвержены заклинанию против воли, в конце концов погибали от утечки потенциала и отсутствия чувств в своей «частичке души». Арсений посмотрел на парня, тяжело вздохнув. — Короче говоря, либо мы любим друг друга, либо умираем. Заклятие снять нельзя, но можно научиться с ним жить не ненавидя друг друга. Антон подавился булочкой и зашёлся кашлем. — Только не это… Арс, ты не пойми меня неправильно, но меня парни не интересуют. И ты меня не интересуешь в частности. Смотри. Здесь написано, что одна из сторон должна быть крепко влюблена, а вторая должна хотя бы симпатизировать. На уроке было весело, не спорю, но это — полный бред. Мы не полюбим друг друга, даже если перестанем встречаться в коридорах и язвить друг другу. Я никогда не полюблю тебя, это невозможно. Мы… просто умрём. Прими это. Антон прикинул, сколько он проживёт с проклятием. Арсений не знал, что вызывает у него эта новость, какие чувства. На самом деле, он был уверен, что если Антон не влюблен в него, так хотя бы симпатизирует. Что он сам чувствовал к парню? Он не знал. Арсений просто уже не мог представить, как не встретиться с ним взглядом или просто не пройти мимо. Если он сам не был влюблен, то точно симпатизировал. Ну что же. Если Антон так о нем отзывается. Сколько раз он слышал это «ненавижу» или «не нужен, не нравишься», то только сейчас принял все всерьёз. — Ну… Мы можем хотя бы попробовать сблизиться? — кто бы мог поверить, что когда-нибудь Попов и Шастун будут сидеть рядом, не желая убить друг друга. Кто бы мог когда-нибудь подумать, что Попов будет просить у Антона сближения. — Сблизиться?.. — студент Гриффиндора решал в уме самое сложное уравнение в своей жизни, заедая стресс маковой булочкой. — Арс, я не уверен. Ты меня раздражаешь: это правда. Я не гей, хоть и не гомофоб: это тоже правда. Я не чистокровный, и это тоже правда. И вот не задача! Как сложить все условия, с учётом того, что тебе нельзя связываться с полукровками, а у меня к тебе даже нет симпатии? Антон морально не был готов к тому, что однажды придётся полюбить парня. Да и как можно полюбить того, кто четыре года как язва в желудке постоянно норовит испортить самый хороший день своим присутствием? Хорошо, помиримся. А дальше что? Магию не обманешь. «У тебя и меня из общих интересов только квиддич».  — Арсений, — тяжело выдохнул Антон, смотря в глаза задумчивого парня, — я очень хочу жить, и не хочу умирать в 17. Но я не смогу тебя полюбить, уж прости, я по девочкам. А если полюбишь меня ты, то тебя выгонят из дома. Если ты согласен с тем, что «Дано», то давай попробуем решить эту задачу и выжить. Попробуем. — Боже, Шастун, к чему столько пафоса? Я тебя раздражаю — это исправимо. Ты не гей — тем более исправимо. А я, пусть и чистокровный, но меня ни в коем случае не заставят жениться на какой-нибудь девушке по расчету. У нашей семьи другие взгляды. Не говори того, о чем не знаешь. Арсений не знал, что чувствует. Он был зол и расстроен одновременно. Ну как можно быть таким тупым? — Но если ты предпочтешь умереть, общению со мной — так и быть, я тебя оставлю. Попов встал, отлевитировав книги обратно на свои места, собрал свои вещи и молча вышел из библиотеки. Куда идти? Без понятия. Сука, ну неужели Попов его настолько раздражает, что тот предпочтет умереть? Арсений задумался, случайно посылая ему мысль, хоть и не собирался. «Ничего, блять, я покажу, каким я могу быть». Антон сощурил глаза провожая взглядом парня. «Мерлин его дери. Мою ориентацию он исправить решил, серьёзно? Чёрта с два». Он забрал пустую тарелку-непроливайку, закинув её в рюкзак и направился на следующий урок по зельеварению, на котором Арсений всегда перекладывал все скляночки в свой порядок. Но на уроке того не было, а долетающие мысли никак не обозначали его местонахождения. После уроков Шастун направился в зал совещаний, где уже собрались активисты Гриффиндора. Дима не пришёл, и Антон кивнул своей мысли о том, что друг находился с хвостатым Сергеем. Сегодня была постановка танца для старичков. «О, Мерлин, я же совсем не гибкий, какие танцы? С поддержками? Твою мать, я же уроню эту жирную страшную третьекурсницу… Убери свои руки от меня, фу нахер. Арс в три раза стройнее тебя, лучше бы его подкинул». Антон осёкся, стараясь больше не формулировать возникающие мысли в предложения. Арсений сидел в своей комнате, намереваясь не выходить оттуда, пока не придумает план, что ему делать. Сука, ещё и Матвиенко куда-то испарился. Вот когда нужен, блять, где он?! То, что Арсений что-то