Воля Стали

Глава 1 Очнувшись я почувствовал себя хреново, нет не так, я почувствовал себя просто НЕИ*ИЧЕСКИ Х**ВО. Последний раз ощущал себя так только после дембеля. Странно, но болела в основном голова. Через пару минут, показавшимися мне вечностью, головная боль немного прошла, и я открыл глаза. Деревянный потолок с кое-где подгнившими чёрными досками, с которых капает потихоньку на пол. Сразу же почувствовал слабый запах сырости, пота, и немытых носков и одежды (воспоминания армейки не убиваемы) … и ещё голова жутко кружится! Это ж к какому коновалу меня привезли если тут такие условия. С большим трудом пытаюсь подвигать руками и ногами, вроде выходит, хотя подниматься думаю не стоит. Вдруг меня прошибает холодный пот. ТЕЛО ТО НЕ МОЕ! Каждый раз, когда я просыпался у меня немного побаливала икроножная мышца. Был случай в армии, когда мы вышли на стрельбище и один ж*порукий *** случайно выстрелил из ПМ-а. Надо говорить куда попала пуля? Ну так вот, потом мне сказали, что мой загиб, пока бегали в санчасть оценил даже прапор, когда прибежал на такой великий шухер. В общем, с тех пор после сна мышца некоторое время побаливает. И когда я проснулся и не почувствовал эту лёгкую боль, то сразу почувствовал некий «дискомфорт» что ли. Но сейчас она не болит. Тут появилась ПАНИКА и то, о чём я уже давно забыл, чудовищная злоба, желание всех порвать на куски! Совершенно несвойственное мне чувство. Нет, то, что я мог злиться – это да, это было, но эта другая злоба переходящая в ненависть, глубокая, тёмная. Чужое для меня чувство. Как только я это понял, "плотину прорвало". Вот первое воспоминание, что я увидел: Жили они своей "дружной семьёй" в местечке, называемом Архипелаг Шабоди. Малышу три года: отец пьёт, мать то ли колется, то ли тоже пьёт. Частые домашние побои, драки со сверстниками и более взрослыми детьми уже в четыре года. Вроде даже нет злости и ненависти к родителям, не смотря ни на что. Пять лет: денег уже начинает совсем не хватать, мальчишка питается какими-то отбросами и слоняется по улицам Архипелага. И вот ему семь лет: он приходит домой с сворованными продуктами, чтобы хоть как-то прокормить семью и вдруг сильный удар по голове. Парень теряет сознание на пару мгновений, но потом вновь приходит в себя … Лучше бы не приходил. Дальше он застал сцену, где его родители ругались по поводу цены за него с каким-то мутным мужиком, видимо не сошлись в цене. Через десять минут работорговец просто решил, что его нервы дороже этих споров и выстрелил в голову матери из пистолета, а затем пырнул несколько раз отца в живот ножом. Увидев, что мальчишка проснулся он подошёл сказал что-то (наверняка матерное) и пнул по голове, чтобы отрубить. Мальчика звали Уильям Д. Стил (William D. Steel) Самое хреновое – это не его невероятно жестокая история жизни. У меня самого было детство не сахар, но то, через что прошёл этот парень просто ад. Самое хреновое это то, что я проживал его жизнь в момент этого "флэшбэка", так что все эмоции, которые он испытывал, все его небольшие знания об этом мире, каждая минута его жизни, всё это я "продавливал" через себя и это оставалось во мне. Весьма неприятный клубок эмоций. Я не знаю, может наши личности слились, а может я поглотил его. Но тогда откуда эта ненависть? В общем, первым желанием после "слияния" было кого-то убить, стереть в порошок, уничтожить … Потом я вспомнил, что вроде как я последний раз видел ногу работорговца соприкасающуюся со моей бесценной головкой, а это значит… Я резко поднялся с пола. Оказывается это не голова кружится, это всё вокруг меня немного покачивается, а значит я на корабле, а это в свою очередь значит, что это ПОЛНАЯ ... тарелка борща! При вспоминании о борще живот сразу дал о себе знать. Чертовски хочется еды! Надо встать и осмотреться. Значит я в клетке, один, а это очень плохо. Вдруг слышу скрежет ключа в замочной скважине. Быстро ложусь обратно и делаю вид, что ещё не очнулся. Стук каблуков о дерево и …. Млять!!! Кто-то очень сильно ткнул меня в бок, похоже, что палкой. -Вставай раб, кушать подано! И чтобы закончил через пару минут! Тебя будут представлять хозяину. Сквозь небольшое отверстие просовывают деревянную миску с едой и уходят. А я не глядя наваливаюсь на тарелку. Ел руками, т.к. вилку не дали. Это была странная похлёбка, походу из бобовых, абсолютно безвкусная, но мне уже неважно. После еды как-то сразу захотелось спать, что я сначала и попытался сделать, но очередной тычок палкой под рёбра от надсмотрщика в момент отогнал сон.