Дурак ты, Ким Тэхён

После гневной речи Сайли, Тэхёну стало не по себе, от волнения скрутило живот, а в голове творился сплошной кавардак, сбивающий с толку и попытки удержаться за какую-то адекватную мысль, дабы обо всем тщательно по раздумывать. Внутри парня кипел гнев, бушевала ярость и обида… Обида за то, что наверняка сейчас все закончилось, история Тэхёна и Сайли закончилась также быстро, как и началась. Но, а главное, что тайна так и осталась нераскрытой. Ким и вовсе не знал, есть ли еще вообще ребенок, и будет ли… Хоть и прозвучит эта фраза довольно банально и неинтересно, но Тэхён уже с давних времен, когда только начинались в его жизни по-настоящему трудные моменты, не привык сдаваться. И ситуация на сегодняшний день, с каждым днем ухудшающаяся, не является исключением. Нужно бороться за то, что принадлежит, кажется, лишь тебе. Но стоит ли? **** День благополучно прошел, не оставляя после себя чего-то нового и удивительного, разве что не считая Тэхёна, чья жизнь сейчас свисает на ниточке хоть малейшего счастья. Ребята провели обыденный вечер. Сайли была безумно рада за сестру и Юнги, а именно за их примирение в отношениях, что, наверное, не имеют конца. Тэхён решил поговорить с Чимином, поэтому в шесть часов вечера, когда небо Сеула приобрело темно-синие оттенки, а звезды и фонари служили освещением, он назначил встречу у подъезда многоэтажных домов, находившихся по соседству с их. — Ну и что ты хотел? — приподнял голову Чимин, что такими неспешными шагами приближался к приятелю, если можно так сказать. — Чимин, а скажи-ка мне, все ли ты знаешь о своей девушке, м? — Тэхён приподнял бровь, спрашивая с неким ехидством. Да Ким был на сто процентов уверен, что Пак ни черта не знает о ребенке. — Что ты несешь? — недовольно прищурился Пак, не желая и углубляться в смысл слов, сказанных персоной напротив, — давай переходи ближе к делу, я не хочу терять время на твои «загадки». — Эх, Чимин, — вздохнул с наигранным расстройством тот, опуская голову и покачивая. Пак озадачился еще в несколько раз, а Тэхён в мыслях победно улыбнулся, боковым зрением замечая, что лицо парня напротив отображало одно лишь непонимание. — Да ты можешь нормально сказать мне, в чем дело? — рычал, как озлобленный тигр тот. — Сайли-то беременна, — выдал Тэхён, вздохнув. Ухмылка на губах набирала обороты с каждой секундой все больше и больше, пока сам Ким наблюдал за поведением старшего. — Чего? — Пак словно испугался, не зная, что сказать, и в какой формулировке. Он и понятия не имеет о том, что же все-таки происходит. А даже если девушка и вправду беременна, то откуда это знает Тэхён и с какой целью появилась эта хищная ухмылка на его губах? — Правда, от меня. Басом проговорил четко, громко, словно все свои силы голоса сдерживал специально для этой фразы. У Пака ёкнуло где-то в области сердца. Нет, он не верит, не хочет верить. «Что он несет… Черт, что, твою мать, происходит?» — Это… Это бред… Что за бред ты несешь, я не понимаю?! — лицо Чимина чуть покраснело от накипевшей за несколько секунд злости. В ярости Чимин вовсе не был похож на милую плюшку и доброго парня, что на первый взгляд и мухи не обидит. — Почему же бред? Это правда, — поднял голову Тэхён. Улыбка испарилась с его лица словно вода, будто ее и не было вовсе эти несколько секунд назад. В глазах Пака загорелся непотушимый огонь, они сверкали подобно Вечному пламени. Так ярко и четко. — Ты бредишь, несешь какую-то ахинею! Чимин запустил руки в свои волосы, до боли сжимая пальцы, проскочившие меж прядей. Парень зашипел от раздражения и злости, его с неимоверной силой раздражали слова Тэхёна. Ведь Пак думал, что все это делает он назло, дабы испортить счастье Чимина, забрать себе от одиночества и гадкого самочувствия. — Не бойся, это случилось до тебя, но вот почему