чувствовал к Антону было уже и так понятно, Арс даже принял это для себя, но вот Антон… Упертая шпала. Арс абстрагировался от мыслей, но краем сознания поймал одну и усмехнулся. «Тош, не думай обо мне так часто, хоть и приятно, но отвлекает» Услышав мысль парня, Антон покраснел. Девушка, на самом деле, являющаяся вполне красивой и вовсе не пухлой, как решил парень, восприняла это как сигнал к действию и обворожительно улыбнулась. «Не клей меня, чучело», Шастун попытался абстрагироваться, но перед глазами всплыл образ улыбающегося Арсения. «Пошёл вон из моей головы, это не смешно». Антон положил руки на партнёршу, отмечая неожиданно худенькую талию под тонной одежды и удивлённо смотря ей в глаза. «Зачем ты прячешь свою фигуру под тканью? Я бы с удовольствием посмотрел…» «Шастун, прекрати! Хочешь сдохнуть быстрее? Угомони свой пыл и держи его в трусах». Арсений заметил, что его это цепляет. Насколько он был уверен, что Шастун не самоубийца, настолько же сильно он сейчас в этом сомневался. А уж мысль о том, что он будет смотреть на чье-то там… «Я тоже могу сейчас пойти и трахаться с кем-то, только вот в отличие от некоторых, я сейчас сижу и изучаю книги! Сука». Попов отшвырнул эту самую книгу в дверь, чуть не попадая в Сергея, который заходил в комнату. «Это твои проблемы, Арсений. У меня, может быть, последний секс в жизни намечается. Потерпишь. И, так и быть, не буду мешать, если ты тоже захочешь перепихнуться перед смертью». Антон наслаждался танцем с девушкой. Выводя партнёршу в несложную поддержку, Шастун замер, ошарашенно смотря на своё запястье. «Блять! Блять, Арс, у меня на руке какая-то херня появилась. Это… цветок?» Парень извинился перед ничего не понимающей девушкой и отошёл в сторону, задирая рукава мантии. «Чёрт, ещё два. Нет, три… Цветок хиганбана, кажется. Что за херня? Это из-за заклинания? Твою мать, это четыре хиганбаны! Три белых и одна только что стала красной. Арс, что ты знаешь об этом?» Антон побледнел от страха, осматривая цветы на руке. Арсений нахмурившись, слушал чужие мысли, мягко заткнул парня, что только что зашёл в комнату и призвал книгу, посмотрел на предплечье, где начали вырисовываться цветы, но они не краснели, все были призрачно белыми, будто контур. «Тихо, успокойся, у меня тоже цветы… Белые. Прозрачные почти». Попов судорожно листал книгу, стараясь не думать, была это забота о себе, или же об Антоне. «Слушай внимательно. Хагинбаны образуются на теле у не влюбленных друг в друга магов, попавших под заклинание. Отдавая часть своей души другому, цветок мага краснеет, показывая количество частичек, что он может отдать не своему избраннику, как только все частицы души отданы, начинается взаимодействие с душой, что спрятана в душе избранного, вырывая вместе со своей ещё и чужую. Обесцвечивание цветка означает улучшение чувств и отношений со своей парой» Арсений устало уронил голову на стол. «Тох, прекращай смотреть на баб. Покраснеют 4 цветка — умрёшь и меня за собой утянешь». Антон отчаянно взвыл, хватаясь за голову. Просто наилучшее продолжение истории. Спасибо, Стас, ты убил двух своих студентов. «Не указывай мне, что делать, Арс. Уж прости, такая у меня натура — смотреть на девушек!» — Студент Гриффиндора был вне себя от бешенства. — «У тебя сегодня ночью тоже покраснеет цветок, а может, и два. Как же звезда Слизерина не отправится в похождения?» Антон не знал, как остановиться, срывая злость на парне, который даже не был виноват в произошедшем. Если не считать изначально устроенной драки. «Что нужно сделать, чтобы они просто исчезли?» — Шаст устало плюхнулся на диванчик в зале совещаний, дав понять недовольной партнёрше, что не настроен на продолжение репетиции. «Угомонись блять, ищу я, тут все дохуя непонятно написано. Я не самоубийца, чтоб трахаться в такой ситуации». Попов все отмахивался от Сергея, который так и норовил узнать, что происходит и когда Попов успел сделать татуировку, чем только усложнил ситуацию. — Серый, я потом расскажу, пожалуйста блять иди к Позову. Оставшись в комнате один, Арсений наконец-то нашел нужную запись. «Цветы так же могут возвращаться в стандартное состояние, обрати маг внимание на партнёра, с которым соединены души, лишь полюбив его истинно, показатели исчезнут… Пиздец» «Не верю, что там реально так написано! Кто придумал эту херню?» — Антон попрощался со студентами и ушёл из просторного зала совещаний. Куда идти в такой ситуации? Может, сразу озвучить Авада Кедавра и не тянуть? Нет, жить хочется больше. Антон