Когда ненавидят цветы..

      Представьте себе мир, в котором цветы вызывают у людей грусть и злость, мир, в котором разговор о них считается личным, почти интимным, а их дарение - проявлением к человеку презрения и ненависти. Не существует разноцветных и пышных полей, нарядных клумб и праздничных букетов - ничего. Заражен не каждый цветок, но любой может таким оказаться - осознание этого безумно пугает, а когда людям страшно, они уничтожают.       С самого детства Виктор не понимал, почему окружающие так относятся к ярким и красивым растениям. Когда мальчик находил цветы на улицах города, он с радостью бежал к маме и дарил их ей. Однако, вместо благодарности или ответной улыбки Щеткова срочно отправляли мыть руки, ругали и наказывали, а подарок сразу же оказывался в помойке. На слезные и жалобные вопросы, почему они так поступают, Виктор получал в ответ одну и ту же фразу: "Просто не смей их трогать, ясно?! Сейчас ещё рано - все узнаешь, когда вырастешь".       И это оказалось чистой правдой - он подрос и действительно узнал. Это был конец очередного учебного года, кажется, 9 или 10 класса. Уроки химии никогда не входили в число любимых предметов Щеткова, но на этот раз все было еще скучнее, чем обычно. Его одноклассница, отличница, любимица учителей, рассказывала наизусть вызубренный параграф, а Виктор, как и бóльшая часть класса, с умным видом смотрел в ее сторону, задумавшись о чем-то своем. Неожиданно девочка затихла и побледнела. Облокотившись о доску, она упала на пол и, хватаясь за горло, закашлялась. Фиолетовые лепестки вырывались из ее рта с каждым новым выдохом, и через несколько мгновений к ним добавилась еще и кровь. Она задыхалась. Девочки закричали, часть подростков бросилась к выходу, другая - к однокласснице, оставшаяся же замерла в ступоре. Учитель, приказав не приближаться и вызвать скорую, надел резиновые перчатки и мгновенно оказался рядом с ученицей. Обхватив ее руками чуть ниже груди, мужчина сделал несколько резких толчков ладонями, выбивая из легких воздух вместе с лепестками. К моменту приезда скорой помощи девочка вновь могла нормально дышать, но на расстоянии около метра от стола преподавателя все было засыпано фиолетовыми цветами с примесями крови. В течение трех последующих дней кабинет оказался закрытым на генеральную чистку, всем учащимся раздали правила о запрете прикасаться к любым цветам, а класс Щеткова освободили от уроков - было необходимо восстановить моральное состояние учеников и проверить, не заразился ли кто еще.       С того момента прошло немало времени: выпускной, университет, КВН, смена команд - и вот, вместе с коллегами и друзьями Виктор уже имеет свое собственное шоу на одном из известнейших каналов страны. Однако, будто в память о том событии, Щетков до сих пор придерживался двух правил: не трогать цветы и не влюбляться. С первым все было безумно просто: видишь растения, обходишь их стороной; со вторым же приходилось гораздо сложнее. Долгое время Виктор сторонился и не подпускал к себе девушек в принципе. Для оправдания он ссылался на экзамены, занятость, сложности в учебе и на работе. Но с каждым годом известность Щеткова росла, скрываться уже не получалось да и, сказать по правде, не особо хотелось. Одинокая, изнеможденная душа требовала любви, заботы и привязанности, и вскоре она их получила. Какого было удивление Виктора, когда он понял, что действительно влюбился. Причем не в одну из тех красавиц, что он встречал толпами каждый день, не в новенькую хорошенькую гримерщицу, а в своего старого знакомого, лучшего друга и коллегу, с которым они работали вместе на протяжении многих лет. Просто однажды ночью, спустя недели разлуки и за пару дней до сьемок, Щетков проснулся и грустно подумал о том, как же ему не хватает рядом Айдара, его нежно-голубых глаз, радостной улыбки, теплых рук и крепких обьятий, которыми они обмениваются при встрече.       Наутро Виктор проснулся от резкой боли в груди. Сжав руками футболку, Щетков зажмурился и заскулил. Казалось, будто вокруг его сердца закручивалась колючая проволока, которая с каждой секундой затягивалась все сильнее и сильнее. Начавшееся першение в горле только больше усугубляло положение. От режущей боли, покрывавшей уже всю грудную клетку, на глазах выступили слезы, и хотелось кричать. Вместо этого Виктор лишь закашлялся, и с вырывавшимся наружу воздухом из приоткрытого рта вылетали багровые лепестки роз. Вдохнуть практически не получалось; глубокий страх оказаться в такой ситуации вызывал неподдельную панику, заставляя Щеткова сильно дрожать. Казалось, это продолжалось вечность - когда кашель закончился, был уже рассвет. Несколько таблеток обезболивающего, полчаса уборки, и теперь лишь сонное состояние напоминало о неспокойной ночи. Единственными мыслями, посещавшими голову Виктора следующие пару часов, были два вопроса: "Как я мог заразиться, если не трогал цветы с самого детства?" и "Неужели до этого я ни разу не влюблялся?"       Оставшиеся свободные дни прошли довольно быстро, освобождая место рабочим будням. Съемки, как обычно, длились с утра и до самого вечера, и Виктор готов был благодарить бога за отсутствие "цветочных приступов". До поры до времени Щетков не собирался рассказывать о них и друзьям, не то, что показать перед звездами, съемочной командой и зрителями. К счастью, рабочий день уже завершился: Лёля и Артем уже уехали домой, Кирилл обговаривал последние детали и провожал гостей, а Александр сидел в кофейне, дожидаясь Коковкина. Виктор и Айдар отдыхали в общей гримерке, подшучивая над друг другом и вспоминая забавные моменты прошедших съемок. Ничего не предвещало беды, как вдруг, Щетков почувствовал сильную резь в груди и ком, подступающий к горлу.       -Вить..? Что.. что такое? - неожиданное молчание и бледность друга заставили Айдара не на шутку забеспокоиться.       В ответ на это Щетков лишь покачал головой и, надеясь покинуть комнату, попытался встать. Почувствовав резкую слабость, Виктор упал обратно в кресло и, наклонившись через его бортик, закашлялся. Режущая боль, удушье, багровые лепестки, медленно опускающиеся на пол - с каждым разом все сильнее и сильнее, с каждым разом все страшнее и страшнее. Вдруг Щетков почувствовал сильную ладонь на своем затылке, наклоняющую голову в сторону, укол в основание шеи и недолгое щипание. В следующую секунду он уже был приподнят над подлокотником, и пара толчков кулаком чуть выше живота выбили из легких весь воздух. Спустя пару минут подобной терапии кашель прошел, боль стихла. Обессиленные мужчины безуспешно пытались привести дыхание в нормальное состояние. Тяжело выдохнув, Айдар уселся в кресло напротив друга и начал внимательно следить за всеми изменениями, происходящими на его лице. Печально посмотрев на множество лепестков, Виктор прикрыл глаза. Слишком много на этот раз. В воздухе повисло напряженное молчание.       -Что..- Щетков прокашлялся и поднял взгляд на Гараева. - Что это было?       -Мм? - его слова вывели Айдара из какого-то подобия транса. - Это был припадок Синдрома Ханахаки. Это произошло впервые?       -Я про это, - сказал Виктор, указывая на шприц, лежащий среди цветов. Чуть нахмурившись, он прочистил горло и продолжил. - Что там было?       -Обезболивающее, успокаивающее и еще что-то. Когда я был маленький, моя сестра любила цветы и часто из-за них заражалась. Для облегчения состояния мама вкалывала ей этот состав. Она до сих пор раз в полгода отправляет его нам. Как видишь, не зря, - Айдар силком заставил себя посмотреть в глаза Щеткову, подавая ему бутылку с водой. - Ты не ответил на мой вопрос. Такое уже случалось?       -Да, - ответил тот. - Третий день. Четвертый припадок.       -Почему ты не сказал? - голос Гараева был взволнованный, а в глазах читались сочувствие, грусть и слабая злость. -Ты ведь понимаешь, что все это очень серьезно? Очнись, черт возьми! Ты же можешь погибнуть! - с каждой фразой голос становился все громче, а среди эмоций появились непонимание и.. обида?       -Айдар..       -Что?! Что Айдар? - парень был готов рвать и метать, как вдруг замер и тихо продолжил. - Мы должны найти ее и все рассказать.       -Кого найти?       -Девушку, твою возлюбленную, кого же еще? - вся ситуация начинала казаться Гараеву неудачной комедией. Как будто Виктор специально не хотел понимать, что происходит.       -Я не знаю, кто это именно...       -Черт возьми, Вить, не будь ребенком! Болезнь проявляется, лишь когда осознаешь свою влюбленность. Все детство у меня болела сестра, и я все это видел - кого ты пытаешься надурить? Звони ей.       -Не думаю, что что-то выйдет, - тихо отозвался Щетков. - Что, если она меня не любит?       -Господи, Вить, нужен лишь один поцелуй! Просто позвони и объясни всю ситуацию. Я не думаю, что хоть кто-то откажется помочь. Не спать же вам друг с другом надо, ей богу!       -Я просто не могу..       -Ты шутишь?! Щетков, мать твою! От этого зависит ТВОЯ ЖИЗНЬ, как ты этого не понимаешь?! - Вдруг Айдар резко схватил со стола свой телефон и грозно посмотрел Виктору в глаза. - Не можешь ты - так смогу я. Номер. Быстро!       Никогда раньше Виктор не видел Гараева таким разозленным. К тому же соревноваться с ним в упрямости не имело никакого смысла: если Айдару было нужно, он мог стоять на своем до последнего. Щетков сдался. Вздохнув, он начал последовательно диктовать цифры выученного наизусть номера. На седьмой цифре Виктор остановился. Гараев смотрел на него внимательно, с легким удивлением и сомнением. Айдар продолжил называть телефонный номер с места, где прервался Щетков. Свой телефонный номер. Дослушав его до конца, Виктор кивнул и слабо улыбнулся.       -Все еще думаешь, что мне ответят согласием?       -А ты попытайся.       Айдар отложил телефон в сторону и откинулся на спинку кресла. Его лицо не выражало ничего, кроме спокойствия и уверенности, поза была расслабленной - он явно не собирался ничего предпринимать и просто ждал. Повинуясь внутреннему порыву, Виктор через секунду уже нависал над Гараевым. Опираясь одной рукой о спинку кресла, Щетков нежно провел второй по коротко стриженным волосам, затем по виску, по щеке. Остановив ладонь на подбородке, Виктор потянул его вверх, заставляя Айдара приподнять голову. Прикрыв глаза, Щетков аккуратно коснулся своими губами его. Легкий, невесомый поцелуй, спрашивающий и просящий разрешения продолжить. Не ощутив сопротивления, Виктор провел большим пальцем по щеке Гараева и чуть углубил поцелуй, на пробу, ища грани дозволенного. Щетков вздрогнул, почувствовав робкое касание руки у себя на талии. Айдар медленно провел ладонью по боку, груди, шее, и, зарываясь пальцами в мягкие волосы, прижал Виктора к себе.       Неизвестно, да и не важно толком, как долго продолжался поцелуй и последующие за ним объятия. Главное - что ребята успели убраться до прихода Кирилла и Саши; Главное - что Виктор больше не болен; Главное - что нет больше секретов; Главное - что они теперь вместе; Главное - что они счастливы.