Сайли до сих пор не соизволила тебе рассказать это, я не знаю, — ровным голосом, будто говоря обычные вещи, выдал Ким. Его лицо не выражало никаких эмоций, лишь какая-то непонятливая усталость и слабое раздражение. — Ублюдок, пусть только это подтвердит Сайли, я задушу тебя собственноручно, чтобы ты и дальше не продолжал портить нам жизнь. — Ну и кому от этого станет легче: Сайли, моему ребенку? — изогнул бровь тот, хмыкнув, учуяв вкус победы. После слова «моего» Пак будто съежился, дай ему возможность, и все, что попадет ему в руки будет разорвано на мелкие части. Возможно жестоко так насмехаться прямо в лицо человеку, у которого в эти минуты полностью меняет свой ход жизнь, а растерянность так и поглощает, но Тэхён не желал оставаться в сторонке и тихо помалкивать, пока ложь вокруг затмевала все. У ребенка есть настоящий отец, он должен воспитываться им. Но сделает ли Ким лучше для своего же ребенка, поступив именно таким образом? **** — Тэхён, где ты шляешься? Тебе мой папа звонит уже минут пятнадцать! Будь добр, когда куда-то намыливаешься, бери с собой телефон! — встретила зашедшего Тэхёна Сыльги, разъяренно крича, и махала руками в знак недовольства. — Да как меня достала ваша семейка, что ему нужно от меня еще?! Жениться на тебе?! Тэхён был не менее злым и уставшим. В какую бы обстановку не попадал Ким, везде она накаляется, и каждая больше предыдущей. — Умный мальчик, сам обо всем догадался, — подошла к ошарашенному парню Сыльги, нежно класса руку на плечо, фыркая наигранной радостью прямо в лицо юноши, — перезванивай, иначе нас ждут проблемы, — и в один миг ни капли не добродушная улыбка куда-то испарилась, словно капля воды в плюс тридцать. Спустя некоторое время, в промежутке которого Тэхён успел позвонить отцу ненавистной Сыльги, город и вовсе поглотил мрак. — Тэхён, нам нужна квартира. — С чего бы нам с тобой понадобилась квартира? — Долго будешь прикрываться своей якобы «тупостью»? — свирепо, уже без доброй улыбки и тепла в словах, — Тэхён, когда родится наш ребенок, я не собираюсь растить его в этой коммуналке и проходном двору, понимаешь? Разве ты не хочешь лучшего для своего ребенка? Хотя, ты же ненавидишь его, все бегаешь за своей Сайли, который ты и нахер не нужен! — та перешла на басистый крик. Даже этой вроде и спокойной с виду девушке надоело притворяться наивной дурочкой, что не понимает совершенно ничего и не видит вокруг проблем, мешающих ее счастью, — почему ты не замечаешь меня, почему?! Чем Сайли лучше меня, скажи, чем? В чем причина?! Она динамит тебя при любой возможности, в то время как я бегаю за тобой без остановки и с надеждой, что ты образумишься и поймешь, что я люблю тебя! — Да нахер мне твоя любовь не нужна! Я ненавижу ребенка? Да я тебя ненавижу! Ты — причина, из-за которой я лишен своего собственного счастья, понимаешь?! Хватит бегать за мной как собачонка, прекрати надеется на эту несуществующую в любом времени семью. Сама себе сочиняешь сказки, в которые я не поверю. Уймись со своей любовью, припаси ее для какого-нибудь другого идиота, что доверится тебе так же, как и я когда-то! — Да пошел ты, — выслушивая речь, полностью пропитанную гневом, Сыльги не выдержала. Возможно, часто она поступала не подобающе девушке, что состоит в отношениях, но каждый из нас достоин быть счастливым, каким бы кто путем не шел к своей цели. Ким, смахивая соленые дорожки с щек нежными ручками, что казались меньше какой-либо маленькой девчушки, покинула комнату. Дверь с ярым грохотом захлопнулась, а Тэхён лишь с дрожью во вздохе плюхнулся на кровать. **** — Юнги, что ты… — недовольно шипела Линси, ощущая намертво схватившую свою руку Мином. Парень чуть зажмурил лицо, прислушиваясь к разговорам в одной из комнат. Дело в том, что Юнги услышал непонятный шепот женского голоса, издаваемые из