решительно направился в свою комнату. «Слушай сюда, Арсений. Я беру три бутылки рома и иду к тебе. Делай, блять, что хочешь, но мы будем сидеть в одной комнате до тех пор, пока не найдём общие интересы. Готовься к «я никогда не» и тому подобной чуши.» Арсений на такой выпад смог лишь улыбнуться и кивнуть, будто его видели. «А как же «я лучше умру сразу, просто смирись», Арс вспомнил, что говорил Антон в библиотеке и начал придираться. «Другу своему скажи, чтобы Серого до утра задержал, им это не сложно». «Они справятся и сами», — фыркнул Антон, — «Я намерен разрушить проклятие, но, в первую очередь, мне надо убрать красный цветок. Тебе придётся постараться. И мне тоже…» Антон постучался в пустую комнату. Сложив бутылки в рюкзак, и, оставив записку другу, направился в сторону Слизерина. «Стою у входа в ваш корпус. Куда идти?» «Прямо до портрета инквизитора, пароль «sive vita proditione» и никаких шуточек, пожалуйста. Комната старосты там же, где и у вас. Жду» Арсений кивнул. Антон был прав. Они оба в этой тонущей лодке и здесь не катит методика «каждый сам за себя». А если с учётом того, что Арс уже принял симпатию к Антону… Хотелось помочь. Было непривычно идти по зелёным коридорам, украшенным змеями. Никаких львов, никаких красно-жёлтых украшений. Студенты оборачивались на Антона. Снимать символику Гриффиндора он не намеревался, хотя понимал, что видеть человека с другим гербом в спальном корпусе было чем-то диким, но ничего, переживут. А вот Шаст мог и не пережить, поэтому плевать он хотел на их мнение. Пройдя пункт контроля, парень остановился перед комнатой Арсения. «Никогда не думал, что побываю в подобном месте. Спасибо Диману, он, как староста, попросил подселить меня в свою комнату, интересно, как тут у вас…» Антон постучался. «Точно так же как и у вас» Арсений фыркнул и открыл дверь. Комнаты старост делали одинаковыми, просто вместо красного был зелёный. — Знаешь, хватит тебя в моей голове, раз ты тут, давай нормально говорить, а то мне кажется что я уже с ума схожу. Антон усмехнулся. — Общаться с тобой мысленно проще, чем в живую. Меньше язвишь, — парень по-хозяйски прошёл в центр просторной комнаты, где лежал точно такой же ворсистый ковёр, как и у них с Димой. Он поставил рюкзак на пол и сам уселся туда же, извлекая первую бутылку рома и два фамильных бокала с шикарной росписью. Арсений хотел быть съязвить, что оказывается, у Антона тоже есть фамильные бокалы, но вовремя промолчал, садясь напротив. — Хрен с тобой, давай наливай, — Арсений фыркнул и сел в позу лотоса, ожидая бокал. — И что будем делать? — Да, есть, — Антон открыл бутылку и разлил янтарную жидкость, после чего протянул бокал парню. — Делаем так. Например, я говорю: «я никогда не трахался с парнем». И если ты это делал, то пьёшь. Правила понятны? — Понятны, я думаю, нет смысла накладывать заклинание искренности, раз мы все равно слышим мысли друг друга? Попов принял бокал, понюхав жидкость и улыбнулся. — Неплохо, неплохо — Именно. Узнаем, что у нас общего. Потом сыграем во что-нибудь ещё. Думаю, это надолго. «Потому что быстро в тебя я точно не влюблюсь». Было неловко сидеть перед человеком, для которого ты был как открытая книга. — Можно было это просто сказать, а не добавлять эпичности, — хмыкнул парень и посмотрел на Антона. — Я никогда не целовался с парнем, — Арсений даже не отрицал, что это была провокация, но и сам сделал глоток из бокала, отмечая крепость напитка. «Сучёныш», подумал Антон и отпил из бокала. — Что, даже не спросишь, как это было? Арс вздернул бровь и посмотрел на парня. — Неожиданно, но меня больше интересует с кем это было, — Арсений пытался сосредоточиться на мыслях парня, надеясь, что это не будет какой-то сопливый третьегодка. Шастун вспомнил, как в прошлом году они всей компанией играли в бутылочку на очередной пьянке в тайной комнате. Ровно с той ночи он оценил все её преимущества, потому что именно там он получил свой первый минет в жизни… Но поцелуй с парнем случился именно в процессе игры. — Это был Паша с пятого курса — Ну пиздец, — Попов усмехнулся, отпивая, скорее для своего удовольствия. «Не зря меня этот Паша бесил». — Давай, твоя очередь, — Арсений думал что могут спросить такого, что может заставить его смутиться, наверное, ничего. — Я никогда не нарушал правила Хогвартса, кроме тех, что связаны с алкоголем. Арсений даже закатил глаза от простоты вопроса, смотря на Антона взглядом «ты серьезно?» и сделал пару глотков. Ну разумеется, он пробирался на поле без