Розовое вино

      В тот день мне пришлось пойти на работу в чёрном платье с высоким горлом, потому что... все мои плечи были в красных пятнах. Коллеги явно не поняли бы, откуда у меня эти следы, ведь теперь я разведена и уже давно хожу без золотого кольца на правом безымянном пальце. Никто не знал, что у меня кто-то намечался уже как пол года, поэтому ни один (кроме слишком любопытной и хорошо разбирающейся в людях сестры) и близко не догадывался об истинной причине разрыва долгих отношений с супругом. Но теперь у меня есть та, которую я действительно люблю, о которой хочу заботиться, с которой мечтаю быть счастливой - у меня есть Анастейша.       Она и ее подруга Элиза понравились мне буквально с самого начала. Весёлые, забавные, красивые девчонки... Я чувствовала, что влюбляюсь в подростков, это было так странно. Одновременно я начала остывать к мужу; да, он хороший человек, но что я сделаю, если ну не тянутся к нему руки? Дарани почти сразу догадалась обо всем, потому что она не раз видела, как я краснею и смущённо улыбаюсь во время разговора с Аной и Элизой (не зря же она 4 года училась на психолога!). Однажды (это было примерно после того, как девчонки заставили меня играть в Мафию), когда муж уехал в командировку, она просто пришла ко мне, усадила на ковёр, села напротив, взяла мои руки и, настойчиво смотря в глаза, сказала своим грубым, пронизывающим до мозга костей голосом: «А теперь расскажи всю правду». Мне стало так страшно из-за своих новых чувств, так неловко... но я взяла себя в руки и потихоньку, запинаясь и избегая сверлящего взгляда Дарани, поведала ей все, что происходило в моей душе. Я думала, что сестра откажется от меня, но она, засияв и искренне улыбнувшись прокуренными зубами, крепко обняла меня и долго не выпускала. Мы даже немного поплакали... от радости. Вечером мы кушали мороженое, смотрели мелодраму, а всю ночь напролет лежали и болтали об этих... манящих девочках. Затем произошла та роковая встреча в «Монастырской избе». Элизы почему-то не было. Кто знает, с кем бы я сейчас делила ложе, если б девочка была в том заведении? Но Элиза не пришла; значит, так угодно судьбе, и я ни о чем не жалею. В тот вечер я страшно перебрала, но, думаю, именно это помогло мне набраться смелости и сил, чтобы всю ночь и следующее утро не прекращать любить Ану. Я вообще ее никогда не перестану любить, она моя, а я ее...       В этих размышлениях я просидела 4 урока. Я просто не могла думать ни о чем другом. И вот наконец раздался звонок на перемену. Я прогнала пятиклашек и стала нетерпеливо ждать Анастейшу, уставившись на закрытую дверь. Спустя минут пять она, пока я нервно теребила и без того потрепанные за последний день губы, с грохотом распахнусь. На пороге стояла Ана, приоткрытыв свои большие манящие губы и скромно скрестив снизу руки. Девочка плотно закрыла за собой дверь и застыла в ожидании. Так прошло пару секунд... Затем мы, одновременно сорвавшись с места и хищно глядя друг на друга, воссоединились... Мы страстно обнялись, громко дыша и соприкасаясь лбами.       Оставалось всего минут 15 до конца перемены, но нас было не остановить; тем более 5-ого урока у меня не было (поставили окно), поэтому бояться неожиданных гостей было ни к чему.       Какое-то время мы просто смотрели друг другу в глаза. Глаза Аны... - волшебные карие создания, в которых не сложно утонуть. Тут девочка приблизила свой носик к моему, ее дыхание сбивалось... Мы явно соскучились и обезумели друг без друга, потому что в один миг (я даже не успела опомниться) я, покрываемая горячими поцелуями, оказалась посажена на парту. Мое платье стали задирать чьи-то ловкие пальчики. «Ох», - все, что я смогла выдавить в тот момент, когда те же неугомонные пальцы начали водить вдоль моего сокровенного места. «Ана», - пересохшими губами шевелила я, пока внезапно их не увлажнили большие ненасытные губы моей новой «подруги». Казалось, я потеряю сейчас сознание. Мои трусики кто-то беспощадно порвал и... Я только успела вцепиться одной рукой в волосы девочки, а другую засунуть между зубов, чтобы вся школа не слышала мои громкие стоны... Язык Аны, ещё недавно дико проникавший в мой рот, теперь нежно облизывал мою сгорающую от нетерпения маленькую богиню. «Ммм», - тихо стонала я, полуприкрыв-полузакатив глаза. Девочка жадно целовала самое чувствительное место на моем теле. Колени дрожали... С губ слетали тихие стоны... Громкое неровное дыхание разносилось по всему кабинету... Ее язык творил со мной что-то невероятное, мурашки давно перестали быть новостью... Вдруг Ана втолкнула жилистый язык в меня и начала грубо водить им, прикусывая кожу вокруг. «Аааааа», - резко изогнув спину и исказив от нереального блаженства лицо, вскрикнула я, когда почувствовала сильную пульсацию, а затем тёплую волну, плавно разлившуюся по дрожащему и доведённому до предела телу. Я сидела без чувств... от эпицентра возгорания до пальчиков ног меня сводили приятные судороги.       