комнаты Тэхёна и Сыльги. Но удивило и озадачило парня слова о беременности и ребенке. Какое-то чувство внутри подсказывало, что ну никак не спроста девушка соизволила говорить так тихо, страшась быть услышанной кем-либо. — Просто заткнись, — пара стояла практически впритык к двери собственной комнаты, в любой момент храня готовность ее закрыть. До своих слов парень мигом притянул недоумевающую от всей ситуации Линси за подбородок своими изящными костяшками. Тот, не потратив больше секунды, прильнул к губам возлюбленной, проникая шаловливым языком внутрь, от чего у юной особы напротив внизу живота скрутило от приятных ощущений. — Юнги, если ты наивно полагаешь, что после этого я влюбленно посмотрю на тебя и замолкну, не дождавшись объяснений, то ты глубоко ошибаешься, — капризничала, но все же шепотом Чон, незаметно выхватив руку из стальной хватки, ставя обе по бокам. — Что происходит, в конце концов? — Блять, заткнись уже и слушай. Послушаешься — поцелую. — Ты мне условия ставить будешь? — Заткнись, — шипит тот, затыкая рот рукой неугомонной, но такой любимой персоне. — Хорошо, я поняла, — раздалось в тишине из комнаты по соседству, — а… Сможет ли он каким-то образом понять, что я не беременна?.. — Сыльги нервно сглотнула, со всевозможной серьезностью на лице. — Что?.. — вздрогнула от такого неожиданно резкого поворота событий Линси, уставившись в пол, а после на не менее офигевающего Юнги. — Спасибо, я учту, — с улыбкой усталости и некого облегчения поблагодарила Сыльги человека по ту сторону экрана смартфона, направляясь в сторону двери. — Блять, уходим, — шепчет Мин, утягивая светловолосую за дверь, тихонечко прикрывая ее до выхода Ким. — Ю-юнги, я в шоке, — подняла, усаживаясь на кровать, увеличившиеся глаза Линси на своего парня, пока тот и сам с трудом переваривал услышанную информацию. — Только теперь это нужно донести до Тэхёна, — присел рядом юноша, устало заглядывая в глаза девушки, — но разве он поверит?.. — Не знаю, — замотала головой Линси, растерянно и задумчиво закусывая губу. **** POV Чон Сайли Последние дни проходят как-то непонятно, не по своему. Чимина сегодня я не видела, лишь слышала строгий и равнодушный голос в телефоне, и это как-то настораживает. Говорил что-то о серьезном разговоре, но окончательно до меня ничего не дошло. Найти места себе не могу от непонимания ни его слов, ни их темы, ни самого равнодушного голоса. Тэхён… Это имя стало невыносимо часто мелькать в моем сознании, что так странно для меня. Нужно перестать думать о нем, ведь у него есть девушка, в скором времени появится и ребенок… И нужна ли я ему? Конечно же, нет. А Тэхён нужен ли мне?.. Вопросов неизменное количество, что увеличивается с каждым прожитым днем, а от их сложности ответов становится все меньше. **** — Привет, — Сайли пыталась выдавить хоть какую-то слабую улыбку при встрече Чимина в комнате, сидя на кровати. Наблюдая, как юноша направляется к ней с грозным видом, не собираясь отвечать, девушка испуганно встала, закусывая губу. — Долго ты собиралась мне врать? — не издалека начал Пак, переходя к мучавшему его до жути вопросу, что колом стал где-то в области сердца. Во взгляде Сайли читались непонимание и озадаченность вперемешку, создавая своеобразный коктейль эмоций и чувств. — Не нужно спрашивать о чем я, ты прекрасно все знаешь лучше меня, поэтому сейчас и расскажешь. — Чимин… — Ну же, говори, — тот взглянул в глаза Чон, вздохи которой были настолько тяжкими и пропитанными волнением, что, казалось, если ей начать говорить, то потеря сознания неизбежна. Парень серьезно вглядывался в зеленые, как густые молодые леса глаза, надеясь выискать там ответ на свой вопрос, — Тэхён донес до меня кое-какую информацию, а теперь я хочу, чтобы ты подтвердила, правдива ли она. Я жду. Не спрашивай о чем я говорю