разрешения, он бродил ночью по коридорам, он вообще много чего нарушал. — Ладно-ладно. Предлагаю сыграть в немного иную игру — «Да, я делал, и мне не стыдно». Как тебе? Правила те же, но пьёшь, если ты этого не делал. Думаю, так наш разговор пойдёт быстрее. «И чем ему Паша не угодил?..» — Почему бы и нет, — Арс пожал плечами и улыбнулся Антону. Нет, всё-таки он красивый, пусть и не признает это как комплимент от Арса. — Я ходил в маггловский кинотеатр, мне даже понравилось, — Арсений улыбался, пытаясь найти хоть какие-то точки соприкосновения с Антоном. — Я тоже, — парень даже улыбнулся, проигнорировав комплимент. — Часто хожу, на самом деле. Люблю фантастику и фильмы по комиксам. А ты? — Обожаю фильмы по комиксам и даже смотрю их здесь, когда выходят новые. Арс закусил губу, понимая, что хоть что-то общее у них есть. — Твоя очередь. — Я летал ночью на метле вокруг Хогвартса и не попался. Здесь красивые рассветы. Арсений сделал выражение лицо из разряда «нот бэд» и отпил, доливая себе в бокал ещё алкоголя, потому что закончился. — Я летал ночью, но рассветы никогда не встречал. О, я знаю! Я один раз отдал все свои немалые, между прочим, сбережения в приют для драконов, — Арсений рассмеялся, вспоминая взгляд владельца, когда маленький мальчик принес ему месячный доход. Антон вскинул брови и рассмеялся. — А по тебе и не скажешь, что ты можешь быть душкой. — Шаст отпил из стакана. — Однажды я завёл феникса, но пришлось отдать его под присмотр в приют, потому что он сжёг мамино любимое дерево, когда перерождался. Арс рассмеялся. — Боже, Антон, так ты у нас с детства был по огненным животным? — Арс опустил глаза, улыбаясь, думая, что Антон нравится ему все больше. — Я чуть не попал в Гриффиндор на первом курсе, но шляпа передумала. Антон искренне удивился и допил последним глотком напиток. — Почему передумала? Что она сказала? Арсений потянулся, доливая Антону напиток, смотря на него. — Что я сам не знаю, кем я хочу быть, но в слизерине я смогу понять, а в Гриффиндоре найти то, чего хочу. Потом резко сказала Слизерин и все. Арсений был удивительным, и это заметила даже шляпа. Наверное, будь слизеринец менее вредным, они могли бы подружиться ещё на первом курсе. — Желаю тебе найти то, что ищешь, Арсений. — Антон отпил из стакана, наслаждаясь вкусом любимого напитка. — Я не живу с родителями после инцидента с Фениксом, потому что мать не маг и даже не знает, что отец чистокровный волшебник. Арсений удивился широко раскрыл глаза, смотрел на Антона, отпил ещё алкоголя. — Как? То есть, как можно так долго это скрывать и зачем? Неужели нет доверия? Арсений действительно такое не понимал, но алкоголь сделал свое дело и он подсел чуть ближе к парню. Антон отпил ещё и улыбнулся. — Когда они познакомились, мама оказалась из тех, кто знает о мире магов, но была против. Папа влюбился, поэтому не стал говорить ей. Он ушёл из канцелярии и поселился с ней. А потом, как только мне пришло письмо, он сразу же отправил меня в Хогвартс. Так что мама думает до сих пор, что меня за сожжённое дерево отец отправил в интернат. — Антон рассмеялся. — Всё нормально, Арс. У меня всегда рядом был Дима, он мне как брат. Твоя очередь. — И твоя мама нормально относится к тому… Что ты, якобы, в интернате? — Арсений не мог такое понять. Для него и для его близких семья это всегда было и будем самым важным. — Ладно… Извини, — Арс смотрел в зелёные глаза, не зная, что рассказать ещё, потому протянул руку к предплечью парня, задирая кофту, ведь мантию тот уже снял, — Не психуй, я просто посмотрю, — Арс провел кончиками пальцев по цветам, один из которых был уже не красным, а бледно розовым, не выпуская руку поднял взгляд на Антона и улыбнулся, — Помогает. Антон дёрнулся от движения парня, и немного покраснел, видя, что цветок действительно стал неярким. «Ненависть ушла вместе с цветом, видимо. А он неплохой парень…» Шаст поднял взгляд на Арса. — Давай сделаем так, чтобы он стал белым? — Абсолютно без задней мысли предложил он, будучи всё так же близко наклоненным к своему соратнику по несчастью. — Да, давай… Не хочу рисковать нами, — Арсений даже не заметил, как вылетело это «мы», но совершенно не смутило ни одного, ни другого. Арсений поймал в голове картинки их поцелуя, не понимая, чьи это были именно мысли. Нет, он не хотел пользоваться Антоном, совершенно не хотел, но атмосферу портить не хотелось ещё больше. — Поиграем ещё? — тихо проговорил, смотря в глаза. Антон чуть отстранился от проскользнувшей мысли. Нет-нет, никаких