Мой школьный враг?

Вот и наступило воскресенье. Гарри Поттер спустился на завтрак, после которого все пойдут в Хогсмид. Все, кроме него и Малфоя. Если Гарри закончит отработку раньше, чем предполагалось, он ещё успеет побродить по деревушке. Позавтракал он быстро. Ему не хотелось убирать классы, но очень надеялся закончить поскорее. Его манили теплота и уют у Мадам Розмерты, разнообразие Сладкого Королевства, оставшаяся загадочность Воющей Хижины, в которой он когда-то узнал правду о гибели родителей и нашёл близкого человека. Гарри прошёл в кабинет трансфигурации к профессору Макгонагалл. Малфой и не думал торопиться. Преподаватель писала что-то на одном из множества пергаментов с очень серьёзным видом. Мальчик сел за первую парту и стал ждать, когда слизеринец соизволит прийти. Молчание неловко затянулось, и Минерва посмотрела на ученика. - Думаю, Вам стоит объясниться, - начала она. Её лицо сейчас казалось добрее. - Из-за чего же всё-таки произошел данный инцидент? - О, эм, - он попытался сформулировать причину так, чтобы она не казалась пустяковой. Раздался стук в дверь, спасавший гриффиндорца от необходимости что-то придумывать. - Здравствуйте, - совершенно невозмутимо сказал блондин. - А, мистер Малфой. Что ж, следуйте за мной, джентльмены. Мальчики пошли за профессором, которая поднялась на этаж выше. Старый завхоз стоял в длинном коридоре около одного из кабинетов. - Мистер Филч вам всё объяснит, - сказала декан и удалилась. - Проходите, - зловеще улыбнулся тот, пропуская провинившихся внутрь. В классе царил хаос. Свитки пергаментов и перья, лужица чернил с осколками склянки, слетевшие с полок книги - всё это валялось на полу и на некоторых партах. Кругом лежала пыль. - Неудачное заклинание, - радостно пояснил Филч. Мальчики тут же обрели страдальческое выражение лица. Это всё им придётся убирать. - Швабра, тряпка и ведро с водой - в углу. И никакой магии! Давайте сюда свои палочки! Ученики выполнили приказ, и Филч ушёл, услышав мяуканье миссис Норрис. - Грязный сквиб! - пробурчал Малфой. Гарри, видимо, смирился с положением дел и начал разбирать валявшиеся вещи. Драко медленно освободил парту и стул, переложив хлам на пол, и уселся, довольный собой, надменно наблюдая за неприятелем. - Вообще-то, ты тоже наказан, - заметил Поттер. - Я не собираюсь выполнять работу прислуги, - поморщился тот. Немного растерявшись, Гарри продолжил убираться. Но через пару секунд он, как будто вдруг придумав, что сказать, резко повернулся к нему и бросил свитки, что держал в руках прямо на пол: - Отлично! Тогда я тоже не буду убираться. И оба мы не собираемся ничего делать. Заработаем втрое больше наказаний. Надо же хотя бы попытаться заставить этого высокомерного блондина сдвинуться с места. - Ты... ты не можешь, - начал беситься Драко. Какое унижение: убирать за кем-то. Но поняв, что Поттер прав, он смягчился и сказал таким голосом, будто делает одолжение всему Хогвартсу: - Ладно. Ты протрешь полки, а я уберу книги. Разделение труда Гарри понравилось больше. Он намочил тряпку и стал протирать один из книжных шкафов, а Драко пока разбирался с остальным хламом. Как всегда чёрные растрёпанные волосы торчали в разные стороны, немного мятая рубашка выбилась из-под брюк. Всё это раздражало Драко. Он боролся с желанием привести неряху в приличный вид. Его хотелось расчесать, заправить одну из выбившихся прядей за ухо, поправить несчастную рубашку и, наконец, нормально завязать шнурки, в которых брюнет постоянно путался. «Как можно быть такой свиньей? Неужели можно настолько не уважать себя?» - презрительно подумал Драко. Тут он понял, что уже довольно долго искоса смотрит на Поттера, незаметно для себя продолжая убираться. «О, хоть бы этот балбес догадался!» Гарри ещё не отошёл от книжного шкафа, а Драко уже поднял пару книг и поставил на чистую верхнюю полку. Рукав рубашки чуть коснулся чёрных непослушных прядей. Брюнет спиной чувствовал тепло слизеринского тела и еле уловимый сладковатый