Я всё отдала за твою любовь

- Чертов Малфой. Как бы я хотела, чтобы он горел в аду, – раздраженно сказала я, усаживаясь рядом с Гарри и Джинни. - Что случилось на этот раз? Снова забраковал твой проект? - я отрицательно покачала головой, и это получилось так яростно, что шпилька выскользнула из прически, позволив непослушному локону упасть мне на лоб. - Он заставил меня работать в выходные. Если с этим бы я еще смирилась, но его слова просто выбесили меня. Мисс Грейнджер, по моим сведениям, Вы ни с кем не встречаетесь и свободны по выходным, тогда прошу выйти на работу в связи со сроком сдачи отчетов. Вы бы только видели его надменное лицо, когда он говорил это, так и хотелось врезать ему, как его сыночку на третьем курсе, – буквально прорычала я. Меня раздражало буквально все в Люциусе Малфое: его безупречная манера держать себя в обществе, правильная и четкая речь, холодное выражение лица и даже его спокойный голос ужасно действовал мне на нервы. - Дорогая, успокойся, ты уже практически год работаешь с ним. Пора привыкнуть, – Джинни погладила меня по руке, пытаясь успокоить. - Как вообще ему позволили стать министром? Его место в Азкабане и только там. - Ты же знаешь, что после войны его оправдали, и мы сами помогли в этом, давая показания. Малфой не участвовал в финальной битве, выяснилось, что он давно уже перешел на нашу сторону, но был вынужден оставаться с Пожирателями, чтобы защитить свою семью. - Я не верю ни единому его слову. Если бы он присоединился к Ордену, то мы бы определенно знали об этом, Гарри, – недовольно воскликнула я. - Я видел его воспоминания и разговор с Дамблдором. Поверь, он был на нашей стороне по крайней мере в последний год. И после войны министры решили выбрать его, имея свои цели. У Малфоя по-прежнему есть влияние и огромные связи по всему миру, что было прекрасной возможностью для Министерства быстро восстановиться и найти средства на строительство Магического мира. - Конечно же без его денег не могло обойтись, – презрение так и распирало меня. - Да, его деньги оказались как нельзя кстати, но все равно он находится на волоске. Один малейший проступок или скандал, и он покинет пост Министра магии. Я бы сказал, что сейчас он как раз практически в Азкабане, ведь его положение не лучше, чем в тюрьме.       Я распахнула глаза и села в кровати. Голова раскалывалась и было невыносимо жарко. Попытавшись встать, я почувствовала головокружение и не успела вновь сесть, как перед глазами все потемнело, и я провалилась во тьму. - Знаешь, в последнее время я часто стал думать, что бы было, если бы я не перешел на сторону света. Сейчас вместо теплой постели у меня была бы грязная скрипучая койка в Азкабане, вместо вкусной еды – плесневелый хлеб и грязная вода, вместо семьи – крысы и тараканы, – я дотронулась до руки стоявшего рядом со мной мужчины и заставила его повернуться ко мне. Серые глаза встретились с моими, и в них я отчетливо видела боль и как никто другой понимала, что испытывает этот человек сейчас. - А я все еще просыпаюсь от кошмаров, что Темный Лорд победил, и меня вновь и вновь пытают. Когда-нибудь мы все это забудем и будем жить, не оглядываясь в прошлое, – мужчина притянул меня к себе, и я привычно уткнулась в его широкую грудь. - Смотря на тебя, я вспоминаю тот день, когда тебя пытали в моем доме, и проклинаю себя, что не помешал этому, – я вздрогнула от его слов, ведь это были самые ужасные воспоминания из моей жизни. Шрам до сих пор давал о себе знать, и я никак не могла решиться избавиться от него, потому что это было напоминанием через что я прошла. - Мы все совершали ошибки, Люциус. Тогда я была всего лишь грязнокровкой для тебя, и ты не должен корить себя за это, потому что у нас просто были разные пути, но сейчас главное, что все это прошлое, и я могу вот так просто стоять в твоих объятьях и рассказывать тебе все свои мысли, – я почувствовала, как мужчина чуть сильнее прижал меня к себе и затем уткнулся лицом в мои волосы. Больше мы не вспомнили ни о чем, предпочитая наслаждаться друг другом.       Все внутри горело. Я чувствовала, как бешено бьется мое сердце, и не могла даже пошевелиться. Послышались какие-то голоса, я попыталась открыть глаза, но резкая боль вновь поразила мое тело, и я потеряла сознание. Когда я очнулась в следующий раз, то услышала рядом с собой голоса, и сначала не могла разобрать слов и попыталась сосредоточиться, чтобы понять, что происходит. - Уже пять дней прошло. Сделайте, черт возьми, что-нибудь, – я узнала голос Драко, но никак не могла понять, о чем он говорит. Собрав все свои силы, я прошептала: - Драко, – в ту же секунду я почувствовала, как холодные пальцы сжали мою руку. - Как ты себя чувствуешь? – приоткрыв глаза, я чуть поморщилась от яркого света. - Немного болит голова, – я слабо улыбнулась мужчине. – Что произошло? - Ты упала в обморок и пролежала в магической коме пять дней, – я облизнула пересохшие губы и чуть нахмурила брови, пытаясь понять причину моего состояния. - Мисс Грейнджер, позвольте, я Вам все объясню, – рядом с Драко стоял пожилой колдомедик и ласково улыбался мне. – Это родовая магия, мисс Грейнджер. Надеюсь, что Вы что-нибудь слышали о ней, – получив мой утвердительный кивок, мужчина продолжил. – Родоначальник семейства Малфоев после измены его первой жены и рождения бастарда наложил на свой род что-то вроде проклятья. На