поцелуев. Не сейчас… — Да, — так же тихо ответил парень, изучая длинные ресницы и аккуратный носик Арсения, — давай продолжим… Попов улыбнулся и долил из бутылки каждому ром и протянул бокал Антону — Я никогда не думал что скажу, но кажется я люблю маггловский алкоголь, — вопреки правилам, Арсений отпил ром и посмотрел на Антона с улыбкой. Парень улыбнулся в ответ, отзеркаливая действие. — Я никогда не думал, что мы будем сидеть рядом в одной комнате и не пытаться убить друг друга. Арсений отпил, уже забывая про правила и улыбнулся. — А я, кстати, думал. Ну, по крайней мере был не против такого развития сюжета, — Попов оперся спиной на свою кровать, вытягивая ноги, положил их рядом с Антоном, все ещё находясь близко к тому. — Ты никогда не думал, что будет после школы? Поймав настроение Арсения, Шастун тоже расслабился и сел рядом с ним, отпивая ром, затем откидывая голову на кровать. — Думал. Хочу работать в министерстве волшебников и быть агентом по международным связям — ездить в другие страны, обмениваться опытом… А ты? — Ого, это круто. А я бы хотел открыть свой магазин со сладостями. Я безуууумно люблю сладкое, — улыбнулся и посмотрел на Антона, ещё выпивая немного рома. — Правда? Я тоже, — парень рассмеялся. — очень люблю мармелад и крем на тортах. А что нравится тебе? — Антон допил содержимое бокала и потянулся за второй бутылкой, отмечая, что цветок на руке побелел и уменьшился. «Интересно, что на руке Арса?» Арс тихо хмыкнул и закатил рукав, смотря на Антона. «Я же слышу, забыл?» Арс протянул руку Антону, показывая лишь бледные контуры цветов. — Ничего нового… Даже контур немного побледнел, неужели, ты начал ко мне лучше относиться? Попов улыбаясь смотрел на Антона, переводя взгляд на его руку. Антон показал Арсению свои белые цветы, прикрываемые множеством браслетов. — Наверное… Арс, — парень поднял слегка пьяный взгляд зелёных глаз на студента Слизерина. — Твои почти исчезли. Я так сильно тебе нравлюсь? — Я не думаю, что есть смысл это спрашивать, и так понятно, — Арсений лишь усмехнулся, смотря на цветы Антона, потянул к ним руку, но замер, в нескольких сантиметрах, — Можно? Антон мысленно согласился и преодолел оставшееся расстояние, будучи заинтересованным в действиях Арса. Арс коснулся пальцами нежной кожи парня, обводя контуры цветов, замечая, что действительно выглядит красиво, если бы не было слишком убийственно. — Я думаю, тебе бы пошла татуировка, — Попов поднял взгляд, смотря на Антона. — Спасибо. Я собираюсь набить после выпуска, — парень улыбнулся ему в ответ. «У него очень красивые руки, такие можно целовать бесконечно», — Шаст смущённо рассмеялся и отпустил руку Арса. — Ты это, конечно же слышал, да? У тебя правда элегантные руки. Даже у девушек подобных не видел. Уши Антона слегка покраснели. Не хватало ещё окончательно склеить Арсения, чтобы этот день закончился стал самым эпичным днём в жизни Шаста. — Спасибо, мне очень приятно, что ты так думаешь, — прошептал Арсений, смотря на Антона, но затем смущенно отвел глаза. Арсений Попов смущается — отметьте этот день красным в календаре и отмечайте каждый год. — Смотри, Тош, заставишь меня влюбиться в себя и все… Не умрем, конечно, но я от тебя точно не отстану, — Попов перевел взгляд на Шастуна, смотря прямо ему в глаза. Говорить было сложно. «Мне очень нравятся твои глаза. Словно листва ранней весной» Антон почувствовал разливающееся внутри груди тепло. В этом наверняка виноват алкоголь, а не голос Арсения в голове, который, казалось, просил пододвинуться ближе, взять его тонкую руку в свою и… — Где твои цветы, Арс? — Антон удивлённо посмотрел в голубые океаны. — Ты… Шутишь?.. Арс, я… — В смысле? — Попов не понимал, что имеет в виду Антон, — смотря ему в глаза, Арс чуть улыбнулся, — там же, где и твои, Тош. Попов посмотрел на предплечье парня, замечая, что его цветы почти прозрачные и их не видно невооружённым глазом. — Неужели я тебе так нравлюсь? — Арс вмиг перевел взгляд на свою руку и нахмурился, ничего не понимая, ведь контуры исчезали на глазах. Антон закусил губу, внимательно слушая мысли Арсения. От парня невозможно было отвести глаз: раскрасневшиеся то ли от алкоголя, то ли от смущения щёки пылали румянцем, а губы, казалось, блестели от оставшегося на них напитка… Поддавшись желаниям, неизвестно кому принадлежавших, Антон потянулся к Арсению, уверенно накрывая его приоткрытый рот своим. Арсений замер, не зная, что с ним происходит. Он уже умер? Это рай? Боже, почему его губы такие потрясающе