запах. Уши его отчего-то запылали, по спине пробежались мурашки, от которых хотелось передёрнуться, а в животе появилось волнение. Гарри показалось, Драко долго так стоял. Малфой наконец отошёл за следующей партией книг. Брюнет, заметив, что уже минут пять трёт одну и ту де полку, опомнился и принялся за следующий шкаф. «Что я здесь делаю? – со злобой и сожалением подумал слизеринец, раскладывая пергаменты по ящикам учительского стола. – Сейчас я должен быть в другом месте. Такими темпами я ничего не успею. Я и так сильно отстал от графика! Если бы этот мальчик-который-везде-сует-свой-нос был хоть чуточку умнее, меня бы тут не было. Думал, это сработает... то, что я сделал. А получилось наоборот: я всё испортил. Это он виноват! Если я не успею, меня… моего отца… а мать…» Дышать стало тяжело, в глазах вдруг начало темнеть, голова будто горела, и он облокотился на стол. Почувствовав, что возня прекратилась, и шуршание бумаг утихло, Гарри обернулся. Малфой наклонил голову вниз, а выпирающие лопатки виднелись из-под белой рубашки. Он выглядел не таким, как обычно. Гриффиндорец никогда не видел его таким. - Всё нормально?.. – осторожно спросил он. Тот не торопился отвечать. Он был слишком занят, приводя свои чувства в порядок. - Малфой? - Отвали, - огрызнулся сквозь зубы. - Я… - Ты не расслышал? – он поднял голову, выпрямился и посмотрел на мальчика, прибавляя своему голосу громкости и как можно больше ненависти. Лицо при этом оставалось спокойным, и злая усмешка временами появлялась на губах слизеринца. – Ты не только слепой, но ещё и глухой? Зачем ты всё время лезешь, куда не надо и не замечаешь того, что у тебя под носом? Ближе некуда! - Что? – не понял Гарри. – Что я должен заметить? - О, Мерлин! Ты ещё ничего и не понял? – Драко старался изо всех сил усмирить злость, которую он так хотел выплеснуть, ударив этого очкарика. Но глаза предательски выдавали его. Поттер не мог не заметить гнев и презрение, которые плескались в них. Было и ещё что-то неуловимое и странное, но очень знакомое. - Какой же ты тупой, Поттер. И как ты до сих пор выжил? – в словах чувствовался явный сарказм. Блондин развернулся и хотел направиться к выходу. Ему казалось, ещё секунда и он врежет по этой жалкой морде. Но на пороге появился Филч, и Малфой, чертыхаясь про себя, продолжил собирать свитки. Как же он сейчас жалел, что не сумел сдержать свои эмоции и взболтнул лишнего. «Я же сам себя вогнал в это состояние. Я не должен думать об этом в такие неподходящие моменты. Всё, соберись!» - твёрдо сказал он себе. «Ничего, скоро я узнаю всё, что хочу.» Закончив с полками и книгами, Гарри заметил, что стало заметно чище вокруг. Он взял швабру и начал подметать, пока Драко убирал оставшиеся вещи с пола. «О чём твердил? Что-то не так, совсем рядом. Я понял твои намёки, Малфой. Нужно быть внимательней. Это должно быть прямо “под носом”.» У гриффиндорца были догадки. И он намеревался их проверить. Оба задумчиво продолжали работу. Малфой обдумывал свои дальнейшие планы, а Поттер пытался их разгадать. Так мальчики постепенно заканчивали отрабатывать своё наказание. Драко протёр парты, Гарри собрал последние перья - на этом их задача была выполнена. Филч придирчиво осмотрелся и, бурча что-то себе под нос, отдал им волшебные палочки и ушёл. Это значило, что теперь они свободны. Драко как можно быстрее вышел из ненавистного кабинета. Брюнет последовал его примеру. - Малфой, - громко позвал он. - Объясни, что происходит. Слизеринец не собирался останавливаться, поэтому Гарри пришлось его догонять. Он хотел знать причину того странного поведения, хотел, как ни странно, помочь. - Что ты мелешь? Не понимаю, о чём ты, - холодно ответил Малфой, даже не посмотрев на собеседника. - А теперь отвали! Гарри остановился. Действительно, почему это он бежит за школьным врагом, желая ему помочь, когда тот не хочет, чтобы ему помогали? Но всё же гриффиндорское любопытство одолевало его. Он выяснит, в чём дело, но не сейчас.