Ухмыльнувшись и обтирая губы, Ана встала с колен, поправила мое помятое платье и запустила несносный язык с моим привкусом в онемевший рот. Отстранившись от моих влажных губ и громко дыша над ухом, Ана нежно шепнула: «Я тебя люблю...», от чего новая волна мурашек поразила мою кожу. Это было слишком мило. Я не могла говорить, ибо до сих пор не отошла от... ну, сами понимаете чего. Я лишь нежно обхватила покрасневшее лицо Анастейши, поправила выбившиеся из прически пряди и крепко обняла любимую.       Вдруг в кабинет кто-то стал громко стучать. Меня как огрело. Затуманенная голова наконец начала приходить в себя. Я, быстро поправив платье и непослушные кудри, слезла с парты и немного отодвинулась от Аны. В ту же секунду незапертую, но довольно плотно закрытую Анастейшей дверь, с грохотом открыла... Дарани. В ее глазах была глубокая печаль, но застав нас с девочкой, сестра грустно улыбнулась. -Эм.. ты занята? - косясь на Ану, спросила Дарани. -Нет, ... нет, - запинаясь и жутко краснея, ответила я и прибавила, быстро маша первой попавшейся под руку тетрадкой от жары и для того чтобы хоть немного сбить краску с лица, - значит, пассивный залог повторим в следующий раз?       Мне было почему-то так стыдно за то, что нас застала сестра, как глупых и влюблённых подростков, но одновременно я испытывала невероятное чувство гордости за свою... девушку. Мои глаза будто говорили: «Вот смотри, мы наконец вместе, я люблю ее, а она меня, нам неважно, что подумают окружающие; нам хорошо вместе, и никто мне больше не нужен, ну кроме тебя, моя любимая сестричка».       Только сейчас я заметила, как Ана, качнув вниз головой на вопрос о залоге, краснея и виновато улыбаясь, робко пятилась к двери. -До свидания, Марта... -Пока...       Как только Ана ушла, я подошла к Дарани и, о боже, ее глаза были наполнены слезами. Такой реакции я никак не ожидала. -Что с тобой, дорогая? - обминая лицо сестры тёплыми руками, с ужасом спросила я. -Да так ничего, просто, - тут Дарани поднесла дрожащую руку ко рту, и с ее прекрасных серо-зелёных глаз скатились слезы, - просто... меня кинули... -К..ак, ктоо? - недоуменно спросила я, - скажи кто он, и я набью ему лицо, я люблю тебя и никому не дам в обиду!       Я крепко обняла расплакавшуюся девушку и прижала к своей груди. Мне было так жаль ее. Настроение резко поменялось. Теперь я страдала вместе с Дарани. -Этот кто-то - Полли из класса Элизы и Аны, - со злостью и обидой в голосе сквозь слезы произнесла Дарани, - помнишь, мы познакомились в «Монастырской избе»? Так вот я ненавижу ее...       Я вообще плохо помнила тот день (купание голышом в проруби и ночь с Анастейшей, конечно, никогда не забуду), но теперь стала смутно припоминать эту Полли. «Точно! Вместо Элизы была она», - думала я. У них разве что-то было? Не припоминаю, чтобы Дарани рассказывала о ней. Я вопросительно посмотрела на подавленную девушку. -Понимаешь, я была слишком пьяна... в общем мы пошли ко мне домой и.., - со злобой стиснув зубы и оголив скулы, продолжала сестра, - занялись любовью... -А дальше? - ласково спрашивала я, нежно гладя Дарани по голове. -А утром я проснулась одна... на тумбочке лежала записка: «Прости, я была глупа, я не могу быть с тобой, я уже состою в отношениях, я не люблю тебя. Полли»... - снова слезы покатились из глаз Дарани, - весь мир перевернулся тогда для меня... -Я люблю тебя, и это самое главное, - целуя заплаканные щеки сестры, шептала я, - наплевать на неё, она не достойна тебя.       Дарани, опустив голову и снова разразившись слезами, уткнулась мне в грудь. Я нежно обняла сестренку и гладила ее надрывающуюся от всхлипов спину. -Ну все, все хватит, посмотри на меня, - приподнимая за подбородок разбитую Дарани, сказала я, - ты сильная, красивая девушка и все у тебя впереди. Кстати, присмотрись к Элизе... она хорошая девчонка, - улыбаясь заявила я. -Ахах, - сияя заплаканными глаза, засмеялась Дарани, - да, я знаю... Помнишь я тебе рассказывала о нашем разговоре у меня в кабинете? Так вот, она мне понравилась... Ох ладно, пойду я, спасибо тебе, любимая сестричка, - искренне улыбаясь и держа меня за руку, благодарила Дарани. -Обращайся к своему личному психологу, - улыбаясь, говорила я, - а про Элизу я серьезно!       Молча улыбаясь, Дарани вышла из моего кабинета. «Ох.. а что, если она реально была бы вместе с Элизой? А я осталась с Аной? Это же идеально!», - мечтательно глядя в окно, надеялась я...