сладкие. Арсений старался не отпугнуть парня, но не выдержал, прижав того к себе за талию, другой рукой поглаживая его затылок начал нежно целовать. Какой же он потрясающий. Лаская губы Антона, Попов чуть поглаживал его волосы, обведя языком контур его губ, чуть углубил поцелуй. Антона затопил поток сознания. Он подался вперёд, нависая над Арсением и отвечая на голодный поцелуй. Он аккуратно переместился и устроился на своих коленях меж ног парня, вжимая того в деревянный каркас кровати и углубляя поцелуй, окончательно похищая дыхание Арса. Шаст оторвался, делая глубокий вдох и мутными глазами смотря в почти чёрные глаза напротив. Арсений смотрел затуманенным взглядом в глаза Антона, закусив губу. — Тош, ты… Покажи мне руку. Арсений отвёл взгляд, понимая, что если не сделает это — остановиться уже не сможет. А жизнь обоих сейчас была важнее. Взяв руку Антона за запястье посмотрел на чистое предплечье, такое же, как у себя. — Либо ты в меня влюблен, либо мы сломали заклинание, — Арсений тихо рассмеялся, смотря на Шастуна. — Ты слышишь мои мысли? — Антон улыбался глазами. Влюблён? Возможно. Сломали? Вполне вероятно. Какая к чёрту разница, если сейчас они были открыты друг для друга и без какого-либо заклятия. Арс нахмурившись понял, что да, он действительно ничего не слышит. Отрицательно мотнул головой, смотря на Антона. — Нет, не слышу, а ты? — А мне уже не важно. — Антон, улыбаясь, снова поцеловал Арсения и тихонько рассмеялся. — Мне кажется, тебе тоже. Парень снова накрыл влажные губы напротив. Может, стоит поблагодарить Стаса за то, что открыл глаза Антона на его чувства? — Знаешь… Я думаю стоит поблагодарить Шеминова, — Арсений улыбаясь ответил на поцелуй, прижимая парня к себе, усадил к себе на колени, прижимая крепче. — Ты все ещё слышишь мои мысли или мы одинаково думаем? Антон немного опешил, впервые ощутив под своими ягодицами выпуклость на штанах другого парня. Он осторожно поёрзал, вспыхивая до кончиков ушей и даже не пытаясь остановить пробежавшийся табун мурашек по спине. Было слишком неловко находиться в таком положении, поэтому Шаст решил не сдавать позиций обороны. Вовлекая Арса в новый поцелуй, парень привстал, подтягивая его за собой и, когда они приподнялись достаточно, Антон толкнул слизеринца на кровать, наваливаясь на него сверху и улыбаясь во все тридцать два. Арсений рассмеялся, решая не бороться за верхнюю позицию слишком яростно, но всё-таки надо показать, что он не привык снизу. Чуть извиваясь под парнем, Арсений вовлек того в поцелуй, притянул к себе, обнимая ногами, снова опрокинул на кровать, нависая над ним. Не разрывая поцелуя, Антон положил руки на ягодицы Арса, пробуя на ощупь подкачанные мышцы и крепко сжимая их. Хотелось прижаться ближе, не оставляя между ними никакого пространства. Даже не слыша мысли парня над собой, Шастун знал, что ему хотелось того же. Арс хмыкнул, наклоняясь ближе, начиная целовать шею Антона, лаская ее языком, коленом раздвинул его ноги, ложась между них, снова возвращаясь губами на чужие губы, не мог остановиться, начиная тереться пахом о пах парня. По телу прокатила волна дрожи, и Антон глухо простонал, прогибаясь в пояснице от ощущения немаленького стояка, прижимающегося к промежности. Впервые над ним нависал парень, желающий его не убить, а… трахнуть. Пылающее лицо, казалось, стало совсем алым, и в голове Шастуна сработала предупреждающая сирена. Его реально хотят поиметь. Вот так же, как и он всех своих девушек… С плохо скрываемым отчаянием он столкнул удивлённого парня с себя. Так, Антон, без паники… Не долго думая над действиями, он наклонился над телом Арса и поцеловал выпирающий на штанах бугор. Ведь девушки делали именно так, когда желали его порадовать… Арсений сначала удивился, не понимая, что с Антоном. Если он не хочет — он не будет его торопить, но зачем же так грубо. Через несколько секунд ступора, Арсений широко раскрыл глаза, когда Шастун склонился над его пахом, чуть касаясь губами, положил руку на его затылок, поглаживая. — Тош…тебе не обязательно. Сердце Антона колотилось в ритме самбы. Не обязательно? А если…попробовать? Парень расстегнул штаны Арсения и дрожащими руками спустил его штаны вниз вместе с боксёрами. Открывшаяся картина заставила Шаста округлить глаза и ошалело посмотрел на парня. Разве в таком возрасте возможны такие размеры? Антон нервно сглотнул. Большой. Огромный. Такой… вкусный? Возможно, алкоголь всё-таки взял верх, потому что парень поддался порыву, словно забыв про страх и смущение, и