***
Госпиталь. Унылое, скучное место, в котором каждые пять минут плачет чей-нибудь ребенок недовольный, назначенными ему процедурами или неудовлетворенным желанием поесть. Чонгук находился здесь уже месяц без надежды на поправку. Ему снились сны, много страшных и пугающих видений, которые заставляли открыть глаза, но проснуться ни разу не получалось, с каждым разом он погружался ниже и ниже, на самое дно всех нескончаемых кошмаров. Тэхен зашел в палату, наполненную запахом противных лекарств, вводимых в капельницу Гука, отбивающий тактичный ритм звук кардиомонитора заставил Тэхена немного успокоиться , потому что обозначал, что сердце брюнета все еще билось, пусть и не так часто, как должно. Тэ, аккуратно ступая по скользкому, только что помытому полу белой комнаты, наблюдал за спящим макнэ. Черные, как самый темный уголь, волосы Чонгука падали на лицо, очерчивая его чёткие контуры. Тонкие, немного накаченные, руки протягивались вдоль красивого тела, которое обволакивало теплым, голубым одеялом. Тэхену было больно наблюдать за страдающим Гуком. Первый, сев на белоснежный стул, рядом с койкой брюнета, провел кончиками пальцев по холодной, обездвиженной руке спящего парня. Тот вдруг распахнул свои широкие, ореховые глаза и уставился на блондина. — Тэхена, я хоте.. —Тшш, Гукки, ничего не говори, тебе вредно. — Но как же..?—в этот момент Тэ приложил указательный палец к мягким губам макнэ, заставляя того невольно запаниковать, выпучив глаза. — Твой друг мне обо всем рассказал, я встретил его в пекарне и расспросил о произошедшем. Я пришел, чтобы побыть рядом с тобой до операции. Самым важным для тебя сейчас является покой и тишина, поэтому спи больше. — Чонгук рассматривал своего заботливого друга, внимательно исследуя каждую родинку на его персиковой коже, в то время как Тэхен что-то очень быстро тараторил, держа руку Гука в своей.***
За время, проведенное вместе, Чонгук совершенно успокоился и теперь точно знал, что обязан выжить после тяжелой операции. Тэхен запал куда-то глубоко, гораздо дальше сердца, в душу, в мир молодого полицейского, ворвался, как цунами, разрушая все преграды, выстроенные годами, завораживая своей странностью, сахарной улыбкой, а может привычкой называть макнэ „ Гукки ” от чего на душе становилось теплее, а льды медленно таяли. Мгновение и резкий звон в ушах, мешающий собрать мысли на место. Кабинет операционной, холодный стол и мерцающие образа врачей, копошащихся в организме. Час. Два. Три. Его нет. Сердце Тэ отбивало бешеный ритм, чуть ли не выпрыгивая из грудной клетки наружу. Он прошел по коридору: туда и обратно, уже более ста раз, мысли путались, ладошки покрывались неприятной солоноватой жидкостью, а глаза испускали мокрые капли. Прошло более пяти часов, а операция так и не подошла к концу, заставляя блондина нервничать еще сильнее. Спустя семь часов из кабинета вышел врач, Тэ через секунду оказался около него, задавая один единственный и самый главный вопрос — Чонгук жив? — Жив. — Врач уходит отмывать кровь в санитарное помещение, а Тэхен не верит, он не может осознать, что его любимый будет жить. Блондин понимает - к Гуку сейчас нельзя, но так хочется. Он забегает в палату брюнета, нагибается и нежно целует в столь желанные губы. Чонгук, не до конца понимающий ситуации, сначала тормозит парня, но затем отвечает на мягкий поцелуй взаимностью, аккуратно покусывая губу Тэхена. Через несколько секунд слабость макнэ дает о себе знать и блондин отстраняется, наблюдая за реакцией парня напротив. Тот счастливо улыбается и закрывает глаза, а затем Тэхен приобнимает брюнета, прощаясь и направляется домой.