и к чему клоню, ты все поняла с первых слов, — не выдерживал Пак, рыча словно озлобленный тигр. — Чимин, Тэхён сказал… Что я беременна? — подняла до этого опущенный взгляд Чон, стараясь сдержать соленую жидкость, так и запрашиваемую высечь наружу горячими ручейками. — Именно, — продолжая с огнем свирепости смотреть в глаза той Чимин. И сейчас Сайли попросту сломало. Она не собиралась в данный напряженный момент думать, с какой целью Тэхён решил сделать это, как воспринимать поступок Кима и углубляться в раздумья о нем. Девушка не имела никакого больше желания, как кроме искреннего признания Чимину, и осознания своей грубейшей, и вряд ли простительной ошибки. Нужно разрешить ситуацию, состояние которой стремительно ухудшилось. — Я хотела тебе это сказать уже давно, правда, — замотала головой та, проговаривая с появившейся дрожью в голосе, который напоминал голос маленького ребенка, испуганного до жути. — Но мне было так страшно, Чимин. Все эти дни, пока я обдумывала, как все сказать тебе, не могла разобраться в своих чувствах. Чувствах к тебе и Тэхёну. Чимин нахмурился, отдаляя свой взгляд. — Почему так происходит со мной, понять не могу, но я и вправду в эти дни, проведенные с тобой, считала, что у меня к тебе есть чувства, означающие нечто большее, чем просто симпатия… А сейчас… — А сейчас? — хмыкнул уже где-то в подсознании истеря, Чимин, приподнимая бровь. — А сейчас, я чувствую себя гадко. Вчера, и уже несколько дней подряд я не перестаю думать о Тэхёне, ведь ношу под сердцем его ребенка… Да, Чимин, его ребенка. Он не соврал тебе, но это сделала я… — Что ты хочешь этим сказать? — бегает глазами Чимин. — Я не могу разобраться со своими чувствами к тебе и Тэхёну, прости… — виновато поднимает глаза, что уже были переполнены соленой жидкостью в краях глаз, готовясь вырваться наружу со скоростью, подобно сильному течению реки. — Ответьте мне на вопрос: ты хоть когда-то чувствовала ко мне нечто большее, чем просто симпатию? — взмахивает вопросительно руками Чимин, кажется, что еще секунда и парень выйдет из себя, поддаваясь истерике. — Д-дружескую любовь? — девушка, не в силах терпеть более, зарыдал, безвыходно сворачиваясь в клубок на кровати. Ощущение, будто неприятно скрутило внутри все органы, а разум полностью застлан горящей болью где-то в области груди, — Чимин, п-прости, я так запуталась в себе и своих мыслях, заставляя тебя чувствовать себя крайне ужасно. Парень стоял, ошеломленно уставившись куда-то в сторону, пока услышанные слова, повторяющиеся в разуме раз за разом, не ломали ребра, измельчая их на кусочки. Сайли чувствовала себя не менее гадко, но она ощущала всю вину своих поступков и халатности, в результате которой появился ребенок. Возможно, если бы не Тэхён, не его просьба провести с ним время и не отсутствие обдумывания совершающего у Сайли, ничего бы не было. Еще несколько секунд напряженного молчания, и в комнате не было слышно больше ничего, кроме ярых всхлипываний Чон и сбитого рыданием дыхания. Чимин вышел, оставляя после себя дверной хлопок, в котором и выразилась доля ярости. **** От лица Чон Сайли Я не могу понять, что происходит со мной. Буквально недавно я прогнала Тэхёна от себя, не желая видеть и слышать, а сейчас, чувствуя полную безвыходность и некую беспомощность, я вновь хочу почувствовать яркость его улыбки, тепло рук… А Чимин… Как я поступаю с Чимином? Да как последняя скотина, что жаждет счастья, не замечая его совсем рядом. Мне невыносимо сложно сейчас принимать неосознанные решения, и вообще предпринимать что-либо но, кажется, я уже это делаю… Я не решилась раскрыть Чимину ту тайну еще с самого начала, что так мучила меня. Я неосознанно наговорила Тэхёну всего с безумной грубостью. В общем, мне есть о чем жалеть… От лица автора — Сайли, я хочу поговорить с тобой