Дурак ты, Ким Тэхён

Прошло некоторое время с того дня, как жизнь ребят вроде как наладилась, приобретая то же спокойное русло. Сыльги на время уехала из города, а хотя если быть точным, то и в целом из страны, со своим якобы молодым человеком. Юнги и Линси жили прежней жизнью, никак не нарадуясь их благополучному воссоединению. Правда, Юнги в последние деньки выглядел взволнованно и обеспокоено, от чего не могла спокойно спать Лин. При любой попытке узнать у своего парня причину такого состояния, Мин отнекивался тем, что якобы устает морально на работе. Лин мучала себя догадками о том, что возможно парень нашел замену юнице, готовит сюрприз или хочет разорвать отношения. Различные мысли день изо дня врывались в ее разум, строя новые теории. Все мы знаем, что лучше знать все, как есть, чем постоянно крутить в голове непонятные догадки. — Не делай из меня дуру, Юнги, — холодно бросает Линси, хватая с вешалки в шкафу куртку, собираясь покинуть пределы квартиры. — Да что с тобой, Лин?! — взмахивает руками Юнги. Вот сейчас терпение треснуло по швам у всех. — Что со мной?! Это я у тебя хотела спросить, что с тобой! — грозно поднимает палец, изливая наружу всю ту злость, что накопилась за последние несколько дней, — почти неделю ты ведешь себя по отношению ко мне, как ко огню, к которому и прикоснуться страшно! Господи, как глупо это звучит, — все еще кричит девушка, растерянно бегая глазами по полу, не желая их поднимать из-за скопившейся влаги в уголках глаз. — Я… Линси, стой! Куда собралась?! — вопил Юнги, чувствуя бурлящую злость внутри себя, что по венам разливалась огнем. Сердце дало бешеный ритм, ускоряясь. — От тебя подальше, — хмыкает, пока лицо искажается в гримасе обиды. — Дура, сюда иди! — нет, парень не хотел обидеть девушку своим словом, это лишь эмоции, что не могли терпеть замкнутости, из-за чего и вырвались наружу таким образом. — Что ты хочешь еще сказать мне? Оправдываться начнешь? К черту иди со своими словечками, здесь и так все понятно. Не смог удержать меня, не смог спасти наши отношения — ну и проваливай к черту! Парень, не вытерпев такого потока опрометчивых слов, вмиг сокращает расстояние между ними, в котором витает лишь напряжение и ревность вперемешку с обидой. Накрывает мягкие и теплые уста возлюбленной, из которых только что вырывались слова обиды и злости, хватая за шею не самым нежным образом. Этот поцелуй не символизировал нежность, лишь какой-то рывок эмоций, переполненный любовью. Язык парня слишком грубо и властно царил во рту ошеломленной таким резким действиям женской особы. Сама Линси крепко ухватилась за плечо все же любимого парня, поглаживая. — Дуреха, я вел себя так не из-за того, что ты там себе выдумала. Прости меня я вправду должен был сказать тебе это еще давно. Все дни эти я волновался, как школьник, пытаясь перебороть в себе страх твоего отказа, малыш… — Что? Юнги, как-кого отказа?.. — глаза расширились, пока губы пульсировали от страстных покусываний парня напротив. — Малышка, ты выйдешь за меня? — встает аккуратно на колени, вызволяя из кармана белую бархатную коробочку, которая явно в себе хранила золотое кольцо. Немедля ни секунды и более, Мин открывает заветную коробочку, пока дрожащие руки Линси прикрывают тыльной стороной рот, лишь бы не зарыдать на месте. — О боже… — Если не скажешь да, я выбью тебе зуб этим кольцом, — невинно улыбается, будто из уста его произнесли что-то милое. — Дурак! Конечно я согласна! — что-то приятное екнуло в сердце Мина, который слишком долго ожидал этого момента, а улыбка сияла на губах обоих. **** Сайли в это время ходила по холодным и туманным улицам Сеула, пока алые сухие губы расплывались в грустной улыбке. В руке чемодан, в голове хаос. Хочется представить ту новую жизнь, в которую хочется окунуться с головой, лишь бы прошлое больше не появлялось в голове и жизни. Тэхён — большая часть мыслей, что заполняла разум девушки, окончательно запутавшейся в себе. Ей слишком тяжело сейчас осознавать, как какого человека впустить в свою жизнь Кима, и стоит ли это делать. Для того чтобы понять это — самую важную проблему своей жизни на данный момент, Сайли и хочет пожить отдельно от улиц шумного мегаполиса, уединяясь вместе с собой. А Тэхён чувствовал себя не лучше. На душе горько и гадко, хочется ударить самого себя, лишь бы хоть немного приглушить боль, что разгоралась в душе с каждой мыслью о Сайли и ребенке, словно эти мысли — маленькие угольки. Чон Сайли шла умиротворенной походкой, направляясь к остановке, что уже