Очарованное сердце

      Юнги бросил телефон в стену. Тот с грохотoм разбился и стукнулся о пол.       -Чимин, блять!-Заорал он на все общежитие. Чимин сразу вбежал в комнату.-Ты блять это сделал, уебок?!       -О чем ты, Юн?       -Какой я тебе Юн? Ты слил инфу о Юне прессе,-это не было вопросом. Юнги знал это, ведь парень уже угрожал этим раньше, но Юнги не принял условия парня.-Говнюк ебанутый, нахуя ты это сделал,-он орал на зашуганного Чимина, затем подошел и кулаком врезал ему в челюсть.       -Не делал я этого, Юнги! Юнги, остановись!-Чимин кричал от боли. По лицу стекала кровь, оно превратилось в сплошную боль.       В комнату вбежали другие парни, они пытались удержать Юнги, но тот вырывался и наносил очередные удары по лицу Чимина.       Спустя какое-то время, минуты две спустя или спустя бесконечность, Юнги вышел из дома. Он завел машину и поехал в агентство. Было слишком безрассудно садиться за руль в таком состоянии, но его это не тревожило. Он проезжал на красные, явно превышая скорость, пару раз чуть не сбил человека. Когда он приехал, он первым делом огромными шагами направился в танцевальный класс. Девушки испугались поведения парня, ведь все, что он сделал, это чуть ли не подбежал к Юне и обнял ее за шею.       -Юнги, что случилось?-Девушка не отстранилась, но и не ответила на объятия.       -Юна, прости, это все из-за меня...-голос парня срывался.-Прости меня...       Он продолжал извиняться, пока девушка гладила его по спине. Она переживала за парня. Ей было все равно, почему он извиняется, ей лишь хотелось, чтобы он успокоился.       Внезапно Юнги выпрямился. Его лицо было искажено болью, парень взял Юну за кисть и увел из комнаты. Как поняла девушка, они направились в сторону кабинета директора. Там его не оказалось, но Юнги знал, где он бывает в такого рода ситуациях.       Они оказались в огромной комнате с кучей компьютеров и работников. В ней царил хаос. Директор нервно перемещался от работника к работнику, заглядывая к ним в мониторы и говоря при этом по телефону. Другие работники бегали по всему залу с какими-то бумагами.       -В чем дело?-Раздался обеспокоенный голос Юны. Директор обернулся. Он был напуган. Как сказать ей, что из-за того, что она его дочь, она не сможет дебютировать?       -Юна, я все объясню,-Шихек как будто оправдывался.       -Да, только успокойтесь сначала, директор,-Юна единственная, кто сохраняла спокойствие.       Директор, его дочь и ее парень сидели в кабинете. Все выглядели взволнованно, но Юна смотрела на отца уверенно.       -Распространились слухи о том, что ты моя дочь,-в голове у Юны небеса разошлись.       -Боже,-выдохнула она.       -Вы сможете это уладить? Надо что-то с этим сделать, чтобы слухи не распространились!-Юнги уже давно потерял самообладание.       -Даже если мы что-либо сделаем, рейтинги альбома упали,-Юнги закрыл глаза, прекратив дышать. Шихек прав, репутацию уже не вернуть.-Нужно найти, кто выдал информацию. Он получит по заслугам,-Юнги обомлел. Он был полностью уверен в том, что это сделал Чимин, разумеется, он был очень зол, но он не мог поступить также, как это сделал Чимин. Он не мог разрушить его карьеру. Его паническое размышление прервала Юна, заставив парня с облегчением выдохнуть.       -Не важно, кто рассказал об этом, во всей этой ситуации не виноват никто. Нам нужно подумать над тем, что делать дальше, а не оглядываться назад и думать, кто виноват. Наказание не поможет нашему альбому продаваться лучше,-непонятно, как, но Юна оставалась единственным рационально мыслящим в кабинете человеком.       Разговор продлился еще минут 15, но из-за панического состояния директора ни к чему разумному этот он в итоге не привел, и решение не было найдено.       Юнги и Юна решили пройтись до общежития пешком. Парень хотел рассказать девушке о том, что уверен в виновности Чимина. Они шли неспешно, разумеется, натянув капюшоны, маски и солнечные очки.       -Я думаю, нужно рассказать тебе о том, кто сообщил информацию прессе,-парень говорил тихо, потому что не знал, как подступиться.-Это Чимин.       -Это не он,-сразу же без сомнений перебила его девушка.       -Нет, это точно он. Он угрожал мне недели три назад, что расскажет всем о тебе, если мы продолжим встречаться, потому что это угрожает нашей группе.       -Это не он сделал. Он не стал бы это делать, Чимин просто блефовал. Тем более, я уверена, что, даже если у него были какие-то мысли, ты сказал ему пару фраз, заставивших его задуматься, а потом и просто передумать.       -Юна, ты не понимаешь. Он был абсолютно серьезен. Я точно знаю, что это сделал он.       -Да даже если и так, какая к черту разница?!-Эмоции, все то волнение и отчаяние, которое она сдерживала в последние часы, наконец начали выплескиваться. Голос Юны был слишком громкий, срывавшийся на последнем слоге. Она привлекла к себе слишком много внимания, за спинами начали перешептываться и тыкать пальцами. Их узнали. Нужно было бежать, но как-то внезапно они оказались полностью окружены вспышками камер телефонов и криками. К Юне тянули руки, трогали ее, хватали за волосы, за запястья, причиняя боль, а Юнги, как ни старался, не мог увести их оттуда.       -Это та девка, которая стала айдолом из-за отца?       -Да, ее отец-Бан Шихек!       -Она прослушивание-то вообще проходила?       -Еще и фамилию сменила, чтобы никто и подумать не мог, что она его дочь.       -Думала, обманет всех? За дураков нас держит?       -Задрала нос только потому, что папочка ей дорожку в шоу-бизнес проложил?       С Юны, как и с Юнги, уже давно сорвали капюшоны, маски и очки, из-за чего им казалось, будто они стоят перед толпой совсем голые. Юна явно могла различить фразы, доносившиеся из толпы. Она через столькое прошла, она всего добилась сама, но имя ее отца заставило всех абсолютно забыть о том, что она прошла все этот путь совсем одна, абсолютно самостоятельно. Она не выдержала, слезы полились из ее глаз непроизвольно. Она никогда не хотела показывать их перед другими людьми, но сейчас ее окружало несколько десятков людей, фотографировавших ее плачущую. Через полчаса эти снимки окажутся в новостях, и еще больше народу увидит ее, сломанную и ничтожно маленькую.       Юнги, локтями и плечами расталкивая людей вокруг, явно оставляя на них и на себе синяки, вызволил девушку из плена, и они вместе рванули в сторону общежития, где их не могли достать, поскольку весь жилой комплекс-территория компании. Юна ничего не видела из-за застилающих глаза слез, она просто следовала за рукой, ведущей, толкающей ее в каком-то направлении. Когда они наконец остановились, Юна упала на колени и разрыдалась. Юнги встал перед ней на колени, обнял и, ничего не говоря, продолжал сидеть так, утешая лишь своим присутствием рядом.