широко прошёлся языком по длинному члену Арсения. Арсу не осталось ничего, кроме как расслабленно выдохнуть от контраста горячего языка на своем члене и чуть податься вперёд бедрами. — Тош, ты такой… — слов просто не осталось, но давить на Антона тоже не хотелось, не хотелось спугнуть парня и тем более напугать своей решительностью. Арсений смотрел на парня, закусив губу, ожидая его действий. Совершенно не хотелось останавливаться. Пройдя всю длину порхающими поцелуями, Шаст влажно чмокнул розовую головку. Он уже говорил, что любит сладости? Взяв горячий член в руку, парень, прикрыв глаза, самозабвенно несколько раз облизал свой новый леденец. Арс не мог оторвать взгляд от этой пошлой картины. Антон выглядел… Потрясающе. Если вспомнить ту выдуманную им на лекции картинку, она не шла ни в какое сравнение в тем, что видел парень сейчас. Антон прикрыв глаза жадно ласкал языком его член так, будто сам наслаждался. Попов не выдержал, тихо застонав. Шастун с громким хлюпом оторвался от своего занятия и поднял плывущий взгляд на парня. Тот запрокинул голову, оголяя бледную длинную шею для поцелуев, но Антон только и смог дотянуться рукой и нежно провести по ней рукой. Арсений был будто нереальным. Волшебным… Блондин спустился с кровати, вновь возвращаясь к пульсирующему члену. Стоять на коленях перед парнем не было неловко. Антон не думал о том, что выглядел пошло. Его волновало только то, как ещё мягче облизать сочащийся член, завоевав очередной стон Арсения. Он говорил, что стонет редко? Это можно было проверить. Антон вытянул язычок, проходясь по пульсирующему члену и захватывая его губами, затем насаживаясь на него головой и погружая твёрдый аппарат внутрь своего влажного и горячего рта. Арс слегка сжал волосы парня у того на затылке, толкаясь пахом вверх. Нет, ещё немного и он не выдержит. Аккуратно отстранив от себя Антона, Арс притянул того к себе, опрокинув на кровать, навис над ним, целуя в губы, проходясь по ним язычком, опускался нежными прикосновениями губ ниже, задевая соски, живот и начал расстёгивать штаны, что получалось откровенно плохо дрожащими руками. Закусив губу, наконец-то стянул их, откидывая сразу вместе с трусами, провел пальцами по члену, смотря на реакцию Шастуна. Антон с протяжным стоном выгнулся, закидывая руки вверх и сжимая простыни над головой. Он никогда не замечал, что его так сильно вело от полбутылки любимого напитка, но сейчас… Возможно, это остаточное действие заклинания, а возможно… — Арс… Арсений слегка развел ноги парня, поглаживая того по внутренней стороне бедра, едва касаясь кожи пальцами. Насаживаясь ртом на член Антона, начал поглаживать его бедра, переходя на промежность, слегка поглаживая пальцами дырочку. Антон снова прогнулся, зажмуриваясь. Сотни раз девушки дарили ему интимные ласки, но то, что мог делать Арсений отличалось от любого нескромного девчачьего ротика. Почувствовав неожиданное прикосновение, парень замер, не дыша от непривычных ощущений. Арс поднял взгляд на Антона, продолжая двигаться горячим ртом на члене, лаская языком головку, смотрел на реакцию того, начал кружить вокруг входа, чуть надавливая. Антон закусил губу, прикрытые веки подрагивали от нежных ласк, которые доставлял ему Арсений своими губами и пальцами. — Арс, — Антон томно позвал парня, чуть приподнимая голову и ловя возбуждённый взгляд голубых глаз. — Я хочу тебя. Шастун облизал пересохшие от честного признания губы. Он не знал, чего просил. Он просто хотел быть ещё ближе к телу и сознанию Арсения, который там мастерски управлялся с его желаниями. Арс кивнул и невербально наколдовал заклинание смазки, прочитанное в одном очень интересном журнале. Аккуратно вставляя один палец в Антона, тихо простонал, пуская по члену вибрацию и начал двигать пальцем внутри, добавляя второй. Антон выгнулся, широко распахнув глаза и задыхаясь из-за исчезнувшего воздуха. Чувствовать умелые пальцы в себе было невообразимо… приятно. Антон обязательно покажет Арсению, на что способны его длинные пальчики… но не сейчас. Арсений начал вставлять второй палец, аккуратно растягивая узкое девственное отверстие. Расставил пальцы внутри, нащупывая простату, начал массировать ее. Антон не знал, куда деть себя. Он поджимал пальцы ног, закрывал лицо руками, затем снова заводя их над головой и сжимая простыни. Цунами ощущений накрывало его с головой. Арсения буквально накрывала волна возбуждения, а реакция парня была потрясающая, что только сильнее заводило. Арсений начал трахать пальцами