Вечность на двоих

      Сокрушающая темнота была везде. В воздухе, перед глазами. Ее липкие щупальца обвивали хрупкое тело Тисэ, сдавливая. Воздух выбился из легких. Внезапно, девушка начала падать. Тисэ не была уверена, что это возможно, но это так. До Хатори стали доноситься отголоски каких-то шумов. Она с трудом разлепила веки. В глаза ударил яркий свет. Тисэ зажмурилась и закрыла глаза правой рукой. Открывая то один глаз, то второй, девушка постепенно привыкла к свету. Девушка поняла, что лежала на диване. Опустив руку, она огляделась. Совершенно незнакомое место. Осколки тех воспоминаний о вчерашнем дне, что она хранила, не хотели складываться в картину. Девушка непонимающим взглядом уставилась в пустоту, зарывшись в рыжие волосы правой рукой.       Совсем рядом послышался чей-то смешок. Девушка глянула туда. Когда она осматривала помещение, от ее глаз укрылось кресло, стоящее неподалеку. В зеленом кресле сидел мальчик двенадцати лет. Длинные волосы цвета платины ниспадали на плечи мальчика. Черные, холодные глаза, смотрели, кажется, в саму душу Тисэ. Левая перебинтованная рука лежала на подлокотнике, а правая подпирала голову. — Проснулась? — весело поинтересовался мальчик. Хотя, по отношению к нему это будет неправильно. Уж кто-кто, а этот кудесник прожил о-о-очень много. — А. Д-да, — хрипло отозвалась Хатори. Кусочки паззла сложились в картинку. Вчера она бросила Элиаса и Рута и ушла с Йозефом. Элиас… Она оставила его после того, как пообещала всегда быть с ним. Девушка тряхнула головой. Нет, она не могла оставаться с тем кем он стал. За Эйнсворта она не переживала, а из-за Рута совесть медленно поедала Тисэ.       Йозеф наблюдал за Слай Вегой, углубившейся в свои мысли. Она нервно покусывала нижнюю губу и иногда качала своим мыслям головой. Надоев разглядывать Тисэ, Картафилус подал голос. — Что-то не так, Тисэ? — его голос был полон насмешки. Но Хатори не ответила, а лишь посмотрела на «мальчика». Словно вспомнив что-то она вскочила с дивана, но резкая боль в голове заставила ее сесть обратно. Йозеф усмехнулся. — Где Стелла? — спросила она, сминая складки на одежде. — У себя, — он изучающе посмотрел на Слай Вегу. — Отпусти ее. Ты обещал, — сказала девушка, с вызовом смотря на кудесника. — Но-но… Такого я не говорил. И тем более, она-мой подарок на Рождество, -улыбнулся он. Йозеф встал, и налил что-то из графина, а после подал Тисэ. Она недоуменно и с подозрением посмотрела на парня, но приняла кружку. Отпив, девушка поняла, что это была вода. Отдав кружку обратно, она благодарно посмотрела на кудесника. Он присел на корточки перед Тисэ, сидящей на диване и провел левой, перебинтованной рукой по ее лицу. — Твое проклятье и мое… Неплохой эксперимент получится, — задумчиво произнес, а после улыбнулся Картафилус. Его рука медленно стала превращаться во что-то черное и падать на пол, образуя лужецы. Там же оказались и бинты. — Ч-что, ты о чем? — недоуменно спросила Тисэ, смотря на Йозефа, уходящего к креслу. Он промолчал. Внезапно по комнате разнесся довольно тихий, но все-таки достаточно шумный рев. Слай Вега вскочила и быстрым шагом пошла к шуму. Ее взгляду предстала клетка, с драконом внутри. — О-ох, — девушка прикрыла рот руками. — Не беспокойся, ему ничего не грозит, — раздался звонкий голос за ее спиной. Хатори повернулась и одарила кудесника практически презрительным взглядом. — Ну-у-у, не смотри на меня таким взглядом, -сказал он, театрально надув губы. Девушка цыкнула и разъяренно спросила: — Зачем они тебе?! Он же еще малыш! — Тц, говорю же, эксперимент, — Йозеф раздраженно подошел к Слай Веге, — Как… И… Ты, — выдохнул он ей в самое ухо и отошел, любуясь ее реакцией. Лицо девушки сразу же побагровело. Нельзя было сказать от смущения или от злости. Фыркнув, девушка попыталась сложить руки на груди, но огромная проклятая рука помешала это сделать. Теперь точно можно было сказать, что она смутилась. — Что ж… Стелла! — крикнул кудесник. Послышались торопливые шаги и из прохода показалась белокурая голова Стеллы. Ее глаза были пустыми, бездушными, — Отведи Тисэ в ее комнату, — пофигистично сказал Йозеф и ушел в другую комнату. Хатори грустно посмотрела на подругу, являющейся сейчас марионеткой в руках кудесника. Вздохнув, она пошла за девочкой.