вновь, прошу, выслуш… Тэхён тихо, еле-еле закрывает за собой белоснежную дверь, после чего перед ним предстала такая картина: девушка, к которой он, собственно, обратился свернулась в клубочек на своей кровати, поджимая коленки одной рукой, пока другая яро смахивала слезы с лица, что пеленой застилали все вокруг. — Сайли? Что случилось? Чон совсем не в силах ответить, лишь продолжает сглатывать ком, снова вставший в горле, громко и искаженно всхлипывая. Парень с недугом на лице вмиг сократил расстояние, залезая рядышком. — Сайли, посмотри на меня, — хмурится Тэхён, приподняв ту, после чего взял в изящные ладони заплаканное личико, пока глаза парня настойчивым взглядом пытались понять все эмоции, — ну же… — Т-тэхён, — сквозь дрожь и нежелание что-то говорить, выдает Чон, вглядываясь в темные глаза, полные непонимания. Не сумев более сдержать себя и свои эмоции, Сайли подается вперед к парню, что казалось, излучал неимоверное тепло, и утягивает в объятия, на что тут же получает ответ. Сам Ким в полном недоумении в связи с происходящим, но отстраняться от столь беспомощной и нежной Чон он не собирался, лишь притянул ближе. — Эй, ну же, что случилось? Все, успокойся, — Ким не на шутку настораживается, но все же с лаской в голосе он проговорил. Сайли вмиг осознала всю ситуацию: что она сидит перед Тэхёном, полная слез отчаяния, что она сама же того не осознавая ринулась к нему в объятия. Подумав об этом, она слегка отстранила парня от себя. — Тэхён, уходи, просто уходи, — махала головой растерянно Чон, не желая поднимать заплаканных глаз. — Сайли… — Прошу, просто уходи, Тэхён, — с беспомощностью в голосе шептала девушка, пока слезы настойчивым ручьем не прекращались литься из глаз. — Ты уверена? — с настороженностью в басистом голосе уточняет парень. — Да, пожалуйста, — хнычет та, — я побуду одна, хочу прийти в себя, и… Ты же хотел поговорить, так ведь? — Да, — опускает голову парень, из груди доносится тяжелый вздох, а после снова поднял свой взгляд, устремляя его лишь на Сайли, в ее ярко-зеленые глаза. — Мы поговорим, но немного позже, — наконец, Чон соизволила поднять мокрые покрасневшие глаза, от чего у парня внутри скрутило от волнения. — Хорошо, я понял. **** Сладкая парочка Юнги и Линси решила не терять попросту вечернее время, проводя его который раз в квартире, а выбраться за пределы стен на темные улицы Сеула, освещенные фонарями и светом зданий. — Юнги-я, есть хочу, — взвывала, усмехаясь, Линси, пока парень повернул к ней голову, излучая улыбку неимоверного тепла. Мин чувствовал неимоверное облегчение от недавнего разговора с Линси и все же их воссоединения, если так можно сказать. Жизнь парня снова обрела другие цвета, помимо серого и черного, ведь улыбка любимого человека всегда сияет ярче темных красок — Недалеко кафе, в которое мы всегда ходим, зайдем? — вопросительно глядит Чон на Юнги. — Давай, — засверкали глазки у той, в предвкушении прекрасного. — Стой, Линси, — шепчет настороженно Мин, хватая любимую за руку. Пара уже практически подошла к входу кафе, которое было уютно оформлено, а с просторных окон выбивался теплый свет. Но почему же остановил Линси Мин? Дело в том, что Юнги вновь увидел ненавистную персону по имени Ким Сыльги, сидящую за столиком в любимом парой заведении, с каким-то молодым человеком. Это хоть и является подтверждением неверности Сыльги Тэхёну, но поразил парня более всего бокал в руке девушки, наполненный темно-красной жидкостью. — Что такое? — забеспокоилась Чон, пытаясь заглянуть в окно, оставшись незамеченной изнутри, что у нее вышло, — это Сыльги и… Кто с ней? Какой-то парень? Девушка от удивления сгорала, но менее, чем от шока. Глаза засветились, выражая непонятливость. Линси обернулась к парню, что не мене офигевал от увиденной картины, с трудом переваривая все это.