Антона, чуть ускоряясь, стараясь отвлекать от неприятных ощущений, лаская его член. Антон изнывал от пальцев внутри и проворного язычка на своём члене. — О, Мерлин… Арс… Давай уже. — Уверен? — прошептал, выпуская член изо рта, вынул пальцы, смотря на растянутое отверстие, закусив губу. — Да… — на выдохе прошептал Антон, предвкушая дальнейшие действия парня. Нависая сверху, начал целовать в губы, отвлекая Антона, слегка смазал член, приставив к растянутой дырочке, чуть прикусив губу, толкнулся внутрь, входя плавно и медленно. Парень вцепился в плечи Арсения, глуша свой собственный стон поцелуем. Все мысли исчезли. Хотелось только почувствовать, наконец, всё целиком… Арс рыкнул, кусая губы, замер, стараясь не двигаться, давая Антону привыкнуть, чтобы не делать слишком больно. — Скажешь когда. — Сейчас! — простонал Антон, нетерпеливо насаживаясь. Арс кивнул, начиная медленно двигаться в узком теле парня, переходя поцелуями на его шею. Крепко обняв, Антон подставлялся под все поцелуи, желая получишь больше и… — Глубже… Попов рыкнул, входя полностью, растягивая дырочку парня, что так плотно его обхватывала. Какой же он потрясающий, горячий желанный. Антон обхватил Арса ногами, плотнее прижимаясь к нему бёдрами, желая получить ещё больше внутрь. Арс начал ускорять темп, наконец-то срываясь, чуть приподнимая бедра, сжал ягодицы Антона. Антон потерял чувство пространства и времени, полностью отдаваясь ощущениям. Скольжение твёрдых чувствительных сосков по груди Арса заставляло извиваться в беззвучном желании прикоснуться снова. Губы, скользившие по лицу и шее сводили с ума, заставляя тянуться к ним, словно моля о глотке воды. Было жарко и влажно. Антон чувствовал, как стекает смазка смешиваясь с потом и хлюпая под каждым шлепке одних бёдер о другие. Арсений не щадил его, втрахивая в кровать так, будто он был шлюхой на продаже, а это был вовсе не его первый раз. Но Антону было плевать. Всё, чего ему хотелось — это рука парня на его собственном члене, властно и нежно двигающуюся в такт… Арсений чувствовал, как Антон отдавался ощущениям, как будто он уже давно практиковал такое. У парня даже проскользнула мысль, что Антон уже был с парнем, но узость тела и его поведение говорили об обратном. Арс целовал все его тело, осыпая поцелуями, опаляя горячим дыханием кожу. Антон был чувственный, нежный и потрясающий. Так хотелось больше. Ускоряя темп, продолжал двигать рукой на члене в такт толчкам. Антон раз за разом находил губы парня, не желая отпускать их. Арс сменил угол проникновения, и Антон зашёлся в протяжном пошлом стоне, кончая в руку парню. Перед глазами плясали фейерверки, будто после первого в жизни секса. Антон, казалось, свихнулся и увидел звёзды. Попов не выдержал, Антон так сжимался вокруг его члена, а его стоны можно сравнить с произведением искусства. Кончая следом внутрь парня, целуя его губы. Это было настолько прекрасно и горячо, что хотелось ещё и ещё. Грудь блондина вздымалась глубоко и часто. Сам же Антон снова притянул к себе Арсения и устало поцеловал его губы. — Сегодня ты читал мои мысли, а теперь ещё и трахнул меня. Теперь ты обязан на мне жениться. Антон широко улыбнулся, не отпуская парня и держа руки на его шее. О том, что его только что лишили анальной девственности, он подумает позже, а сейчас хотелось прижиматься к Арсу и целовать его до бесконечности. — Хорошо, — Попов даже не стал спорить, прижимаясь крепко к Антону, целуя все его тело. Выходя из парня, лег рядом и обнял, поглаживая по груди. Он был у Антона первый. Пусть не совсем, но первый. Шаст рассмеялся, толкая Арса в бок. — Дурак… Шеминов, конечно, бездарь, но сейчас я даже готов сказать ему спасибо. — Я тоже думал об этом. Спасибо Шеминов, — Арс рассмеялся, целуя Антона в щеку, поглаживая того по груди, — Будешь со мной встречаться? Парень вздёрнул брови и приоткрыл рот, на секунду замирая от удивления. — Только если я в следующий раз сверху, — он рассмеялся — Как и обещал, покажу тебе, куда могут дотянуться мои пальчики. — Даже не буду спорить. С тобой я готов на все. Просто будь со мной. Я не знал, что так быстро можно влюбиться, — закусил губу, прижимаясь крепко, навис сверху. — Это значит да? Антон широко улыбнулся, перекатившись вместе с Арсом и нависая над ним, но тут же корчась от боли и падая на парня сверху и закатываясь смехом. — Жесть, как же больно, — лёжа на груди Арса, он сложил руки и опустил на них подбородок, — это значит, что заклинание сработало, и мы с тобой будем вместе до конца жизни.