виднелась вдали. «Трудно будет на время забыть этот городской шум нашего района.» — подумала Чон, улыбаясь собственной глупой, по ее мнению, мысли. Девушка не обратила внимание быстрых позади нее шагов, что с каждой секундой становились все ближе. «Может, кто-то опаздывает», «А может этот человек бежит к своей любимой ради долгожданной встречи, или…». Но обернуться Сайли почему-то не захотела. — Сайли, стой! — кричал до боли знакомый голос, заставляя девушку наконец обернуться, пока ее личико нахмурилось, выражая непонятливость и огромнейшее удивление. — Тэхён? Т-тэхён! Что ты… — девушка не успела договорить, ведь умелые и сильные руки парня притянули юницу к себе, обхватывая крепко-крепко, тем самым заключая в теплые объятия, от которых тело Сайли дрожь пробила, ведь тепла этого человека, оказывается, так катастрофически не хватало для успокоения души и сердца. — Боже, Сайли, мое солнце, — скоро ухватив жилистыми руками красивое личико возлюбленной, полушептал наспех парень, осыпая словно лепестками красных роз его поцелуями. Девушка вмиг звонко засмеялась, зажмуривая глаза от теплых и до невозможности нежных касаний, и обхватила руки Тэ своими, — выслушай меня, прямо сейчас, ничего не говори. Одного кивка и широкой улыбки, которую пыталась отчаянно скрыть девушка, дабы руки парня не оказались влажными от ее радостных слез вполне хватило, чтобы продолжить говорить. — Знаю, я вел себя последнее время как мудак, который не мог разобраться в себе и своих чувствах, но я с точностью могу сказать, что наш ребенок — это то, что соединило нас. Пусть звучит глупо, и судьба сейчас смотрит на нас откуда-то сверху, тихо смеясь, но ту ночь, в которую ты позволила мне почувствовать себя, будет опрометчиво назвать ошибкой, — улыбка на губах, на глазах блестящая влага. Неужели Ким Тэхён соизволит проронить слезу прямо сейчас? — без нашего малыша мы бы забыли друг о друге после той ночи, как об обычном сне: ты бы продолжила жить дальше, больше не думая каждый день обо мне. А я бы так и остался в браке с Сыльги, в железной клетке, из которой я бы никогда не вырвался наружу. Сайли, моя девочка, прости меня за все, что я смог вытворить за все время, за всю боль, которую причинял тебе, даже не подозревая об этом. Солнце, я люблю тебя. Сможешь ли ты ответить взаимностью? Тэхён слишком волновался, грудь бешено вздымалась, а легкие давали знать о нехватке воздуха. Парень не мог спустить глаз с девушки, стоящей напротив. А сама Сайли будто бы онемела от слов, прорвавшихся в ее разум. Дрожь в руках, в ногах, в губах — повсюду. Слишком сложно что-либо сейчас говорить. Слишком, мать его, сложно переварить все, что происходит в жизни в данную минуту, секунду. — Т-тэ… — опускает глаза, но теплая рука молодого человека осторожно приподнимает за подбородок, пока улыбка расплылась на губах, — я знаю, что слишком странно веду себя, но мне было так трудно что-либо понять и с чем-либо смириться. В те дни, когда вы с Сыльги улетели во Францию, я не могла принять то, что моя комната пуста без тебя, и ты не согреваешь меня ночью крепкими объятиями, то, что мое сердце пустует без тебя… — руки парня перехватывают холодные, словно лед, руки девушки, в попытках унять дрожь, возникшую то ли от легкого мороза, то ли от страха и переполняющих эмоций, — и пусть нельзя начать жизнь с чистейшего листа, без единых набросков карандаша, но ведь можно начать ее по-другому, так ведь?.. И я очень хочу, чтобы этот переворот в жизни начался именно с тебя и нашего ребенка, с нас… Щеки приобрели пунцовый цвет, а парень не мог скрыть улыбки счастья, которое все-таки ворвалось в его жизнь новым потоком. — Я тоже тебя… Люблю, Тэ, — усмехается тихонько, заглядывая в глаза уже своего мужчины, замечая темный океан, что высказывает все состояние души. Парень не может выдержать более, поэтому тянется к опьяняющим губам, словно двадцати летний виски, одним запахом заставляющий глаза блаженно прикрыть. Уже накрывая губы юной особы своими, сухими и потрескавшимися, медленно, словно в замедленной съемке фильма прикрывает карие глаза. Рука умело и так невесомо поглаживает хрупкую шею, от чего девушка воздуха в грудь набрать хочет побольше. Ловкий язык парня хитро проскальзывает в женский ротик, нагло посасывая язык своим, даря Сайли неимоверно приятные ощущения. Сайли чувствует соприкосновения их носами, от чего еле улыбается в поцелуй, чувствуя, что вместе с приятными до дрожи в теле ощущениями девушка обрела невесомое счастье, которое так долго не могла найти.