восьмом месяце женщина впадала в непродолжительную кому в результате выброса магии ребенка, и это являлось доказательством, что она носит именно наследника или наследницу рода Малфоев. Это что-то вроде подтверждения, что будущий ребенок действительно является истинным потомком. - Но я только на шестом месяце, – слабо промолвила я, еще не до конца понимая всей сути разговора. - О, и это просто великолепно. В истории рода Малфоев насчитывается всего три подобных случая, когда молодая девушка впадала в «подтверждающую» кому на шестом месяце. И могу с уверенностью и, что таить, удовольствием сказать, что Вы родите поистине сильного мага. Я устало прикрыла глаза, в голове еще раз пересказывая только что полученную информацию, но лекарства дали о себе знать, и вскоре я вновь погрузилась в царство Морфея. - Давай рассказывай, кто же тот таинственный поклонник, который подарил тебе кольцо? – Джинни с восхищением рассматривала маленькое колечко на моем безымянном пальце. - Если я скажу, что сама его купила, ты же не поверишь? – подруга рассмеялась и отрицательно покачала головой. - Ну? Это точно не Рон, у него бы не хватило мозгов. Так, может Винсет, кажется он в тебе души не чает? Или это все-таки Крам? – подруга еще минут пять перечисляла возможных кандидатов, а я лишь улыбалась. Никто даже не подозревал с кем я проводила свое время, и кто давно уже стал хозяином моего сердца. Но сказать об этом я ни в коем случае не могла, потому что это был наш маленький секрет с Люциусом, нарушив который, я могла предать наш маленький мир. - Джинни, это всего лишь кольцо, – я попыталась успокоить подругу. - О, нет, дорогая моя. Это не просто кольцо. Ни один нормальный мужчина не дарит кольцо просто так. Он сделал тебе предложение? – я грустно усмехнулась и отрицательно покачала головой, уже не слушая причитаний подруги. Я уже давно поняла, что никогда не услышу заветных слов, о которых мечтает каждая девушка. Люциус Малфой был женат, а я была всего лишь его прихотью. Его маленьким капризом. Это больно резало мое сердце, но несмотря на осознание своего незавидного статуса и положения, я не могла отказаться от этого человека, потому что лишь с ним до конца понимала, что значит жить.       Спустя два дня после моего пробуждения меня наконец отпустили домой, и я была несказанно этому рада. Все-таки легче было переносить беременность в родных стенах в одиночестве, чем под пристальным наблюдениям медиков, которые то и дело пытались постоянно контролировать каждый шаг и даже вздох. Вдруг я неправильно вдыхаю воздух, и это повредит ребенку. Это ужасно раздражало и признаюсь, что даже подумывала о побеге, пока не услышала, что я могу отправиться домой. Драко не смог встретить меня, у него кажется была назначена какая-то важная встреча, которую отменить было невозможно, впрочем я не возражала и с наслаждением пошла по улицам Лондона. Конечно, я могла трансгрессировать или использовать каминную сеть и сразу же очутиться дома, но сегодня хотелось пройтись по знакомым улицам магловского мира и насладиться лучами солнца в этот прекрасный день.       Я не заметила, как оказалась в небольшом сквере, скрытом от посторонних глаз и сразу же узнала это место. Это было место, где я впервые поняла, что люблю Люциуса Малфоя, здесь мы впервые поцеловались, и здесь все еще росли крупные белые розы, которые мужчина создал специально для меня. Я не была здесь с момента нашего расставания и даже не вспоминала об этом месте. Это не было каким-то тайным убежищем или заколдованным местом, куда могли попасть только мы. Нет, это был обычный магловский сквер, который хранил наши воспоминания, наши чувства и мысли. Сорвав розу, я поднесла ее к лицу и вдохнула сладкий запах бутона. - А если кто-нибудь поймет, что они заколдованы? – я обеспокоенно посмотрела на мужчину, который только что закончил создавать куст вечно-цветущих белых роз. - Здесь редко бывают посетители, Гермиона, и думаю даже те, кто сюда приходит, предпочитают наслаждаться обществом друг друга, а не размышлять о странностях этих цветов, – спокойно произнес Люциус. - Но кто-то может разоблачить… - но мужчина не дал мне закончить, прижав палец к моим губам. - Если вдруг обстоятельства разлучат нас, ты всегда сможешь вспомнить меня, придя сюда. Это будет нашим маленьким секретом.       Слезы побежали по моим щекам толи от воспоминаний, толи от осознания безысходности всей ситуации. Тогда я не задумывалась, что может наступить конец нашим отношениям, я всегда жила только одним днем и не смотрела в будущее, а сейчас все было наоборот. Я буквально жила своим прошлым и безумно боялась будущего, потому что прекрасно понимала, что вскоре вновь останусь один на один со своими страхами и своей болью. Малыш начал толкаться, и я чуть поморщилась от неожиданности. - Тише, милый, – приложив руку к животу, я проглотила вновь подступившие слезы, – Твоей маме просто нужно время, потерпи еще чуть-чуть.       Если бы я только могла произнести Обливэйт, то сейчас обязательно сделала бы это, не думая о последствиях. Воспоминания душили меня, и с каждым днем все труднее было врать всем вокруг о своей фальшивой любви к Драко. Хотелось исчезнуть и забыть о всех тех минутах, проведенных в обществе Люциуса Малфоя, забыть его голос и запах, и забыть, что малыш, которого я ношу под сердцем, принадлежит человеку, который никогда не будет со мной.